Наркоторговец

Трое стоят на пороге дома Чонгука с вещами и ожидающе пялятся. Чон Гын Сок разговаривал с их отцами, объяснил всю ситуацию, поэтому они решили отправить в Америку всех ребят. Нет, отцы согласились на такой шаг не из-за дружбы, они даже не знают что это такое, а из-за того, что если не будет четвёртого наследника такой крупной компании, то начнётся бой за часть Чонгука. Это чередуется пристальным вниманием СМИ, а после разорением бизнеса. Поэтому они вынуждены сотрудничать. Джин позвонил Чону в домофон и тот быстро открыл дверь. Младший явно не ожидал, что хёны тоже поедут. Но, наверное, им всем пойдёт на пользу жизнь вдали от этого места. Хотя всё равно никто не понимает Чонгука, который последние три месяца только и говорил, что ему надо в Америку. На вопрос «Зачем?», Гук отвечал: «Там сексуальные девушки.». А теперь он не хочет и даже возмущается. Гук ещё секунд десять стоял в ступоре, но голос Чимина привел в чувство, вырывая из «транса» или же тупизма. — Долго мы будем ещё тебя защищать? — оскалился Чимин. — Привет, Чон, — стоявший рядом с дверью Джин улыбается во все тридцать два, ну не мог он сдержать улыбки, когда смотрел на младшего. Для Сокджина тот хоть и засранец, но хороший засранец. Просто ему больно. И Джин всегда это знал. Ким единственный, кто по-прежнему не изменился и это тот счастливый случай, которым стоит гордиться и чертовски радоваться. Старшего, когда-то дружной четвёрки, не смог сломить грёбаный мир преступности и его бредовые законы. Давление со стороны лицемерных родителей и подлых людей, окружавших их всю жизнь. Джину действительно сложно жить так, в таком мире, с такими людьми, ведь сам он не такой как они, Ким обычный парень, которого, можно сказать, заставили, засунули в эту среду выживания. В мир вранья и страха. — Что вы тут делаете? — Чонгук оглядывает друзей и таращится на них, словно что-то внеземное увидел. — В Америку мы едем все вместе, — Пак поставил чемодан и присел на него. — Надо же нам как-то опыта в работе набираться. — Серьёзно? — Чонгук обрадовался и с легкостью выдохнул, оголяет свои зубы в милой улыбке и проводит языком по внутренней стороне верхних зубов. — Фухх, я думал, мне одному там торчать придётся. — Да, Чонгук, благодаря твоей способности выводить людей, торчать там мы будем вместе, — саркастично говорит Шуга, закатывая глаза. Парень снимает свои тёмные очки и вешает на карман угольно-чёрной кожаной куртки. — Время уже 20:36, может вы пешком до Америки идти хотите? — подгоняет всех Джин и толкает Чимина в плечо, дабы тот встал уже и взял чемоданы. — Да, я готов уже, идём. Ребята сели в машину и водитель повёз их в аэропорт. Погода была не солнечная, но и не сильно ветреная. Такая атмосфера даже по душе многим. Успокаивает и придаёт блаженную гармонию. Приехав вовремя, парни прошли на свои посадочные места. Естественно, места были в бизнес классе, иначе быть и не могло для таких людей, как они. Вкусная еда, дорогая выпивка, и конечно же, сексуальные стюардессы. Сначала парни обсуждали свои планы на время пребывания в Америке: работу, место жительства, с кем им придётся решать проблемы, и вообще, что они там собираются делать в свободное время. Потом стали обсуждать свою личную жизнь: кто, с кем и когда. Вот только Гук был не с ними, он где-то далеко, в своих мыслях. Можно даже догадаться, чем были заняты эти мысли. Людям вокруг всегда было интересно, что в голове у этого парня. С самого детства к нему в душу лезут посторонние люди и выворачивают всю его жизнь наизнанку, в основном это делают СМИ, но полно и других людей, любящих причинять Чонгуку боль своими прогнившими словами, которые явно исходят от настолько же прогнивающей души. И теперь не стоит удивляться поведению Чона, это результат, последствие действий других людей. Чон вознёс вокруг себя огромные стены и никого к себе не подпускает. Титановые стены до неба, колючая проволока на ней горит жарким пламенем, а прямо за стеной сидят голодные собаки, которых спустит Гук, если кто-то посмеет попробовать преодолеть преграду. Всё же через два часа нудной болтовни кто-то надел наушники и включил музыку, а кто-то просто лёг спать. Резкая смена часовых поясов никому на пользу ещё не шла. Чимин повернулся к окну и думал о работе, которая ждала в Америке, но вскоре тоже заснул. Отцы ребятам рассказали правду о семейном бизнесе. Это была наркоторговля прикрывающаяся перевозкой автомобилей, отельным бизнесом и казино. Были ли они удивлены? Нет. Все давно догадывались, что это непростой бизнес. И нечего скрывать, со временем Чимин стал увлекаться наркотой больше всех, но не сильно, так, травка, но ведь разве не так начинают заядлые алкаши, наркоманы и курильщики?

***

Ким Сокджин проснулся раньше всех, а лететь оставалось около часа. Он просто сидел и смотрел на Чонгука, Джину было его жаль, но и в то же время хён зол на него. Чону восемнадцать лет, а такое вытворяет. Конечно же, Ким всё понимает. Так Чонгук пытается избавиться от боли, которая сидит в его сердце уже на протяжении пяти лет, пусть он даже и не признаёт это, но вести себя так не выход. Чон очень сильно любил свою маму и её смерть просто разрушила всю его жизнь. Она сломала то маленькое невинное дитя и создала вечно голодное, мерзкое чудовище, покрытое эстетичной оболочкой снаружи. Но внутри превратила в мешок с костями, сделала беспомощным существом. Первый год Гук находился в глубокой депрессии, не выходил из дома, ни с кем не разговаривал, сидел на таблетках. Пытался заглушить эту разъедающую плоть боль, вывести жгучее чувство, что расползается по его венам одиночеством. А потом младший резко начал вести такой образ жизни. Ребята всегда были как братья, нет, они и есть братья, но в последнее время что-то идёт не так. Сильные изменения произошли не только с Чонгуком. Джин снова повернулся в сторону Чона, оказалось, он уже не спал, просто сидит в наушниках. В руке держит фотографию, на которой запечатлён молодой парень, на вид ему где-то лет двадцать — двадцать три. Ким не стал лезть к Чонгуку с расспросами, позволяя сидеть спокойно. Пилот объявил посадку и, проснувшись, все пристегнулись. Чонгук тоже быстро убрал фотку и пристегнул ремень безопасности.

***

Парни вышли из аэропорта и отправились на такси домой, который им приобрели отцы. Ехали они до него недолго. Прибыв на место, друзья приятно удивились. Дом оказался очень большим, просторным и неимоверно красивым. Тихая местность и прекрасно чистый воздух. Загородный дом стоит у окраины Нью-Йорка, в тихом и спокойном месте, рядом с густым лесом и аккуратно возвышается на небольшом холме. Погода в Америке значительно отличается от погоды в Корее. Солнце ярко светит, словно ослепляя своим светом всё земное творение, его лучи приятно согревают молодых людей, но вскоре пришлось снять куртки из-за невыносимой жары. Дом очень просторный и светлый, в нём два этажа с огромными панорамными окнами и не менее огромными комнатами, высокие потолки и дорогой дизайн интерьера. Один большой гараж, в котором стоят разные машины дорогих марок, и задний двор с широким бассейном. — Неплохо, — заметил Юнги, ведь ценитель богатства ещё тот, — отцы постарались. — Вау, смотрите какие тачки они нам подогнали, — Чимин подбежал к красной машине и, заглянув в салон, стал рассматривать. — Красная моя. — Пойдёмте в дом, я есть хочу, — сухо проговорил Чонгук, сложил руки в карманы джинс и медленно идёт к двери. — Мой отец сказал, что продукты там есть, но их надо приготовить, — Джин настроен приготовить вкусный ужин и приятно удивить друзей. Может хоть это снова сблизит их. — Я этим займусь. Все зашли в дом, и сразу же в глаза бросилось заманчивое помещение. На первом этаже совмещённая гостиная и кухня. Всё в ярко белых тонах. На стене висит большая плазма, напротив стоит шикарный кожаный диван, роскошью от этого места пахло за километры. Панорамные окна в пол с красивой позолоченной рамой отражали блики солнца. Кухня тоже соответствует богатому стилю. На втором этаже спальни и ванные комнаты. Всё самое необходимое только в стиле люкс. Джин выбрал себе большую комнату с белыми стенами, нежно кремовыми шторами на окнах, шёлковая бордовая постель разбавляла эти светлые тона. Всё в его стиле. Юнги выбрал более тёмную комнату. В ней чёрные шторы, серые стены и угольно-чёрная постель. Почему-то комната отгоняла своим видом, но Шуге, видимо, такое по вкусу. Пак захотел комнату с зелёным оттенком. Единственное, что там было не зелёное, так это белая постель и чёрный телек висящий на стене. У Гука всё проще. Он просто взял комнату поближе к кухне, а точнее к холодильнику. Парни отнесли свои шмотки по комнатам и пошли на кухню, так как очень проголодались. В холодильнике оказалось много еды, поэтому Ким начал готовить мясо с картофелем. Пока он готовил, ребята обустраивались в доме. Посмотрели его, разобрали вещи и сели перед телевизором. Сокджин любил готовить разную и вкусную еду с самого детства, его мама готовила, а он смотрел. Когда стал старше, она отдала сына на кулинарные курсы, что отец, конечно, не одобрил, но мать всегда находила способ его убедить. — Всё готово, — крикнул самый старший хён, — идите ужинать! — они сели за стол и начали есть. Минут десять царила нисходящая тишина, словно в гробу. Да и там должно быть веселее, чем у этих парней за столом. Такая неловкость, судя по всему, ощущаемая лишь Джином. Это ужасно пугает, разочаровывает и становится так гнусно на душе от осознания, что все те года, казалось бы, шикарной дружбы просто разрушены. Ушли в небытие и более не вернутся. Многим этого не понять и кто-то даже не заметить, но только не Ким Сокджин. Для него, как никак для другого знакомо это чувство. Раньше не было неловкости между ними, даже молчание не имело её. Всё бы отдал, Джин собой бы пожертвовал, лишь бы вернуть всё назад, вернуть ту братскую любовь и доверие. Ту семью... — Чёрт, Джин, ты превосходно готовишь, — оценил Чонгук, запихивая еду в рот со скоростью света. — Такого вкусного ужина у меня не было уже давно. — Да когда ты последний раз нормально ел то? Ты либо пьёшь, либо куришь, — Юнги отложил тарелку подальше и что-то печатал в телефоне. — А чипсы и бургеры — это не еда. — Успокойся, Юнги, — остановил его Джин, парень совершенно не хочет ссор по приезду в новое место, — мы только приехали и все сильно устали, давайте поедим и пойдём отдыхать. — Согласен, — Чим медленно копошится в тарелке, так как из-за постоянно выкуренных сигарет аппетита не особо много, а вот сон очень даже был бы сейчас кстати. Парни поели, а Чимину пришлось вымыть посуду, после все разошлись по комнатам укладываясь на мягкие кровати. Чон зашёл в свою комнату и ложась на кровать, достал из кармана фотку. Гук снова стал всматриваться в фотографию. Светлые волосы, утончённая форма лица и широкая, квадратная улыбка. Фотографию не выпускает из рук уже около трёх месяцев. Выучил все детали: цвет, контраст, даже паркет на этой фотке, и тот изучил. Заметил каждую деталь и разглядывал днями на пролёт. Видит абсолютно каждую тень, каждый изгиб. Последний входящий звонок на телефон Ары был от неопределённого номера. Чонгук попросил своих знакомых пробить этот номер, оказалось, что звонили из Америки. И даже удалось найти его страницу в социальной сети. Ким Тэхён. Так он забит в соцсети, именно там Чонгук скачал эту фотку и три месяца планировал приехать в Америку, чтобы найти его. Кто он такой и почему разговаривал с матерью в момент смерти? Что если это он убил её? Но одно брюнету не давало покоя больше всего. Какого-то он напоминал, что-то знакомое было в этом лице. С такими мыслями Гук и провалился в сон, сидя на кровати и сжимая в одной руке фотографию, а в другой бутылку пива. Щелчок и дверь в комнату заскрипела, пропуская маленький лучик света из коридора. Тихие и осторожные шаги приближаются к лежащему на постели Чонгуку очень медленно. Наконец остановившись, парень вытаскивает из руки Гука фотографию, всматривается в лицо молодого человека на ней, а после переводит взгляд на Чона. Ухмыляется и засовывает фотку обратно в руку, забирает бутылку, открывает её и по дороге из комнаты залпом выпивает.