Как рождаются легенды?

- Цзян Чэн был прав. Я слишком быстро привязываюсь к людям, Лань Чжань. А потом страдаю. Людской век недолог, по сравнению с нашим-то. Ты, А-Чжань, только не говори этому пет ... кх ... журавлю, что я признал его правоту, а то его потом не заткнешь.

Настроение у Лань Ван Цзи резко упало. Если с утра оно было на отметке - хорошо, затем, после рассказа Вэй Ина была легкая печаль о погибшей матери, то теперь, когда неизвестный Лань Чжаню ребенок так открыто прижимается к лису, а тот еще и не противится, наоборот, сжимая в ответ ... Настроение - Ужасно. Проигнорировав заинтересованно разглядывающего его ребенка, Лань Чжань обходит веселящегося Вэй У Сяня и подходит ближе к столику за которым сидит его старший брат. - Брат - склонив голову в уважительном поклоне, молодой дух не стал складывать руки и кланяться, как велели ему традиции. Вместо этого, А-Чжань уселся на свободную подушку при этом успевая незаметно разгладить слегка смявшиеся за ночь одежды. - Что произошло? - Ван Цзи - старший Лань, словно вспомнив что-то очень неприятное (хотя так оно и есть), вздохнул и, тут же вернув себе самообладание, печально улыбнулся. Нельзя показывать слабость, тем более перед младшим братом. - Господин Вэй - прав. Нам нужно многое обсудить. - Да, обсудить нужно многое - прикрыв глаза и сложив руки на груди, представитель духа журавля кивнул с задумчивым видом, но тут же, словно по щелчку, глаза духа распахнулись и опасно блеснули фиолетовым. - Но сначала ... Во-первых, Вэй У Сянь, где ты взял этого чертенка. Во-вторых, где ты все это время шлялся. В-третьих, ... придумаю по ходу твоего оправдания. - Оправдания, Цзян Чэн? С чего это мне оправдываться, я ничего дурного не сделал - по обычаю фыркнув на раздраженного сводного брата, Вэй Ин демонстративно прошел мимо него и, устроившись напротив(!) Лань Чжаня, усадил ребенка к себе на колени и подвинул чашку с супом. - Держи, А-Юань, кушай. Не обращай внимания на эту громогласную дворовую птицу, он всегда громко ... эм ... кричит, но не клюет. - Вэй У Сянь, не смей меня игнорировать! - глаза журавля снова блеснули, из-за чего Лань Си Чень почувствовал как табун мурашек пробежал по спине. Цзян Вань Инь, хоть с первого взгляда и не скажешь, внушал страх окружающим если сам того захочет. Но тот, на кого так хотел подействовать Цзян Чэн, был не впечатлен проявившейся сущностью духа и мирно, если можно так сказать про Вэй У Сяня, кормил ребенка с ложечки. А-Юань, полностью довольный своей жизнью, радостно уплетал свой завтрак, но взгляд золотых глаз, время от времени, заставлял внутренне содрогаться. - А я и не игнорирую - пожав плечами, Вэй Ин подмигнул радостно улыбающемуся ребенку и наконец усадив того на соседнюю подушку, торжественно вручил ему ложку. - Настоящее имя этого малыша - Вэнь Юань. Я обратил его когда наведывался в Безночный Город для разведки. Его брат и сестра, какие-то дальние родственники Вэнь Жо Ханя - не очень его жалуют. Оставались подле него только из-за обещания обратить малыша А-Юаня. Но, как всегда, великолепный Я, опередил злого ворона и спас бедного ребенка прямо у него из под носа. За это, плачущие от счастья брат и сестра Вэнь, согласились узнать и рассказать, мне лично, о всех планах Вэнь Жо Ханя. Закончив свою пламенную речь, Вэй У Сянь улыбается самой широкой своей улыбкой и с лукавством смотрит на вытянувшееся лицо Цзян Вань Иня. Журавль, видимо переваривающий информацию, был в легком трансе. Перестал реагировать на внешние раздражители, такие как его брат, машущий у него перед лицом рукой. Лань Си Чень, согласно кивнул головой на рассказ лиса. Если все было так, как говорит Вэй У Сянь, то сведения прямо из тыла врага могут очень сильно помочь в грядущей войне. Лань Ван Цзи же, нахмурился еще больше. Ему категорично не нравилось то, что У Сянь так легкомысленно обратил кого-то кроме него (Лань Чжаня) не имея гарантий. Да даже если бы они были, вряд ли Ван Цзи бы позволил Вэй Ину обращать кого-нибудь. Из-за осознания того, что теперь у Вэй Ина есть еще один подопечный, заставило Лань Чжаня с недовольством окинуть ребенка взглядом. Нет, конечно малыш не виноват в сложившейся ситуации, но сдавившему грудь Лань Чжаня спазму было все равно. - Погоди, ты, Вэй У Сянь, пошел в Безночный Город, обратил ребенка, завербовал шпионов и это все за спиной у Госпожи Му? Да тут не то что кто-то, тебе никто не поможет! - отойдя от первичного шока, Цзянь Вань Инь старается контролировать свой голос, но, видимо, у него это плохо получается. Голос надрывается словно что-то в нем сломалось. - Если в случае с моей матушкой тебя спасал отец, то тут ... я не знаю. Даже боюсь предположить что с тобой сделают. Ты ослушался прямого приказа! - Ой, да ладно тебе, Цзян Чэн - отмахнувшись от встревоженного журавля, Вэй Ин окидывает Си Ченя долгим изучающим взглядом, а затем, придя к какому-то выводу, ухмыляется. Старший из братьев Лань удивленно и в то же время заинтересованно посмотрел на лиса, но тот даже острым ухом не повел. - Ты, как я погляжу, времени зря не терял. Посмотрите только, усыпил человека без его согласия. Уложил на подушки раскиданные по полу. А он, между прочим, наследник и будущий глава ордена Гу Су Лань, а ты к нему так неуважительно. Ай-ай, Цзян Чэн, придется сообщить все Госпоже Юй о твоем беспардонном поведении. - Ты что, белены объелся? Ты. Меня. Хочешь. Сдать. Матушке? - Да, ты прав. Звучит странно. Обычно все всегда наоборот - подавив смешок, лис быстро, в один глоток, осушает пиалу с чаем. - Судя по тому, что Лань Си Чень только открыл свои сонные очи, а от еды все еще исходит едва уловимый пар, могу предположить, что ты еще и адептов смог провести. Гипноз? - А как по твоему, я еще мог это провернуть? - недовольно пробурчал дух журавля наконец устраиваясь рядом с Лань Си Ченем. Лань Хуань, видимо не совсем понимая о чем идет речь, посмотрел на смутившегося от его взгляда Цзян Вань Иня. Цзян Чэн замявшись, отводит глаза в стору. - Я просто внушил одному из адептов, что я - это Лань Си Чень и от его имени попросил принести еду сюда. Сказал, что мне, то есть Лань Си Ченю, нездоровится. Но ты можешь не волноваться, я так же внушил, что в твоем поведении не было ничего необычного. Все должно быть нормально. - Спасибо - сказал Лань Хуань, хотя сам еще не до конца понимал за что именно он благодарит смущенного духа. Улыбнувшись, уже не так, как он в самом начале улыбался брату, Си Чень смутился. Эта улыбка была не натянутой, а, на удивление, искренней. Лис, как всегда будучи в чужих отношениях настоящим гуру, треплет ребенка по голове, а затем, подхватив его на руки, кивает Лань Чжаню на дверь и быстро покидает оставшихся наедине. - Лань Чжань, я конечно понимаю, что ты учишься управлять всей этой духовной чепухой, но все же ... Будь я или Цзян Чэн послабей, ты бы, своей аурой, прибил собственного брата к полу, а следом и еще совсем маленького А-Юаня - наблюдая за тем, как маленький ребенок ловит стрекоз около небольшого пруда, расположенного совсем рядом от дома где живет Лань Си Чень, Вэй Ин осторожно погладил Лань Ван Цзи по опущенной голове. - Что случилось, Лань Чжань? - Кто он? - проигнорировав руку У Сяня у себя на голове, Ван Цзи кинул недовольный взгляд в сторону играющего ребенка. Хоть вопрос был задан некорректно, и обычный человек вряд ли смог бы распознать подтекст, Вэй Ин сначала удивленно наклоняет голову на бок, но, осознав чего от него хотят, опускает руку и отступает на шаг назад. - Лань Ван Цзи, неужели ты волнуешься о том, что этот малыш займет твое место? - краем глаза наблюдая за тем, как мочки ушей Ван Цзи стали медленно краснеть, Вэй У Сянь качает головой и усмехается. Ну вот что за дите непутевое, все время что-то додумывает сам нежели спросить напрямую. - Ох, Лань Чжань, ну вот что за глупые мысли посещают твою юную голову? И куда я, по твоему мнению, дену тебя? У меня лично идей нет, хотя моей фантазии позавидовала большая часть населения мира. - Ты всегда так - недовольно бросил Лань Чжань при этом, умудрившись полностью скопировать недовольное фырканье Цзян Вань Иня. - Поступаешь легкомысленно, не думаешь о последствиях. Когда-нибудь тебе это выйдет боком. Но тебе же все равно. Ты же думаешь только о себе, чувства окружающих людей тебя не заботят! Ты же не подумал ни о ком, ни о духах храма, ни о Цзян Вань Ине, ни обо мне ... - Лань Чжань ... - тихо, почти неслышно, прошептал Вэй Ин. Он никак не мог ожидать таких слов, кто бы мог подумать (но точно не Вэй Ин), что его маленький подопечный так ... ударит в спину? - Ох, Лань Чжань, прости. Все же, память у меня отвратительная. Как-то я запамятовал, что ты, А-Чжань, нерожденный дух, и поэтому твое сознание взрослеет раньше тела. Сколько тебе сейчас? Двадцать два? Прелестный для человека возраст. Я, по меркам людей, кутил до ста лет. Представляешь? И это если перевести на ваши года. Прикрыв глаза и отступив еще на шаг, Вэй У Сянь упирается спиной в стену дома и складывает руки на груди. Устремив взгляд куда-то вдаль, на плывущие облака или верхушки гор, У Сянь горько улыбается и качает головой. - Ну зачем, Лань Чжань, зачем?