Лечение

      Легкий ветерок едва заметно шевелил кроны деревьев. В воздухе витал аромат свежести и свободы. Третий Рейх стоял напротив огромного посеревшего от времени здания, что так грозно возвышалось над ним, пугая прохожих своими решетками на окнах. Мужчина глубоко вдохнул и сделал пару шагов навстречу психиатрической больнице — уже такой знакомой. Сегодняшний день поистине будет особенным, да — Рейх чувствует это всем своим нутром. Он долго ждал этого момента. Теперь он входит в здание не как пациент, а как успешно прошедший курс лечения здоровый человек. Рейх довольно улыбается этой мысли. И вот он внутри. Тусклые стены, местами облупившаяся краска, едкий запах лекарств и безумия. Все, как и прежде.  — Стоять, — резко одернул мужчину один из охранников. — Вы к кому?       Время пришло. Он ждал этого. Не переставая улыбаться, Рейх достает спрятанный под толстым свитером пистолет и стреляет точно в голову помешавшему человеку. Выброс адреналина в кровь, мгновенный прилив сил, ощущение вседозволенности. И никто его не сумеет остановить.       Третий Рейх продолжает идти по коридору, прямиком в главный зал. На звук выстрела сбежались еще пара человек из персонала. И оба тут же получили по пуле. Капли крови стекали по стене, образуя абстрактные узоры. Да уж, пробраться сюда оказалось гораздо легче, чем предполагал Рейх, его это даже слегка огорчило.  — Рейх? — в конце коридора на мужчину удивленно смотрели Италия и Япония.  — Привет, ребятки. Я ведь обещал, что вытащу вас из этого гиблого места, верно? — Третий Рейх снял со спины портфель и кинул его Италии. Союзники с интересом принялись доставать содержимое. Два револьвера, Маузер К96, Glisenti M 1910 и патроны к ним.  — Мы в тебе ни секунды не сомневались! — восторженно завопила Япония.  — Я бы поспорил, — ухмыльнулся Италия, перезаряжая револьвер. — Заставил ты нас поволноваться. Но, как я погляжу, теперь все отлично.  — Нечего сейчас попусту болтать, — довольно кивнул Рейх, — пора приступать к веселью.       Запах пороха, крики персонала, плач, местами хохот пациентов — все слилось в дикую какофонию. Вот только в данный момент она не раздражает до головных болей, как это обычно бывает, а приятно ласкает слух. Страх, боль, смятение, отчаяние. Но этого мало. Так должно быть везде — весь мир должен боятся их, трепещать пред их величием.  — Вы идите дальше, мне еще нужно кое-кого навестить, — крикнул Третий Рейх. Его союзники одобрительно кивнули, и мужчина свернул в левый проход, направляясь к кабинету своего бывшего лечащего врача. Это будет самый веселый их сеанс.       Рейх медленно повернул дверную ручку. Открыто. СССР ждет его. В отличие от всех остальных, в этой комнате царило спокойствие, и даже некая уверенность. Союз, неспешно барабаня грубоватыми пальцами по столу, сидел на своем привычном месте. Словно сейчас достанет свой чертов блокнот и спросит, как у Рейха прошел день. Замечательно — день прошел на ура. Но вместо этого мужчина задает иной вопрос:  — Так значит, вот что ты выбрал?  — Именно, — Третий Рейх прикрыл за собой дверь, и прошел вглубь кабинета, держа пистолет на виду.  — И что дальше? — спросил Союз. Несмотря на внешнее спокойствие, в голосе врача проскакивали нотки горечи.  — Все, как я и планировал изначально. Захвачу мир, перепишу все с нового листа, установлю свои правила. Уверен, тебе понравится конечный результат.  — Ты говоришь так, словно собираешься оставить меня в живых.  — А если и так? — Рейх пожал плечами, — не вижу смысла тебя убивать. Посмотришь на мой триумф.       Союз медленно покачал головой:  — Советую сразу меня прикончить. Иначе клянусь, я найду тебя, где бы ты ни был, и уничтожу.  — Что ж, желаю удачи, — залился истеричным смехом бывший пациент, подходя ближе к столу и протягивая руку вперед. — Ключи от кабинета. И без глупостей — хоть я и сказал, что не собираюсь тебя убивать, но могу ведь передумать.       Медленно открыв небольшой ящичек по левую руку от себя, Союз достал связку ключей и протянул ее Рейху.  — Отлично, молодец, — довольно улыбнулся мужчина. — Я закрою тебя, так, на всякий случай. Да ты особо не скучай — уверен, скоро прибудет помощь.       Третий Рейх уже практически покинул кабинет, но в последний момент его окликнул СССР.  — Ну что еще?       Союз пытался собраться с мыслями. Ему не хотелось этого спрашивать. Вернее, ему не хотелось знать ответа. И все же он решился:  — А что насчет нас? Это была всего лишь твоя игра? Тогда поздравляю, потому что у тебя отлично получилось меня одурачить.       Рейх улыбнулся:  — Как знать, возможно, не все было игрой. Хочешь проверить это? — улыбка на его лице стала шире, и он направил дуло пистолета на своего бывшего врача. — А я ведь говорил, что и передумать могу. Звук выстрела. Кровь медленно стекает по белому халату.       Третий Рейх очнулся от очередного кошмара в холодном поту. Этот сон преследует его уже не первую ночь. До рассвета еще далеко, но мужчина не торопится засыпать. Он не может больше вынести этого — раз за разом беспомощно смотреть, как тухнет жизнь в глазах Союза. Рейх чувствует холод металла, запах свежей крови и… улыбку на своем лице. Это пугает его больше всего. Лучше и вовсе не спать.