Поймать невидимку

Хибари сомневался в своей работе всего два раза. Первый – это во время его первого задания, а второй – это сейчас. Сейчас он сидит за столом и постукиваем пальцами по гладкой поверхности, пытаясь собрать и так собранный пазл в голове. Если раньше мысль о том, что Тсунаёши может оказаться ниндзей были просто догадкой, то слова, сказанные в их последнюю встречу, почти полностью объяснили всё. Последним штрихом стал факт того, что если занят Тсуна, то нужный ниндзя не работает. Да, Кёя знал кого искать, но медлил. Намеренно. Мозг просто отказывался верить, что то неуклюжее чудо, что катану толком-то держать и не умеет может оказаться профессиональным ниндзей, что без труда может достать что угодно. В мыслях возник Бъякуран, что со своей усмешкой делал вид, что не знает кто выкрал свиток. Удивительно, что Джессо всё знал. У этого юноши был свой план, которому он придерживался, а вот выполнил он его или нет, об это никто не знает. Громко выдохнув, парень бьёт рукой о стол и шипит от боли. Последние события в его жизни влияют на его работу. Вот и сейчас он вернулся о купца, которому семья Савада должна. Он не давал ему денег, этот человек сам согласился. Ну точнее убивающая аура и катана воткнутая в пол сделали своё дело. А теперь Кёя не знает, что делать. Тсуна снова заперся в доме и не появляется на людях, ниндзя найден, но говорить об этом Джессо он не собирается. В кабинет заходит служанка и низко кланяется, протягивая конверт из дорогой бумаги, закреплённый красной печатью и на нём красивым почерком написано от кого кому. От Примо моему любимому Хибари Кёе. Недолго думая, юноша распечатывает конверт и быстро пробегает по тексту глазами, заинтересовано хмыкая. Дорогой мой друг, в последнее время моя интуиция говорит мне, что с семьёй не всё хорошо. Я собираюсь на несколько дней приехать в город. Ты, наверное, думаешь зачем я пишу тебе это, но вот. Со мной едет никто иной, как наипрекраснейший Аллауди. Очень буду рад вашей встречи. Отложив бумагу в сторону, Хибари потягивается и громко зевает, прикрывая глаза. «Аллауди… интересно даже стало», - тихо сказал Кёя и снова посмотрел на конверт. Удивительно, что этот человек смог так сильно повлиять на восприятие жизни. Сейчас речь идёт о Примо, который относительно недавно основал свою организацию, где делали всё, конечно же незаконно. Хибари всё ещё помнит, как он в 10 лет прятал в комнате мешки денег и врал пришедшим воинам императора, что у него ничего нет. Комнату отца всегда обыскивали, но комнату маленького Кёи никогда не трогали. Хибари открывает глаза и вертит головой, возвращая себя в реальность. Иногда такие воспоминания проскальзывают, но ничего хорошего они не приносят. В комнате резко стало жарко, так что юноша, немного посидев и помахав рукой на себя, решил выйти из помещения. Стоило ему выйти в прохладный сад, как ветер прошёлся по его волосам и заставил тело покрыться мурашками. Шикнув, парень медленно пошёл по деревянной дорожке, безразлично смотря по сторонам. Сейчас ему не особо было интересно, что происходит вокруг. Все мысли были вокруг Примо с Аллауди, Бьякуране и о Тсунаёши. Если первые три вызывали только нервозность, то последний согревал и одновременно рвал душу на части. На губах у Кёи всё ещё был привкус чужих, да так чётко въевшийся, что хотелось снова поцеловать, лишь бы снова пережить все чувства, но судьба решает иначе. С мыслями он и не заметил, как пейзаж дома сменился на небольшую улочку, по которой ходило мало людей. Медленно, шаг за шагом парень проходил всё больше и больше расстояние. Столкнувшись плечами с каким-то человеком, Хибари осмотрел его и пошёл дальше, на его действия даже не обратили внимания. Почти сразу за этим человеком выскочил Тсунаёши, который неуклюже шёл по дорожке и незаметно поглядывал на человека. Это не укрылось от взгляда Кёи и он, ухмыльнувшись, перегородил дорогу Саваде. - Х-Хибари-сан! – Тсуна подскочил на месте и начал махать руками, заметно заглядывая за спину неожиданного собеседника, - Ч-что вы тут делаете? - Прогуливался… хочешь составить мне компанию? – взгляд Кёи заинтересовано блеснул, ему стало интересно, как же мальчишка выкрутится. - П-простите, я не могу, - ниндзя быстро поклонился и хотел было уйти, как его остановили, схватив за руку. - Как твоя матушка? Кто с ней сейчас? – было заметно, как Тсуна начинает нервничать. - О-она в порядке. Старается помогать чем может. Со служанками сейчас что-то делает. Простите, я спешу. - Настолько, что не можешь со мной говорить? – издеваясь, Кёя приблизился к чужому лицу, наблюдая, как Савада краснеет. Тсунаёши снова открывает рот чтобы ответить, но замолкает, несмело смотря в чужие глаза. Он видит, что там пляшут демоны, но сказать об этом не может, слишком сильно хочется смотреть в эти глаза. Окинув взгляд по сторонам, Тсунаёши встал на цыпочки и быстро чмокнул Хибари в уголок губ, сразу же отходя на несколько шагов назад и мило улыбаясь. Кёя застыл на месте, с секунду смотря на чужое лицо. В его голове сразу появился рой мыслей, что стал бешено долбить во все колокола, от чего юноша впал в некую радость. На его лице появилась небольшая улыбка, которую видели лишь немногие. Вот и сейчас Тсуна, заметив новую эмоцию, озадаченно смотрит на самурая. Ответная улыбка невольно засветилась на лице, и юноша неловко потянулся к чужому лицу, но им помешали. Около них появился Бьякуран, который расплылся в своей фирменной улыбке и слишком заметно для двух юношей поставил в голове галочку. С секунду стояла тишина. Первым её прервал Джессо. - Ой, я, наверное, вам помешал. Простите голубки, простите… Тсунаёши-кун, я могу на время забрать у тебя Кё-чана? – парень спокойно посмотрел сначала на одного потом на другого. - К-конечно, увидимся, Хибари-сан! – Савада максимально быстро попрощался и поспешил пройти мимо, случайно задев Кёю плечом. Из кармана Хибари что-то выпало, но на это он сам не обратил внимания. Заметивший это Джессо закинул руку на плечо Кёи и максимально много начал говорить, уводя собеседника в противоположную сторону, он оглянулся назад и сверкнул глазами, наблюдая, как Тсуна неуверенно поднимает письмо. Сказать, что Хибари ничего не понял, то это ничего не сказать. Как только появился Бьякуран так сразу всё пошло слишком быстро и из-за этого он не смог даже попрощаться с Тсунаёши. Все попытки повернуть голову и посмотреть в след заканчивались неудачей. Явно раздражаясь, юноша шёл куда его вели. Дошли они до подножья горы, где и остановились. - Кё-чан, я так рад тебя видеть! – юноша увернулся от кулака, - Вижу, что ты меня тоже… не рад видеть. - Как ты догадался? Говори зачем я здесь? – рыкнул Хибари. - Ну не кипятись… ты знаешь кто ниндзя, но медлишь…, что тебе мешает? - Не твоё дело. Ты ведь и сам это знаешь, - секундная пауза, после которой самурай продолжил, - Зачем ты нанял меня? - А как ты думаешь? – Джессо сложил руки на груди, - Разве ты сам не догадываешься? - Прости, но нет, - было сказано с нескрываемым сарказмом. - Ну как так-то, если я знал, что это Тсунаёши-кун, но ничего не сделал, а попросил тебя, как думаешь, на что я ставил? – ухмылка расцвела на губах, - Не надо отвечать. Понимаешь, этот мальчишка и Примо чем-тот связаны, если быть точнее, то кровно. Да и вообще Примо мне должен, а так я раскрою глаза тому человеку, насчёт которого он боялся больше всего. - Что ты хочешь сделать с Тсунаёши, - хоть интуиция и говорила, что поздно, Хибари всё равно продолжал злиться. - Ничего. Просто позволил ему узнать о секрете семьи Хибари и подставил к нему самого представителя семьи. Забавно, что только старик Тимотео не стал плясать под мою дудку. Этот старикан собрался убить Тсунаёши-куна, но спасибо, что ты смог «навести» меня на нужные мысли. - Бьякуран Джессо, в чём заключался твой план? Не зли меня. - Просто Кё-чан, всё очень просто. Свести тебя и Тсунаёши-куна и при этом избавиться от врагов. – парень пожал плечами и улыбнулся. - Ты, мерзавец, - Хибари поднял за грудки блондина и посмотрел на него, - Ты считаешь, что это просто игра!? Ты… ты сломал жизнь Тсуне, ты пролил кровь… и сейчас ты просто наслаждаешься!? – глаза от гнева потемнели, что напугало даже Бьякурана, так что он сглотнул и несвойственно самому себе сказал. - Я спасал его. Я спас твоего Тсуну. Я хотел, как можно лучше. Повисла тишина. Кёя отпустил блондина на землю и опустил голову, усмехаясь. «Так значит, что это было к лучшему. Всё было всего лишь планом, - подняв голову, он посмотрел на небо и слабо улыбнулся, тихо добавляя, - На этот раз я прощу тебя… смерть Емицу, возможно, была необходима», снова посмотрев на Джессо, Хибари безразлично окинул его взглядом и начал говорить. - Его дряная интуиция опять права, ты только посмотри, - юноша полез за письмом, но не нашёл его там. Глаза за секунду расширились, и он тихо добавил, - Его нет. - Ты потерял письмо!? – опять играет удивление. - Помоги найти, оно не должно попасть кому-то в руки! - Ты просишь меня о помощи после всего, что произошло? - Да, чёрт побери, прошу, хоть это и выше моей гордости. Бьякуран удивился такой резкой смене событий, но только присвистнул и вместе с Кёей пошёл «искать» письмо, которое сейчас находилось в нужных для его плана руках, и он об этом знал. *** Тсунаёши только хотел уйти от этого неловкого разговора, как краем глаза заметил, как из кармана Хибари выпал среднего размера листочек. Первой же мыслью было сказать об этом, но молниеносные действия Бьякурана сбили с толку. Несколько секунд юноша стоял на месте и не знал, что делать. Взгляд Джессо пронзал до костей, так что пришлось подойти к этой бумажке и дрожащими руками взять её к себе. Полностью осознавая, что потерял из вида цель, юноша немного побродил по городу, в поисках нужной информации. На удивление тут удача ему улыбнулась в одной из подворотен он застал цель, где и узнал всё, что нужно заказчику. Только было одно «но», цель была не там, где ему о ней говорили. Пораскинув мозгами, он скинул всё на то, что пропустил многое и со спокойной душой отдал всю информацию заказчику и поспешил до дому. Пробегая через людей и пыль, он несколько раз спотыкался, но не падал. Добежав до калитки, он остановился отдышаться. Посмотрев на дом, он улыбнулся, ведь за несколько дней — это место перестало быть давящим адом, а вернулось в тёплое местечко, где можно спрятаться от бед. Пройдя во двор, ниндзя сразу же направился к себе в комнату, где на столе он обнаружил несколько листов. Это были письма, но написанные не его рукой, а брата. Взяв в руки один из листочков, юноша осмотрел его. Подчерк показался подозрительно знакомым, да так, что Савада даже на некоторое время завис, всматриваясь в ровные иероглифы. Мозг так и не смог вспомнить с чем же они похожи, так что Тсуна отложил листы в сторону и продержав взгляд на конверте, позвал служанку. Девушка через минуту оказалась около порога, где коротко поклонилась господину и начала тараторить. - Простите меня, с Вашей матушкой сидела. Вы что-то хотели? - Не волнуйся, - юноша ободряюще улыбнулся, - Почему в моей комнате письма моего брата? - Г-госпожа попросила перенести их в вашу комнату. Когда спросили зачем, то она ответила, что не хочет, чтобы эти письма пылились в забытой комнате. - Хорошо, я понял. Спасибо, - служанка снова быстро поклонилась и покинула комнату. Один вопрос из его головы был решён, осталось ещё два. Что в письме и чей подчерк напоминает подчерк его брата. Снова осмотрев бумаги, Тсуна присел на край стула и нахмурил брови, постоянно поглядывая на письмо. С одной стороны, интуиция ужасно хотела узнать, что же там такое, а с другой совесть орала, что это неправильно. Поразмыслив, он решил пойти в сторону интуиции и открыл письмо. Ну ему всегда говорили, что надо верить в его интуицию, она у него необычная. Прошуршав бумагой, он пробежался по тексту глазами. Письмо было от того самого Примо, так же упоминался некий Аллауди, ну и остальные детали вы знаете. Уже готовый ударить себя по лбу за невоспитанность, Тсунаёши замечает, что подчерк Примо и его Брата очень схожи. От этого челюсть летит на пол, а глаза расширяются до размеров блюдец. Снова и снова подставляя листы друг к другу и бесконечное множество раз всматриваясь в текст, парень почти на 100 процентов уверен, что Примо это не его отец, а, чёрт его побери, брат. Это осознание было тяжёлым. Представить себе, что человеком, который совершал столько дел и имеет ещё множество секретов может оказаться его брат было нереально. Сколько себя Тсуна помнил, то Джотто был весёлым и неуклюжим пареньком, который в отличии от младшего брата умел вовремя включать свою харизму и руководить людьми. Тут пазл и сошёлся. В панике он собрал все листочки обратно и аккуратно сложил на столе. Вдохнув и выдохнув, юноша посидел, откинувшись на стуле несколько секунд, собирая мысли в кучу и медленно приходя в себя. Снова выдохнув, Савада дрожащей рукой достал из ящика бумагу и измазав всё вокруг тушью написал письмо Гокудере. Кое-как его завернув, парень позвал к себе служанку и поспешно вручил ей бумагу, заметно помяв. Через несколько минут девушка успокоила господина и спокойным шагом направилась относить письмо. За несколько десятков километров от города Двое взрослых парней сидели за столом очередного трактира, попивая саке и мило беседуя друг с другом. Оба вели себя вежливо по отношению к другим людям. У каждого висела катана на бедре, придавая их виду ужаса, но при этом тёплая улыбка мужчины, волосы которого забавным ёжиком стояли на голове вызывало своеобразное умиротворение. Сидящий рядом беловолосый мужчина наоборот отталкивал своей безэмоциональностью и холодными глазами, которые прожигали всё, на что смотрели. Пока двое сидели и мирно беседовали, к ним подошла бойкая девушка, что была обвешена сумками. Она с задорной улыбкой присела рядом, пока собеседники приветствовали её, поднявшись с места. - Джотто-сан, а у меня к вам письмишко из дома, - она порылась в сумках и достала конверт, который тут же протянула мужчине с доброй улыбкой. - Спасибо, Хару, - ответил Джотто принимая тканевый конверт, - Письмо от брата, Аллауди, я же говорил, что что-то не так! – волнение стало чётко прослеживаться на его лице, пока его собеседник спокойно смотрел на него. - Я пойду, мне ещё доносить надо, бывайте, - Хару поднялась с места и помахала кивнувшему ей беловолосому парню. Джотто было не до этого. Он, не дожидаясь никого, достал бумагу из ткани и открыл письмо, внимательно вчитываясь в каждый иероглиф. С каждой секундой лицо парня вытягивалось и становилось белее и белее. В конце концов он смял бумагу и соскочил с места, оставляя на столе несколько монет, он почти убегает к лошадям, крича другу. - Мы выезжаем! Сейчас же!