Безумный шторм

Аметис часто и рвано дышала под тяжелым одеялом. Тело было будто чужое. Границы реальности размылись. Сны возвращали в ад — мучительное испытание и для тела, и для разума. Во снах возвращалась память о прошлой жизни, о жизни до лаборатории. С памятью приходила боль, яркая и оглушающая. Но с пробуждением все воспоминания блекли, покрываясь пеленой тумана. В голове оставались только самые главные события. До лаборатории была жизнь. Даже имена собственных родителей вспомнить не удавалось — образы расплывались. В голове, словно маяк, возвышалось одно: мама и папа отчаянно любили свою дочь. Остальные детские воспоминания растворились под натиском тьмы и боли. Девушка не делилась воспоминаниями даже с Мораной. Смысла не было: спасти уже никого нельзя. Так что об истинном происхождении девушки не знали даже самые близкие ей люди. «Девочка, которая родилась в Норд Блю, давно стала призраком», — так рассуждала про саму себя Аметис. Человек без прошлого. Каждое пробуждение приносило зияющую пустоту в груди. Ничего нельзя вернуть назад. Ресницы затрепетали над бледной кожей. Сонные глаза уставились в высокий каменный потолок. Сквозь липкую тишину прорезались звуки: трещал камин, собственное дыхание выровнялось и стало размеренным и глубоким. Отблески огня играли по комнате, тепло окутывало, глаза открывались тяжело. Чувства подсказали, что сейчас, если не ночь, то уже очень глубокий вечер. Сознание все еще оставалось туманным, но девушка сумела осмотреться. Комната с каменными стенами и высокими потолками подсказывала, что, вероятно, это замок. В памяти всплывали далекие обрывки разговора с Далтоном: он рассказывал, что ведьма обосновалась в замке на горе Драм Пик. На который они все-таки смогли успешно подняться, раз она находилась в замке, а не где-то еще. Этот факт несколько осветлял мрачное, после сна, настроение. Обстановка была скромная: несколько сундуков, книжные полки, несколько столов. Только сейчас Аметис заметила возле своей кровати существо. Оно было коричневое, пушистое и рогатое. Походило на маленького оленя с синим носом. На голове немного несуразно взгромоздился красный цилиндр, натянутый по самые глаза. Смотрело существо загнано. Олененок стоял на стуле, не двигался. Копытца были протянуты к её ноге. «Видимо, я проснулась не очень вовремя», — тонкая девичья лодыжка торчала из-под тяжелого пухового одеяла. Шрамы на коже были воспалены и сочились сукровицей. Олененок застыл в процессе смены повязок. Аметис оцепенела — на цилиндре красовался белый крест, верная принадлежность к врачебному ремеслу. Глаза под цилиндром нахмурились. — Ты боишься меня? — первый среагировал олененок. Аметис вздрогнула от невесомых касаний. Бинты менялись быстро и безболезненно. В уверенных движениях чувствовался опыт. — А ты доктор? — хрипло поинтересовалась девушка, подавляя желание отдернуть ногу. Обычно, видя человека в белом халате или еще с какой приблудой в руках, вроде шприца, Аметис всеми силами таких людей избегала. Внутри ее сковывал леденящий душу ужас. Будучи ребенком, она впадала в беспамятство при одном только упоминании докторов и врачей. Повзрослев, контролировать страх стало проще, но он не исчез. Сейчас же сердце билось ровно. Подсознательное молчало, зудящая тревога отсутствовала. Для Аметис такая реакция была в новинку, но она доверилась своей интуиции. Олененок кивнул: — Всему, что я знаю, меня научила Докторина. Я хочу быть врачом! — олененок старался говорить тихо. Аметис осмотрелась и обнаружила спящую Нами на соседней койке, дыхание было ровное и глубокое. — Я боюсь врачей, — подтвердила ему девушка, также переходя на полушепот. В лице маленького доктора мелькнуло изумление, но он продолжал перевязывать пациентку. Несколько минут стояла тишина. Аметис показалось, что ее доктор напряженно пыхтит. — Ты боишься меня, — повторил доктор, — но не потому, что я говорящий олень, а потому что доктор? — Ты вроде очень даже милый, — пиратка усмехнулась, — обычно я очень боюсь врачей, но с тобой спокойно. Глазки-пуговки блестели из-под шляпы. — Не испугаешься, даже если я превращусь в огромного монстра? — доктор не унимался. — Я обещаю тебе, что не испугаюсь, но только без уколов, прошу, — голос был пиратки нарочито серьезным. Олененок хихикнул и с интересом покосился на пациентку. — Правда боишься врачей и уколов или просто шутишь? Под покровом ночи, в свете пламени, перешептываться было необычайно уютно. Детское открытое сердце. Печальные, загнанные глаза. Девушка дрогнула и растаяла. Дети имели над ней какую-то непонятную власть, а сердце этого малыша было ранено, Аметис чувствовала это как никто другой. Пиратка решила открыться своему маленькому доктору. Лучшее, что она может сделать по отношению к нему, это попробовать объясниться. — Ты уже и сам же видел, — мелькнула виноватая улыбка. Кровать скрипнула под переместившимся весом, волосы постепенно открывали полностью все лицо, пока девушка заплетала их в косичку. — Посмотри на меня. Бледное лицо с правильными, тонкими чертами уродовал шрам. — Все эти шрамы у меня из-за людей, которые называли себя великими учеными, докторами и врачами. Они ставили на мне эксперименты, пытаясь создать идеальное оружие. Голос девушки был ровный. Ладонь легла на шею, пряча самое позорное клеймо, которое могло остаться на теле человека. — Не может быть! — Оленёнок с шоком осознал. — Как... как это произошло? — Сейчас это уже не важно, — равнодушные глаза не отрывались от созерцания огня. Уходить глубоко в воспоминания не хотелось. Чоппер интенсивно переваривал услышанное. Вид он принял очень забавный, и Аметис усмехнулась. Захотелось потрепать малыша, успокоить, но вовремя одёрнула саму себя. Они ещё даже толком не знакомы, чтобы распускать руки. — Сейчас всё хорошо, — успокаивающе улыбнулась девушка. Аметис сама не верит до конца в своё счастье. — Меня и сейчас продолжают бояться другие люди, но теперь у меня есть накама — люди, которые считают тебя странным, и для них это твой плюс. Тем более пиратов шрамы делают даже круче. Оленёнок снова хихикнул, прячась за копытцами. Аметис осмотрела своего врача ещё раз. Оленёнок с синим носом. Умеет разговаривать, и ко всему ещё и доктор. Боязливый, но очень милый. Было бы здорово, стань они накама. Возникло острое желание попросить Луффи принять оленёнка в команду. Всё тело пиратки было перевязано свежими бинтами. Нос чувствовал слабый и приятный лекарственный запах. Кожу слегка тянуло, но боль исчезла. — Спасибо, — силы утекали, а крепкий сон накатывал на девушку. — Я давно не чувствовала себя так легко. — Мне вовсе не приятно это слышать, дурында! — Меня зовут Аметис, — протянутая рука приветственно повисла в воздухе. Секундное замешательство, и маленькое копытце боязливо легло в ладонь. — Меня зовут Тони Тони Чоппер! Аметис почувствовала, как накатывает усталость. Ладонь заснувшей пиратки была заботливо убрана под одеяло Чоппером.

***

Девушка чувствовала себя мумией, но с этим можно было смириться: боль в шрамах отступила, и она даже смогла спокойно заснуть. Сон был крепким и целебным, как никогда. Аметис снилось сердце: раненое и брошенное, оно трепыхалось из последних сил. Жалкое и никчемное. Появилась рука и сжала это сердце. Крепко, но нежно. Рука была старая, морщинистая, а пальцы — шершавые. Потом появилось еще множество рук. Грубые и мозолистые, со сбитыми костяшками, нежные и мягкие, но главное — все они были теплыми. Сердце больше не истекало кровью. Оно лежало в заботливых и исцеляющих ладонях. За всю жизнь Аметис не видела более приятных снов. Проснуться с хорошим настроением было в новинку. — Доброе утро, Чоппер, — слабая улыбка украсила губы. Олененок отпрыгнул куда подальше, а потом уже выдохнул с облегчением. — Как ты себя чувствуешь? — боязливо выглянул доктор. Хоть они вчера и очень мило поболтали, не так легко преодолеть неловкость первого общения. — М? Чудесно! — Пиратка сама не верила в свое счастье. Всю жизнь ее мучают ночные кошмары, иногда она предпочитала не спать ночью вовсе, чем терпеть эти страдания. — Совсем ничего не болит! Невероятно! Это все благодаря тебе! Голова не болит! Шрамы не болят! Все хорошо. Чоппер снова засмущался от комплиментов, сияя от счастья. — Докторина, моя наставница, сказала, что тебе нельзя пока что пользоваться силой, — проинструктировал по-врачебному олененок, но с любопытством косился, возвращаясь к своим делам. — Ты фруктовик? — Доктор деловито готовил лекарство для Нами. В одном из сундуков лежали вещи Аметис. — Нет, я не фруктовик, — Девушка ухмыльнулась, заметив озадаченную физиономию нового знакомого. Правда выскользнула быстрее, чем Аметис успела это обдумать. Вещи были найдены и натянуты обратно на владелицу. — Тогда что за сила? — Не смог сдержать детское любопытство Чоппер. — Это поэтому от тебя пахнет иначе? Вопросы продолжали сыпаться, а подготовка лекарства была отложена. — Ну я же не могу показать, силой-то пользоваться запретили, — Аметис осматривала комнату. Чоппер интенсивно закивал, бурча под нос: «Нельзя-нельзя», и продолжил делать лекарство для Нами. Сидеть в комнате было невыносимо. Сидеть возле Нами и держать болезную за руку было бессмысленно. Под чутким наблюдением Чоппера навигатор стремительно шла на поправку и выглядела значительно лучше. Аметис почувствовала, как с плеч свалился груз ответственности за жизнь подруги. Можно беспечно оставить её на Чоппера. Спокойный и внимательный оленёнок внушал уверенность, что с подругой всё будет хорошо. Из-под деревянной двери со свистом подвывало. Стоило только Аметис высунуть нос в коридор, в лицо приземлился комок снега. Замок был занесён сугробами. Ветер вольготно разгулялся меж каменных стен, оттого так и сквозило. Аметис осторожно выскользнула, мягко шагая по снегу. С каждым шагом она осваивалась в новом теле. Шрамы всё ещё неприятно тянули в тех местах, где зажили не очень удачным образом, но в целом неприятные ощущения исчезли. Вальяжно прогуливаясь по коридорам, девушка не забывала осторожно посматривать в комнаты: вдруг в какой-то из них найдутся её друзья. Зябко поежившись, девушка сильнее закуталась в шарф. Холод стоял ужасный. Холодный ветер не просто щипал, а будто резал кожу на лице. — О! Вот вы где, — выдохнула пиратка, лениво приветствуя товарищей. — Я по всему замку вас обыскалась. Луффи пытался избавиться от бинтов, но чем больше он их снимал с себя, тем больше узлов завязывалось вокруг него. Санджи уже аккуратно всё сложил, заправил кровать и был одет с иголочки. Капитан и кок замерли, разглядывая девушку. Волосы были убраны в высокую косу, а лицо было полностью открыто. До этого дня половину лица всегда скрывали аметистовые пряди. Впервые за всё время сквозь нездоровую бледность проступил лёгкий румянец. Кажется, даже яркий шрам побледнел и совершенно не бросался в глаза. — Тебе лучше, Аме! — Счастливо улыбнулся Мугивара. — Нами выздоравливает, это кому угодно поднимает настроение! — Накама обрадованно загудели. — Давай помогу, — не выдержала эспер и начала распутывать капитана из бинтов, хихикнув. — Как ты вообще умудрился столько узлов навязать? Санджи стоял словно заворожённый. «Даже без своей глупой улыбки», — отметила про себя Аметис. Подозрительно косясь на кока, девушка сдалась и призвала его на помощь. В конце концов, в четыре руки удалось освободить капитана из уз бинтов. Аметис рассказала о новом знакомстве с врачом-оленёнком по имени Чоппер. Маленький доктор позаботился не только о шрамах Аметис, но и вылечил Нами. — Говорящий олень?! — Отвисла челюсть у капитана от такого рассказа. — Луффи, мы же встретили его, когда забрались на гору, ты уже забыл? — Санджи курил. — Я думал, это галлюцинации от холода. — Там ещё была старуха, — нахмурился кок, — Докторина, кажется. Парни в красках рассказали, как им пришлось вдвоём добраться по стене. Санджи, не жалея рук из-за грозящего обморожения, упорно нёс Аметис, Луффи не отставал. Нами следовало поднять максимально бережно. Взобравшись по отвесному склону, друзья просто рухнули без сил. Но ловушка подстерегала и тут: стоило Луффи и Санджи расслабиться, как сугроб надломился и начал сползать вниз по склону. Сил на рывок уже не было, всё грозило закончиться катастрофой. Тут им на помощь и пришёл Чоппер. Огромный йети с синим носом успел поймать пиратов и вытянуть на безопасную поверхность. — Да, я думаю, это Чоппер, — Аметис села на кровать, пока слушала рассказ. Девушка замерла. То ли воздух поменялся, то ли она краем уха услышала что-то, но девушка чётко осознала, что сейчас оленёнок зайдёт в комнату. — А вот и он, — дверь приоткрылась, но с грохотом распахнулась от ветра. Чоппер ворвался, принося прохладу замка с собой. — Э-эй, вы, как вы себя чувствуете? — заикался доктор, глаза капитана засветились любопытством. — Так ты и правда говорящий олень! — Чоппер не успел даже среагировать, только вскрикнуть, как резиновые загребущие руки Луффи уже в него вцепились с жаждой пощупать и потрогать оленя, словно плюшевую игрушку. — Он ещё и на двух ногах ходит! — Санджи был поражён не меньше капитана. — Ши-ши-ши, мягонький, — довольствовался капитан лёгкой победой, поймав Чоппера в свои лапы. — Хи-хи-хи, — проступили слёзы от смеха у оленёнка. В следующую секунду в комнате стало резко не хватать места и света — это Чоппер превратился в огромного йети-подобного монстра. Капитан от неожиданности упал на мягкое резиновое место. Челюсть мальчишек от шока упала до пола. — Офигеть, ты теперь огромный монстр! — В унисон крикнули парни. Аметис только приподняла брови, будучи не такой щедрой на эмоции, как парни. «Кажется, у Луффи какой-то сдвиг на превращениях и монстрах», — проскочила у неё весёлая мысль. Чоппер не сильно обрадовался ни тому, что его назвали монстром, ни излишнему вниманию, поэтому поскорее рванул подальше от капитана. Началась погоня. Луффи с воплями: «Давай дружить!» преследовал бедолагу-оленя. — Я думаю, можно проведать Нами, — подытожила сцену Аметис. — От таких воплей она точно проснётся. Нами действительно уже пришла в себя. Напоминанием о тяжёлой болезни были лёгкий румянец и одышка. Навигатор упорствовала: она готова продолжать путь хоть сейчас. Доктор Куреха, или Доткорина, как она сама просила к ней обращаться, как раз закончила осмотр пациентки. И её вердикт был однозначен: на восстановление требуется ещё несколько дней под строгим наблюдением врача. Аргументы свои она усиливала холодным оружием у горла. Старуха пристально разглядывала перебинтованную пиратку. Ухмылка врача была жутковатой. Аметис внешне никак не отреагировала. Докторина сильно её напрягала. Решение было простое – спрятаться за надёжным накама. Да, она избегала этой старушки и не пыталась это замаскировать. Здоровый румянец сменился мертвенной бледностью. Да, Аметис знала, что вреда ей не причинят, но страх это не уменьшало. Тело реагировало, опережая и игнорируя какие-либо рациональные размышления. — Аметис, так вы знакомы с Докториной? — Нами поискала глазами подругу и не поверила: словно тень, она прилипла к Санджи, только волосы мелькали. — Я боюсь врачей, — прояснила девушка на недоумение подруги, слегка дрогнувшим тоном. — Кажется, когда-то давно меня сюда привозили, но я толком не помню ничего, — глухо отозвалась эспер, выглядывая из-за плеча кока. Держалась она так хорошо лишь потому, что Куреха ничего «докторского» и не предпринимала. — Это возмутительно! Я буквально вытащила тебя с того света, а Морана даже заплатить не потрудилась, — захохотала старуха. — В этот раз я вас так просто не отпущу, вы должны мне за свое лечение и за прошлый раз этой девчонки, раз теперь вы накама. Эспер медленно ушла за спину кока, не сводя взгляд со старухи. Рациональная часть подсказывала ей, что опасности нет. Но перебороть тело было сложнее. В памяти Аметис всплывали рваные обрывки разговоров с Мораной об этом эпизоде их жизни. Информация совершенно не отложилась, но кажется, наставница действительно предупреждала не соваться на этот остров без нужды. Ни имя, ни название острова Аметис, конечно, не запомнила, отмахнувшись от женщины с её советами. «Ты слушаешь меня?» — возмущению Мораны не было предела. Эспер бесстыдно заснула, но продолжала поддакивать рассказу наставницы. Аметис нервно потела. Санджи тоже. Отчаянное желание сказать что-то ободряющее и комплиментарное жгло парню язык. Всем телом кок чувствовал, как девушка дрожит от страха и тревоги. Интуиция подсказывала, что не стоит акцентировать внимание на таком её состоянии. Слишком уязвимая, чтобы что-то говорить. Ему просто повезло сейчас быть её щитом. — А ещё вы, кажется, единодушно покусились украсть моего помощника, — Докторина, ухмыляясь, продолжила перечислять свои претензии. Она одобрительно хмыкнула. — Забирайте его. Неприкаянный Чоппер не мог найти пристанище ни в родном стаде, ни среди людей, обратившись человеком после съедения дьявольского фрукта Хито-Хито. Люди видели его монстром и не пытались взглянуть глубже. Чоппера пытались не просто изгнать, а убить. Был лишь один человек, который с ним заговорил. Куреха рассказала о нежной и трогательной связи отца и сына, о борьбе и надежде, с которыми шёл по жизни доктор-шарлатан, и как печально всё закончилось. Замок с пиратским флагом стал символическим надгробием для Хилулука. — Он не олень и не человек, но, как и всем, ему нужны друзья, — признавала жестокую реальность Докторина. Когда умер доктор, женщина взяла на обучение к себе сироту. — Вы сможете излечить его сердце? — Старуха замолчала, отхлебнула из бутылки и бросила очередной взгляд на макушку с аметистовыми волосами. У Курехи был своеобразный характер, но сквозь все усмешки чувствовалась родительская забота. Для Чоппера она желала только лучшего, даже если вслух этого не произносила. В комнате повисла тишина, но она не была неуютной. Докторина сказала всё, что хотела, остальное оставалось за пиратами. Старушка своё согласие дала, но даст ли его Чоппер, зависит от того, как они себя поведут и захотят ли забрать с собой. Куреха уже знала, чем всё закончится, и увидела достаточно, чтобы сделать правильные выводы. И эта глупость, а не пиратка, находящаяся на грани обморока, изрядно раздражала Докторину. В конце концов, в добровольно-принудительном порядке было выдано успокоительное. Пираты вовсю хозяйничали в замке, Санджи организовал завтрак. Только еда смогла оторвать Луффи от преследования Чоппера. — Луффи, — единодушно решили девушки, — Чоппер нужен нам в команду. Капитан только проказливо смеялся. Докторина недовольно поглядывала на Мугивар. Недовольство напускное, но ножи были очень даже настоящие. В какой-то момент даже ей пришлось признать, что за молодёжью ей уже не угнаться. Поэтому обедали все мирно. Особенно парни после урока манер от Курехи. Старухой вслух они её больше не спешили называть. Чоппер к ним не присоединялся, но и любопытство унять не мог. Внезапно маленький доктор вскочил и глубоко вдохнул воздух, принюхиваясь. — Вапол здесь!

***

      Чоппер превратился в оленя и выбежал из комнаты, за ним рванули, ни секунды не думая, Луффи и Куреха. Санджи бросил на нас обеспокоенный взгляд. Успокоительное у Докторины оказалось действительно мощное, я даже глазом не повела. Нами, видимо, тоже была ещё немного заторможенная после болезни и, просто забив на всё, укладывалась поудобнее в кровати. — Иди уже, — фыркнула я, — только никого не пропускайте в замок, мои силы ещё не восстановились. — Прекрасные леди могут положиться на меня, — рассыпался кок в комплиментах и поспешил за Луффи. Возможно, стоит смириться уже с этими бесконечными комплиментами. После всего произошедшего кажется несерьёзным принимать это близко к сердцу. Нами повернулась ко мне, выглядывая только глазами из-под одеяла: — Кто такой Вапол? — Рыжие брови еле заметно хмурились. В комнате оказалось необычайно тихо и пусто впервые за весь день. Я почувствовала, как напряжение уходит, от расслабления немного повело, и тело само растеклось по стулу. — Кажется, это местный придурковатый король-тиран. Он мешает нам с того момента, когда мы только в климатическую зону вошли, — холодные пальцы стискивали согревающую кружку. Я постаралась ёмко пересказать наши приключения с поиском доктора. — А! Про него говорила Докторина, — пробормотала навигатор. Ветер с воем и свистом врывался в помещение через все существующие щели. Чай в чашке не успел остыть, как раздался вопль Луффи за пределами замка. Нами недовольно заворочалась, натягивая одеяло до самых ушей. На границе сознания вдруг появился «голос» Луффи — я точно могла определить, что он вошёл в замок и бежит к нам. — Сейчас Луффи ворвется, — предупредила подругу. Нами только коротко кивнула. Воспоминания о Ваполе отдавались скребущими кошками на душе. Очень уж хотелось самой хоть разок приложить его чем-то посильнее, но придется оставить мерзкого тирана на расправу капитану. — Мне нужна куртка! Там такой дубак оказывается! — ворвался в комнату с воплем парень. — Можешь взять мою куртку, — разрешила ему Нами, в который раз укладываясь поудобнее для сна. Луффи натянул на себя куртку навигатора и придирчиво осмотрел себя. — Блин, она выглядит не круто! Ну ладно, хоть тепло, — пробурчал капитан, выскакивая за дверь. По комнате загулял сквозняк от постоянного открывания двери. — Черт, я тоже хочу поучаствовать, — я развалилась на столе, тоскливо поглядывая в сторону выхода. Подъем в гору стоил мне больших усилий, резерв после такого будет восстанавливаться несколько дней. Нога отбивала нервный ритм, и я с силой прижала ее к полу, горестно вздыхая. — Они и без нас разберутся, а ты отдыхай, пока есть возможность. Нам надо поскорее восстановить силы и сбежать от этой карги, — приоткрыла Нами один глаз и снова уютно улеглась. В замке была хорошая акустика, поэтому, прислушавшись, можно было понять, что происходит на улице. Тишина отступила, теперь завываниям ветра аккомпанировали гвалт и звуки битвы. Стояли крики, гремело оружие. Чай заканчивался. Нами вертелась в постели и не находила себе места. Когда замок очередной раз сотрясло, рыжая пулей выскочила из постели. — Аме, как ты себя чувствуешь? — рыжая металась по комнате, подбирая свою одежду. Действие успокоительного постепенно отпускало, хотелось собрать себя в кучу и начать как-то действовать. — Пободрее тебя буду, — обидно пропускать всё веселье, но лезть на рожон, будучи безоружной, было бы глупостью. Я вопросительно уставилась на подругу. — Мы можем сбежать под шумок, — хитро прищурились она, впрыгивая в свои пожитки. Это действительно было хорошей мыслью. Докторина до этого уже продемонстрировала свой дьявольский нрав и строгость по отношению к пациентам. Даже воспоминания об этой женщине вызывали неприятную нервозность. Пересекаться с ней лишний раз не хотелось. Можно сбежать из замка, пока все заняты сражением с Ваполом, вернуться благополучно на корабль и не задерживать Виви на пути в Арабасту. — Стой! — Нами уже готова была открыть дверь. Внутреннее чутье вопило об опасности. Среди ощущений снова появился «голос», но в этот раз он был мерзостный. — Я чувствую, там кто-то есть, — мозг напряженно генерировал идеи, как выкручиваться из этой ситуации. Страха не было, наоборот, тело будто тянуло вперед. — Я не могу сейчас сражаться. Нами тепло улыбнулась: — Значит, в этот раз я тебя прикрою, — только и мелькнула перед глазами рыжая копна волос, и рванула вперед. В последний момент я схватила подругу за руку, и мы вместе вывалились в коридор замка. Недовольство вскипело внутри. Ну что за балда! Прямо внизу холла замка на нас вылупился Вапол. — Вы! Я помню тебя, ведьма! Вы — накама Мугивары! — кричал он, тыча в нас пальцем. Злая, предвкушающая улыбка была на его лице. Нами тут же изменилась в лице, оттолкнув мою руку, и сама отпрыгнула подальше. — Нет-нет, ничего подобного! Я с ними даже не знакома! О ком это ты? Ничего не понимаю, — искреннее недоумение было на лице навигаторши. Я просто молча перевела недовольный взгляд на подругу. Плакать или смеяться — я пока еще не определилась. Ну что за подстава! Сама нас сюда втянула, теперь пытается слинять. Нами в ответ на мои грозные взгляды только виновато поджала губу, даже не пытаясь извиниться. Мелкими шагами она все быстрее отдалялась от меня. Ох, не зря я про себя все время ее нагибаторшей называла. Нами снова кинула короткий взгляд на тирана и, пряча руки за спиной, показывала ладонями в две разные стороны. — О? Да неужели? — не скрылась битва наших взглядов от Вапола. — Да-да, простой навигатор, так, проездом тут, — Нами медленно отступала. План был простой и понятный — разделяемся. Пока враг гонится за одной, вторая что-то да сообразит. Я медленно заскользила по заснеженной земле, плавно двигаясь вдоль стены. По крайней мере, ему придется решать, за кем гнаться. – До свидания, – Нами помахала рукой на прощание, перетягивая на себя внимание, и полностью развернулась. Вапол помахал ей рукой. Тут он прыгнул на колонну и взобрался по ней прытко, как таракан. Интуиция вопила, что тараканище погонится за мной. Стоило только ему прыгнуть в мою сторону, я побежала. Мозг словно отключился, и тело действовало исключительно по мышечной памяти. – Ты! – рванулся он в мою сторону. Ноги сами понесли меня вперед. Одним прыжком я перескочила перила и прыгнула вниз со второго этажа. Не учла я только одну маленькую деталь: силы не откликнулись, когда я попыталась поймать саму себя. Зато потерял всякий интерес Вапол, который, видимо, решил, что расшибиться в лепешку мне обеспечено. – Балда, ты же силу не можешь использовать! – закричала Нами на мой маневр. – Лгунья! – заорал Вапол и рванул за второй жертвой. Как назло, я прыгнула настолько далеко, что пронеслась над всеми сугробами. В ушах свистело, а ледяной пол замка приближался крайне стремительно. – Merde! – вырвалось короткое ругательство, на большее запала не хватило. Я зажмурилась, готовясь к удару. … – Удара не произошло, а чувство приятной невесомости окутало со всех сторон. Сердце стучало в ушах, восстанавливая ритм после выброса адреналина. – Поймал! – прозвучал хриплый голос совсем рядом. В этой невесомости мягко окутывало теплом и запахом знакомого табака. Мышцы окончательно расслабились, и я приоткрыла один глаз. Санджи бережно держал меня на руках. Спокойствие и тепло окутывали. Внутри что-то надломилось - смелости посмотреть в лицо спасителя не хватало. Намеренно безразличный взгляд блуждал по окрестностям. В груди странно сдавило, и пчелиным роем расползлась тревога, а в голове зашумело. Меня захлестнуло неизвестным чувством. Неловкость. К неловкости примешалось что-то ещё, но этот коктейль эмоций оказался для меня слишком сложным. Где-то на фоне завизжала Нами, что привело меня в себя как ушат холодной воды. — Там Нами, за ней гнался Вапол! — Преодолевая скованность, я попыталась освободиться из мягкой, но крепкой хватки кока. — Уже иду! — Мимо промчался Луффи, уже занося ногу для мощного удара. За секунду Луффи скрылся в дальних комнатах, замок загрохотал. Я глубоко вздохнула и расслабилась. Торопиться теперь некуда. Луффи всё решит. Нами в безопасности. — Знаешь, я ему не завидую. — Ваполу? — Уточнил Санджи. Отпускать меня он, кажется, и не планировал. Даже сигаретный дым стал закручиваться в сердца. Это было уютно и нервно одновременно. — Луффи, — кок изумлённо выгнул бровь. — Кэп испортил куртку Нами. — Я точно видела, что у красной куртки были оторваны рукава. Возможно, это хитрый план нагибаторши, как бы загнать капитана в ещё большую долговую яму. Я почувствовала вибрацию от хриплого смеха и, не выдержав, прыснула сама. После смеха снова наступила неловкая тишина. — Отпусти меня уже, — попросила я нарочито небрежно. Несколько секунд Санджи колебался. Наконец-то ноги почувствовали твердую землю. Не медля, мы кинулись в сторону скрывшихся в глубине замка накама. Луффи с Ваполом в ходе битвы переместились куда-то наверх. Нами разглядывала ключи. На вершине замка оглушительно громыхнуло. Почему-то было понятно, что Луффи победил.

***

Нами, Санджи и я прятались за углом замка, пока Куреха, как ястреб, разыскивала всех, кому нужна медицинская помощь. Нами пряталась, потому что еще не долечилась, я избегала Докторину, а Санджи просто за компанию. Прижимаясь спиной к холодной стене замка, я почувствовала "голоса" всех накама, да и вообще стало очень людно и шумно. — Нами-сан, может, пускай она нас вылечит? — шепотом предлагал Санджи. Беспокойство кока можно понять. Нами, по словам Докторины, требовалось еще несколько дней лечения. Я лишь тревожно озиралась по сторонам: интуиция практически вопила о том, что эта страшная женщина рядом, но где именно? — Тихо ты, — шикнула на него девушка, — мы и так много времени потратили, ты что, хочешь, чтобы Виви еще больше переживала? Эта женщина рядом. Но я тоже так просто не дамся. На коленях я шустро пыталась ускользнуть как можно дальше от "голоса" Докторины. — Я просто вернусь на корабль, не теряйте меня, — бросила я на прощание накама. Интуиция меня не подвела. Удар был такой силы, что стена над нами разлетелась на куски. Куреха была в ярости: — А ну-ка, вы все тоже внутрь! Мы закричали от испуга, как дети. Все, что мне оставалось, это поползти с удвоенной скоростью, но скрыться от доктора не получилось. Старуха схватила меня за ворот пальто и подняла, как котенка. — Тебя это тоже касается! — Нет-нет-нет! — Я резко качнулась и вывернулась из хватки, не щадя ни спину, ни пальто. — Ну и бестолочь, — бросила Куреха вдогонку. — Ладно, с ней будет разбираться Чоппер. Но Докторина не собиралась уходить с пустыми руками, утащив за собой Нами. Я пряталась на одном из балконов замка. Докторина еще какое-то время бродила по замку в поисках, но интуиция обострилась настолько, что я просто заранее сбегала от женщины. Луффи гонялся по всему замку за Чоппером, железобетонно решив сделать малыша частью команды. В замке царила оживлённая атмосфера: он наполнился людьми, а с ними и теплом. Дышать холодным, отрезвляющим воздухом было приятно и необычно. Лёгкие как будто покалывало. Вступление в команду оказалось лучшим решением в жизни. Эмоции и приключения посыпались на меня словно из рога изобилия. Вот еще одно пронзительное осознание: я всю жизнь мечтала о таких друзьях. Как ужасно одиноко мне было до этого, хоть у меня и была Морана рядом. Эмоции, которые я раньше подавляла и сдерживала, рвались наружу. Наверное, это даже немного пугало — я не знаю, как будет вести себя моя сила без строгого контроля. Благодаря Чопперу боль, которая преследовала меня словно тень всю сознательную жизнь, отступила. Честно, ощущается это как чудо какое-то. Что дальше? Совсем шрамы мне вылечит? Я фыркнула, рассмеявшись со своих же мыслей. Благодаря Луффи и команде я чувствовала, что я нужна. Такое мощное чувство принятия было сложно переварить, просто потому что страшно однажды этой дружбы лишиться. Сердце словно перерождалось. Облегчение. Боль прошла. Так же, как перестали болеть шрамы, перестала ныть и болеть душа. Темнело, в окнах загорались огни, топились камины. Темный, беззвездный вечер наступил неожиданно. Когда прошло столько времени? Я просто и стояла наслаждалась безграничной свободой. Все такое бескрайнее: снега, лес, море. Чувство невероятной лёгкости захватывало. Вид открывался невероятный: заснеженная долина, леса и огоньки деревень вдалеке. — Апчхи! — Холод вдруг пробрал до костей и заставил вынырнуть из своих мыслей. Сколько я уже сижу на этом балконе, вспомнить было трудно. Неожиданно накрыло теплым коконом со всех сторон. — Докторина сейчас занята лечением Далтона и Нами-сан. — Санджи встал рядом. Сигаретный дым уносило ветром. — Можно поискать Луффи и остальных. — А, Санджи, — вяло поприветствовала парня. Видимо, я настолько крепко задумалась, что не услышала, как он подошел. — Э, спасибо, что ли. Блондин ободряюще улыбнулся. Я чувствовала себя невероятно одухотворённо, поэтому улыбнулась в ответ. — Выведешь меня? Я даже не знаю, куда я забрела, — вдруг пришло осознание. Санджи не отвечал несколько секунд и застыл словно статуя. — Да, конечно! — И задумчиво повернулся, проскочил вперёд, видимо, чтобы прикрывать от возможных опасностей. Я выдохнула, но уже с каким-то смирением. Санджи в тишине вёл меня по заснеженным коридорам. Взору открылась огромная дыра в стене замка, пробитая рядом с главным входом. Крик Луффи заставил нас обоих вздрогнуть и поспешить на выход: — О-о-й, Олень! Хочешь стать пиратом вместе со мной? — Луффи орал во всю глотку. Рядом Усопп строил снеговика. Зоро выглядел как подснежник — мечник уселся прямо на снег, и его макушка зеленела на фоне бескрайних белых сугробов. — О, Чоппер! — воскликнул Санджи. Я проследила за его взглядом и нашла оленёнка, глаза которого были на мокром месте. В это же время из ворот выбежали Виви и Нами, видимо, девушкам наконец-то посчастливилось улизнуть от Докторины. Чоппер обвёл всех внимательным, грустным взглядом. — Я бы хотел поблагодарить вас, — Нами притормозила и вопросительно посмотрела на меня, на что я пожала плечами. — Я же олень! У меня есть рога и копыта, и синий нос! — маленький доктор кричал, вложив всю свою боль. — На самом деле я бы хотел стать пиратом, но я не человек! Я чудовище! И я не могу быть товарищем людям. Все пираты внимательно слушали. С трудом проглотив ком в горле, я закусила губу. Слишком сильно откликалась во мне боль Чоппера. — Я пришёл сюда только поблагодарить вас. Спасибо… что предложили мне, — детский голос срывался от боли. — Я останусь здесь. Если соскучитесь, приезжайте как-нибудь в гости. — Просто заткнись и поехали с нами! — выпалил Луффи без раздумий. — Ладно! — разревелся Чоппер. Ужасное давящее напряжение лопнуло, и все облегчённо выдохнули. Да уж, оригинальный способ приглашать в команду. — Тогда подождите немного, я быстро-быстро соберу всё самое необходимое, — оленёнок забегал на месте, не зная, за что хвататься первым. — Нужно попрощаться с Докториной! Чоппер побежал в замок, выкрикивая на ходу, что он мигом. Мы остались ждать его у главного входа. — Эй, Аме, ты чего, вся перебинтована? — деловито поинтересовался Усопп, собирая снеговика. Луффи шустро бегал по кругу, скатывая себе огромный снежный шар. — Эх, у меня воспалились шрамы, — пропыхтела, пытаясь завернуть себя в плед на два оборота. — Кстати, как вы сюда добрались, Виви-чан? — спросил Санджи. Зоро и Усоппа он намеренно игнорировал. Оказалось, что солдаты Вапола ранили Далтона. Наши ребята спасли деревню от нападения, но Далтону требовалась помощь медиков. — Исси-20 вылечили его, но Далтон-сан так рвался на пик, чтобы остановить Вапола, что никто не смог его остановить. Бушидо-сан даже понёс его на себе! И мы выяснили, что на гору ведёт канатная дорога! Виви с воодушевлением рассказывала, что с ними происходило, как они искали врача по всем городам. — Эй, может, попрощаемся с доктором и тем оссаном? — Я туда не пойду, — тут же вмешалась, пока все не понеслись в замок за Чоппером, — ни за какие коврижки не вернусь в замок. Нами согласно покивала головой: — Пусть лучше Чоппер идёт один. Скорее всего, им будет очень грустно. Хоть Докторина и наводит ужас, но на самом деле она очень добрая. — Ты сама говоришь, что она добрая, и предлагаешь вот так уехать? — удивился Усопп. — Верно. Как только вернётся Чоппер, пойдём на корабль и возьмём курс на Арабасту. Надеюсь, тебя это устроит, Виви, — улыбнулась Нами. Луффи развлекался на снежном шаре, изображая из себя акробата. — Конечно, раз с нами доктор, я спокойна, — улыбнулась принцесса с облегчением, — к тому же вам ещё требуется его наблюдение. Усопп с Луффи отправились готовить подъёмник. Подъемник. Все это время был подъемник, который мог нас без проблем доставить на гору. Чувствуя досаду, пнула снег. Возможно, я что-то недовольно бурчала себе под нос, потому что Нами сочувствующе на меня смотрела. — А-а-а-а-а, — со двора замка слышались вопли разной тональности и грохот. — Что там в замке творится? — Зоро недовольно открыл один глаз. Вопли выдернули его из дремы. — Ну почему нельзя просто мирно попрощаться? — тяжело вздохнула Нами. Стало слышно ругань Чоппера и старухи. — Исследование доктора уже закончено! — Олень вырвался из замка на полной скорости, таща за собой сани. — О, он идет, — собрался Зоро. Все ждали, а что дальше? — Э, что такое? Почему доктор-сан так несется? — воскликнула Виви, не подозревая о такой черте в характере Докторины. — За мной гонятся! — Дурниной орал новый накама. Луффи и Усопп как раз к этому моменту закончили с подъемником. — Запрыгивайте, спускаемся немедленно! — Чоппер даже не думал останавливаться, нам предстояло на ходу запрыгивать в сани. — СТОЯТЬ! — Бросила нам в спину Куреха, погоняя ножами. Я, не дожидаясь команды, быстрее всех прыгнула в сани. Ужасная женщина. Надеюсь, мы никогда с ней больше не встретимся. — А-А-А, это что?! — Накама моментально собрались, унося ноги от безумной бабки. Олень запрыгнул на канат, и сани встали на него так ровно, будто неслись по рельсам. Мы кто как вцепились в транспортное средство, не очень-то хотелось упасть с такой высоты. Сверху открывался невероятный вид на заснеженный остров. Виднелись пики гор, которые больше напоминали белые печные дымоходы. Чернильное небо и огромная луна, прорезающая плотные зимние облака, освещала остров серебряным светом. Вид открывался на бескрайние дебри хвойного леса. Снегопад поглощал все звуки и укрывал остров. От скорости глаза немного слезились. И в этой тишине оглушительно выстрелила пушка, тонкий свист уходящего далеко в небо заряда. Чоппер остановился. Огромное розовое облако расцветало в небе пышной кроной над пиком. Из-за странной формы горы казалось, что это гигантское дерево сакуры расцвело над всем островом, освещая ночь розовым цветом листвы. Сердце затрепетало в восхищении. Сакура была настолько прекрасна, словно один её вид исцеляет от всех ран. — Круто-о. — Какая красота, — выдохнул кто-то. Чоппер зарыдал. Я и сама чувствовала что-то необъяснимое. Я спала до этого момента, а не жила. Внутри всё залило невероятным светом. Сильные и сложные чувства свалились на меня, и пока я не в силах была осознать их влияние. Я меняюсь. Я живу. «Береги себя, глупый сын», — было посланием от Докторины. Чоппер рыдал и выпускал всю боль и переживания. Эта сакура была освобождением. В груди распирало от невероятной красоты и собственных ощущений и эмоций, слёзы стояли в глазах. — Чёрт, я даже не заметила, как заплакала, — шмыгала носом Нами. Это счастье. Неважно, что будет происходить, я не одна. *** «Гоинг Мерри» уже рассекала Гранд Лайн в направлении Алабасты. Мугивары, ни секунды не медля, устроили вечеринку в честь нового накама. Усопп всё пытался вовлечь нового накама в их с Луффи кривляния, пока Зоро наливал Санджи выпивку. Аметис не могла поверить в то, что видит, и лишний раз протёрла свои глаза. — Кря… — издавал предсмертные хрипы Кару, пока принцесса убивалась над ним в слезах. Парни, как ни в чём не бывало, продолжали вечеринку. — Может, слегка притормозите и оглядитесь вокруг? — пыталась привлечь внимание Нами к проблеме умирающей утки. — Кару, зачем ты прыгнул в ледяную воду? — Поток слёз Виви был неостановим. Принцесса душила своего друга в объятиях. — Если ты хочешь его добить, то тактика верная, — Аметис опустилась на корточки рядом с ними с равнодушным лицом. — Я просто хотела его согреть, — отпуская Кару, Виви утирала слёзы. Аметис сняла с себя плед, в который закуталась ещё на Драм Айленд, и обернула его вокруг Кару. — Кря-кря, — утка начала активно оттаивать, и чем активнее он приходил в себя, тем возмущённее было кряканье. Выяснилось, что Чоппер понимает зверей, а благодаря этому выяснилась другая жестокая правда: Зоро — виновник состояния Кару. — Как здорово, Чоппер! Ты не только медицину знаешь, ты вообще кладезь талантов! — Нами радостно хлопнула варежками. — Ты самый милый доктор, которого я видела в своей жизни, — закивала Аметис. Чоппер начал свой стеснительный танец. — Ва-а-а, меня это совсем не волнует, — радовался накама. — Если ты не рад, почему на лице написано обратное? — в унисон выпали в осадок Луффи с Усоппом. — Причём тут медицина? — опасливо поднял голову Зоро. Нами тяжело выдохнула, помассировав виски. — Тони-кун — доктор! — вмешалась Виви в ситуацию. Все перевели взгляд на нового накама. — А вы почему думаете, я попросила его к нам присоединиться? — Чоппер попытался спрятаться от такого пристального внимания, но от железной руки Нами не сбежать. — Потому что он может принимать семь разных форм, — Луффи позвал его по этой причине и был уверен, что каждый был мотивирован тем же. — Аметис со скепсисом смотрела на капитана и навигатора. — Я к вам в команду попала примерно по той же причине. Чоппер встрепенулся: — Я забыл рюкзак! — пришло к нему осознание, которое не догоняло его во всей спешке, с которой Мугивары покидали остров. — Там были все мои медицинские принадлежности! На последних словах Аметис еле заметно вздрогнула и постаралась раствориться из всеобщего внимания. — Тогда что это? — Достала навигатор искомый предмет. — Я нашла его в санях. Я думала, это ты его приготовил. Аметис присела перед новым накама, протягивая ладонь. — Докторина не злилась на тебя, Чоппер. Ты теперь пират команды Мугивар. Пора познакомиться со всеми. — Да! — слёзы быстро смахнули и забыли. Вечеринка в честь нового накама веселилась под звёздным небом небом.