мать, неси ремень, химика воспитали

Обычно люди не запоминают свои сны. Андрей, видимо, был исключением. Всю свою сознательную и относительно сознательную жизнь он видел во снах какую-то девочку. Она зачастую даже не контактировала с ним, а просто где-то мелькала. Он не мог разглядеть её лица, но был уверен, что каждый раз это была одна и та же девочка. Ничем она не выделялась: русые волосы, которые еле дотягивали до плеч, юбка чуть выше колен и белая рубашка с брошкой в виде какого-то котика. Да, за много лет Андрей досконально изучил запомнил её внешний вид. Она не была похожа на его знакомых, он не видел таких девочек на улице. «Но ведь во снах мы видим только то, что видели в реале» — думал он про себя. Действительно, мозг не мог придумать что-то, особенно человека. Откуда тогда взялась эта девчонка? В последние пару лет она стала подходить к нему ближе. Андрей смог увидеть ещё некоторые подробности её внешности: она была довольно стройной, невысокой, на груди красовалась красная лента с золотой надписью «Лицеист». Забавно, что сейчас Андрей работал учителем в лицее. Он и сам не мог сказать, связано это с его глупым сном и глупой ленточкой, или же это его неосознанный выбор. Но, тем не менее, ему очень даже нравилось работать с детьми. Единственным минусом своей работы он считал только тот факт, что его иногда путали со старшеклассником, ведь для своих двадцати шести он выглядел очень даже молодо. *** — Ма-а-а-ам! Мы так опоздаем, — звонкий голос Алисы разнёсся по всей квартире. Она сидела за столом ещё в пижаме, а её мать нервно бегала из комнаты в комнату, что-то разыскивая. — Да я понимаю! Лучше помогла бы! — ответила девочке её мама, — неужели у нас в доме нет ни одной шпильки?! — Боже, мам, в чём проблема, пойду, значит, без этих твоих глупых бантов, — сказала Алиса, отправив в рот ещё одну ложку хлопьев с молоком. — Какое первое сентября без белых бантиков! Вот я в восьмом классе… — Твой восьмой класс был до начала времён! Тогда ещё Цоя слушали! Я не хочу перед новыми одноклассниками выглядеть, как первоклашка, — девочка надула губы и скрестила руки на груди. Мама посмотрела на неё и, обречённо вздохнув, сказала: «Ладно уж, бог с этими бантами…». Алиса, вдохновлённая тем, что впервые первое сентября у неё обойдётся без белых бантиков размером с ещё одну Алису, быстро покончила с завтраком и ускакала в свою комнату за одеждой. Её младшая сестра к этому моменту только выползла из ванной и с недовольной миной уселась за стол. — Почему Алиса носится, как ненормальная? Будто в школе не была ни разу, — буркнула Алёна, протянув руку за коробкой хлопьев. — Она же в новую школу сегодня идёт. Помнишь, с каким трудом она экзамены весной сдавала? — И сдался ей этот лицей, только лишний час на дорогу тратить… Мама девочек хлопотала где-то на кухне, пока они занимались сборами. Алиса вышла из своей комнаты, едва не светясь от счастья, и показалась сестре. На ней была новая клетчатая юбка и новая же рубашка. Волосы она так и не собрала, поэтому они непослушной копной лежали в первозданном виде, но выглядели при этом очень даже аккуратно. Девочка была очень довольна своим внешним видом. Алёна подошла к ней и задумчиво оглядела с ног до головы. Через секунду она уже скрылась в коридоре, побежав в свою комнату. Ещё через пару мгновений она стояла на том же месте, что-то сжимая в ладони. — Я, конечно, за этого котика буду убивать, но тебе, сестрёнка, ничего не жалко, — она протянула Алисе кулачок и разжала его: там лежала брошка с мордочкой котика. Буквально неделю назад сёстры едва не дрались за неё, в той неравной битве всё-таки победила Алёна на правах младшей. Старшая благодарно улыбнулась и обняла свою сестру. — Сегодня я буду блистать, — заявила Алиса и прикрепила брошь на правый кармашек рубашки. Всю эту трогательную сцену прервал отец, который десять минут ожидал девочек во дворе и пришел, чтобы их поторопить. Сёстры быстро закончили сборы и, поцеловав на прощание мать, умчались вниз. По пути в школу они заехали в цветочный магазин по наказу мамы и купили самый красивый и самый пышный (как показалось девочкам) букет астр. *** — Теперь вы — лицеисты. Носите это звание гордо, мои милые дети, — торжественно вещала директриса с небольшого пьедестала. Последующие её слова Алиса благополучно пропустила мимо ушей. Она крутилась, держа в руках тот самый букет, который был едва ли не больше неё самой. Больше её интересовало знакомство со всеми своими теперь уже одноклассниками, нежели вступительная речь директрисы. Дети, стоявшие у таблички «8 "Д"» радостно перешёптывались, им всем не терпелось познакомиться друг с другом. Классная руководительница постоянно делала им замечания, но они ничуть не меняли ситуацию. Справедливости ради, остальные классы тоже беспрестанно трепались, во всем этом была такая радостно-нервозная атмосфера, как это и всегда бывает на первосентябрьской линейке. На улице было тепло, очень тепло даже для сентября. Солнце стояло высоко над головами и играло лучами в золотых листьях деревьев. Школьный двор был заполнен детьми от восьмого до одиннадцатого класса. Дети глядели по сторонам, стараясь запомнить каждый миллиметр окружающей их обстановки. В центре двора был пьедестал директрисы, а за ним, подобно всадникам апокалипсиса, выстроились учителя-предметники. Все они приветливо улыбались ученикам, хотя сложно отрицать, что выражения лиц некоторых из них не внушали ничего, кроме первобытного страха. Директриса продолжала фонить, но это даже не раздражало. Алиса слышала лишь обрывки её фраз, такие как «… станете более самостоятельными…» и «… на шаг ближе к взрослой жизни…». Она практически сгорала от нетерпения. Ей хотелось скорее закончить с этой формальной частью и побежать, куда глаза глядят. Давно её не распирали такие эмоции. А букет всё ещё был в руках и уже успел ей осточертеть. Директриса закончила свою пронзительную, но чрезвычайно затянутую речь и подала сигнал одиннадцатиклассникам, чтобы они прошли по классам и раздали им красные шёлковые ленточки. Алиса не могла разглядеть, что там написано, но ей очень хотелось увидеть уже эту ленточку на себе. Вскоре её желание осуществилось: классная руководительница надела их на каждого своего подопечного, включая саму Алису. Тут-то девочка и разглядела, что на ней написано золотыми буквами (и, к слову, безвкусным шрифтом) «Лицеист». — А теперь, мои милые дети, пройдите со своими кураторами в кабинеты, там вам раздадут учебники и скажут расписание уроков на ближайшую неделю, — сказала директриса и немедленно ретировалась из-за того, что её кто-то позвал. — Восьмой дэ, не расходимся, все здесь стоим, — властным голосом сказала классная руководительница Алисы, и все дети как вкопанные остались на своих местах. Кроме, конечно же, Алисы. Она уже умчала в само здание лицея, дабы отыскать директрису и вручить ей уже этот треклятый букет. Девочка не имела ни малейшего представления, где она может находиться в данный момент, поэтому помчалась по лестнице вверх. К счастью, на первом же пролёте она встретила её, куда-то торопившуюся, и с глупой улыбкой и какой-то невнятной фраза из раздела «С началом учебного года!» пихнула цветы ей в руки. Директриса мило улыбнулась, приняла букет, и сказала Алисе возвращаться в свой класс. Так она и сделала: направилась в последнее место, где она всех видела. Но там уже никого не было. Точнее не было её класса. Она бегло осмотрела все таблички, но не нашла заветной надписи «8 "Д"». Тут её охватила паника, которая отмела весь восторг, царивший в душе. Ощущение было похоже на то, когда мама в магазине оставляет тебя у кассы, а сама уходит, и ты не знаешь, что делать, ведь очередь уже приближается. Только тут мамы не было; это Алису пугало больше всего. В первую секунду она растерялась, но потом здравый смысл взял бразды правления Алисой в свои руки, поэтому девочка направилась обратно в здание. Там суетливо носились учителя и дети, но знакомых лиц она не видела. Пока её опять не охватила паника, она решила пойти вверх по лестнице, может там она встретит своих. Девочка бежала, перешагивая через ступеньку и глядя себе под ноги, чтобы не навернуться. И тут она влетела всем своим существом в человека, спускающегося ей навстречу. Алиса тут же послушно полетела вниз, пока этот самый человек не подхватил её под лопатки. Только сейчас к ней вернулось зрение, и она подняла взгляд на причину её почти-падения и, по совместительству, спасителя. Это был парень в синем пиджаке, из-под которого виднелась голубая рубашка. Алиса в ту секунду решила, что это одиннадцатиклассник. — П-прости, не смотрю, куда иду, — запинаясь, произнесла девочка. — Аккуратнее будь, — отозвался её спаситель и окончательно поставил Алису на ноги. — Где… Где кабинет Галины Геннадьевны? — тут же выдала девочка, пока не успела забыть, что она вообще тут делает и как зовут классную руководительницу. Парень задумался на пару секунд, а затем произнёс: — На четвёртом этаже, четыреста третий. Девочка почти сразу умчалась вверх по лестнице, тряхнув своими русыми волосами и крикнув напоследок: «Спасибо!». Она сразу отыскала кабинет и, тысячу раз извинившись, заняла свободную парту. Галина Геннадьевна не стала её отчитывать, а лишь продолжила вещать детям про лицей. Судя по всему, Алиса не пропустила ничего важного, потому что лица её одноклассников были не менее озадачены, чем её собственное. Из всего, что сказала тогда классная руководительница, она запомнила только то, что у них следующим уроком химия. Прозвенел звонок, и Галина Геннадьевна, уставшая уже говорить что-то детям, выпустила их из кабинета. Они дружной гурьбой вывалились в коридор и направились в класс химии, что-то при этом щебеча, подобно птицам. Алиса уже обзавелась приятелями и бурно с ними о чем-то дискутировала. Вся перемена пролетела едва ли не за секунду, по крайней мере так казалось девочке. Опять прозвенел звонок, дети уселись на свои места. И тут в кабинете появился тот самый спаситель Алисы. Только сейчас она заметила у него на пиджаке бейджик с именем, под которым было написано «учитель химии». Девочка залилась краской и спрятала взгляд от него. — Так, ну здорово, ребята. Я Андрей Евгеньевич, учитель химии, как вы могли догадаться. Я бы хотел с вами познакомиться, — радостно пропел парень и уселся за стол, — пройдёмся по списку. Список не был упорядочен по алфавиту, ведь классная руководительница написала его лишь после переклички класса. Это больше всего напугало Алису — её, как опоздавшую, записали самой первой. — Федосеева Алиса, отзовись, душа моя, — объявил химик, зачитав имя с листочка. Девочка подняла руку и помахала ей, — а, так это ты у нас по лестницам носишься, — тут же отреагировал Андрей, чем вызвал смешок, пробежавшийся по классу. — Так это вы восьмиклассниц на лестницах ловите, — выкинула Алиса, прежде чем успела подумать; это вызвало просто гомерический хохот среди всех детей. — Да, знаешь, могу иногда подцепить девчонок, — дети ещё громче засмеялись, даже Алиса прыснула от смеха, а сам Андрей лишь ухмыльнулся. Своим (немного дебильным) чувством юмора химик произвел на детей неизгладимое впечатление. Алиса была готова поспорить, что добрая половина класса однозначно в него влюбилась. По крайней мере Ромка точно. Сама же она не относила себя к этой части, как ни странно. Ну или верила в то, что не относится к ней. *** Андрей спешил в кабинет директрисы, чтобы донести ей что-то. Или она должна была что-то сказать ему? Этого он не помнил или же попросту не знал, но был уверен, что ему срочно надо туда. Он бежал вниз по лестнице, смотря перед собой, чтобы никого не сшибить. Даже это не помогло ему, и в него все равно впечаталась какая-то ученица, отчего тут же начала падать вниз. Он рефлекторно вытянул руки вперёд, чтобы поймать летящую вниз девочку. Правой рукой он обхватил её под лопатки, а левой взял за запястье и потянул на себя; это помогло предотвратить её немедленное падение. Она сама не успела ничего осознать, как уже была им поймана. — П-прости, не смотрю, куда иду, — дрожащим голосом сказала девочка. И только сейчас он разглядел её. На ней была юбка, обычная, казалось, клетчатая юбка, и такая же обычная белая рубашка. На рубашке красовалась до чёртиков знакомая брошь со смешной мордашкой кота, а поверх неё была красная лента с золотыми буквами. У девочки были волосы до плеч, и точно такие же — русые — как у той девочки из его снов. Таких совпадений ну просто не бывает. — Аккуратнее будь, — с миллисекундной задержкой ответил он, продолжая не верить своим глазам. Чуть позже эта девочка объявилась на его уроке. Он смог ещё раз оглядеть её, теперь уже не в спешке. Да, она все-таки была точно как та, что он видел во снах уже очень долго. Звучит очень неправдоподобно, слишком по-сказочному. «В конце концов, меня это ни к чему не обязывает» — решил для себя химик. Этим же вечером Андрей признался себе, что что-то его в этой девочке зацепило. Может быть то, что он видел её во снах с десяти лет? Однозначно нет. Однако сегодня ночью ему не снилась ни она, ни ещё кто-то. И тут он понял, что встрял по-крупному.