Сказка о прекрасном принце Чон Чонгуке и похотливой развратнице Тэхене

«Тэхен убийца» — никак не укладывалось у юноши в голове… Внешность обманчива, как сказал Джун. Каким бы красивым и глубоким человек не был — это всего лишь оболочка, под которой может скрываться жестокий человек. Но если внешность обманчива, тогда с чего бы Чонгуку верить хозяевам. Он их толком не знает… Однако именно они вырастили Тэхена, поэтому только Ким знают, что скрывается за этой улыбкой. Какой он на вкус? Чонгук бы хотел не думать о нем, выкинуть прошлую ночь из головы и забыться. Не только, потому что узнал правду. Пусть не убийца… но он по прежнему слуга. Слуга, который подчиняется своим хозяевам, слуга, который прикреплён к поместью до тех пор, пока ему не дадут свободу или не убью. Сколько же глупых и наивных мыслей в голове у принца. Мечтатель одним словом, чертов сказочник. Одна ночь ничего не решает. Забудь, Чон Чонгук. Ты — принц. Он — слуга. Как бы вы не старались, вам не быть вместе. Тогда объясните, какое дело Чон Чонгуку — наследнику Северных лесов, гор, равнин и бескрайних морей — до этого юноши? Почему тянет к нему блядским магнитом? Почему хочется? Чонгук сам не знает ответа. Это злит его. Тэхен всего лишь размытое пятно прошлой пьяной ночи в сознание принца — он никто. Тогда какого черта в глазах это парня — полного ничтожества — спрятана целая вселенная? *** Вылетев с трассы, Чонгук стремительно нёсся вперёд, не отдавая отчёта попутным косякам и дверным проемам. Ему казалось, что он зашёл куда дальше душной кухни. Но, врезавшись в Тэхена, убедился в том, что это не так. Тэхен, как напуганный ребёнок, сильнее вцепился тонкими пальцами в несчастный чайник. Чонгук замер на месте, разглядывая озадаченное лицо парня напротив. Он не похож на вчерашнего Тэхена — горячего, властного, податливого… Ни одной эмоции, лишь пустые бездонные глаза обиженного на весь мир ребёнка. Маленький мальчик сейчас смотрит на него. «Убийца, он убийца…» — на нервах заиграла неприятная мелодия. Но сознание упорно отказывается принимать это за правду. Бесспорно — удивительное создание, тонкое, нежное, чувствительное. Не нужно обижать его. Он не заслужил этого. Тэхен ни в чем не виноват. — Я, — прошептал Тэ, ставя чайник на стол, когда Чонгук сделал шаг вперёд. — Тише. Чонгук притянул Тэхена к себе и аккуратно обнял, как что-то хрупкое, как что-то, что может сломаться в его сильных руках, растаять, раствориться. Чонгук боится. Боится, что Тэхена уйдёт, не захочет видеть его, не примет его чувств. Но Тэхен остаётся, принимает его. Сложив голову на грудь принца, он прижимается все сильнее, чувствуя, как бьется его сердце, как тот тяжело дышит. — Нельзя стоять так посреди кухни, — тихо шепчет Тэ, отстраняясь, — Пойдём, — взяв принца за руку, Ким вывел его из кухни в темный коридор. Тэхен без сопротивлений позволил Чонгуку прижать себя к холодной стене и зарыться рукой в волосах. Легкая дрожь пробегается по телу Тэхена, когда Чонгук прикоснулся к его губам своими. Поцелуй вышел смазанным, липким и влажным. Чонгук целует нагло, горячо, проникая языком внутрь. Тэхен упирается ладонью в его грудь, отстраняется, чтобы отдышаться. — Чонгукиии, — низким басом проходится Тэхен над ухом принца, когда тот упирается вставшим членом в бедро Кима. — Что ты делаешь со мной? — Чонгук нежно улыбается, целует Тэхена в кончик носа, отстраняется. — Ты куда? — Тэхен продолжает стоять у стены, откидывая голову. — Нужно привести себя в порядок, — Чонгук быстро шагает вперёд. *** — Все готовы? — орет Джин, стоя на крыльце и мысленно пересчитывая стоящих перед ним. — Кареты поданы, — выдает слуга Ли, открывая дверцы. — Отлично. Чон Чонгук, вы и ваши друзья поедите вслед за нами. Прошу, усаживайтесь поудобнее. Вы взяли все необходимое? Мы на весь день… Джин ещё долго что-то вещает, когда троица уже уселась на места, а дверца закрылась с громким хлопком. *** — Не смотри на меня так, — Чонгук недовольно покосился на друга. Чимин, опустив голову на плечо Юнги, сладко спал. Дорога была не близкая, а количество выпитого алкоголя не малое. Исходя из этого, не спящими в карете остались только двое — принц и нудный старикан. — Чонгук, ты должен быть начеку. Я обещал оберегать тебя, защищать, — Юнги выпрямился и слегка выпучил свои разноцветные глаза. — С чего вы взяли, что мне нужна помощь? Я думал, что вы мой друг, а не очередная нянька с кучей правил, — тихо истерит Чонгук, стараясь не разбудить Пака. — Я и есть твой друг. Иначе с чего бы мне тебя защищать? — Юнги обеспокоено взглянул на принца, — Вы ещё молоды, у вас вся жизнь впереди. Позвольте мне не дать ей надломиться… — А может, я и хочу, чтобы она надломилась! Может, я устал от правил и запретов? Может, я устал жить в ожидании и одиночестве? Вам никогда не понять меня… — Чонгук отвернулся к окну, не желая выслушивать старика. В груди больно закололо от обиды и совести — он прекрасно понимал, что сморозил глупость, и что нет на этом свете человека более одиноко, чем Мин Юнги, который долгие двадцать лет провёл в своей старой лачуге, поедая невкусную запеканку… Юнги не сводил взгляда с разгоряченного юноши. Он лишь слегла приподнялся и положил свою ладонь на его напряженное плечо в знак дружбы и понимания, затем он снова уселся на места и тихо засопел себе под нос, стараясь погрузиться в сон. Уже через пол часа не спящих стало на одного меньше. Оставшись в полной тишине и покое Чонгук продолжал смотреть в окно, мысленно считая одинокие деревья, такие же одинокие, как и он сам. «Чимин бы меня понял, Чимин бы меня поддержал…» — рассуждал он, погружаясь в сон. *** Маленький мальчишка с растрёпанными волосами нёсся через всю поляну навстречу тонкой фигуре. Девушка с каштановой прядью волос ловко схватила мальчонку и усадила на свои худые плечи. — Мама! Мама! — радостно ликует мальчишка, — Смотри, что я нашёл! Мальчик протянул женщине небольшой камешек изумрудного цвета. — Это очень редкий камень, — её голос лился нежным бархатом. Она внимательно разглядывала предмет в своих руках. — Скажи, что он красивый, мама! — вопил мальчишка, болтая ногами на шее матери. — Красивый… сохрани его… и когда тебе станет грустно, вспоминай от этом камне, об этом дне, вспоминай обо мне… — женщина сняла ребёнка со своих плеч и вручила камень. — Мама?