Bloody dreams

Боже, какой же все-таки огромный особняк Инганнаморте! Интересно, сколько лет ушло на то, чтобы его построить? Не один десяток, наверное. Хотя… Для вампиров же десяток и даже сотня лет — это крайне маленький срок. И все равно… Даже прожив в этом месте достаточно долгое время, Юна все равно не уверена, что сможет найти выход. Да и надо ли? Из самого особняка сбежать нетрудно. Выходить ей никто не запрещал. Гораздо труднее выбраться с прилегающей территории. Юна прекрасно об этом знает. Уже несколько раз пыталась. Но, как не трудно предположить, неудачно. Все три раза какая-то невидимая вампирская сила не позволила ей даже приблизиться к воротам. Так что… На этот раз даже и пытаться бесполезно. Но что-то же делать надо! Завернув в какой-то коридор, Юна все-таки останавливается. Куда бежать дальше, она понятия не имеет. Страшно. Очень страшно. Несмотря на полнейшую тишину, она все равно старается вести себя тихо. Мало ли что. Да даже вздохнуть страшно. Господи, да когда же все это закончится?! А Юна-то наивно считала, что это жизнь ее подруги ужасна. Ну уж нет. Ее всего-то отец иногда бил, и мать беспробудно пила. Глупо. Вот теперь она понимает, где настоящая жесть. Вампиры. Присев на пол у стены, девочка затыкает руки ушами и зажмуривает глаза. Хочется вернуться в прежнюю жизнь. Любым способом. Но, к сожалению, это невозможно. Теперь уже никогда. Из глаз брызгают слезы, но Юна даже и не думает пытаться их остановить. Как же так можно было?! Свою мать она всегда практически боготворила. Хоть и не знала о ее семье практически ничего. Никогда ни с кем из них не виделась. Только с тетей Маргарет пару раз. Не больше. Правда тогда ей показалось, что у сестер не очень теплые отношения. Наоборот. Оба раза женщины готовы были друг в друга вцепиться. Юна тогда всерьез испугалась, спрашивала у матери, но та так ничего и не рассказала. Да и вообще, не любила Мередит говорить о своей младшей сестре и о ее семье в целом. Неожиданно воспоминания о том случае затмевают совсем недавние воспоминания. То, что произошло около пяти минут назад. Только теперь Юне начинает казаться, что она совершила какую-то страшную ошибку. И, по правде говоря, до сих пор совершает. Правда пока еще не знает, какую именно. Перед глазами до сих пор стоит тот взгляд. Наверное, она никогда не сможет забыть этого. В нем было столько чувств! Столько разных чувств! Ни для кого не секрет, что Ньют тот еще ребенок. Во взгляде его она успел заметить вину, нежность, легкое осуждение и смирение. Кажется, он сразу догадался, что без нее тут не обошлось. Догадался, но все равно не бросил. А теперь… Становится стыдно. Юна ведь заставила этого парня поверить себе. Заставила поверить, а потом предала. Вряд ли он когда-нибудь еще сможет кому-нибудь поверить. И что теперь делать? Ньют кажется очень хорошим, непохожим на своих сородичей. На других вампиров он совсем непохож. Такой милый ребенок просто не может сделать ничего плохого. Но также Юна не может забыть слова Иори. Слова о том, что Ньют, на самом деле, может быть очень и очень опасным. О его силе мало, кто знает. У чистокровных говорить о таком не принято. И о том, кто ему самому об этом рассказал, Иори не говорил. Кто-то из семьи Инганнаморте наверняка. Или мать, или отец. Братья-то сами, похоже, ни о чем не знают. Вздохнув, Юна поднимается на ноги. Отсиживаться тут, конечно, хорошо, но, наверное, все же стоит вернуться назад. Хотя бы посмотреть, чем все закончиться. И, может, помочь. Кому из них пока что непонятно. По ситуации. Да, с Ньютом она знакома дольше и, кажется, неплохо изучила его характер, но Иори звучал очень уж убедительно. Ньют или Иори. Кого выбрать? О Боже! И что теперь делать? Если сделать неправильный выбор, все может стать очень плохо. Умирать не хочется. Но что-то подсказывает Юне, что, какое бы решение она не приняла, для нее это плохо закончится. Добраться назад оказывается делом не из легких. Все коридоры похожи друг на друга. Из-за того, что пришлось сбегать, Юна совершенно не помнит, где находится та самая комната. В первый-то раз ее туда привел Иори. Да уж. А серебристоволосый вампир, кажется, знает особняк гораздо лучше, чем она. Только через десять минут где-то невдалеке слышатся странные звуки. Юна не уверена, но ей кажется, что это звуки борьбы. Ну, по крайней мере, пока что все живы. Это уже хорошо. Наверное. Чуть приоткрыв дверь, она заглядывает внутрь и буквально выпадает из реальности на несколько секунд. Картина, которая открывается перед ее взором, никак не вяжется с тем, что она знает. Интересно, это очередной кошмар, которых за эти пару месяцев было неимоверное множество? Или же на этот раз все по-настоящему? Даже неизвестно, что из этого было бы лучше. К снам она, конечно, уже начала привыкать, но все равно они постоянно вгоняют ее в дрожь. Стены давят со всех сторон, заставляя сердце девочки биться с удвоенной силой. От страха. С Иори она знакома едва-едва, но то, что происходит, заставляет мигом поверить во все его слова. А как не? Как, скажите, не поверить, когда Иори лежит на полу в луже собственной крови, хлещущей из рваных ран по всему телу. Вообще-то, у вампиров должна быть очень быстрая регенерация. Не даром же их считают практически бессмертными существами. Но, видимо, раны, нанесенные другим вампиром так просто не затягиваются. Ужасное зрелище, на самом деле. Буквально в метре от Иори стоит тот, кого еще совсем недавно Юна считала неспособным на подобные действия. Ньют. И в глазах его больше нет тех чувств, которые заставляли чувствовать вину за предательства. Только превосходство и ледяная ярость. Так непривычно. Видеть такого Ньюта очень необычно и безумно страшно. Словно дикое животное, он плавно подкрадывается к своей добыче, останавливаясь не более, чем в десяти сантиметров от него. Flash Back: — Ньют, подожди, — светловолосый вампир пытается сбежать, но его ловят за руку. — Что это такое? Зачем? Юна рассматривает странный подарок в своей руке и уже собирается вернуть его законному владельцу, когда тот в прямом смысле отскакивает от нее. Совершенно не задумываясь, она машет клинком около чужого лица. Взгляд Ньюта становится немного испуганным. Даже не немного. — Не делай так! — очень тихо просит светловолосый вампир, обхватывая себя руками. Так, будто ему становится холодно. — Это очень древнее и редкое оружие. Клинок Сиона. Этот великий ученый всю свою жизнь посвятил изучению вампиров, — поясняет только тогда, когда девочка убирает клинок за пазуху. — К концу своей жизни ему удалось кое-что изобрести. Этот кинжал сочетает в себе примеси серебра и еще какого-то драгоценного камня, который смертелен для любого существа. В том числе и для вампира. Уж не знаю, как Сион добился таких результатов, но теперь уже ничего не поделаешь. — Но откуда такое оружие у тебя? У вампира? — Юна, похоже, и правда не понимает. Несмотря на то, что клинок теперь находится у девочки, Ньют совершенно не боится поворачиваться к ней спиной. Да уж. С доверием у него все в порядке. Хотя, наверное, это не так уж и хорошо. В некоторых случаях особенно. Надеюсь, все мы помним о ситуации с Иори. — Это долгая история. Но вкратце: Крис нашел какого-то парня, у которого был друг, чья сестра была замужем за каким-то бизнесменом, брат которого был сторожем на кладбище… В общем-то все просто. — Почему он отдал его тебе? — хоть и ничего непонятно, Юна все равно продолжает допытываться. — В отличие от своих братьев я никогда не видел своего отца. Для меня его роль всегда исполнял Крис, — взгляд неожиданно тускнеет. — Так что на всякий случай. — У вас с Крисом очень теплые отношения, — замечает девочка. — Зачем же ты решил дать его мне? — Просто спрячь его и не показывай никому. Помнишь, что я сказал? Используй его только в самом крайнем случае, — и в буквальном смысле растворяется в воздухе. Flash Back the End: Стараясь сильно не шуметь, Юна Соммер чуть сильнее приоткрывает дверь и проникает внутрь. Вообще-то, это очень глупо. Кажется, она кое-что упустила. У вампиров очень хороший слух. Ньют ведь может услышать даже биение ее сердца. Или мог бы. Если бы не был так увлечен созерцанием врага, истекающего кровью. Зато Иори хорошо слышит. Он с трудом поворачивается, пытаясь отпихнуть от себя паренька, сжавшего его шею. Юна всего лишь не хочет, чтобы Ньют стал убийцей. Кто прав, а кто нет — ей наплевать. Сейчас главное остановить это безумие. Ведь все можно решить мирным путем. Господи, где же старшие Инганнаморте, когда они так нужны?! Крис бы наверняка сумел остановить это безумие. Да и Джун бы несомненно помог ему. Но сейчас их, к сожалению, нет. Это впервые, когда Юна жалеет об этом. Потому что теперь принимать сложное решение предстоит ей. Приблизившись и нащупав рукой металлическое лезвие и рукоятку, она зажмуривается и с силой бьет Ньюта куда-то в область лопатки, не давая себе времени подумать. *** Ньют и сам не знает, что с ним происходит. Не знает, как это у него, вообще, получилось сотворить такое с Иори. Тот ведь сильнее. Ну, в силу возраста. Почувствовав удар сзади, вампир медленно оборачивается и с недоверием смотрит на девочку с кинжалом в руках. В глазах его мелькают непонимание и проблески боли. Становится нечем дышать. Место удара буквально горит огнем. Сердце мгновенно ускоряет свой ритм, а ноги начинают подкашиваться. Оставаться в вертикальном положении становится очень трудно. Больно. Очень и очень больно. В голове будто бы что-то взрывается, заставляя Ньюта зажмурить глаза. Приходится прикладывать уйму усилий, чтобы просто остаться на ногах. О продолжении битвы речи быть не может. Ему плохо. Так плохо, что хочется лечь и просто не шевелиться. Яд от кинжала проникает в каждую клеточку тела, заставляя все органы в прямом смысле усыхать. Кровь из раны идет черная. Отравленная. От того, что начинает происходить с Ньютом, Юна всерьез пугается. Не этого она хотела и ожидала. Совсем не этого. Девочка же просто хотела немного отвлечь его. А что теперь? Похоже, ему действительно плохо. Да уж. Следовало, кажется, внимательнее слушать то, что ей говорят. Ведь Ньют же предупреждал. Предупреждал, что даже малюсенькая царапина принесет острую боль. — Ньют, — испуганно шепчет Юна, во все глаза глядя на опасно пошатывающегося вампира. — Прости меня. — Что ты наделала? — голос Ньюта практически не слышен. — Убегай отсюда. Беги, не оглядываясь, — всеми силами он старается побороть быстро подступающую слабость. Как только Ньюту становится не до него, Иори с трудом поднимается на ноги. Раны его медленно, но начинают зарастать. Кажется, теперь все встанет на свои места. Ньют умрет, а Иори отправится к себе домой. Там братья Инганнаморте его не достанут. Наверное. Но это не точно. Что ж, в любом случае нужно завершить начатое. Иори снова готовиться напасть. И то, что этого, в общем-то уже не требуется, его ни капли не волнует.