Плавятся души

      Говард Майкрофт, как обычно, восседал на диване посреди гостиной особняка, безразлично пялясь в камин. В дальнем углу помещения тихонько играл старый граммофон. Из него доносилась какая-то меланхолическая мелодия Шопена.       Говарду было паршиво. Он не любил проигрывать, поэтому всегда старался быть на шаг впереди своих врагов. Однако день назад произошло событие, заставшее его врасплох. В обитель мага совершенно внезапно ворвалась какая-то странная девушка в латексном костюме. Колдун подозревал, что его будут преследовать после теракта в Лондоне, но не ожидал, что настолько скоро.       И мало того, что эта агентка убила всех его драгоценных вампиров, так она ещё и выкрала очень важный прибор для перемещения между мирами. Да, Говард слишком сглупил, оставив портальную пушку на виду. Но кто мог знать? Кто мог догадаться, что эта умалишённая ведьма решится выкрасть пушку, а потом и прыгнуть в первый попавшийся портал?       К магу подошёл чёрный, как нефть, кот. Он игриво покрутил хвостиком, потерся спиной о ногу хозяина, после чего грациозно залез на его колени. — Что ты будешь делать с этой тупой женщиной, Говард? — облизывая лапки, спросил кот. — Понятия не имею, Афромен! — в печали ответил маг. — Я то думал, пленю её, выбью всю информацию и сделаю своей рабыней. А это глупое дитя вот так вот поступило... — Мяу, — скучающе произнёс зверь. — Говард, почему ты всех своих жертв называешь "дитя"? Это звучит глупо и неоригинально. — Не порти мне настроение, животное. — Как будто это я виноват в том, что ты тривиальный, опереточный злодей и шарлатан... — Молчать! Кому сказал! — А ещё эта твоя одержимость Лэнгом и Ктулху вызывает лишь смех. Лэнг ведь даже не знает о твоём существовании.       Мужчина выкинул мягкого кота на пол, окончательно потеряв терпение. Говарду было обидно, потому что Афромен прав. Его действительно никто не знал в Лэнге, и самое неприятное — его никто не знал в родном мире. Он был непопулярным, никому не страшным, подпольным сектантом с парой десятков вампиров и армией зомби. Поэтому когда к нему пришла Элизабет Грейнджер, он был польщён и рад вниманию. Но сладость хорошего настроения портилась горечью стыда от утраченного техномагического устройства. — Да будет так, кот! — рёк он, полный обиды и смущения. — Поведай мне, лишённый утайки, к каким богам мне стоит примкнуть с мощью моего культа! — Я бы не сказал, что культ обладает "мощью", но раз уж ты просишь моего мудрого совета... — хитро улыбнулся чёрный чеширский кот Афромен и начал оглашать свой коварный пушистый план...

***

      Элизабет Грейнджер стояла напротив готического особняка Говарда Майкрофта. Ей было приятно вновь ощущать родной воздух своего мира. Пах он приятно, повсюду ощущалась магия и пышущая энергия Ци в каждом живом организме. Лишь рядом с домом тёмного сектанта улавливалось влияние божественной силы, Ба-хионь.       Поблизости от девушки стоял Гарри Пьющий. Или Гарри Поттер. Или Джеймс Кик. Честно говоря, личности спутника казались ей мнимыми и фальшивыми. Больше он смахивал на какого-то умелого, рукастого афериста. Однако помощь даже от такого человека ей было выгодно принять, так как она не хотела подвергать опасности других мракоборцев. Кроме того, спутник ей откровенно нравился своей любовью к пиву и приключениям. В этом Элизабет усматривала родственную душу. Так или иначе, причин для кооперации у неё было много. Не стоило также откидывать заявления Гарри слишком резко: если правда окажется, что парень — тот, за кого себя выдает, получится довольно интересная ситуация, которая может изменить многое в стране. Хотя волшебница не знала, что конкретно ей делать с такой ценной информацией. Возможно, стоит поделиться ею с бабушкой. А может, кое с кем ещё... — Кстати, Элизабет, а почему ты не удивилась во время нашей первой встречи, что я архимаг? Обычно все накладывают в штаны, когда видят мою ауру, — задал вопрос Гарри. — А у девушек по другой причине трусы портятся, когда меня видят... — вполголоса добавил он, похабно ухмыляясь. — Та я и не таких волшебных качков в Азкабан засаживала! К каждому из вас можно найти свой подход для усмирения. Так что не думай, что ты дофига удивительный. Тот же Говард Майкрофт, к примеру, — лох обыкновенный, а гонору столько, будто он сам Гриндевальд. — Ладно, но могла хотя бы ради приличия удивиться... зря трудился, что-ли... — Я бы удивилась, если бы Мерлин из могилы встал и начал труп Минервы трахать — вот тогда да... А что твоя магия и навыки? Забери их у тебя — и кто ты без них? — Миллиардер, герой, президент и просто красавчик. — Ты забыл добавить "сказочник" и "бомж" в это портфолио. — Почему сразу бомж? У меня дома в Воглуре и Лондоне есть. Не последний архимаг, как никак. — Так чего ты сразу не сказал, Мерлиновый набалдашник?! — Я, вроде, говорил... — Неважно! Сейчас есть более важные дела. Итак, Гарри. Как только войдём в особняк Говарда, на нас набегут вампиры, так что будь осторожен, как обычно. Далее пойдём в подвал, а там уже действуем, как договорились. — Без проблем, командир, — ухмыльнулся архимаг, запивая рассказ сливочным пивом из фляги.       Команда вошла в незапертый дом, где их уже ожидал отряд вампиров с Деймоном во главе. Он узнал волшебницу, которая проломила ему череп, и его сердце ожесточилось к даме: — Ты! Шлюха, вырубившая меня, Деймона Сальваторе! Обманувшая своей неземной красотой!       В ответ на гневную реплику Элизабет хотела было что-то пошутить, но услышав часть про "неземную красоту" она залилась краской и смутилась. Тогда-то в разговор вмешался Гарри. — Срань Мерлинова, да успокойся ты уже, кровосися! Будем драться, или ты предпочитаешь ныть, что проиграл девчонке?       На это жестоковыйный Деймон побежал с половиной вампиров к Гарри, а другая часть отряда побежала к Элизабет. Архимаг топнул ногой, ударил в бубен и крикнул "Шазам!", что обрушило на злодеев мощь электрического разряда, палившего плоть неудачливых вампиров. Те, кому удалось уклониться, в том числе Деймон, с разных сторон стали лупить изо всех сил ногами и руками тело мага. Видя, что это не работает, в дело пустили зачарованные ножи из титана. Но твёрдая плоть Гарри едва ли покрывалась ранами — а те, что всё же появлялись, быстро зарастали мощью регенерации метаморфа.       Тем временем Элизабет одних вампиров палила Авадами, на других использовала свои превосходные навыки рукопашного боя и кунг-фу. Она прыгала, контратаковала удары, крутила "вертушки" и демонстрировала огромный арсенал рефлексов своего прекрасного, рельефного тела и спортивной женственной фигуры. Лишь один искусный в боях вампир остался в живых. Это был старый японец, бывший самурай и ученик Миамото. Он достал катану, поклонился девушке, отдавая дань уважения её навыкам. Потом встал в стойку и пригласил её на честный поединок. Грейнджер, правда, не поняла, зачем это делать во время боя, и одним метким выстрелом резко кинула в наивного японца заклинание Сектумсемпра. Резаные раны покрыли тело удивлённого вампира. Он упал замертво.       В свою очередь, Поттер тоже быстро расправлялся с вампирскими отродьями. Некоторым он вырывал сердца, а те, что умудрялись нанести удар ножом по прочному телу мага, падали от адской боли в кулаках. Тех он добивал огнём из рук. А вот Деймон его очень сильно забавлял. Он постоянно прыгал туда-сюда, метался из стороны в сторону, словно надоедливая муха. В этом случае Гарри спрятал бубен за спину. Залез в карман, достал оттуда фляжку, прополоскал горло, и лишь затем плевком распылил горькое сливочное пиво прямо по всему диаметру битвы с Деймоном. Напиток внезапно приобрёл вид сотни маленьких ледяных сосулек, что впивались в кожу вампира, как бы он не пытался уйти прочь. Поскольку спиртное архимага было невероятно крепким и противным, приготовленное им лично из специй, тыквы и древнего дурман-вереска, хрупкий вампир не выдержал тяжести возникшей изжоги и, потеряв сознание от опьянения, в беспамятстве упал на пол особняка. — Вот это я называю "хорошей попойкой", — пошутила Элизабет.       Гарри в ответ засмеялся и любопытно посмотрел ей в глаза. Потом он изучил её взглядом с головы до ног, пожирая глазами красивое женское тело, которое, честно говоря, он не видел с прошлой жизни, отчего девушка немного смутилась. Ей всегда было некомфортно от сексуального внимания противоположного пола. И её пола тоже. Если говорить о криптоните волшебницы, то это как раз его проявление. Несмотря на данный факт, она всё равно всегда носила латексные облегающие наряды, потому что красота требует жертв. Взять себя в руки ей удалось довольно быстро. Она снова овладела ситуацией.       Чародеи побежали вниз, в подвал Говарда Майкрофта. Там, как они и ожидали, сидел главарь секты на большом стуле. Рядом с ним лизал свои непристойности красивый чёрный кот. — А вот и ты, дитя моё! Я уж начал беспокоиться, что ты застряла в бесчисленных параллельных мирах. Принесла мне назад мою пушку? Я всё ещё могу простить твою дерзость, согласись ты быть послушной рабыней! — великодушно предложил он. — Мужичок, тут тебе не бордель, где работала твоя мама, так что заканчивай с мечтами! Мы пришли арестовать тебя, во славу ОСЗ! Правда, Гарри? — обратилась она за поддержкой к спутнику.       Впрочем, тот был занят иным. Внимательно разглядывая кота Говарда, он пытался прочесть ауру пушистого создания. Тем не менее, это не удавалось, вопреки всем стараниям.       Элизабет вздохнула и продолжила диалог сама: — Короче, у тебя есть право уйти с нами в Азкабан без боя. Мы там тебя допросим и посадим на нары с остальными придурками. — Что за вздор, милое дитя?! — обратился Говард, негодуя. — Я не для того учился в драмкружке много лет, чтобы просто так покидать Орден! И как ты собралась побеждать в этот раз, ежели в моём царстве не действует ваша треклятая, аматорская магия?       Будто бы подтверждая свои слова, Говард махнул рукой, и по всему периметру подвала начали просыпаться восставшие трупы.  — А я привела подмогу, Гарри Пьющего! — гордо ответила Элизабет, радуясь, что у неё есть козырь в рукаве против неприятного мужчины.       Гарри тут же отреагировал на появление армии зомби. Его тело приобразилось, стало серым и металлическим, и, покрывшись плеядой шипов, разраслось в размерах до величины горного тролля. Некогда обычная челюсть парня превратилась в квадратную и железную, как и вся голова целиком.       Под капюшоном было незаметно, но лицо Говарда съёжилось от страха, а глаза расширились от удивления. Даже Афромен быстро спрыгнул с кресла и спрятался под него, не желая попасть под будущие удары шипов Поттера.       Тело гиганта извергло тысячу шипов прямо по орде мертвецов, а руки дубасили ни в чем не повинных трупов. Те, отвечая, (как-то неуверенно и без желания) побежали на Гарри, пытаясь задавить того массой.       Девушка, воспользовавшись отвлекающим манёвром, промчалась к Говарду. Ей было известно, что он сразу же телепортируется в другое место локации. И всё же, план заключался в другом. Как только произошло волшебное перемещение сектанта, агентка с реакцией человека паука метнула отобранный у вампиров нож точно в грудь материализовавшегося Говарда поодаль. Нож продырявил рёбра и лёгкое некроманта под влиянием неостановимой физической силы. — Ауч!!! Ну что ты за блядина?! — раздосадованный прокричал он от резкой, неизвестной доселе боли в груди. — Дура, ты думаешь меня убьёт этот сраный английский ножик для масла?! — от невероятного мучения Говард даже выпал из образа опереточного злодея, забыв назвать девушку "милым дитям". — Так он и не должен был убить, фокусник. Я его смазала сильным транквилизатором для минотавров. Будешь спать, как коала, — спокойно похвасталась Элизабет.       Она гордилась тем, что хоть и не являлась сильной волшебницей, как её бабушка или нынешний спутник, но обладала невообразимым количеством телесных способностей и знаний, позволяющих загнать любую добычу в капкан. Любимым её навыком было метание разных острых или взрывоопасных предметов. Если бы она подготовила гранаты и ножи заранее, то вполне могла бы сама справиться с армией Говарда.       Говард был вне себя от ярости и беспомощности, ведь силы быстро покидали его, и это отбирало возможность на какой-либо побег. Даже трансгрессия в соседнюю комнату ему не давалась никакими усилиями воли. Мужчина упал на колени, нецензурно выразился ещё несколько раз, упоминая маму и бабушку Элизабет, лёг на удобный пол, исписанный рунами, и заснул самым крепким сном в своей жизни.       А Гарри вовсю в это время резал, долбал, рвал, давил, кусал, кидал, топтал и сдувал толпу мёртвых. Они давно уже потеряли всякий энтузиазм и надежду на победу над колоссом. Скорее им просто обречённо требовалось выполнить приказ хозяина, чем зомби и занимались, мечтая о быстрой смерти. С каждым размашистим движением Гарри они отлетали, словно деревянные щепки от удара топора, пока полностью не были перемолоты в единую мясную кашу. Последний мертвяк остался самый хилый и немощный, почти безногий, но с великой силой духа — свирепо, как демон, полз к Гарри, в попытке достойно грянуться в прах. Наш герой лишь весело отбросил обрубок зомби щелбаном своих гигантских металлических пальцев, отчего тот и приобрёл очертания кляксы на противоположной стене. Архимаг довольно осмотрел плод своего труда, устало вздохнул и уменьшился до прежних размеров, возвращая своё обычное тело.       Из-за быстрых трансформаций метаморф не успел надеть шаманскую одежду, поэтому перед радостной Элизабет предстал совершенно голый, бледнотелый Гарри Поттер с едва-едва прослеживаемым рельефом мускулатуры — ему нравилось быть худым, в своём истинном молодом обличии. Девушка тут же зардела, отвернулась и глубоко задышала, опасаясь снова кинуть взор на своего обаятельного спутника. Однако радости она отнюдь не растеряла, а была по-прежнему счастлива поимке особо опасного преступника... и тому, что впервые в жизни увидела мужчину без одежды... несмотря на то, что ей было уже больше двадцати лет...       Гарри не заметил, что волшебница засмущалась от вида обнажённой натуры. К тому же он ещё не знал, что такая девушка, как Элизабет, вообще может стесняться сексуальных тем. Это довольно неожиданные факты для кого угодно, кто знает её манеру одеваться. Вспомнив о накидке шамана, он метаморфозой вернул из глубины тела одежду. Комплект был удобно спрятан прямо под кожей метаморфа, чтобы не потерять его во время поединка. Само превращение происходило не с помощью маны, а праной или, иными словами, энергией Ци. Во время обучения в Воглуре именно владению праной обучают первичнее всего. Уметь управлять своим телом, словно маг, даже за неимением маны — вот настоящее искусство. И Гарри добился в нём больших высот, хотя и не часто использует эти возможности для драки — обычно хватает духов или заклинаний. А вот для политических интриг и маскировки метаморфизм намного эффективнее. — Отлично, фокусника мы засунем в багажник твоей машины, а что делать с волшебным блохастым? — спросил Гарри. — Ой, что? Он волшебный?! — удивилась Элизабет.       Девушка очень любила разных животных и в том числе котов. Например, кот её бабушки, Живоглот, давно обладает статусом её лучшего друга и сожителя. Сама Гермиона была не против желания своего кота перебраться к внучке в квартиру. Хотя, нельзя сказать, что произошло это без заметного удивления.       Сам Афромен тем временем сидел под стулом, стараясь быть как можно более незаметным. Он закрыл лапками морду и скрутился в круглый клубок шерсти. Гарри взял его за шкирки и грациозно продемонстрировал Элизабет. — Мя-я-я-у, положи-ка меня на место, кожаный варвар! — завопил кот на всю громкость глотки. — Говорящий фамильяр, — сделала вывод Элизабет. — Интересная находка, давно таких не видела, со времён обучения в Хогвартсе. — Таких, как я, вы никогда не увидите! — гордо, чванливо и высокомерно провозгласил чеширский кот, наслаждаясь своим великолепием, хотя и будучи заложником Гарри Поттера. — Возьмём его с собой в Лондон, будет нам болтать в машине вместо радио. — Я не против. Только вот хочу глянуть, кто под капюшоном дурачка-сектанта, — поведал намерение Гарри.       Кота он передал Элизабет. Сперва пушистый пытался сопротивляться когтями, но нежные руки волшебницы, привыкшие к питомцам, быстро его успокоили лаской и поглаживаниями. Гарри же подошёл к лежащему Говарду, снял его капюшон, и ему предстало лицо приятного латиноса с усами, похожего на Педро Паскаля. — Погоди, а я ведь его знаю! — удивилась Элизабет. — Это же мой нёрд-однокурсник* из Хогвартса! Говард Начос! Постоянно показывал нам какие-то аутистические фокусы и пранки с рунами или свитками...