Куда приводят желания

Не прошло и пары дней с момента последних кошмарных событий, как вокруг Святилища вспыхнули костры. Десятки ведьм, что еще недавно находились в правящей верхушке, теперь, оглушительно визжа, обугливались в пламени. Огонь взметался до самых небес, уходя вверх черным едким дымом, и глядя на тлеющую кожу осужденных, в сердце Майкла поднималось мрачное торжество. Но несмотря на это сиюминутное наслаждение, он понимал, что впереди предстояло еще очень много работы. Сейчас он разделался лишь с пешками Ковена, оставив расправу над Верховной себе на десерт. А вместе с ней, еще и над семейкой Вудов. Своей последней выходкой, Фиона подписала себе смертный приговор. И в этот раз, Лэнгдону даже не пришлось включать фантазию, чтобы придумать, какой казни она заслужила. Как говорится, око за око… Когда отгорели последние костры, Майкл вернулся в Святилище, сразу же приказав охране привести ведьму и Нейтана в сектор 5X-H98. С самой первой секунды, когда их втолкнули в жаркие объятия каннибалов, и до тех пор, пока от человеческих тел не осталась лишь горка обглоданных костей, антихрист не отрывая взгляда, наблюдал за происходящим. Словно каждый вопль боли, каждый кусок оторванной плоти этих тварей, мог залечить раны, оставленные ему тем, что они успели натворить. А кроме того, еще и заглушить чувство вины, что прогрызало Майкла насквозь. В том, что произошло с Мэллори, антихрист целиком и полностью винил исключительно себя. Со всеми своими силами и возможностями, он не смог уберечь ее от столь страшной участи, не успел вмешаться и предотвратить. Как и с мисс Мид… Каждый раз он совершал одну и ту же ошибку. И пусть в этот раз, все не закончилось смертью любимого им человека, Лэнгдон уже знал, что едва ли когда-то сможет себе это простить. Вслед за казнью Верховной и Нейтана, Майкл отдал еще одно распоряжение охране — депортировать с территории Святилища остаток семейства Вудов. Как долго они будут скитаться, и как именно сдохнут, блуждая в радиационных лесах, антихристу было уже плевать. Равно как и плевать, что подумают о его поступке остальные члены Кооператива. В сравнении со всеми навалившимися бедами, это оказалось уже сущей мелочью. За полгода, что Фиона успела наворотить, будучи управляющей, Майклу теперь придется из кожи вон лезть, чтобы вернуть себе былой авторитет и влияние. Мало было наказать виноватых — впереди предстояла долгая и тяжелая работа по реорганизации, проведению и контролю новых реформ и борьбе с теми, кто окажется несогласен с новыми порядками. Лэнгдон многое собирался менять и понимал, каких усилий и нервов с его стороны это будет стоить. Но перед тем, как полноценно приступить к своим законным обязанностям, у антихриста оставалось еще одно незаконченное дело… — Даже не знаю, что на это сказать, — хмыкнула Кэрол, глядя на Майкла. Девушка, которую только что за шкирку вытащили из персонального чистилища, сейчас стояла посреди просторного холла, завешенного гобеленами. — Думаю, она, зная, что произошло, не захотела бы, чтобы ты вечность горела в аду, — скривив недовольную мину, пробормотал Лэнгдон, — да и с учетом нынешней перегруженности ада от грешников, ты со своей стервозностью, куда больше пригодишься здесь в качестве в рабочей силы… — Мне кажется, или гордый антихрист сейчас пытается таким странным образом сказать «спасибо»? — с усмешкой проговорила она, вскинув бровь. В ответ Майкл лишь закатил глаза. Да, несомненно, при всей своей ненависти к ведьмам, лично Кэрол он останется благодарен до конца своих дней. Но черта с два эта сучка услышит от него подобные откровения… Пусть радуется уже тому, что антихристу хватило милосердия вытащить ее из личной преисподней. Не говоря уже о том, что ведьма заполучила себе теплое местечко в качестве личного секретаря Сатаны. Мужчина, не сказав ни слова, уже развернулся к Кэрол спиной, собираясь уходить обратно в мир живых, но та успела его окликнуть. — А что Мэллори?.. Как она сейчас? Майкл тяжело выдохнул и когда обернулся к ведьме, та заметила, как на его лице промелькнула болезненная гримаса. — Думаю, ты и так представляешь, — сухо ответил он, отводя взгляд в сторону. — Она выкарабкается, — тихо, но уверенно сказала Кэрол, скрестив руки на груди, — эта девчонка куда крепче, чем кажется. Раз уж она смогла вытерпеть даже тебя, то справится и с остальным. Лэнгдон слабо улыбнулся. — Хотелось бы в это верить. — Береги ее, Лэнгдон, — вздохнув, добавила ведьма, — второй такой у тебя уже точно не будет. … Майкл, наверное, никогда не сможет забыть тех минут, когда из подвала, под завязку набитого трупами, он уносил Мэллори на руках. Что успело напугать его практически сразу — девушка не проронила ни единой слезы, не кричала и, казалось, даже не заметила присутствия Лэнгдона. Психика Мэллори пережила столь страшный шок, что впала в полнейший ступор и оцепенение. Майкл не представлял, как ей помочь и что сделать. От его угрызений совести, девушке точно не станет легче, а ничего другого, антихрист, наверное, больше и не мог предложить. Первые дни были похожи на медленную нескончаемую пытку. Мэллори, хоть и оставалась живой физически, оказалась погребена где-то глубоко внутри под завалами своего пошатнувшегося разума. Все, на что девушка сейчас оставалась способна — это молча смотреть в одну точку, периодически проваливаясь в долгий болезненный сон. За четверо минувших суток, Лэнгдону так и не удалось добиться от Мэллори хотя бы слова или осмысленного взгляда, и это начинало сводить его с ума. Майкл до дрожи боялся, что после всего пережитого, девушка могла повторить тот же путь, по которому однажды прошла Сибилл. А принимая во внимание тот факт, что тело Мэллори останется бессмертным до скончания веков, подобное развитие событий, заставляло антихриста едва ли не биться головой об стену. Но еще хуже — с теми проблемами, что навалились на Майкла из-за состояния девушки, ему еще каким-то образом приходилось находить время и силы для решения остальных вопросов. После казни Фионы, на антихриста словно голодные стервятники накинулись буквально со всех сторон. Нужно было принимать бразды правления и наводить порядок, но как антихрист мог заниматься подобным, когда круглосуточно сидел у кровати Мэллори, боясь оставить ее одну? Первым делом, пришлось произвести небольшой переезд. Из своей комнаты, Майкл перебрался в одни из свободных апартаментов на верхнем этаже. Здесь его новый кабинет и гостиная, где Лэнгдон теперь планировал проводить собрания, граничили через стену со спальней, где находилась девушка. Так ему было спокойней. Кроме того, антихрист провел строжайший отбор среди Серых, пока не назначил одну из них прислугой для Мэллори. Девушка сейчас нуждалась в тщательном уходе, а Майкл, со своими навалившимися обязанностями, не мог постоянно за ней следить. Хотя, его чувство вины от того лишь сильней отравляло рассудок. Наблюдая за отсутствующим взглядом Мэллори, Лэнгдон не был уверен, что она вообще замечала его присутствие рядом с собой, но тем не менее, каждый раз, когда ему приходилось отлучаться, он ощущал себя последним ублюдком. В такой прострации и забытьи, девушка пробыла первые четыре недели. Но то, что стало твориться после, совсем не принесло облегчения. Каждый раз проваливаясь в сон, Мэллори просыпалась с таким диким и страшным криком, что у Майкла замирало сердце. Началась череда истерик и почти непрекращающихся слез, но теперь, по крайней мере, девушка уже с большей адекватностью шла на контакт. Когда Мэллори, спустя долгое время, наконец, заговорила, Лэнгдон сам едва не разрыдался. Спустя целый месяц молчания, он боялся, что уже никогда не услышит ее голос. … Майкл почти не замечал скептических взглядов, что были направлены на него во время собрания. Кооператив и без того относился к персоне Лэнгдона с подозрением, а его новые правила по переносу встреч в свою личную гостиную, вместо зала заседаний, некоторые так и вовсе сочли оскорбительным. И это уже не говоря о внешнем виде мужчины… Уставший, не бритый столь давно, что лицо уже покрывала густая щетина, в мятой рубашке, и словно резко постаревший на десяток лет. Никто особо не знал, какого черта успело произойти в момент резкой смены власти и чем сейчас был так занят антихрист, помимо своей прямой работы, но доверия, ни своим видом, ни поступками, он сейчас никому не внушал. — Прошу прощения, мистер Лэнгдон, — сварливо протянул один из присутствующих, оборвав речь мужчины, — я понимаю, что у вас, вероятно, есть на то личные причины… Но вам не кажется, что было бы уместно обсудить со всеми нами инцидент, устроенный вами с одним из наших учредителей? Полагаю, каждого из нас здесь тревожит данная ситуация, ибо был нарушен изначальный договор… — Я не собираюсь комментировать ситуацию, касаемо мистера Вуда и его семьи, — сквозь зубы процедил Майкл, — и если кого-то это не устраивает, то можете покинуть Святилище в любое удобное для вас время. За столом послышалось недовольное перешептывание, но когда Лэнгдон уже собирался продолжить прерванную речь, из соседней комнаты вдруг раздался испуганный прерывистый вопль. Вздрогнув всем телом, мужчина обернулся в сторону двери. — Продолжим после перерыва, — сухо произнес он, без всяких объяснений поднимаясь со стула. — Но… — попытался кто-то протестующе вякнуть, но в ответ получил от антихриста столь грозный взгляд, что разом решил заткнуться. Не обращая внимания на сердитые голоса за спиной, Лэнгдон быстро покинул гостиную. Войдя в спальню, где все еще слышались крики, мужчина с встревоженным видом приблизился к постели. — Тихо… все хорошо… — еле слышно произнес он, крепко сжимая руками бьющуюся в истерике Мэллори. — Мне больно… очень… — сквозь судорожные всхлипы проговорила она. Майкл тяжело выдохнул. Фантомные боли — еще один симптом, что достался девушке после случившегося. Пусть тело Мэллори и было неуязвимо — психосоматику, увы, никто не отменял. И что еще хуже — ни ее регенерация, ни Лэнгдон со своими силами — не могли здесь ничем помочь. — Это все пройдет, — надломленным голосом отозвался антихрист, — я обещаю. Отчаянно плача, девушка закопалась лицом в его мятую рубашку, на которой, за сегодняшний день, уже не в первый раз оставались ее слезы. — Мистер Лэнгдон, — робко проговорила служанка, заглядывая в комнату, — вас там очень ждут… — Подождут, — огрызнулся Майкл, подняв взгляд, — кто не хочет — пусть проваливают! Потупив взгляд, Серая тихо прикрыла дверь, исчезая в коридоре. — Я тебе мешаю? — слабо пролепетала Мэллори. — Т-щ-щ… — успокаивающе протянул мужчина, поглаживая ее по спутанным волосам, — глупости. Самое важное, что здесь есть — это ты. А кретины за дверью пусть ждут, сколько понадобится. Тихо проскулив, девушка еще теснее прижалась к Лэнгдону, чувствуя его теплый поцелуй на своем лбу. … Позади остался еще один месяц. Дела по проведению нового законодательства и юридических формальностей в Святилище, постепенно становились на ровные рельсы. Устроив еще несколько показательных казней особо недовольных представителей Кооператива, Майкл, все же, смог внушить остальным мысль, что им придется исполнять его приказы, нравится им это или нет. За время правления Фионы, многие успели обнаглеть и расслабиться, так что, перемены в обратную сторону, давались всем отнюдь не просто. Однако, дело сдвинулось с мертвой точки, и это уже не могло не радовать. Состояние Мэллори все еще оставалось в стадии «весьма паршиво», но уже с видимыми постепенными улучшениями. Фантомные боли случались все реже, и спустя какое-то время, девушка уже не вскакивала по четыре раза за ночь из-за очередных кошмаров. Прогресс шел медленно, но Майкл был благодарен за каждый проблеск, подкрепляющий надежду на то, что рано или поздно, Мэллори вернется к прежней жизни. По крайней мере, ему до боли хотелось в это верить. … Слыша тиканье часов, девушка сонно приоткрыла глаза, с облегчением чувствуя, что по телу не пробежала резкая волна боли. В последнее время, очнуться, не ощущая ломоты и судорог — уже было большим достижением. Глубоко вздохнув, Мэллори перекатилась на бок, переворачивая подушку прохладной стороной. Наверное, она могла поспать еще немного… Медленно погружаясь в дрему, девушка услышала тихий скрип открывшейся двери и осторожные шаги, в которых она сразу же узнала Майкла. Он всегда навещал ее после своих утренних собраний, даже если Мэллори еще спала. Кровать немного прогнулась под его весом, когда он присел позади нее, но следом, почувствовалось что-то странное… Вздрогнув, девушка открыла глаза, ощутив непривычную тяжесть на своей талии, что медленно спустилась вниз. — О господи… — тихо выдохнула Мэллори, увидев перед собой крошечного черного котенка, что робко ткнулся мордочкой в ее руку. Майкл, что сидел за спиной девушки, почувствовал, словно у него камень с души свалился. Впервые за все это время, он увидел, как на ее лице появилась улыбка. — Подумал, с ним тебе здесь будет не так одиноко, — слабо улыбнувшись, сказал Лэнгдон, глядя, как Мэллори, едва не плача от радости, подняла мяукающего зверька на руки. — Где ты его взял? — поглаживая котенка, спросила девушка, вскинув взгляд. — Ну… — замялся Майкл, — как-нибудь потом расскажу… Мэллори была не в курсе о том, что раньше в Святилище активно проводились опыты на животных. Собственно, именно из лабораторий Майкл и забрал котенка, но вдаваться в подробности ему сейчас не хотелось. Шмыгнув носом, девушка улыбнулась еще ярче, после чего, потянулась вперед. Когда антихрист ощутил на своих губах мягкий, полный благодарности поцелуй, по всему телу невольно пробежала дрожь. Давно он такого уже не чувствовал… — Спасибо, — шепнула она, глядя на Майкла блестящими от слез глазами и после прижимаясь лбом к его лбу. — Я люблю тебя, — хрипло ответил Лэнгдон, даже не заметив, как эти слова, что раньше казались ему неподъемным грузом, легко сорвались с его языка. — Я знаю, — еще тише произнесла Мэллори, закрыв глаза.