Стража

      Потеряться в кромешной темноте. Что может быть страшнее? В этой темноте звучат шорохи и иногда шепот. Леденящий кожу, он пробирается под нее, но не скользит по размозженной плоти, а царапает по ней дорожки острыми иглами, всегда стремясь к пальцам, выставляя там свои удлиненные шипы. Кончики пальцев колет. Хочется потереть их друг о друга, что бы прогнать неприятные ощущения, но они не подчиняются. Постепенно становится непонятно, действительно ли вокруг так темно, или твои глаза плотно смежены и нет сил их открыть. Открыть глаза. Мышцы живота сводит болью. Резкая боль врывается и в голову. Слышится женский плач, такой тихий и протяжный, словно стон привидения. Шепот за спиной звучит четче, сопровождаясь лязгом, эхо которого смягчает его, но звучит каждый раз долго, как медленно раскачивающийся колокол. «Мне это сделать или ты справишься?», шепчет ядовитый голос, растягивая шипящие, будто змея обвиваясь вокруг запястья. «Сделать что?», отвечает Тай, но ее голос заглушает плачущий призрак. «Не притворяйся, что меня не слышишь. Я подожду, когда ты вернешься», переползая по руке вверх, на шею, шипит свою речь в ухо. Открыть глаза. Змей быстро перемещается по плечу вниз и его зубы вонзаются в кожу на внутренней стороне локтя, оставляя там следы совсем тонкой боли, набрасывая еще более плотную вуаль черноты. Нет сил открыть глаза. Свет тянется к сознанию робко, трогая лишь мыслью о себе, заставляя пытаться снова его узреть, что бы выйти из темноты. Словно сквозь черную воду, за спасительным глотком воздуха и света, Тай пробивается сквозь темноту и падает на колени у самого выхода из тоннеля, населенного кошмарами. На глазах будто кусок мутного пластика, который хочется сорвать, что бы видеть и Тай проводит по лицу, но не чувствует его собственной рукой, улавливая лишь тепло. Под пальцами неровность, по которой она проводит снова и снова, что бы понять ее природу, но чья-то рука отводит пальцы и она противится, пытаясь их освободить. - Не трогай повязку, иначе шов начнет кровить. - Звучит мягкий голос с укоризной и Тай словно снова пять лет, а рядом ее отец. Хочется спросить что с ней, но она онемела. - Хочешь воды? - Снова тот же голос. Перед ней возникает размытый образ, явно мужской, не похожий ни на один из знакомых. Ли смотрит, пытаясь узнать человека, но не видит его достаточно четко, поэтому часто моргает, что бы согнать с глаз пелену. Мужчина тянется в сторону и склоняется над ней. Тайгер не понимает сразу, чего от нее хотят. Губ касается соломинка. - Пей. Только не спеши. - Предостерегает мужчина и она наконец понимает, что нужно потянуть воду через соломинку, с чем справляется, но не чувствует влаги во рту. Только приятную сладость. - Нет. Если ты будешь делать такие большие глотки, поперхнешься. - Соломинка изо рта пропадает, а Тай проводит языком по губам, ощущая насколько те сухие. - Хочешь еще поспать? - Мужчина отвернулся на секунду и снова приблизился. Тай не понимает, хочет она спать или наоборот, подняться и заставить работать голову нормально, потому что в ней склад тяжелых подушек с мягчайшей набивкой. - Хорошо. Давай попробуем подняться. - Уговаривает образ и протягивает к ней руки, к которым она доверительно тянется в ответ, но тело похоже выпотрошили и набили соломой. Она колется по коже практически везде. Ли кажется, что нужно встать и пройтись, к чему она готова сиюминутно. - Эй, ты куда это так резво собралась? - Мужчина удерживает ее на месте, не давая встать, а потом мягко толкает обратно, посмеиваясь, когда она издает звук выражающий возмущение. На этот раз она понимает, что не лежит, а почти сидит, из-за подушек, сложенных у нее под спиной. Она в постели с простыми белыми простынями. Ноги ее укрыты таким же белым одеялом, которое тянется по всей кровати, но в самых ногах, его прижимает собой темная фигура. Ее лица она тоже пока не видит и снова пытается проморгаться. - Она меня не видит или не узнает? - Тихо спрашивает темное пятно. - Скорее всего не совсем четко видит. Чего ты хочешь, после такого периода бездействия и препаратов… Организм расслаблен. Скоро восстановится. - Отвечает уже знакомый голос и Тай поворачивает голову на его звук. Она совсем не понимает где она и кто эти люди, но силится вспомнить, что было еще совсем недавно, что может натолкнуть на происходящее. Темное пятно поднимается и приближается к самому лицу Тай. - А так, ты меня видишь? - Спрашивает оно, быстро обретая четкие очертания и собственное лицо. Она узнает эти высветленные волосы, небольшой нос и большие розовые губы. - Пак Чимин. - Шепчет девушка, не отрываясь от разглядывания парня. Он кажется ей ангелом в черном, о чистоте которого напоминает только белая рубашка. - Прогресс на лицо. - Отмечает голос. Пак косит на его владельца ореховыми глазами и улыбается, когда снова смотрит на Тайгер. - Останешься со мной? - Так по доброму спрашивает парень и Ли в принципе не понимает этого вопроса, но не задумываясь кивает. Мышцы не слушаются и кивок гораздо сильнее, чем должен быть, вызывает усмешку Чимина. - Хорошая девочка. - Он поглаживает ее по волосам, но она этого не чувствует. - Хватит. Наиграешься еще. - Протестует мужчина, находясь где-то за спиной девушки. - Думаю, завтра она придет в норму, но ходить, сам понимаешь, не сможет еще приличное время. Я зафиксировал поврежденное место. Пес перестарался. - Да, я кое как его оторвал от нее. Похоже, я нашел ему суку. - Улыбка парня становится открытой, ядовито-сладкой, пока взгляд блуждает по лицу Тай. - Кстати, где он? Чимин отстраняется от нее, но сидит по прежнему рядом, словно невзначай водя по ее бедру под одеялом рукой. Подобные движения делают на автомате люди, когда говорят по телефону и нервничают или ведут рассказ, не особо захватывающего содержания, пытаясь выстроить правильно мысли. Ли не сопротивляется, потому что ей все равно. - В библиотеке. Читает что-то, как всегда. Сегодня принес ему новых книг на свой вкус. Вроде, ему нравится то, что читаю я. - Тайгер не понимает о ком говорят, но слышит нотки гордости в голосе мужчины. - Он сам ей бровь зашивал. Пак морщится в ответ и бросает взгляд на лицо девушки. - Хватит его баловать. Он и так все время за книгами. Иногда чувствую себя глупее этого пса. - Фыркает он. - Иногда и я себя идиотом на его фоне чувствую. - Усмехается второй. - Давай говори что хотел и иди по своим делам. Мне еще ее в порядок приводить. - Добавляет он и Пак садится под самым ее боком, хотя она уже четче видит его и без того. Мужчина протягивает ему черную папку, из которой Пак достает небольшую стопку листков, а из нагрудного кармана ручку. Листки тут же ложатся веером на бедра Тай, а в слабую руку он втискивает ручку, укладывая на них. - Подпиши. - Просит он и Тайгер подписывает, не понимая что и зачем, но рука движется сама, словно ей не нужно ждать решения от мозга. Все не заканчивается на этом и мужчина с мягким голосом появляется рядом, забрав ручку. Легко и быстро он протыкает медицинским пером кожу на большом пальце Ли, размазывает по подушечке проступившую каплю крови и прижимает рядом с подписью, оставляя кровавый отпечаток, а потом прикладывает к проколу кусочек влажной ваты. - Ты останешься у меня. - Серьезно произносит Чимин, забирая листки, пряча их обратно в папку. - Знаешь почему? Тай отрицательно мотает головой, не совсем понимая что именно она отрицает, его утверждение или вопрос. - Потому что бой сорвался, а я предвидел такую вероятность. Думаю, ты помнишь о компенсации. Так вот, ты и есть та самая компенсация. Твоя «подруга» знала о том, что я запросил, но пренебрегла сначала твоей добротой, а потом и безопасностью. Говорю тебе это на случай, если решишь, что главный злодей тут я. Тай слушала его и мозг начинал потихоньку впитывать смысл сказанного, но от этого стало подташнивать. - Ты не можешь уйти. Во первых потому, что не можешь ходить буквально, а во вторых потому, что просто не можешь этого сделать. В соответствии с этими документами, у нас с тобой контракт, следуя которому ты теперь работаешь на меня. Но дело не только в этом. В случае, если контракт будет нарушен: ты, твои дети и даже твои внуки будут работать на меня до самой смерти, либо выплачивать сумму денег, которую не потянешь не ты, ни твоя подруга, ни сам бог. - Пак говорил серьезно, тоном, которым обсуждал когда-то проклятую сделку с Хани. Память о последних событиях стала возвращаться вспышками, заставляя Тай смотреть на Пака широко раскрывшимися глазами, даря ему ни с чем несравнимое ощущение чужой безысходности и потерянности. - Ну, вот и договорились. - Парень хлопает себя черной папкой по ноге, отправляет ее подмышку и поднимается, запахивая черный пиджак. Кивнув, он направляясь к двери, снова становится размытым пятном, теряясь в темноте дверного проема. Тайгер провожает его взглядом и пытается увидеть мужчину, с которым разговаривал Пак и тот незамедлительно возникает перед глазами. - Тебе немного лучше? - Интересуется он исключительно физическим ее состоянием и аккуратно вытаскивает из под спины девушки подушки, снова укладывая ее, не дожидаясь ответа. Тай не хочется лежать. Она еще не чувствует, но ей кажется, что лежит она и без того долго. Ли наконец может разглядеть озабоченное выражение лица перед собой, с прямоугольными очками в тонкой, черной оправе. - Я врач, Ким Намджун. - Представляется мужчина, с забавными ямочками на щеках, появляющимися каждый раз, когда он улыбается или просто смыкает плотно губы. - Мы еще не раз увидимся, я буду приходить и проверять твое состояние, пока ты будешь поправляться. Этот человек дарит ощущение уюта своими плавными движениями, приятным голосом и осторожными прикосновениями. - Если тебе что-то будет нужно, зови Чонгука. Тай вспоминает это имя, выкрикиваемое Паком на площадке и пытается отказаться от перспективы видеть его обладателя снова, но Намджун успокаивает ее, говоря, что этот Чонгук совсем другой. - Тебе элементарно, без поддержки и до туалета сейчас не добраться, а я, сидеть с тобой постоянно не смогу. - Настаивает мужчина, накрывая тело Тайгер одеялом по самую шею. - Сейчас я сделаю тебе укол, после которого ты будешь чувствовать себя совсем как новенькая. Мужчина улыбается, смягчаясь в чертах. Тай верит его словам и хмурится, когда от иглы в сгибе локтя расходится тепло вверх по руке, но почти сразу проваливается в сон. Тай слышит трели птиц сквозь мерные щелчки, напоминающие тиканье часов, только громче и разлепляет веки. Белый потолок не дает сосредоточить на себе внимание, что бы сфокусироваться и поначалу, все дрожит и прыгает, заставляя искать точку опоры для слабых глаз. Тайгер вертит ватной головой и натыкается взглядом на широкое окно в стене справа. Оно приоткрыто и вертикальные жалюзи, цвета кофе с молоком, едва колышет легкий ветерок. В голове потихоньку начинается копошение разных мыслей, наперебой рассказывающих о чем-то забытом и непонятных словах. «А так, ты меня видишь?», ореховые глаза смотрят заискивающе. «Выруби ее!», и удар в лицо. «Я Ким Намджун», мужчина в очках улыбается, показывая глубокие ямочки на щеках. «Хорошая девочка», словно в постоянно вращаемом калейдоскопе, складываются голоса, перебивая друг друга, повышая свой тон, играя звуками. Тихий шорох, похожий на шелест страниц книги, вытягивает ее из под нагромождения, созданного памятью. Тай поворачивает голову в противоположную сторону где видит тонкую, прозрачную трубочку, тянущуюся на уровне глаз и ведет по ней взглядом вверх, упираясь в штатив с капельницей. Несколько минут она молча смотрит, как из каплеобразователя появляются прозрачные капли, прислушиваясь к щелчкам где-то позади себя, пока не осознает, что не знает где она находится. Запахи, звуки и атмосфера в общем, ей не знакомы. Нужно идти домой, нужно увидеться с Хосоком и Хани, что бы узнать что произошло. Ли поднесла к самому лицу руку с закрепленной в кисти иглой капельницы и выдернув ту, отбросила в сторону, намереваясь подняться и свалить, пока рядом никого нет, но притихла от громкого хлопка. Чонгук не выдержав, захлопнул книгу в своих руках и поднялся с места, понимая, что время тишины в его доме закончилось с пробуждением этой особы. Парень появился рядом, словно из ниоткуда и перекрыв подачу раствора в систему, осуждающе покосился на Тайгер. Почти все время, что она спала, он сидел в кресле за изголовьем ее кровати, что бы по наставлению Намджуна, быть рядом, если гостье что-то понадобится, когда она придет в себя и сейчас был готов к чему угодно, от просьбы о глотке воды, до попытки уковылять куда глаза глядят. Сама Тай бесцельно пялилась на свою «сиделку», как еще недавно пялилась на капельницу. Чонгук мысленно попросил Намджуна поскорее вернуться к ним, совершенно не зная как себя вести с незнакомкой и честно признавал, что немного растерян от ее молчания и открытого взгляда, ведь ожидал страха и воплей. При первой встрече на его внешность все реагировали по разному, но во время тех быстро летящих минут, он и сам был удивлен, по этому понять ничего нормально не успел. Главное что он уловил тогда, это исходящие от девушки панику и заведомую обреченность, с которыми она отчаянно бросалась на него во время боя, не рассчитывая на победу. Хотя бы свои силы она осознавала и это как вызывало уважение, так и ставило ее в ряд с прочими, испытывающими страх. Желая забить неловкую ситуацию, Чонгук взял со стола пачку желтых стикеров и маркер, старательно выводя буквы на маленьком листочке, он хмурил брови и наверное даже кончик языка бы прикусил, не будь в его зубах зажат колпачок маркера. Результат своих стараний парень показал Ли, поднеся надпись поближе к ее лицу. «Воды?», вопрошали ровные и немного угловатые буквы, выдавая собой некоторые черты хозяина почерка. Тай утвердительно кивнула и облизнула шершавые от сухости губы. Парень помог ей сесть в постели и смутно знакомая соломинка коснулась ее губ, заставляя испытывать дежавю, вперемешку с неприятными воспоминаниями. Она по прежнему не знает где находится и почему рядом с ней Якши, не знает сколько времени находится в этом месте и не знает какой сегодня день, который час. Парень рассматривал ее лицо, пока она пила, задержав взгляд на том месте, где по словам врача находилась повязка и убрал стакан с водой, вернув его на стол. В его руках снова появилась желтая стопка, на верхнем листочке которой он снова выводил буквы. «Тебе нужно лежать», прочитала Тайгер и посмотрела на парня как на сумасшедшего, который пытается удерживать ее против воли. - Мне нужно домой. - Проскрипел голос девушки, но в дальнейшей тишине, Чонгук только отрицательно помотал головой и скрылся из виду, не собираясь дискутировать на эту тему. Нельзя — значит нельзя. Но Ли это не остановит. Никогда не останавливало. Она по возможности проворно скинула с себя одеяло и какой-то очень далекой частью мозга отметила, что на ней огромная черная пижама, рукава которой сразу сползли по ее руками вниз, скрывая в себе даже кончики пальцев. Вроде все давалось достаточно легко, что не могло не радовать Тай, но как только она попыталась встать на обе ноги, левую лодыжку словно прострелили, а вторая нога не выдержала веса ослабленного тела и задрожав, подогнулась. Девушка как могла быстро отреагировала, выставляя вперед руки, соприкасаясь ладонями с полом, но мнимой скорости не хватило, как и сил. Пол встретил ее бренное тело со всей душевностью, добротно хлопнув по груди и скуле, от чего из глаз посыпались искры. Сдавленно застонав, Тай поняла, что все далеко не так просто и перекатилась на спину, встречаясь взглядом с черными глазами, смотрящими с высоты роста их обладателя. Чонгук стоял рядом, скрестив на груди руки и безэмоционально наблюдал за бесплодной попыткой Тай вести себя как хозяйка положения. Сейчас она даже от осознания этого положения далека, а о контроле над ним, вообще речи быть не может. - Что? - Не выдержала Тай и в порыве сорвать злость, выпалила вопрос снизу вверх. Парень вопросительно приподнял брови и сделал приглашающий жест, проследив за направлением которого, Тайгер увидела дверь, сообразив всю унизительную остроту этой шутки. Она удержаться на ногах не может, не то, что встать и свалить отсюда. - Пошел ты. - Процедила Ли сквозь зубы и накрыла лицо ладонями, не желая видеть черные глаза под перьями челки. Чонгук тихо вздохнул и поднял с пола не сопротивляющуюся девушку, вернув ее в постель, бережно накрыв одеялом, после, снова покинул поле зрения.

***

      Авто Чимина остановилось у длинной череды ступеней, ведущей в просторный холл здания корпорации отца. Как любил отвечать отец на вопрос о такой длинной лестнице: «Ступени, это метафора. Видимость направления к цели, которой хочет достичь человек. Каждый работник, ежедневно преодолевающий этот каскад, успевает привести в порядок мысли и настроиться на очередность своих действий на сегодняшний рабочий день, что бы провести его более продуктивно.» К какой именно цели ежедневно шел Чимин, он не знал. Он конечно усердно учился с самого детства и не так давно заступил на свою должность в корпорации, после возвращения из Америки, куда его отправляли на трехлетнее обучение. Он полностью был настроен на уже выстроенный отцом план, в котором был преемником, подающим всем пример для равнения. И все же это было слишком просто и слишком серо для самого парня. Все будто написано на полотне не его рукой, а он просто читает расписание своей жизни и следует ему, определенно что-то упуская при этом. Погруженный в мысли, он не заметил, как перед ним возникли огромные, стеклянные двери за колоннадой, а одна из этих колонн вдруг схватила его за руку, выдергивая из раздумий. Возмущенный наглым вмешательством в личное пространство Пак, поднял глаза на свой локоть, за который его держала крепкая рука, а потом на хозяина этой самой руки и наткнулся на взгляд из под нахмуренных бровей, в котором отражался огонь волнистой рыжей челки. - И кто ты? - Спокойно задал вопрос блондин, уже перебирая в голове варианты ответа, но не мог вспомнить это лицо, хотя черты смутно были знакомы. - Где Тайгер? - Тут же пошел в наступление Хосок, не желая тратить время на расшаркивания и прелюдии. Пак моментально нашел тот самый, верный ответ и по лицу его поползла ленивая усмешка. - Так это ты тот самый герой, который устроил переполох. Так глупо. - Чимин сокрушенно покачал головой и обернулся к дверям, за которыми один из охранников корпорации буквально пожирал их взглядом, то и дело переговариваясь по рации. - Убери от меня руки или тебе их сломают через пол минуты. Веди себя непринужденно, если хочешь, что бы разговор продолжился. Хосок раздраженно фыркнул, но локоть парня из цепкой хватки пальцев выпустил. - Хотел бы я тебе лицо разукрасить, действовал бы по другому. - Процедил он, косясь на охранника. - Какое благородство. - Пак поджал губы, не особо скрывая то, что готов рассмеяться над словами и поведением простачка. - Где Тайгер? - Внезапно интонацией надавил рыжий, напоминая, что он не просто побеседовать пришел. - А что ты хочешь от меня услышать? Что она пленница в сыром подвале? Что сидит в цепях, на хлебе и воде? Или, может, что она у меня в рабстве, а я — жестокий рабовладелец? Так вот нет. Ей оказана должная медицинская помощь и сейчас она под круглосуточным наблюдением моего врача. - Развел руками Чимин, видя как в глазах рыжего метнулась искорка сомнений. Блондин лукавит и Хосок это видит, но слова и уверенность сбивают с толку, не давая понять, в чем именно. - Когда она вернется домой? - Продолжал настаивать парень, не желая уходить ни с чем, на что блондин все таки рассмеялся. Тихо и скрипуче, словно он — мудрец, пытается объяснить дураку, нечто очевидное, а тот никак не может понять. - Вернется, когда я разрешу. Если разрешу. - Наконец отвечает Пак, но из голоса его пропадает даже напускная веселость, преобразуясь в сталь и решимость. - Неужели ты не замечаешь, что вы делаете только хуже, когда пытаетесь уйти от истины? Если бы эта «сладкая девочка» не решила, что она героиня, способная спасти своего отца. Если бы ты не решил, что ты герой для своей подруги, все шло бы своим чередом. Как должно было идти. Это снежный ком, в котором вы застряли по самые уши, но продолжаете барахтаться, толкая его дальше. И этот ком катится к тем, кто вам ближе всех. Кто вам доверяет. Думаешь мне все это было так необходимо? Нет. Вы сами отдаете мне все, что я просто принимаю. Не вызови один доброжелатель полицию в ту ночь, твоя подруга бы с чистой совестью проиграла бой и все разошлись по домам, оставаясь при своем. - Ты нарушаешь закон. - Процедил Хо, в конец теряясь в словах собеседника. - Ошибаешься. Все вполне законно. Штат моих работников пополнился на законных основаниях, с подписью и печатью. - Да как ты спишь вообще… - Прорычал рыжий. - Вполне спокойно и без снов. - Отмахнулся блондин, резко развернулся на каблуках и вальяжным шагом направился к дверям, оставляя Хосока в смятении кусать губы.