***
— А Ута-сан здесь? — произносит существо лет пятнадцати. Скептично смотрю на неё, подавляя в себе раздражение. — Ну, если я здесь, то наверно нет? — елейным голосом произношу. Клиентам грубить нельзя… Да… А так хочется. Девушка… Да какая девушка? Это девочка! Дует свои ярко накрашенные губки. Осматривают её. Юбка из серии «тряпочка», рубашка из коллекции «нам нечего скрывать», яркий макияж, духи от которых мне нос закладывает. Да эта дрянь шла соблазнять моего парня! Вот теперь я зла. — А я вас тут раньше не видела? Вы устроились тут работать? — спрашивает девушка, мило хлопая ресницами, аки ангелочек — Нет, я здесь живу, — мило улыбаюсь в ответ, чувствуя удовлетворение от разбивания её иллюзий. — Вы снимаете комнату? — слышу в её голосе надежду. — Нет, я девушка Уты… — с удовольствием наблюдаю как её лицо приобретает удивленные черты, а потом злость появляется в её глазах. — А что, девочка? — добиваются её, делая акцент на последнем слове. — Да ты! — звонко и возмущённо говорит она. — Ты не можешь быть его девушкой! — Почему это? — даже удивляюсь. — У тебя даже сисек нет! — а это обидно. У меня второй, между прочим. — Ну, в отличии от тебя я не шлюха… — девочка бросается на меня, но я легко ловлю её и через минуту уже выпроваживаю из мастерской. — Какие агрессивные нынче школьницы! — улыбаюсь, подошедшему Уте. — Тебе не надоело? — интересуется парень. — Нет… — это всего седьмая, вот на двадцатой может быть и надоест.***
— Девочка, ты потерялась? — спрашивает Ута. Мрачно смотрю на мелкое недоразумение, что стоит напротив нас. Свидание накрылось… И из-за какого-то потерявшегося мелкого человека. Эх… Ладно, надо смириться. — Да… — всхлипывает мелкая. Ей лет шесть, светленькая. — Её надо отвести к охранникам, — фыркаю, брезгливо осматривая девочку. — Не любишь детей? — спросил Ута, беря ребёнка за руку. — Не сказать, что не люблю… — фыркнула я. — Просто нормальных не встречала. — А своих хочешь? — неожиданно спросил парень, внимательно смотря на меня. Чёрт. Вот как спросит, так и не знаешь что ответить. — Лет через пять минимум… — пожимают плечами. Ута задумчиво посмотрел на меня.***
Канеки о Сакуре У Канеки рано закончилось детство. Пожалуй, это случилось в тот момент, когда умер его отец. Тогда мальчик понял как скоротечна и хрупка человеческая жизнь. В тот момент он будто повзрослел, он закрылся в книгах, он остался бы один… Однако однажды в его жизнь ворвалась Сакура. Наглая, прямолинейная, вечно куда-то тащащая его и что-то творящая. Она стала его солнцем. Она стала его путеводной звездой, его маяком во тьме. Потом появился Хидэ. Такой же солнечный, такой же яркий и активный. Вечно улыбающийся, в отличии от Сакуры и вечно позитивный. Смотря на них, Канеки чувствовал тоску… Он чувствовал боль и зависть от того, что он не такой же. А ещё он чувствовал, как его сердце бьётся быстрее… Он не помнит когда это началось, но в один момент Канеки понял, что больше не может относится к Сакуре, как к другу. Она стала чем-то большим… Она стала запретным плодом. Она стала чем-то эфемерно недоступным для него. Для неё, для яркой, розовой девочке, подошел бы больше яркий и солнечный Хиде, а не тёмный и спокойный Канеки. Да… Он понимал, что шансов у него нет, поэтому мог только отводить взгляд, когда видел, как Харуно гуляет с очередным парнем. Если бы он знал, что ошибается? Если бы он был смелее… Кто знает… Может быть история закончилась бы иначе…