Мой господин

Ларри сидел и сопостовлял все "за" и "против". Он не мог разбить ему сердце ещё больше. Именно он был клеем, склеевающим разбитое хрустальное сердечко его маленькой любимой принцессы. А что бывает если клей разбавить водой? Правильно, он перестанет держать. Слёзы разбавили клей. Ларри решился. Набравшись смелости, он наконец ответил. – Котёночек... Иди сюда. Салли прижался к своему спасательному кругу. Джонсон прижал его как можно крепче, поглаживая по волосам. – Послушай... Чтобы этот упырок тебе не говорил, знай. Он твой отец. Он любит тебя. Но... -Ларри замялся. – Но... Что? -глаза Фишера вновь заблестели от подступающих слёз. – Его разум был затуманен. Он запихнул свою любовь так глубоко, что даже перестал её чувствовать. Повисло молчание. Они просто смотрели друг другу в глаза. Минуту? Две? Пять? Никто не знает... – Он не любил меня.. Как же я наивен... Одинокая слеза покатилась по щеке. Она обжигала кожу. Точнее остатки от неё. Она не докатилась. Ларри заботливо убрал её большим пальцем. – Маленький мой... Сал, послушай. Это всё не важно. Может, он тебя и не любил, но люблю я. И я хочу кое-что сказать. Я Ларри Кристофер Джонсон торжественно заявляю. С этого дня, и до дня, когда моё сердце пропустит последний удар, по твоим, Салливан... – Эдгар... – Салливан Эдгар Фишер, щекам будут литься только слёзы радости. Я клянусь жизнью оберегать и любить тебя всегда. И... Я хотел дождаться твоего дня рождения,но... -он достал из-за спины коробочку и встал на одно колено, открывая её- Ты выйдешь за меня? Сказать, что Салли ахуел, ничего не сказать. Он просто стоял не двигаясь и не дыша. Чуть отойдя от шока, он набросился на Ларри сбивая его. От его объятий Ларри начал чуть задыхаться, но ему было плевать. Главное сейчас далеко не это... Ларри почувствовал, как его плечо начало намокать. Но это были ни слёзы боли, ни слёзы потери, ни слёзы грусти. Нет. Это слёзы безграничного счастья влюблённого. – ДА! Да, да,да,да! Миллион раз Да! - сквозь слёзы орал Сал. Он чуть отстранился впился в губы теперь своего жениха. Это был поцелуй, пропитанный любовью и нежностью этих двоих. Десять минут... Пятнадцать... Тридцать... Кто знает сколько времени прошло. Их это не волновало. Они чувствовали лишь друг друга. Наслаждались каждой клеточной такого любимого тела. Они были счастливы. С трудом и нежеланием отстранившись, Лар надел кольцо на пальчик. Он начал целовать кисть, пальцы, запастья и т.д. прокладывая дорожку к губам. Салли прикрыл глаза от удовольствия. Остановившись на шее, Ларри прикусил кожицу, тут же зализывая. Он оставил метку, так и кричащую "Моё! Не трогать!" или "Убью любого, кто хоть пальцем к нему притронется". От этих действий Фишер простонал. Ларри впился в его губы. Снова поцелуй...