Геймерша из рода Таргариенов

Восемнадцатый день второго месяца 120 года от З.Э.

      – Выпрямите спины. Не горбитесь.       Подчиняемся. Когда бабушка становится Строгой Бабушкой, перечить ей не надо. Да и вообще не надо. Ведь мы же собираемся войти в Круглый Чертог и познакомиться с лордом Бормундом! Точнее, мы вчера с ним познакомились, когда на Мелейс прилетели, но тогда поздно было, мы ужас как устали, так что взрослые решили, что вчера не считается. Странные они какие-то, эти взрослые. Вечно любят всё усложнять.       В Чертоге уже все собрались, куча каких-то незнакомых рыцарей, стражников, столы накрыты, и хорошо, а то я уже проголодалась, хотя столько не съем. Во главе стола сидит лорд Бормунд, старый, весь в морщинах, волосы поседели, но огромный, крепкий, бородатый, вчера при встрече нас с Беей в воздух подкидывал, было здорово, несмотря на усталость! С ним его сын Боррос с женой Элендой, похож на своего отца, только моложе. И в воздух нас не подкидывал. И его дочери тут сидят, только двое, правда, Кассандра и Марис, Флорис нет. С интересом смотрю на них. Интересно, удастся ли подружиться? Было бы здорово! Кэсс почти взрослая, ей девять уже, а Марис пять, лишь чуть нас старше.       Бабушка подходит, переламывает хлеб с солью. Бормунд сходит со своего места, обнимает, приветствует под своим кровом, с горечью вспоминает о маме. С трудом удерживаюсь от всхлипа.       – Дай хоть на твоих внучек посмотрю! Какие красавицы растут, и отважные, самой Красной Королевы не побоялись!       Подходим, делаем реверанс.       – Спасибо, лолд Болмунт! – Бейела.       – Бабушка много о вас лассказывала, – я.       – И замок у вас замечательный.       – Штолмовой Пледел не такой холоший, как Высокий Плилив, но тоже потлясающий!       Со стороны раздаётся громкое фырканье.       – «Не такой хороший» – в голосе Кассандры слышна издёвка. – Ну да, не все могут себе позволить на золоте есть, на шелках спать и замуж за принца выскочить!       – Кэсс! – кажется, Бормунду это не понравилось. Ой! Я его случайно не обидела?       – Лолд Болмунд, извините меня! – потупиться. Нервно сложить пальцы. Иногда помогает. – Я не подумала! Штолмовой Пледел – очень-очень холоший замок, я лада тут оказаться, я хочу его всего-всего осмотлеть!       Лорд со смехом берёт меня на руки и целует в щёчку, затем делает то же самое с Беей.       – Осмотрите, обязательно осмотрите! Понятное дело, что вам родной дом нравится, каждому он понравится. Повезло тебе, племянница. Внучки у тебя не только красивенькие, но и вежливые, и умненькие. В отличие от, – Бормунд выразительно смотрит на Кэсс.       {Проверка Хороших манер. Навык 8. Бросок 3d6: 12. Лорд Бормунд очарован вежливостью и разумностью близняшек. Борросу они безразличны. Кассандру задевает сравнение Штормового Предела и Высокого Прилива, штраф -1 к реакции.}       После этого начинается пир. И как только взрослые могут столько есть?! Да они же лопнуть должны! И Бормунд на еду налегает, и Боррос. Но не лопаются, хотя и вон какими здоровенными вымахали! Может, спросить, почему так?       Хотя не. Не надо. Лучше с Кассандрой попробую подружиться! Я её невольно обидела. Извинюсь и скажу… о, придумала!       – Кэсс! Извини меня, – девочка сидит напротив, чуть наискосок, и ковыряется в своей тарелке. – Я не хотела тебя обидеть. Извини! Давай, когда мы выластем, я тебя на длаконе покатаю? Я хочу саму Вхагал оседлать! Пледставляешь, как здолово будет? Полёты – это лучшее, что есть в жизни!       – Покатаешь. На драконе, – киваю, и Кэсс продолжает. – Ведь ты можешь сесть на дракона, потому что твой папаша – Таргариен, да? А что другие этого не могут, ты не подумала? Другим ни принца не положено по праву рождения, ни драконьих яичек в колыбельку, ни полётиков на драконах – ничего! О других только и думают, за какого бы лордёнка замуж отдать! И тут приходят какие-то малявки, только потому особенные, что волосы у них серебряные, и благородно соглашаются когда-нибудь покатать на драконе! Издеваешься, да?       {Проверка Дипломатии. Навык 9. Бросок 3d6: 14. Кассандру раздражает напоминание об исключительности Таргариенов, штраф -2 к реакции.}       {Реакция Кассандры на Рейену. Бросок 3d6: 11 – 2 (заявилась какая-то малявка) – 1 (и нос от Штормового Предела воротит!) – 2 (и вообще драконью всадницу из себя строит!) = 6. Плохая реакция.}       – Кэсс. Довольно, – за столом раздаётся раскатистый голос лорда Бормунда. Сердитый. Раздражённый. Не хотела бы я, чтобы со мной таким голосом общались. – Рейена простила тебе твою первую вспышку и проявила доброту. Незаслуженную, судя по твоим словам. Извинись немедленно.       Кассандра некоторое время смотрит на меня, а потом зло отвечает:       – Я не голодна, – встаёт из-за стола и уходит прочь.       Вздыхаю. Кажется, подружиться с ней не получится. Ну почему у меня всё не получается, а?

Девятнадцатый день второго месяца 120 года от З.Э.

      А вот что в Штормовом Пределе действительно завораживает – так это богороща.       Нет, действительно, почему в Высоком Приливе её нет? Может, спросить у дедушки? Вдруг удастся её вырастить?       Мы с Беей никогда не видели подобных деревьев. Белое, как слоновья кость, огромное, с раскидистой кроной. И листья у него странные, красные, как чешуя Караксеса и Мелейс. Но больше всего поражает вырезанное на нём лицо. Кажется, что само дерево живо, что оно вот-вот вытащит корни и пойдёт куда-то, медленно, неумолимо, неуклонно. Оно смотрит на нас? Или нет? Наверное, всё-таки смотрит. Просто молчит.       Вчера, когда лорд Бормунд показывал нам замок, именно богороща заинтересовала нас больше всего. Мы даже пробовали поговорить с сердце-древом! Правда, оно промолчало и не ответило. Возможно, потому, что Боррос рассмеялся над «этой старой деревяшкой»? Надеюсь, оно не слишком обиделось, и нам удастся извиниться?       Мы с Беей подумали и решили попробовать поучиться магии именно здесь. Не зря же такие деревья чардревами зовутся!       – У тебя холошие манелы вылосли! – Бея заглядывает из-за моего плеча на синие страницы. Я, скрипя стилусом, переписываю значения на дощечки, которые мне баба вернула.       – Ага, – соглашаюсь, – и дипломатия, и Ум с Выносливостью. Выносливость, навелное, из-за полёта? А дипломатия, смотли, 155/400!       – Сложнее повышать? Двести было.       – Да. Знать бы, девять в Дипломатии – это много или мало?       – Мы всё влемя об этом гадаем. Давай лучше ты меня магии поучишь!       – Давай. Начать учить магии Бейелу, – и дальше повторяю много-много раз знакомые слова, – ты пледставляешь себе лозу. Ты во всех подлобностях пледставляешь себе лозу. Ты и есть лоза. Ты качаешь своим неласпустившимся бутоном…       Краем глаза замечаю движение. Оборачиваюсь. Поневоле прерываюсь.       Прямо у сердце-древа стоит Марис и прижимает кулачки ко рту. Глаза у неё открыты широко-широко.       Заметив, что я смотрю на неё, она сдавленно вскрикивает и подбегает прямо ко мне.       – Это магия, да? Это самая-самая настоящая магия? Вы говорили, что будете учиться магии!       Бейела раскрывает глаза. Интересно, у меня такой же растерянный взгляд?       – А мне можно тоже научиться магии?! Я никому-никому-никому не скажу, кроме Кэсс! Я тоже хочу стать волшебницей, как в сказках и легендах! Ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!       И что же делать? Папа не велел никого обучать магии! А, нет, он говорил никому не говорить о синем свете, про магию запрета не было. То есть Марис можно учить магии? Или нельзя? Может, просто сделать вид, что учишь?       Почему-то кажется, что взгляд сердце-древа становится более пристальным. Кажется, если я просто сделаю вид, что учу, дереву это может не понравиться. А сердить дерево что-то не хочется…       И что же мне делать?       [*] Начать учить Марис магии. Потребуется сделать бросок инициации       [ ] Притвориться, что учу Марис магии. У Рейены есть ощущение, что такой обман сердце-древу не понравится       [ ] Отказаться наотрез.