Королевская кровь

Джон пришел в себя от того, что в лицо ему плескали холодной водой. Он с трудом разлепил ставшие слишком тяжелыми веки, перед глазами плыло, и казалось, будто окружавшее его помещение покачивалось, словно корабль на морских волнах. Джон аккуратно пошевелился, боясь обнаружить, что у него сломаны ребра или еще что похуже. По воздуху поплыла рябь, точно на экране неисправного телевизора. Джон с силой моргнул, и из тумана возникло расплывчатое серебристое облако. Джон моргнул еще раз, и облако исчезло — вместо него появилось взволнованное, раскрасневшееся лицо, обрамленное серебристыми волосами. — Ох, слава Богу. Я уж подумала, что… Ты как? — в голосе Дейенерис Таргариен звучало неподдельное беспокойство. Она коснулась его лба прохладной ладонью, машинально убрав с него несколько прядей. — У меня галлюцинации? — хрипло поинтересовался Джон. — Сколько пальцев ты видишь? — она слегка покачала рукой перед его лицом. — Кажется, три… — Тогда нет. Джон и сам понимал, что, хоть и приложил его Гора достаточно крепко, сознание уже начинало проясняться, а значит, галлюцинации не посещали его и он видел перед собой живую девушку из плоти и крови. Но — принцесса Великобритании? Здесь, в клубном сортире? Слишком много неожиданностей для этой ночи. — Он тебе ничего не сломал? Я сейчас вызову скорую, — она открыла свой клатч, потянувшись за телефоном, но Джон мягко остановил ее руку. — Не надо. Кости у меня целы. Пара синяков, правда, есть, но это так, пустяки. — Пустяки? — во взгляде Дейенерис читалось явное недоверие. — Ты встать-то хотя бы сможешь? — Думаю, да, — в подтверждение своих слов Джон медленно принял сидячее положение — это действие отозвалось во всем теле ноющей болью, а перед глазами запрыгали черные мушки, но он стиснул зубы и усилием воли заставил себя подняться на ноги. На какое-то мгновение потолок поменялся местами с полом. Джон пошатнулся и вынужден был ухватиться за раковину, а Дейенерис поддержала его с другой стороны — иначе он непременно упал бы. — Джон… Когда он успел представиться? О, ну конечно — когда прокричал свое имя на весь туалет, набиваясь в кабинку к Клигану, чтоб ему пусто было… — Я… Дай мне минуту, — он открутил холодную воду, уткнулся лбом в замызганное зеркало, постоял так некоторое время, вцепившись пальцами в края раковины, и, к своему стыду, ощутил, что желудок хочет избавиться от содержимого, причем сделать это немедленно. Дейенерис продолжала стоять рядом, придерживая его за плечо, пока Джон с отвращением отплевывался, полоскал рот и брызгал себе в лицо холодной водой — после этих процедур ему стало чуть легче. — Тебе нужно в больницу, — вздохнула Дейенерис, глядя на его жалкий, измученный вид. — Нет! — Джон решительно покачал головой. Он даже представить не мог, как отреагирует тетя Кейтилин, когда узнает, что с ним случилось — вернее, представлял слишком хорошо, поэтому ни о какой больнице не могло быть и речи. — Мне уже лучше. Правда. Дейенерис посмотрела на него с явным сомнением. — Позволь хотя бы убедиться, что ты благополучно добрался до дома. Я… могу проехать с тобой на такси, а потом вернусь во дворец, хорошо? Джон не мог не признать, что рациональный смысл в ее предложении определенно имелся — если он отключится в такси, а водитель этого не заметит или решит, что пассажир просто пьян, и никак не отреагирует, то Дейенерис все-таки проследит, чтобы он случайно не умер. — Хорошо. В этот момент в кармане ожил мобильник. Джон выудил его, взглянул на дисплей — Санса. — Я не нашел твоего Клигана, — сказал он, нажав на кнопку принятия вызова. — Так я потому тебе и звоню, — быстро заговорила сестра на том конце провода. — Сандор был на улице — я думала, что ему плохо, а он просто вышел проветриться, сказал, что ему надоела музыка. — Черта с два, — услышал Джон отдаленный комментарий Клигана. — Я сказал, что меня, — ругань, — этот проклятый грохот и эта, — ругань, — толпа идиотов в зале. — В общем, да, примерно так он и сказал, — смущенно признала Санса. — Мы уже вызвали такси и едем домой. Прости, что тебе пришлось из-за нас побегать. — Ничего страшного, — вздохнул Джон. — И, Санса… — Да? — В клубе — Гора, так что лучше найдите другое место для танцев. — Гора? В смысле… брат Сандора? — в ее голосе прозвучало явное беспокойство, а на заднем плане смачно заматерился Клиган. — Что он там делал? — Не знаю, но будь осторожна. — Хорошо… Пока. — Ага, — он услышал в трубке щелчок, сунул мобильник обратно в карман и встретился взглядом с Дейенерис. — Так что… едем? Джону очень не хотелось столкнуться с Роббом и Теоном в таком состоянии: они наверняка начнут расспрашивать, что случилось, а если узнают, попытаются затеять драку с Горой — и обязательно пострадают… — Едем, — ответила Дейенерис, протянув Джону руку, чтобы не дать упасть в случае, если ему опять станет плохо. * * * Джон очень смутно помнил, как добрался домой — в такси его вырубало, глаза слипались, а к горлу вновь подкатывал отвратительный склизкий комок, но ужаснее всего было то, что болью наполнился каждый член тела, включая ногти. Как он попрощался с Дейенерис, Джон тоже не помнил — а может, она ему вовсе привиделась? В самом деле, откуда бы принцессе Великобритании взяться в клубе, который посещают даже не дети миллионеров, а самые обычные люди? Джон уже и не знал, что думать обо всей этой ситуации. Радовало только то, что выпить он вчера успел совсем мало и избежал хотя бы похмелья; открыв глаза и привычно уставившись в потолок своей комнаты, Джон обнаружил свое утреннее состояние относительно сносным, не считая того, что поворачиваться все еще было трудно, а лицо после знакомства с кулаком Горы ощутимо покалывало от боли. В целом же он чувствовал себя свежим и отдохнувшим — голова почти не гудела, склизкий ком отступил от горла, а память начала услужливо подкидывать фрагменты минувшего вечера. Последнее, что Джон запомнил — как поднимался по лестнице в темноте, заваливаясь и цепляясь за стены. Судя по всему, каким-то чудом он не наделал шума и не разбудил домочадцев, раз ему удалось благополучно добраться до комнаты. Даже странно, что он не грохнулся посреди лестничного пролета. Тем не менее, сделав над собой усилие и перекатившись со спины на бок, Джон имел все шансы свалиться с кровати от неожиданности, потому что на соседней подушке обнаружилась принцесса Дейенерис Таргариен, по пояс завернувшаяся в один из его пледов. Джон заметил на ней вчерашнюю черную футболку, на груди которой был стразами выложен ярко-алый дракон; из-под пледа выглядывали ноги в красных носках и клетчатых клубных брюках, серебристые волосы в беспорядке рассыпались по подушке. Джон бездумно протянул руку и убрал несколько прядей с ее лица; глаза Дейенерис распахнулись и попытались сфокусироваться на окружающей обстановке. — Сколько времени? — спросила она хриплым спросонья голосом. Джон бросил взгляд на настенные часы. — Половина двенадцатого. — Домочадцы, уж конечно, давно были на ногах — кроме, возможно, Робба с Теоном, которые после гулянок любили отсыпаться до обеда. — Хорошо… — Дейенерис медленно приняла сидячее положение, попытавшись пригладить волосы, некоторым образом напоминавшие воронье гнездо. Джон поймал себя на мысли, что откровенно любуется ее сонным, измятым видом. — Ты как? — мягко поинтересовалась Дейенерис, перехватив его взгляд. Она протянула руку и почти невесомо провела подушечками пальцев по его скуле, вызвав легкое покалывание в коже лица. — Выглядит жутко. — Нормально, — на этот раз Джон не соврал ей. — Но… как ты здесь вчера оказалась? — А ты разве не помнишь? Он отрицательно покачал головой. — Ты… очень просил меня остаться, — смущенно улыбнулась Дейенерис. — И был несколько… ну… как бы это сказать… — Говори как есть, — вздохнул Джон. — Ну, в общем… ты был несколько не в себе. — О, нет, — простонал он, почувствовав, как начинает краснеть. — Что я творил? — Нет, ничего такого, — поспешила успокоить его Дейенерис. — Просто, когда мы подъехали к твоему дому, ты вдруг вцепился в меня и никак не хотел выпускать. Таксист смотрел на нас очень странно, ну и мне пришлось выйти вместе с тобой. — Ох, черт… — Джон и правда вспомнил, как хватал ее за руки и зачем-то пытался стянуть парик, который она снова приладила после того, как они вышли из туалета. — Прости, что так вышло. — Тебе совершенно не за что извиняться, — по губам Дейенерис скользнула ободряющая улыбка. — Но мне действительно уже нужно домой, пока брат меня не хватился. М-м, Джон… — Да? — Где у вас ванная комната? — В конце коридора, сразу направо, — он сполз с постели, радуясь, что завалился спать прямо в джинсах — ходить перед британской принцессой в трусах было бы уже слишком, — и прошлепал к двери, чтобы выглянуть в коридор и убедиться, что никого нет поблизости. — Все чисто. Полотенце можешь взять любое с сушилки, они все постираны. — Хорошо, — Дейенерис вышла из комнаты, и Джон заметил, что по дороге в ванную она настороженно поглядывала по сторонам, явно не желая быть обнаруженной его домочадцами, которые, уж конечно, засыпали бы ее миллионом вопросов, да еще и, чего доброго, решили бы, что ночь в компании Джона она провела неспроста. Он невольно ухмыльнулся, подумав, что познакомить Дейенерис с семьей было бы и в самом деле неплохо, но тут же отмел эту мысль как абсурдную. Это наверняка их первая и последняя встреча, а значит, поднимать лишнего шума не стоит, тем более что Дейенерис это вряд ли понравится. Пока ее не было, Джон по-быстрому заправил постель и полез в шкаф в поисках наиболее чистой футболки — да так и застыл, с размаху споткнувшись взглядом о свое отражение. Из зеркала, висевшего на внутренней стороне дверцы шкафа, на него смотрела довольно пугающая смесь человека и панды — во всю скулу красовался огромный темно-лиловый синяк, при выключенном свете казавшийся почти черным; такие же синяки усыпали торс вперемешку с кровоподтеками, а справа под грудной клеткой набухла и налилась кровью внушительная гематома. — Твою ж мать! — громко выругался Джон, схватив максимально закрытую футболку и поскорее надев ее, пока кто-нибудь еще, кроме Дейенерис, не увидел эту картину воочию. Как объяснить домашним здоровенный синяк на лице, он пока не придумал — а зря, потому что буквально через пару минут в комнате появилась Арья; должно быть, услышала его возглас. — Ты уже проснулся? Представляешь, Рикон сломал приставку Брана и теперь… Ох ты ж черт!!! — воскликнула она, уставившись на Джона во все глаза. — Кто это тебя так? — Да в клубе с одним пьяным уродом сцепился, — ей он мог это рассказать: Арья и сама неоднократно возвращалась из школы с фингалом под глазом или с разбитой губой. Впрочем, она-то ходила на секцию по футболу и неприятности с лицом частенько списывала на спортивные травмы, у Джона же подобного оправдания не было — но ему, в отличие от сестры, давно не шестнадцать и от дяди с тетей, как в школьные годы, уже не влетит, но лишний раз их расстраивать все равно не хотелось. — Жаль, что меня там не было, — голос Арьи так и звенел от праведного гнева, пока она проходила вглубь комнаты и усаживалась на постель Джона. — Уж мы бы с тобой этого гада… — она осеклась, бросив взгляд себе под ноги. — Ох. Не знала, что ты не один. — В каком смысле не один? — он проследил за направлением ее взгляда и, мысленно чертыхнувшись, заметил пару черных балеток, оставленных на полу. — А, ты про это. Санса разбросала свою обувь по всему дому. Надо будет вернуть ей при случае. — Да брось, — ухмыльнулась Арья, сложив ногу на ногу и посмотрев на брата очень лукаво. — У Сансы размер ноги больше раз в пять, а эти балетки были бы малы даже мне. И мне показалось, или, когда я шла сюда, в ванной шумела вода? А все остальные сейчас внизу — кроме Робба и Теона, но они-то спят. Джон промолчал, не зная, что на это ответить. — Значит, ты привел девушку? — Арья фыркнула, заметив, что он слегка покраснел. — Да ладно, что тут такого-то. Ну привел же? — Ну, допустим, — осторожно согласился Джон. — И она вот-вот вернется сюда, поэтому я был бы очень благодарен, если б ты сейчас нас покинула. Понимаешь? — Хм. Кажется, понимаю, — судя по ухмылке, растянувшейся по губам Арьи, ей в голову явно пришла какая-то пошлость, но с этим он уже ничего не мог поделать. — Считай, что меня здесь и не было. Она поднялась на ноги и, по-прежнему ухмыляясь, направилась к выходу, и Джон почти вздохнул с облегчением, но буквально через пару секунд услышал ее изумленный возглас. — Ох ты ж, ни хрена себе!!! — поделилась впечатлениями Арья. И круглыми глазами уставилась на застывшую в дверном проеме Дейенерис Таргариен.