Очарована ею

Субботнее утро начиналось с тёплых лучей солнца, играющих на подушке и тёмных волосах. Реджина нежилась в постели, не желая покидать её, и вдруг поймала себя на мысли, что хочет ощутить рядом одну блондинку. Играть с её волосами, перебирая их на свету, нежно целовать губы, спускаясь к шее, а потом опуститься ещё ниже, чтобы… Миллс тряхнула головой, понимая, что её мысли заводят её далеко, отчего между ног становится влажно. Она могла бы ещё много времени провести в кровати, но нежданный звонок в дверь заставил её спуститься вниз, по пути набрасывая на пеньюар халат. На пороге дома никого не оказалось, и Реджина сделала пару шагов вперёд, чтобы получше оглядеть окрестность. Утренняя свежесть обволокла её тело. Она уже собиралась зайти обратно в дом, как под ногами почувствовала что-то мягкое. Алый конверт привлёк её внимание и тут же оказался в руках. Реджина решила, что щеголять перед соседями не стоит, поэтому поспешила зайти в дом, напоследок оглядев улицу в поисках сорванца, имя которого — Эмма Свон. Реджина была уверена, что это её проделки. Аккуратно открыв конверт, она достала оттуда письмо, выведенное красивым почерком: «Реджина Миллс, я приглашаю тебя на свидание. Сегодня ровно в шесть часов вечера я буду на пороге твоего дома ждать тебя. Если ты откажешь мне и не откроешь дверь, я приму твоё решение, но знай, что мои чувства к тебе искренни. С любовью. Э.» Миллс ещё не один раз перечитала текст, а после прижала лист бумаги к груди. Она не верила в то, что у неё начинаются отношения с девушкой, да ещё происходит всё так романтично. Она просто счастлива, и, конечно, не может отказать такому обаятельному шерифу. До обеда Реджина занялась уборкой в доме, ведь планировала это ещё с прошлой недели, а потом провела не меньше четырёх часов перед зеркалом, как всегда делая из себя Королеву, но собраться к шести часам она не успевала. То волосы не так лягут и приходится их заново укладывать, то дрожащая в предвкушении вечера рука портит весь макияж. К пяти часам Миллс начала закипать. У неё не выходил идеальный образ, но она продолжала над собой работать. Чёрное платье до колена с разрезом на бедре и вырезом на груди, что Эмме, как она считала, должно очень понравиться; неяркий макияж и все же удавшаяся причёска. Реджина была уже полностью одета, когда минутная стрелка на часах приближалась к назначенному времени. Она уже была готова спуститься вниз, как заметила, что прядь, не доходящая до плеча, не была закручена в красивый локон. Быстро достав плойку, Миллс начала дергаться, умоляя этот аппарат нагреваться быстрее, как в дверь позвонили. Стоя на пороге дома, Эмма держала вспотевших руках букет белых лилий, ожидая увидеть брюнетку. Возможно, она была слишком уверена, когда писала письмо, но надеялась, что в тот вечер в мэрии ей не показалось, и чувства действительно были ответными. Но сейчас, когда прошло около минуты, а брюнетка всё не являлась её взору, Эмма поняла, что сглупила. Опустив голову, а с ней и букет лилий, она двинулась к своей машине, чувствуя неприятную горечь на душе. — Эмма! — крикнули с порога дома, и, повернув голову, Свон увидела Реджину. Улыбка сразу же заиграла на лицах обеих. — Извини, что заставила тебя ждать. Реджина нервно переминалась с ноги на ногу, чувствуя на себе восхищенный взгляд. — Ничего страшного. Такую женщину, как ты, я готова ждать годами, — в несколько шагов оказавшись рядом с обворожительной брюнеткой, Эмма взяла её за руку и поднесла к губам тыльную сторону ладони, чтобы оставить поцелуй. — Ты потрясающе выглядишь. — Под стать кавалеру, — смущенно улыбнулась она. Реджина была несколько впечатлена, когда увидела на Эмме не платье, а смокинг, в котором её фигура была не менее завораживающей. — Куда мы поедем? — А это будет сюрприз, — подмигнула Эмма, и они направились к машине. Эмма знала, что дорога будет не долгой, а вот Реджина уже вся извелась в догадках. Она поблагодарила Эмму за чудесный букет и намекнула, что была бы не против её поцеловать, если бы та не была за рулём. Свон пересилила себя, чтобы не остановить машину и не припасть к пухлым губам. Она хотела отложить это до конца вечера, а там уж Реджина никуда бы не делась. — Куда мы приехали? — спросила Реджина, с помощью поданной руки Эммы вылезая из машины. — Ко мне домой, — улыбнулась она, видя, как расширяются глаза брюнетки. — Мисс Свон, а Вы в курсе, что женщину не принято на первом свидании приводить в свой дом? — заигрывающий тон и шаг, сделанный навстречу, после которого между ними не осталось свободного расстояния, подсказали Эмме, что с ней флиртуют. — Мисс Миллс, не беспокойтесь, — шептала она на ухо, нежно держа за талию. — Я Вас приглашаю в свой дом на ужин, и проходить он будет в столовой, а не в моей спальне. Реджина тяжело сглотнула. — Но когда-нибудь, я надеюсь, мы окажемся и там, — оставив поцелуй чуть ниже скулы, Эмма отошла и взяла Реджину за руку, переплетаясь пальцы. По пути к дому одна широко улыбалась, а другая пыталась ровно дышать от услышанных слов. — Прошу, — забрав пальто из рук женщины, Эмма провела её в столовую, где уже был сервирован стол на двоих. — Ты умеешь готовить? — Реджина, как только вошла, уловила вкусный запах чего-то запеченного. Аж слюнки потекли. — Да, причём очень хорошо, — хихикнула она, когда Эмма обняла её сзади за талию, кладя руки на низ живота. — Уже хочешь остаться на завтрак? Я не против. — У нас с тобой только первое свидание, а ты уже думаешь о чем-то большем, — слегка поругала она её, облокачиваясь на тело. — Потому что ты слишком красива, — прошептала она на ушко и двинулась в сторону кухни, чтобы достать из духовки запеченную курицу с картофелем и овощами. Находиться рядом с этой женщиной и не иметь возможности её пока что поцеловать с каждой секундой становилось всё сложнее. Реджина была очень впечатлена. Эмма готовила просто потрясающе, поэтому она позволила себе съесть немного больше, чем стоило. Они не замечали, как бежит время за разговором, узнавая все больше и больше друг о друге. Как оказалось, Эмма действительно купила себе дом не так далеко от дома брюнетки. У неё были накопления, и она ничуть не пожалела, что вообще приехала в этот город. Реджина рассказала о себе в качестве мэра, и Эмма была приятно удивлена, узнав, что эта женщина заняла такую должность в двадцать пять лет, и уже девять лет занимает её. Им обеим нравятся комедии и фантастика, даже вкусы в литературе совпадают, хотя обе думали, что такого быть не может. Очень любят море, но у обеих нет возможности съездить куда-нибудь отдохнуть из-за занятости на работе. — Решено! Летом поедем с тобой на Карибы, — сказала Эмма тоном, не требующим возражений. — Меня мама учила со всякими тетеньками не ездить далеко от дома, — засмеялась Реджина, чувствуя приятное помутнение от выпитого вина. — А меня учили этому, — поднявшись со стула, Эмма в считанные секунды оказалась рядом с Реджиной и поставила её рядом с собой. Она больше не могла сдерживаться, глядя на эту женщину, поэтому тут же накрыла её губы в чувственном и жадном поцелуе. Между телами, по которым, будто электрический разряд проходил, не осталось свободного расстояния. Бедра были плотно прижаты к бедрам, как и груди двух девушек. Реджина практически задыхалась от этой настойчивости, но лучше она задохнется от нехватки кислорода, чем перестанет целовать Эмму. Рука тут же запуталась в светлых прядях, не желая выпускать из рук, и ломала всю конструкцию прически. Но до этого никому не было дела. Они упивались друг другом, чувствуя, как желание прикоснуться более интимно съедает изнутри, но для этого слишком рано. — Эмма, — прохрипела Реджина, чувствуя, как край стола упирается в её ягодицы, а поцелуи спускаются на шею, обжигая кожу. — Ты очень желанна, — сказала Эмма, а после вновь захватила губы в поцелуе. Она поняла, что давит только на газ, а тормоза будто отказали, и она уже готова взять брюнетку на этом самом столе. — Приятно это слышать, — Реджина старалась не царапать Эмму через костюм, но она пыталась за что-то ухватиться, ведь казалось, что она сейчас упадёт в обморок от переизбытка чувств. Губы Эммы будто были везде. То они ласкают шею, посасывая кожу, то целуют её губы, с некой животной страстью покусывая, а руки шарят по спине. Боже, как Эмме хотелось опустить эти руки до одного места и сжать до громкого вздоха. — У меня ещё есть десерт, — было трудно оторваться от такой женщины, но все же пришлось. Воспитание не позволяло так быстро переходить к сексу что одной, что второй. — Я думала, что уже получила десерт, — не дав Эмме отстраниться, Реджина обняла её за талию и уткнулась лбом в шею, улыбаясь. — Я очень хочу тебя, Реджина, но это наше первое свидание, и закончится оно поцелуем. Не больше. — Ты очень галантна, Эмма. Оторвавшись друг от друга, девушки вернулись за стол, но Эмма сумела за несколько секунд забыть о том, что в холодильнике её ждёт десерт, поэтому соскочила и направилась в кухню. Её руки дрожали, а между ног было слишком горячо. Что касается Реджины, то она ощущала себя намного хуже. Она была слишком чувствительна к любого рода ласке и сейчас была готова наплевать на свои принципы и проверить кровать Эммы на прочность. — Вот и я, — Свон вернулась из кухни, держа в руках две порции шоколадного кекса с шариком мороженого. — Надеюсь, тебе понравится. — Ты потрясающе готовишь, Эмма. Пару таких ужинов и я не влезу ни в одно платье. — Я знаю, как ты будешь сгонять все калории, — пошловато улыбнулась Эмма, ставя тарелку перед Реджиной, и спустя пару секунд поняла, что сказала. — И как же? — по горящим глазам было видно, что Реджина всё понимает, и её игры ещё сильнее заводили. — Оу, ты хочешь знать? — Да, — выпалила она и прикусила губу. Слишком быстро. Для приличия стоило бы сделать небольшую паузу. — Я бы с удовольствием сказала, но тогда бы мы не смогли остановиться, что звучит очень заманчиво. Я всеми руками за то, чтобы провести для тебя экскурсию по моей спальне, и детально — именно по кровати… — она тут же замолчала, слыша тяжёлое дыхание брюнетки. — Приятного аппетита, Реджина. Остаток ужина прошёл в тишине. Обе девушки были сильно потрясены тем, что спустя пару встреч их уже тянуло друг к другу с невероятной силой. Но ни одна не подумала о том, что после секса станет другой не интересна. Эмма внимательно следила за тем, как брюнетка облизывает ложку и глотает холодное мороженое, отчего сама тяжело сглатывала. Выдержка испарялась на глазах. — Спасибо за этот вечер, Эмма, — сказала Миллс, стоя на крыльце своего дома с букетом лилий в одной руке и сумочкой — в другой. — Это был чудесный вечер, и я не против его как-нибудь повторить. — Я рада, что тебе понравилось, — сделав шаг вперёд, Эмма положила руку на тонкую талию, проникая под пальто. — И, возможно, наш ужин повторится очень скоро. — Я очень надеюсь, шериф Свон, — заигрывала Миллс, медленно отступая к двери. — Иначе я просто начну жутко скучать. — Я не позволю мэру нашего города скучать, — Эмма добилась того, что Реджина оказалась прижатой к двери и отступать теперь было некуда. — Я буду скрашивать его серые будни своими ужинами, — она наклонилась, чувствуя, как на собственное плечо ложится рука. — Комплиментами, — ещё ближе, отчего Реджина закрывает глаза. — Потрясающим удовольствием. Эмма вдохнула слабый стон, сорвавшийся с губ после своих же слов, и почувствовала, как внизу живота завязался тугой узел. Она представила, как будет стонать брюнетка, когда окажется обнажённой и на лопатках… Ох, это слишком для неё. Эмма не могла насытится этим поцелуем. С каждым разом она становилась всё более настойчивой, немного быстрой и жаждущей. Её язык шарил во рту мэра, заставляя её задыхаться и сгорать от дикого желания. Руки всё сильнее приближали к себе, а губы уже начало саднить, спустя несколько минут пылкого поцелуя. — Спокойной ночи, красавица, — прошептала Эмма прямо в губы и вновь прикоснулась к ним, но уже более нежно и менее настойчиво. — Добрых снов, мой шериф. Реджина быстро скрылась за дверью и прижалась к ней лбом, чувствуя бешеный ритм своего сердца. Она назвала Эмму своей. Своей. Она слишком давно назвала кого-то этим словом. Эмма тоже была в лёгком, но приятном шоке. Чуть ли не в припрыжку она добралась до дома, где, уже находясь в постели, ещё долгое время не могла уснуть. Она засыпала, думая о брюнетке, но поток всяких мыслей ещё не скоро дал ей заснуть.

***