Черный и белый

***

      Дождь едва переставал идти, когда небольшая процессия выходила из южных ворот Королевской Гавани, двигаясь в сторону красиво зеленеющего на горизонте леса. В воздухе витала утренняя прохлада и солнце еще не показывалось из-за облаков, делая их путь не самым приятным. — Вам не холодно, миледи?       Арья приподняла одну бровь, вопросительно глянув на ехавшего рядом короля. Слышать от него формальное обращение было непривычно, но они решили не показывать свою излишнюю близость при дворе.       С тех пор, как Старки прибыли в Королевскую Гавань, прошло две луны и за это время она успела сдружиться с Эйгоном. Хотя, правильно было бы сказать, что она подружилась с Грифом, который был более смелой и честной версией королька-Таргариена. — Нет, ваше величество, — вежливо ответила девушка. – Благодарю вас за беспокойство.       Он кивнул, не выглядя удовлетворенным ее ответом, и вновь стал следить за дорогой, которая оставляла желать лучшего, смахивая, во многом, на болото.       Пожалуй, идея охоты выглядела куда заманчивей неделю назад, когда Таргариен предложил ей это. В тот день они вышли на конную прогулку, скрыв свое отбытие из замка, и Эйгон весь день показывал ей городские окрестности, потрясающие своей природной красотой. Тогда-то он и захотел поохотиться вместе прямо там, на что Старк напомнила ему, что на нее нужно разрешение от городской стражи.       Несмотря на весьма милые попытки Грифа убедить ее нарушить закон, она осталась непреклонна, отчитав парня за его поведение. В тот момент она почувствовала себя Сансой, но решила, что и ей иногда позволено быть занудой. Эйгон же демонстративно обиделся на нее, не проронив ни слова до городских ворот. Впрочем, как она и предполагала, молодой король не был способен затыкаться больше, чем на пару часов, и он с энтузиазмом начал расписывать плюсы настоящей королевской охоты и даже поблагодарил ее за то, что Старк отговорила его от пустой траты времени. Так Арья была вынуждена слушать треп лже-наемника до самого холма Висеньи, где он наконец, соизволил перейти к сути, предложив ей составить ему компанию на охоте.       Конечно, она не собиралась отказывать: охотиться девушка любила, но помучала немного короля из вредности, мстя за его детское поведение.       Было даже немного странно то, как быстро они нашли общий язык. Честно говоря, при первой встрече Арья подумала, что он совсем другой, но, позже, увидев его в образе тирошийского наемника, с удивлением обнаружила, что ошиблась.       Эйгон мог быть разным: часто он дурачился с ней, позволяя себе расслабиться, шутил и смеялся и его искренность в такие моменты подкупала Старк. Но был еще один Эйгон – король. Король был вежлив, демонстративно серьезен, галантен и слегка «туповат», как говорил сам Таргариен.       Это различие могло казаться неважным, но девушка видела его проблемы и страхи, которые Эйгон пытался скрыть ото всех и решить самостоятельно, находя мнимое освобождение в переодеваниях в Грифа, наемника из Тироша, которым он не являлся.       Арья пыталась заговорить с ним один раз на эту тему, но, увидев его реакцию, больше не поднимала болезненную для него тему. Пожалуй, было еще рано предпринимать подобные попытки, но Старк не хотела видеть его мучения, столь похожие на те, через которые пришлось пройти ей. — Миледи, мы прибыли.       Голос с едва заметной толикой нетерпения вновь прервал ее размышления и Старк кивнула на слова парня. — Надеюсь, охота будет удачной, — она попыталась улыбнуться и по блеску на дне его синих глаз поняла, что получилось не очень.       Охота началась и они вновь погрузились в тишину. Арья ехала медленно, прислушиваясь к каждому звуку и держа руку на древке лука, висевшего на ее бедре. За ней ехало двое гвардейцев, которых приставила Санса, и они честно пытались не мешать ей, но даже их дыхание казалось слишком громким, так что через час она отослала их к опушке, где располагалась стоянка.       Одной в лесу было куда лучше. Запах земли и дерева витал в воздухе, отдаленно напоминая о доме, редкие звуки заставляли сердце замирать в предвкушении добычи и вскоре она и вовсе оставила лошадь привязанной к железному дереву, решив идти на своих двоих.       Крупная дичь ей не встретилась, зато Арья подстрелила трех кроликов, выглядевших вполне вкусно, и одного фазана. За азартом, наполнившим голову, девушка не сразу заметила, что зашла слишком далеко в лес, а когда поняла, решила возвращаться, ибо за несколько часов успела слегка подустать.       Идя по своим же шагам, Старк приметила в стороне от размытой тропы следы лошади. Ей стало интересно, как идут дела у Эйгона, и Арья пошла по относительно свежим шагам, надеясь, что у него добычи еще меньше, чем у нее. Учитывая то, сколько она хвасталась своими навыками охотника, не очень хотелось пасть в грязь лицом, особенно, перед ним.       К удивлению, идти пришлось довольно долго. Легко можно было понять, что Гриф зашел дальше нее и этот факт немного удручал. Хотя, у него было преимущество: коня своего он по дороге не оставлял.       Только девушка подумала об этом и через дерево увидела гнедого королевского жеребца и всего пять минут ей потребовалось после этого, чтобы найти Таргариена, сидящего в кустах и напряженно целящегося куда-то.       С трудом удерживая смех от его вида, она стала наблюдать за ним и увиденное вселило в сердце черную зависть. Гриф выслеживал чертового королевского оленя! И, более того, вскоре подстрелил его!       Видя то, как радостный король подбежал к своей добыче, Арья собиралась уходить прочь, но странный свист остановил ее. Обернувшись, она пыталась понять откуда шел звук и пошла вперед, где Таргариен увлеченно разглядывал олений труп.       Хруст веток и топот копыт заставили ее вздрогнуть. Темная тень животного мчалась в сторону короля, со вполне понятными намерениями, а тот был беззащитен. Времени хватать лук не было и Старк побежала наперекор животному, выставив вперед меч. — Гриф! Беги!       Поняв, что не успевает, она выкрикнула это, надеясь, что он услышит. Пробегая через поляну, Арья замерла, увидев то, как зверь кидается на едва встающего с земли парня. — Гриф!       До слуха донеслось истошное визжание, и из туши кабана брызнула кровь. Арья словно завороженная смотрела на то, как Таргариен спихивает зверя на землю и добивает его, а потом, брезгливо морщась, снимает с себя окровавленный дублет вместе с рубашкой.       Вытерев свой черный клинок, переливающийся на свету, парень устало выдохнул и, повернувшись, улыбнулся при виде Арьи и, как ни в чем не бывало, подошел к ней. — Ну, как я его выманил, а? – сказал он, положив руку ей на плечо. – Ты не испугалась? Я слышал твой крик. — Выманил, да?.. – тихо спросила девушка, глядя в красивые синие глаза Таргариена. — Ну, да, — тот равнодушно пожал плечами. – Я заметил его следы и решил приманить кровью. — Ты дурак! – крикнула Арья, смахнув его руку с плеча. – Это ведь чертов вепрь! — Я знаю, — спокойно ответил Эйгон. — Да?! Роберт Баратеон тоже знал, но это ему не помогло, — процедила девушка, с трудом удерживаясь от того, чтобы не стукнуть этого балбеса. — Я похож на Узурпатора? – хмуро спросил король, взяв ее за руку. – К тому же, Баратеон был пьян тогда, судя по слухам. Я знал, что делал, Арья.       Она ничего не сказала, чувствуя бурю, бушевавшую в сердце. Ах знал, да?! Посмотрела бы она на него, с кабаньим клыком в брюхе… Чертов самонадеянный королек! — Эй, — Старк подняла на него свирепый взгляд, от которого парень сразу слегка стушевался. – Ты волновалась за меня, да? – его лукавая улыбка взбесила ее еще больше и девушка отшатнулась от него. — Еще чего! – кинула она. – Буду я волноваться за твою драконью тушку, — не обращая внимания на его недоверчивый взгляд, фыркнула Арья. – И, вообще, нацепи на себя уже что-нибудь, а то холод сделает то, чего не смог кабан, — Гриф тихо рассмеялся на ее заявление. — Ну, раз уж я так вас смущаю, миледи…       Возвращение в замок оказалось еще более неприятным. Эйгон ехал впереди, весь из себя довольный, а все гвардейцы и оруженосцы только и галдели о том, какой же хороший охотник их король. Это до жути раздражало и Старк с трудом выдержала все, не высказав им, что думает про их глупого королька.       За все время она упрямо не заговаривала с Таргариеном, ощущая стыд за слабость, показанную перед ним. Он не достоин был ее волнения: теперь Арья отчетливо это понимала и жалела о том, что вообще показалась перед ним. И это его дурашливое поведение после. Да он посмеялся над ней! Такого она не могла простить ни за что.       Пыхтя от негодования весь путь, девушка избегала его, стараясь ехать в конце колонны, но в городе ей пришлось проехать вперед. Восхищенные взгляды из толпы злили ее и Старк, и так не бывшая в лучшем расположении духа, мрачнела все больше. Шепотки про Рейегара и Лианну доходили до слуха чаще, чем любые другие, а кто-то и вовсе называл ее северной шлюхой. Это было неудивительно. Конечно, чернь любила Дейнерис и всегда будет любить больше нее. Таргариенша была их Серебряной королевой, а что она?..       Арья вздрогнула , почувствовав легкое прикосновение к руке и подняв голову, встретилась глазами с понимающим взглядом Грифа. Сжав ее руку в своей, он ободряюще улыбнулся и хоть она не нашла сил улыбнуться в ответ, девушка была благодарна ему за это. Правда, когда они доехали до замка, он умудрился-таки испортить ей настроение вновь, без задних мыслей предложив как-нибудь еще разок поохотиться. — С радостью, ваше величество. Ей хотелось бы ответить ему куда грубее, но стоявший на ступеньках и грозно взиравший на них десница короля одним своим присутствием внес определенные корректировки в ее речь. Эйгон, также заметивший Коннингтона, не стал и дальше мучать ее, отпустив почти сразу по прибытию, но перед этим объявив о том, что желает видеть ее на сегодняшнем ужине, где подадут вепря. Несмотря на нелюбовь ко всякого рода пирам и нежелание видеть рожи придворных, Арья была вынуждена согласиться, а кислое выражение на лице лорда Джона служило, хоть и маленьким, но утешением.       Отдохнуть ей, конечно же, никто давать не собирался. После весьма короткого, но емкого, выноса мозга от Сансы, ее захапали служанки, которые не преминули пожаловаться на конский пот, которым, видите ли, от нее несло на версту. Так ее, пожалуй, за всю жизнь не купали: в один момент Арье в девчушке, старательно теревшей ей спину, померещился маньяк-Болтон, но она откинула эту мысль. В конце концов, какой-нибудь Болтон вряд ли состригал бы ей ногти и плел косу.       Казалось, она разучилась думать за время, пока ее приводили в приемлемый вид. Но, зато, теперь у нее было понимание почему все леди часто оказывались пустоголовыми дурехами. Чего стоили прически, от которых нещадно болела голова и корсеты, в коих совершенно нельзя было ни пить, ни есть, ни дышать. Благо, Санса не настаивала на корсетах, называя ее доской, и волосы у Старк были недостаточно длинными для мудреных причесок.       К вечеру Арья была голодной, как волк в северную зиму, и с нетерпением ждала пира, на который изначально идти не желала. Когда служанки, наконец, отпустили ее, Санса, на удивление, не особо придралась к ней и, вообще, выглядела непривычно довольной, что было неожиданным, ведь последний месяц она ходила с не самым хорошим настроением, будучи недовольной столь долгим нахождением в Королевской Гавани.       Арья спросила бы у нее причину такого довольства, но по одному выражению лица сестры становилось понятно, что такая затея, в любом случае, бесполезна, так что она не стала распыляться на ненужную перепалку.       Пир начался традиционно. Единственным отличием от десятка предыдущих, на которых ей приходилось бывать, было, разве что, пара песен, исполненных молодым певцом, новым фаворитом принцессы Арианны. Когда же подали вепря, все ожидаемо начали шутить про короля Роберта, но ей не было никакого дела до всего этого. Позабыв обо всех обидах на Грифа, Старк приступила к еде, наслаждаясь каждым кусочком кабана, который еще сегодня днем спокойно бегал по лесу.       Вечер близился к концу и ее уже серьезно клонило ко сну, когда лорд Джон, как всегда мрачный, встал со своего места и попросил у всех тишины. Арья, разморенная едой и борским вином, не особо хотела слушать его речь, но все же выровнялась на своем месте, без особого интереса поглядев в сторону десницы. — Лорды и Леди, в этот мирный день весны я хочу объявить вам о союзе, — голос Коннингтона гулко отдавался от стен, придавая его словам особую важность. – Прошло два года с нашей великой победы над Иными и мы потеряли нашу королеву Дейнерис, но все мы должны двигаться дальше, — многие в зале закивали и поднялся одобрительный гул. – Семи Королевствам нужна королева. Я с великой честью объявляю вам о союзе Льда и Огня, Волка и Дракона, Старков и Таргариенов, — громогласно провозгласил десница короля. – Поднимем же чаши за помолвку короля Эйгона, шестого этого имени, из дома Таргариен и леди Арьи из дома Старк!       Сказав это, он высоко поднял чашу и весь зал разорвался криками и всеобщей радостью. Леди Эшара улыбнулась ей, погладив по плечу, лорд Джон одарил сухим поздравлением, а Эйгон обнял и поцеловал в лоб. — Моя королева, — его горячий шепот выдернул ее из своеобразного транса и Арья с трудом сфокусировала взгляд на его лице. — Я готов подвергать свою жизнь риску каждый день, чтобы видеть то, как вы волнуетесь за меня. Это лучшее чувство, что я испытывал за всю свою жизнь, — произнес Эйгон, сверкая ослепительной улыбкой. — После нашей женитьбы, хотите вы этого или нет, ваша жизнь и так будет находиться под угрозой, ваше величество.       Старк мило улыбнулась, мстительно наступив каблуком ему на ногу и с внутренним удовлетворением наблюдая за тем, как застыло мучительное выражение на его лице.       Почтительно присев в реверансе, девушка ушла от него к Сансе, чувствуя разлившееся на душе странное чувство. — Королева Арья... Звучит не очень, но придется привыкнуть...