Лед

***

      Я весь вечер просидела в своей комнате на втором этаже, закрыв все двери и окна, оставив только одно, чтобы рано или поздно не задохнуться. Я завалилась на кровать, расположив на коленях ноутбук и непрерывно смотря какие-то подростковые новомодные сериалы, которые вовсе не цепляли. На кухне нашла ведерко клубничного мороженого, которое завалялось уже довольно давно и закаменело так, как я люблю. Это было все, что я съела за этот день, если не считать чай на завтрак и салат на обед в школе. Кексы, которые я купила по дороге, остались нетронутыми, и я подумала оставить их на утро. Ну, если будет желание позавтракать.       Настроение упало и, кажется, уже достигло минусовой оценки по шкале до десяти. Шторм был со мной; лежал у подножья кровати, посапывая и наслаждаясь минутами, что мы проводим вместе. Я понимала, что слишком мало уделяла ему времени в последнее время. Мне очень хотелось, чтобы Тони не был против его переезда в башню вместе со мной. Шторм — некоторая часть меня, можно сказать, и бросить его я не могу.       В голове совсем не было мыслей о том, что будет дальше. Что будет с этим домом, что будет с Робертом, который до сих пор в коме во Флориде, что будет со мной, Штормом и Крисом, который еще даже не знает о случившемся, в силу слишком плотного учебного графика. Я думала договориться с Тони, опять же, чтобы Роберта перевезли в Старк Индастрис. По крайней мере, это будет рационально, ведь здесь у него все — сестра, Крис, я, да и родители, которые, кажется, до сих пор не знают о том, что произошло. Мне очень хотелось встретиться со сводным братом — нам о многом нужно поговорить и многое решить, только я не была уверена в том, что Кристиан согласится на этот разговор, ведь вероятность его нахождения в депрессии слишком велика.        Слишком много вопросов, которые надо решить, и мыслей; все перемешалось в голове и без этого, так еще и Паркер со своей новой пассией добавили вишенку на торт, добив меня окончательно. Я искренне не понимала, чего я такого натворила, что меня так жестко наказали? Даже силы потеряла, надеясь и веря, что такого не может быть — забрать твои силы не может никто.       Время уже перевалило за полночь, но сна не было ни в одном глазу. Я все уплетала мороженое, отправляя его по маленькой чайной ложке в рот, и пролистывала ассортимент не выбранных мною сериалов, из которых старалась выбрать достойный. За окном зашумело; я подумала, что это дерево, выросшее так удачно под моим окном, и не придала этому особого значения, но когда услышала, как открылось окно, подскочила, схватив бейсбольную биту из-под кровати. Эта бита — Криса. Он когда-то играл за школьную команду и мы, разбирая гараж, нашли ее, а я забрала себе. Винтажная деревянная бита с логотипом школы, в которой учился сводный брат, еще несколько наклеек на ней сразу привлекли мое внимание и я забрала ее, разместив под кроватью, как средство защиты.       На подоконнике появился знакомый силуэт в красно-синем костюме, который ловко спрыгнул на пол, а затем стянул с головы маску. Увидев Питера, я выдохнула, опустив биту, которой была готова обороняться, а затем ногой задвинула ее обратно под кровать, на которую и улеглась. По идее, никто больше не забирается ко мне в ночи через окно.       С момента его прихода мы не проронили ни слова.       — Я испугался, когда ты так резко убежала из школы, — первым начал разговор Паркер, садясь на край моей кровати. Я беру ведерко мороженого и зачерпываю целую ложку, а затем отправляю ее в рот, нажимая на пробел и включая сериал. Питер определенно чувствует неловкость в разговоре, как и значительные изменения во мне по отношению к своей персоне. Нет, ну, а какой еще могла быть реакция на произошедшее, тем более, когда я уже привыкла к таким появлениям Паучка? — Лис, что происходит?       — Ничего, фильм смотрю, — я просто пожала плечами, взяв еще мороженого. Я поворачиваю голову к нему и протягиваю ложку с кусочком холодного десерта. — Будешь?       — Нет, спасибо, — тихо отказался он, помотав головой. Парень поправил прическу, запустив в нее пальцы. Я чувствую, что Питер волнуется, что, разочаровавшись в моей реакции на его приход, он просто возьмет и уйдет также неожиданно, как и пришел.       Я не хочу, чтобы он уходил, но, с другой стороны, не хочу его видеть. Слишком я соскучилась по нему, слишком хочу поговорить за все время, что мы не виделись, но злость берет сильнее, и просто за то, что он не сказал мне о своих отношениях, так тщательно скрываясь и, кажется, даже не планируя говорить мне о них. Это задевает, очень сильно и больно. Мы молчим, я продолжаю пялиться в экран ноутбука, где происходит действие сериала, и поедать мороженое, а Питер молча рассматривает меня каким-то поникшим взглядом, изредка вздыхая и желая что-то сказать. Он явно не ожидал, что вечером, зайдя ко мне, его встретит сначала разозленная Алиса с бейсбольной битой, а потом — полная равнодушия.        — Тони волнуется за тебя, что ты не появилась дома. Позвони ему, пожалуйста.       Наконец выдает Питер, а затем, встав с края кровати, натягивает маску на лицо. Линзы расширяются, а система костюма активирована. Он уходит. Молодец, Алиса!       — Паркер, тормози, — я закатила глаза, а затем нажала на паузу. Отложив ведерко с мороженым, я встаю и иду к нему. — Почему ты не рассказал мне о том, что теперь ты с Мари? И вообще, где ты пропадаешь постоянно, зная, что я волнуюсь? Волнуюсь больше, чем, черт возьми, твоя рыжая бестия!       Питер снова снимает маску, в очередной раз ероша каштановые волосы, которые и до этого не пребывали в идеальном состоянии. Проводит по ним рукой, пытаясь пригладить, но непослушные пряди снова возвращаются на прежнее место. Меня всегда так умиляло то, как он это делает — поправляет прическу, делая еще хуже.       — Просто подумал, что тебя это разочарует, — слишком просто ответил он, легко пожав плечами. М-да, это не то, чего я хотела ожидать. — Прости, что ты узнаешь об этом в числе последних. Мне правда стоило сказать об этом раньше или хотя бы написать смс. Но, знаешь, о твоих отношениях с Марком я тоже узнал не в числе первых, поэтому 1:1.       — Окей, оба хороши, — я опустила голову, улыбнувшись уголками губ.       — А почему ты здесь, а не в башне? Тони обыскался тебя, но я, не сказав ему, предположил, что ты здесь, и не ошибся.       — Не знаю. Как-то все спонтанно получилось. Папа будет очень сильно зол, если узнает, что я возвращаюсь сюда, не отвечаю на звонки и все такое. Хотя, он, наверное, уже очень зол и давно отследил меня, поэтому я и так попаду под раздачу, как только вернусь в башню.       — Возвращайся обязательно. Ванда хотела видеть тебя.       — Меня? Правда? — я была удивлена тому, что Максимофф по-прежнему в башне, и как бы не хотела верить в то, что она хотела видеть меня для того, чтобы попрощаться.       — Да, она говорила о чем-то по типу тренировок. Тони договорился. А теперь прости, мне пора.       — На свидание? — подколола я, ухмыльнувшись и скрестив руки на груди.       — Ага, с ночным Нью-Йорком, — рассмеялся Питер, а затем расставил руки для объятий, которым я поддалась. Он обнял меня за талию, прижимая к себе, и уперся подбородком в мою макушку. Костюм Человека-Паука был однако приятным на ощупь. Интересно, что это за технология? — Веди себя хорошо, ладно?

***

      Рыжеволосая девушка вошла в прихожую, громко хлопнув дверью. Она спешила скорее снять промокшие белые кеды, которые так хорошо подходили к промокшему светло-голубому платью, которое она надевала сегодня утром, но внезапно начавшийся дождь во время ее прогулки с Паркером испортил образ. Мари сняла темно-серую толстовку с капюшоном, в которую ее одел Питер, как только начался дождь, и бросила ее куда-то на стеллаж с прочей верхней одеждой, даже не повесив на крючок, чтобы она высохла.       Дома было тихо; как только девушка вошла в гостиную и бросила в кресло свой кожаный черный рюкзак, с которого ручейками скатывалась дождевая вода, Мари услышала, как со второго этажа кто-то спускается, и, она уверена, это был ее брат Марк, который давно ждет девушку дома.       — Чего так долго? — поинтересовался Марк, заходя на кухню, где застал сестру, делающую горячий зеленый чай с медом, чтобы согреться после дождя. Он останавливается в дверях, упираясь плечом в косяк. Мари игнорирует парня, громко стуча ложкой по стенкам стакана, перемешивая цветочный мед в горячей воде. — Мари, не прикидывайся, что не слышишь.       — Я и не прикидываюсь. Просто не хочу отвечать, — наконец проговорила девушка, взяв в руки керамический стакан с чаем и сделав пару согревающих изнутри глотков. — Паркер не хотел меня отпускать, какие бы предлоги я не придумывала. Даже проводить вызвался под проливной дождь.       — Я не удивлен, — хмыкнул Марк, проходя на кухню и забираясь на высокий стул у кухонного острова. Из прозрачной глубокой тарелки он берет зеленое яблоко, которое внимательно изучает взглядом. Мари же уставилась в окно, отстраненно наблюдая за стекающей по стеклу окна дождевой воде и помешивая чай ложкой, чтобы тот быстрее остыл. — А что по нашему вопросу?       — Мне было не до этого, поверь! И почему я должна помогать тебе провернуть какое-то дело, касаемо Аверс, при чем, встречаясь с Паркером? Это моя худшая роль — девушка неудачника. Чего ты вообще добиваешься, я не понимаю!       Мари садится на стул напротив брата, попивая чай, который помогает прийти в себя после разыгравшейся на улице погоды. Дождь начался так внезапно. Наверное, даже для синоптиков, предвещавших прекрасную теплую и солнечную погоду на протяжении всей недели, ливень среди ясного дня — удивительное явление, которого никто не ожидал.       — Я хочу рассорить Лис и Паркера. Алиса не любит, когда ее близкий человек, которого она старается держать около себя, начинает проявлять внимание к кому-то другому. Она очень ревнива, сама по себе. Меня очень напрягает то, что они так хорошо общаются. Казалось бы, с тобой у него не должно быть времени на Алису, но все равно я что-то упускаю, и они видятся. Нужно поднажать, Мари. Тащи его везде, где только можно. Я даже могу достать вам проходки на концерты, все, что угодно, только не давай ему ни минуты свободного времени, ты поняла?       — Марк, ты — дикий собственник, честно, — вздохнула Мари, вскинув брови. — И что ты вообще нашел в этой Алисе? Есть куча девчонок, которые куда лучше, чем она. Если родители узнают, с кем ты там встречаешься, они вряд ли похвалят тебя, потому что тебе уже приготовлена невеста, осталось только школу закончить, — последние слова сестра проговаривает в кружку и звучно отхлебывает чаю.       Она не упускала возможности подколоть брата по поводу того, что родители поженили его и маленькую дочурку какого-то из инвесторов их компании с самого детства. Мари повезло больше — ей никого в мужья не приписали. На самом деле, она понимала, что радоваться осталось недолго, ведь для родителей найти и ей какого-нибудь жениха — дело пяти секунд. Особенно, если они занимают один из высоких постов компании.       — А вот родителям об этом знать не обязательно, — Марк наклонился над столешницей островка и оказался прямо перед носом сестры, которая отодвинула Гилберта от себя, упершись рукой в его плечо.

***

      Алиса пришла в тренировочный зал утром одного из выходных. Ее разбудила Пятница, которая настойчиво повторяла, что «Мисс Аверс, Вас ожидает мисс Максимофф в тренировочном зале уже двадцать минут и просит поторопиться». Девушка была вынуждена встать, наспех собраться, а затем спуститься в зал. Тренировка, о которой недавно говорил Паркер и о которой договорился Тони, ждала своего часа уже несколько дней, и все это потому что Аверс все эти дни пробыла в Бруклине, одна, никому ничего не сообщая и просто ходя в школу каждое утро, а возвращаясь не в башню, в которой Тони уже сходил с ума. Пусть Питер и успокаивал его, говоря, что с Лис все в порядке, что она в Бруклине и что с ней ничего не случится, Старк все равно не хотел смириться с этим, потому что знал, что Алиса даже в пустом доме найдет приключения, а без сил даже помочь себе выпутаться из них не сможет.       Девушка появилась в зале, где ее уже ждала сидящая на полу Ванда. Максимофф что-то пробовала со своей магией, крутя в воздухе деревянные кубики разных размеров, то резко совмещая их, заставляя терять форму и полностью разрушаться, то разводя руки в стороны и возвращая кубы в прежнее состояние. Алису зачаровывала магия Ванды, она всегда хотела быть похожей на Алую Ведьму, но теперь, вспоминая, что у нее даже и сил-то нет, отбрасывала эти мысли. Но с фактом об отсутствии сил Ванда была готова поспорить. Лис усаживается напротив Ванды, готовясь выслушивать о своем затянувшемся опоздании, но колдунья молча опускает деревянные кубы на пол перед собой и вздыхает.       — Я знаю, что пропали твои силы. Тони сказал мне, что ты взволнована этим и накрутила себе, что потеряла их из-за неправильного применения, и расстроена из-за этого еще больше. Но этим занятием я хочу тебе кое-что показать. Выстави руку вперед, как я, — просит Ванда, выводя руку ладонью вверх. Алиса молча повторяет это движение. — Никто, слышишь, не сможет отнять у тебя твои силы полностью. Может быть, какая-то их часть покинула тебя, и именно из-за ее отсутствия ты думаешь, что теперь не располагаешь ими, но какая-то маленькая часть осталась внутри тебя, и главное — дать ей понять, что она нужна тебе сейчас, заставить помочь тебе.       Ванда начинает медленно перебирать пальцами, заставляя появляться тонкие, прозрачные и едва заметные красные полосы света, обвивающие ее тонкие пальцы с кольцами. Алиса наблюдает за этим, а потом отрицательно мотает головой, говоря, что не получится. Теперь убедить ее в том, что часть сил есть внутри, практически нереально.       — Давай ты сконцентрируешься, подумаешь об этом, и просто попробуешь, — мягко продолжает Максимофф, даже несмотря на упертость своей ученицы. — Окей, тогда сделаем по-другому. Ванда берет один из деревянных кубиков и швыряет куда-то за себя, в другой неосвещенный конец тренировочного зала, а затем указывает на него большим пальцем, направляя его за спину, даже не поворачиваясь. Алиса расценивает это как вызов, который колдунья только что бросила ей, прекрасно зная, что азарт в девушке все-таки победит. Алиса, вдохнув и выдохнув пару раз, настраивается на нужный лад, а затем выносит руку, направляя ее на куб в конце зала. Сначала ничего не происходит, и Алиса опускает руку, но Ванда поднимает ее вновь.       — Попробуй еще раз. На тебя не похоже, чтобы ты просто так сдавалась!       Алиса пробует еще и еще, но множество попыток не оканчиваются успехом. Лис закрывает лицо, трет его ладонями от безвыходности. Она старается сконцентрироваться на этом чертовом кубике, думая о том, что столько попыток не могут быть сделаны зря, и пробует еще. На, наверное, миллионной попытке, Алиса чувствует прохладу внутри, и видит, как кончики пальцев легко подсвечиваются голубым, а прозрачные снежинки сыплются вниз и пропадают в воздухе. Девушка удивленно наблюдает за происходящим, а лучи все не прекращают выходить из рук. Тогда она направляет их на кубик, который и был заданием, а свет становится ярче и окутывает деревянную фигурку полу-прозрачным голубым светом, и через несколько секунд куб оказывается в руке Алисы.

***

      — А еще, как оказалось, ты был прав — у меня осталась небольшая часть сил… Жаль, что я не могу показать их тебе… Как освободишься, напиши мне хотя бы «окей», ладно? Спокойной ночи…       Алиса сбросила свой разговор с автоответчиком, на котором оставила длинное сообщение для Питера. Девушка не понимала, почему уже столько времени он не отвечает ей, почему они не разговаривают и почему он не приходит. Алиса думала, что это из-за того, что Паркер стал больше времени проводить с Мари, своей девушкой, которая, по сути, занимала все его свободное время. Когда бы она не писала ему, в надежде пригласить прогуляться вечером или просто поговорить, Питер отвечал тем, что слишком занят. Причины занятости были однотипными: либо домашка, либо Мари, либо патруль города. Алиса впервые почувствовала себя ненужной — она хотела поделиться с Питером одним из самых важных для нее потрясений за последние дни, но разочаровалась, услышав: «Привет, это автоответчик Питера! Если у Вас что-то срочное, оставьте сообщение, и я обязательно перезвоню!». Алиса шутила, добавляя «если Вы не Алиса», горько усмехаясь и отбрасывая телефон куда-то далеко, потому что он уже не был нужен.       — Лис, что случилось? Ты какая-то грустная в последнее время, — Пеппер, перед тем, как лечь спать, прекрасно зная, что Алиса в это время не спит, зашла к ней. Поттс была взволнованна таким постоянно расстроенным настроением девушки, и никак не могла понять, из-за чего это происходит.       — Пеп, понимаешь, — Алиса вздохнула, взяв подушку и положив ее сверху на скрещенные ноги. Она зарывалась пальчиками в длинный мягкий ворс декоративной подушки. — Паркер стал каким-то другим. Мы больше не общаемся, как раньше. Да, лучше сказать, что мы вообще не общаемся. Я не понимаю, почему и с чего все так случилось. Может, я что-то не то делаю?       — Сомневаюсь, что проблема в тебе, — Поттс уселась на край кровати рядом с Алисой. — Может, у него кто-то появился?       — В том-то и дело. У него появилась девчонка, которую я не перевариваю, — Аверс пожала плечами и снова вздохнула. — Я просто ревную, наверное?       — Малышка, а теперь честно — у тебя есть что-нибудь к Паркеру?       Алиса задумалась. Да, черт возьми, она давно ловит себя на мысли, что влюблена в Паркера. Она слишком много думает о нем в последнее время. Отрицать это просто нет смысла, и Лис молча кивнула, прикрыв глаза. Но, с другой стороны, ей не понятен один момент — она встречается с Марком, чувствуя что-то и к нему, но мысленно осознавая, что к двум людям испытывать правдивые чувства — невозможно. И снова эта дурацкая неопределенность.       — Знаешь, — произнесла Пеппер, посмаковав ситуацию. — Как бы сказал твой отец на это — не судьба. Может, вам и суждено быть просто друзьями? А чувствовать что-то к другу — вполне нормальное явление, это скоро пройдет, вот увидишь.

***

pov Алиса       Все было как обычно. Я ходила в школу, тренировалась с Вандой, пытаясь развить ту часть сил, которая осталась у меня. Получалось отлично, и я даже практически перестала чувствовать, что какую-то их часть забрали. Максимофф дала мне очень многое — я научилась контролировать силы и применять в нужное русло. Ну, не только делать замороженный сок, охлаждать воду, и так далее.       Все это время меня мучил странный вопрос — стало быть, если эти силы не забрать, то кто дал их мне? В любом случае, я уже не узнаю. Папа и подавно не знает ответа на этот вопрос, потому что ну вы бы видели, как отвисла его челюсть, когда я показала один из фокусов. У мамы я уже не спрошу. К сожалению… А кроме отца у меня никого и не осталось, поэтому круг замыкается. Было немного страшно осознавать, что кто-то неизвестный дал тебе эту возможность, все эти фокусы, а ты даже не знаешь, кто и зачем. Тем более, мне тогда было всего одиннадцать лет, и я вряд ли помню подробности.       Я старалась удариться в учебу, чтобы наконец отойти от всех этих проблем, которые нависли надо мной, по типу потери мамы, потери Паркера, и всего остального. Усердно тренировалась с Вандой, которая все пыталась выяснить природу моих сил, но это ей практически не удавалось. Но мне это было уже и не важно — способности остались, пускай и меньшая их часть, я буду развивать и использовать их, чтобы снова не потерять. Этого я боялась — потерять все. И, как уже известно, потери уже начались.       Потеря Паркера. Это было очень сложно принять, как бы я не хотела. Мы все больше отдалялись с каждым днем и, как результат, уже сидим на разных рядах в разных концах класса. Я поговорила по поводу изменений в Питере с Недом, и азиат сказал, что и сам не против узнать, что случилось с другом, ведь и от Лидса Паучок тоже начал отдаляться, но пока не ушел так далеко, как от меня.       Повезло!       Каждая наша случайная встреча, каждая наша улыбка или пересечение взглядами, давали мне надежду на то, что наше общение еще не совсем потеряно, но в этот же момент к Питеру подходила Мари, и эта надежда сменялась болью по поводу того, что я его теряю.       И что теряю не просто друга.       Когда бы я не постаралась заговорить с Питером, когда он был один или с Недом (а такое бывало крайне редко), наши разговоры не были продуктивны и не давали мне никакой информации по поводу того, что происходит. Ведь где-то рядом снова появлялась Мари, сразу вешалась на Пита, брала его за руку и уводила даже от лучшего друга куда-то в сторону. Мне это конкретно надоело, и именно поэтому я решила вывести Мари на чистую воду. Зная, что рыжая бестия занимается в клубе чирлидеров нашей школы, я записалась туда. Прошла отбор сразу же и была допущена к тренировкам. Это не могло меня не радовать.       После пятничной тренировки я ждала, когда мы с Гилберт-младшей останемся в раздевалке одни, и это произошло. Я закрыла выходную дверь на замок, а затем подошла к Мари, шкафчик которой находился на другом ряду. В задний карман своих тренировочных шорт я уложила телефон со включенным диктофоном. Я была практически уверена, что Гилберт сболтнет что-нибудь интересное, что Паркеру будет интересно послушать.       Мне было неизвестно, почему она собирается так долго и уходит последней, но, в принципе, мне было пофиг, ведь я была нацелена поговорить всего один раз. Молча подхожу и присаживаюсь на лавочку напротив нее, закидывая ногу на ногу. Девушка смотрит на меня исподлобья, а затем возвращает взгляд на зеркало в двери шкафчика, перед которым расчесывает длинные рыжие волосы.       — Ты что-то хотела? Или просто полюбоваться? — усмехнулась Мари, на что я закатила глаза.       — Поговорить, любоваться на тебя есть кому, — ответила я, поднимаясь с лавочки и располагаясь за ней, подпирая плечом чей-то шкафчик. — Слушай, ты вот вроде симпатичная девушка, я думала, стержень внутри есть, характер, все такое. Да, и отвечаешь ты довольно резко. А по поведению и не скажешь, — я зашла издалека, надеясь, что она поймет, к чему я клоню.       — А, ты про Паркера поговорить? — снова усмешка. Рыжеволосая убирает расческу в рюкзак, откуда достает пудру. Прихорашивается — молодец. — Это потому что он променял тебя на меня? По-моему, понятно, кто тут достойнее?       — Давай не будем говорить про достоинство, откуда тебе про это знать? Предлагаю выяснить, зачем тебе, девчонке, за которой бегают пацаны из старшего класса, «неудачник», про которого говорят Пенис Паркер? Я же знаю, все знают, что просто так ты бы встречаться с ним не стала. Платить он тебе не будет, это понятно, так в чем же секрет? Что, с домашкой договорились помогать?       Мари замирает, смотря на меня через отражение в зеркале. Кажется, я только что приперла ее к стене, открыв сразу все скелеты в ее шкафу. На самом деле, это было понятно всем, еще когда она пригласила его на бал — из-за чувств она встречаться с Питером не может, деньги тоже не вариант. Зачем девочке из богатой семьи какой-то заучка? Либо она мне сейчас все рассказывает, либо мне придется ее заморозить.       — Окей, только ты мне пообещаешь, что мой брат, то есть, твой парень, об этом разговоре даже не узнает. А Паркер — тем более? — сдается и предлагает сделку. Все-таки, она не та, за кого себя выдает, и сдулась быстро. Правда, мне не совсем понятно, из-за чего? Я просто пожимаю плечами, чуть выпятив губу, а затем присаживаюсь обратно на лавочку, предвкушая очень интересный рассказ, в чем же заключается счастье пары Мари и Питера. Честно — я была заинтересована тем фактом, что Марк не должен узнать об этом разговоре. Что-то подсказывало, что эта их братско-сестринская сделка содержит в себе пункты, касаемо меня.       — Марк очень ревнует тебя к Паркеру. В последнее время он заметил, что вы начали ближе общаться, и все такое. После того, как вы с ним вместе с бала пропали, Марк чуть с ума не сошел и весь мозг мне прополоскал по поводу того, что вы можете делать с ним наедине. Поверь, мысли у него сводились уж точно не к занятиям историей. И, как ты знаешь, ему на месте не усидеть, поэтому он решил втянуть меня в свои конфликты с Паркером, попросив немного с ним повстречаться. Эта идея показалась мне самой тупой идеей в мире, но он шантажировал меня, поэтому выбора-то и не было. А так твой Паркер мне в жизни не сдался, поэтому можешь прямо сейчас забирать, только сомневаюсь, что братик одобрит.       То, что я сейчас услышала, повергло меня в самый настоящий шок. Я и подумать не могла о том, что это Марк может проворачивать. На самом деле, я знала, что Гилберт — слишком ревнив, чем нужно, порой это даже переходит все границы, но мне до последнего не верилось, что он может решиться на такое. Мне было не понятно, просто зачем ему это и чего он добивается? Ладно, он добился того, что мы с Питером больше не общаемся, как раньше, и теперь просто одноклассники, и пора бы уже прекратить этот маскарад, тем более, ввязывать в это свою сестру казалось мне очень глупым. Со стороны это все выглядит как дешевый маскарад, но у Марка, по-моему, все идет по плану до сих пор.       Я сидела с невозмутимым лицом с примесью легкой ухмылки, стараясь не показывать тех эмоций, что у меня внутри. Но мне казалось, что я больше не выдержу, поэтому нужно сворачивать всю эту лавочку, пока я от злости не заморозила эту рыжую лису на месте.       Я была слишком ошарашена.       — Только, Аверс, мы договорились, что они об этом не узнают! — крикнула Мари, как только я свернула за шкафчики, направляясь к своему.       Через минут пять я услышала щелчок замка, а после — хлопок раздевалки. Значит, она ушла, а я осталась одна. Я сползаю по шкафчику на пол, запуская пальцы в волосы и опуская голову. Внутри сейчас смешанные чувства — знаю, что не смогу держать эту информацию в тайне, знаю, что Паркера водят за нос, а он, влюбленный, или наигранно влюбленный, уж не знаю, даже и не подозревает об этом. Марку я устрою отдельную кровавую расправу, только нужно немного подождать и обдумать это. А вот Паркеру стоит рассказать прямо сейчас.

Alice Avers: Привет, ты не сможешь после патрулирования зайти ко мне ненадолго?

***

      После патруля Паркер как обычно сидел на одном из балконов многоэтажек Нью-Йорка, наблюдая за ночным городом. Это настраивало его на нужные мысли, как-то очищало голову после долгого и эмоционального дня. В городе в последнее время ничего особо не происходит, кроме того как украдут велосипед или котенок застрянет на дереве. Жить было скучно, хотелось быть настоящим супергероем, а не выполнять какие-то бытовые задачи, с которыми каждый пацан справится, даже без костюма и паутины. Но, как сказал Тони, «Все с чего-то начинали. Вот и ты побудь дружелюбным соседом.»       — Сообщение от Алисы Аверс, — неожиданно уведомила Карен, заставив Питера от неожиданности податься назад и чуть не упасть за ограждение на чужой балкон.       — Что пишет? — поинтересовался Паучок, оправляясь и возвращаясь к позднему ужину сэндвичем из кафетерия ниже.       — Просит зайти после патрулирования.       Питер замирает. Он не мог поверить, что Алиса написала ему, уже давно бросив все попытки наладить контакт, понимая, что Мари забирает все его свободное время. Он думал, что Лис обиделась, а может, еще и решила прекратить общение, чего он боялся больше всего. Паучок постоянно ловил себя на мысли о том, что на месте Мари, которая буквально вешалась на него при каждой встрече, изображая какие-то чувства, должна была быть Алиса, и все шло к этому. Раньше, когда они еще виделись хотя бы раз в неделю и обменивались хотя бы коротким «Привет».       А может, это хороший шанс поговорить, все уладить и вообще, расставить все точки над «i»? Он подумал так, но был уверен, что у Алисы просто какая-то проблема, которую кроме него решить никто не может. Тем более, она снова одна в Бруклине. Паркер надевает маску костюма, оставляя сэндвич в рюкзаке, а затем отправляется к Аверс.