Черный и белый

***

      Сон был непривычно крепким и приятным. Создавалось впечатление, будто она спит, обнимая что-то теплое, но девушка не знала что. Было до жути хорошо, во всем теле ощущалась тяжесть, как после изнурительной тренировки. Изредка на лицо падал неясный свет, на что Старк зарывалась головой под одеяло, упираясь лбом во что-то дышащее, но данный факт едва ли волновал ее.       Просыпаться она начала, когда ее непроизвольная подушка стала какой-то слишком активной. Сначала Арья пыталась остановить подушку, но та внезапно оказалась рукастой и почти смогла выбраться из ее хватки. До слуха донеслось недовольное шипение и подушка сдалась, смирившись со своей незавидной участью, и девушка даже успела обрадоваться, собираясь устроиться поудобней и еще немножко поспать, только тут она под рукой отчетливо ощутила ребра, а проведя ниже, пресс и..       Убрав ладонь, как ошпаренную, Старк резко села, расширенными от смущения и недоумения глазами смотря перед собой. За спиной послышался хмык, но она не обратила на него внимание, отчаянно краснея от постепенного осознания ситуации и места, в которых оказалась.       Легкое прикосновение к плечу заставило девушку вздрогнуть, но она через силу все же обернулась, встретившись с непривычно нежным взглядом Таргариена. Явно заметив ее румянец, он довольно усмехнулся, так же сев, и притянул жену к себе, погладив ее по растрепавшимся волосам. — Доброе утро, моя леди, — шепнул он, приподняв ее лицо за подбородок и внимательно взглянув в лицо. — Доброе, — буркнула Старк, ощущая себя немного глупо. — Надеюсь, тебе хорошо спалось? — лукаво спросил Гриф, демонстративно разминая плечо.       Арья на это недовольно фыркнула, надувшись, а он только рассмеялся, обняв ее и прижав к своей груди. — Ужасно, — кинула она, чувствуя прилив стыда от осознания того, что они оба полностью раздеты. — От твоих костей у меня сейчас голова болит, — мстительно добавила она, но короля это, казалось, лишь еще больше рассмешило.       Счастливо улыбаясь, он просунул руку между их тел и сжал ее грудь. Ей удалось сдержать вскрик, и девушка уперлась, пытаясь освободиться из крепкой хватки мужа, пока он играючи ласкал ее тело. Старк честно старалась сделать вид, будто ей не нравится, но, в конце концов, сдалась под напором Таргариена и успокоилась. — Так как тебе спалось? — повторил Эйгон, повалив жену на постель и нависнув над ней. — Хорошо… — выдохнула Арья и задрожала, когда он опалил дыханием ее сосок. — Отлично, — обаятельно улыбнувшись, король на секунду призадумался, а потом кивнул собственным мыслям. — Думаю, у нас есть полчасика на продолжение нашей брачной ночи… — прошептал он, поведя носом по шее Старк. — Вы ведь не против, миледи? — тихо спросил он, оставив мимолетный поцелуй на ее подбородке. — Я за… — выдохнув, она притянула его вниз, впившись губами в его губы каким-то совершенно нахальным поцелуем.       Они просто лежали, нежась в постели, когда в дверь не громко, но уверенно постучались, и голос сира Арчибальда оповестил их о том, что завтрак накрыт в Малом зале. Эйгон, сев на кровати, крикнул гвардейцу звать служанок и прислонился к изголовью, слегка прикрыв глаза. — Не хочу никуда идти… — пробурчала девушка, спрятав голову на плече Таргариена. — Но должна, — хмыкнув, Гриф погладил Старк по спине.       Арья разочарованно выдохнула, замерев на пару минут и наслаждаясь безмятежностью момента. Сев, она мрачно посмотрела в довольное лицо мужа и скривилась. — Будто одной Сансы мне было мало… — пробормотала она под нос, встав с постели и подойдя к столику, на котором стоял кувшин с водой. — Что? — спросил муж, а Старк лишь повела плечом, не желая отвечать. — Кстати, — улыбнулся он, когда девушка налила себе воды и вернулась в постель. — Не ты ли час назад строила из себя невинную деву?       Вскинув на него злой взгляд, Арья уже собиралась плеснуть в наглое лицо короля водой, но очередной стук в дверь оборвал ее жестокий план. Выдохнув сквозь зубы, она прикрылась одеялом, одарив сияющего парня испепеляющим взглядом, на что тот нарочито боязливо вскочил с кровати и отошел на пару шагов. Фыркнув, она отвернулась, пронаблюдав за тем, как после разрешения Эйгона, в королевские покои зашло целое стадо слуг.       Купание, одевание, причесывание заняло, должно быть, около часа в общем. Слава Старым и Новым богам, одели ее в достаточно просторное и легкое платье белого цвета с вставками из темно-красного шелка, в котором она даже могла дышать. Муж ждал ее у лестницы, выглядя, как всегда, слегка небрежно с не застегнутым дублетом и свободной рубашкой, в вороте которой можно было разглядеть покраснения. На замечание по этому поводу, Гриф лишь усмехнулся и сказал что-то настолько дерзкое, что она чуть было не лопнула от негодования. Всю дорогу до залы Арья внутренне кипела, идя рука об руку с бодрым мужем.       Как только они вошли, все встали со своих мест и поклонились им, и после приветствия короля вновь сели. У Старк вся эта ситуация вызывала смешанные чувства. Сидя рядом с Эйгоном, она едва могла есть и пить, чувствуя будто бы все взгляды устремлены на нее, и отчасти это было правдой. Поддерживая сухую беседу, девушка кидала беспомощные взгляды на свою семью, но сдержанная улыбка Сансы, подмигивание Рикона и мрачная отстраненность Джона, как неудивительно, не помогали. Эйгон дарил ей немного уверенности, прикрывая в разговорах, так что Арье приходилось лишь поддакивать да изредка отвечать на простые вопросы, за что она была очень ему благодарна и готова простить наглое поведение.       Только она немного свыклась с обстановкой, подумав, что спокойно перенесет завтрак, как со своего места встал Джон и, пройдя в центр залы, вежливо склонил голову, привлекая внимание присутствующих. — Ваше величество, прошу простить меня, но я должен идти и не могу задержаться в вашей компании, — произнес Сноу, продолжая смотреть в пол. — Можем ли мы узнать причину этого, брат?       Голос Таргариена прозвучал спокойно, но Старк увидела то, как он напрягся, сразу же переменившись в лице. — В полдень мы должны выехать из города, так что я должен проследить за подготовкой, — ровно проговорил Джон. — Вы уезжаете так скоро? — протянула принцесса Арианна, пристально посмотрев на дозорного. — Как жаль, мы надеялись, что вы побудете в Королевской Гавани еще немного, милорд. — Увы, принцесса, — подняв на секунду голову, он взглянул в хитрое лицо Мартелл. — Вы свободны, — встав со своего места, объявил Эйгон. — Миледи, Милорды, надеюсь, вы не будете против, если я помогу брату? — с улыбкой спросил он, спустившись с помоста и встав рядом со Сноу. — Что же, приятного вам дня, — выждав с пару секунд, Гриф кивнул деснице и вышел из зала вместе с Джоном.       После ухода короля с его братом, завтрак продлился недолго: вскоре лорд Коннингтон распустил всех, и Арье пришлось пойти с Сансой в Девичий Склеп, хотя делать этого не хотелось, ибо она знала какой неловкий разговор ее ожидал. Говорить сестре правду насчет случившегося было нельзя, так что придется врать. Благо, получалось у нее это вполне сносно…       Они разместились на террасе, и Санса приказала подать чаю, после пристально посмотрев на нервно ерзавшую в кресле младшую сестру. Выдохнув, она тонко улыбнулась и сжала ее холодную ладонь в своей, встретившись взглядом с ее расширившимися серыми глазами. — Я так за тебя рада, Арья, — Старк искренне улыбалась и, подсев ближе к ней, быстро прошептала: — Все ведь прошло хорошо?       Девушке с трудом удалось удержать кислую мину, норовившую появиться на лице, и она натянуто улыбнулась, утвердительно кивнув. Глаза Сансы радостно засияли, и она с несвойственным ей воодушевлением принялась закидывать сестру уточняющими вопросами, на которые та пыталась отвечать, как можно более уклончиво, дивясь внезапному любопытству сестры, обычно ведущей себя крайне сдержанно. — Вы ведь правильно все сделали? — продолжала наседать Старк, успевая при этом есть. — Надеюсь, все прошло по правилам… — протянув это, она откусила небольшой кусочек от лимонного пирожного и прикрыла глаза.       Арья уже открыла рот, собираясь съязвить ей что-нибудь в ответ, но внезапно раздавшийся со стороны голос не позволил ей этого. — Извольте, леди Санса, но не вам говорить о правилах брачной ночи.       Обернувшись, она встретилась взглядом с насмешливо блестящими глазами Беса, стоявшего у входа на террасу, но тут же отвлеклась на помощь поперхнувшийся чаем сестре. — Прошу прощения, что прервал ваш сестринский разговор, — усмехнулся Ланнистер, как ни в чем не бывало подойдя к столику и налив в чашу вина. — Дорнийское… у вас неплохой вкус, миледи, — приподняв чашу, он отпил из нее. — Что вы здесь делаете? — недоуменно спросила Арья, хлопая понемногу приходящую в себя сестру по спине. — Леди Старк сама пригласила меня, — невозмутимо произнес Мастер над Монетой. – Правда, признаю, что пришел явно раньше.       По взгляду, которым Санса одарила Тириона, можно было легко представить, что она задушит его на месте, но сестра смогла сдержать злость и вежливо улыбнулась, пригласив Ланнистера за стол.       Быть свидетелем их разговора было странно: создавалось стойкое впечатление, что они на поле брани, и как искусные воины, ничуть не уступают друг другу в словесной баталии, постоянно весьма тонко поддевая оппонента, но не переходя определенную грань. Ей так и не удалось уловить суть их туманной беседы, на первый взгляд, казавшейся совершенно пустой. После того, как Бес ушел, Арья поинтересовалась у сестры, о чем они говорили, но та лишь загадочно улыбнулась, так и ничего не объяснив.       Старк хотела чисто принципиально выведать у Сансы все, но прибежавший Рикон сказал, что Джон уже собирается отъезжать, и ей пришлось оставить эту тему.       У главных ворот замка уже собралась группа дозорных, но Сноу среди них не было, так же, как и короля. Постояв с пару минут рядом с сестрой, она не удержалась и пошла искать их. Найти братьев оказалось проще, чем она думала: главное, знать, где искать.       Спустившись в подвал под замком, Старк почти сразу услышала их голоса и пошла в ту сторону, с которой они доносились. Было довольно темно, так что полностью разглядеть она их не могла, как и они ее. Пройдя в зал с черепами, девушка позвала их, и оба стихли, хотя до этого она слышала то, как они говорят, но не могла разобрать слов. Наконец, Эйгон отозвался, и Арья побежала к ним, уже открыв рот для вопроса. — Не буду вам мешать, — прошипел Таргариен и демонстративно громко зашагал прочь.       От удивления, она молча пронаблюдала за его уходом, а после повернулась к мрачному Джону, заметив явную напряженность его позы. — Что произошло? — Не бери в голову, — отмахнулся Сноу, убрав руки в карманы. — Вы ведь поссорились?..       Джон ничего не ответил, смотря в сторону. Ей хотелось надавить на него и получить ответ, но Старк отмела это, чувствуя странную неловкость и вину за случившееся. — Это неважно, — внезапно заговорил брат. — Немного позлится и забудет. Все равно я уезжаю за Стену… — выдохнув, он посмотрел на нее. — Прошу, позаботься о нем, Арья.       Немного опешив от таких слов, она запоздало закивала и даже сквозь темноту разглядела грустную улыбку на лице Джона. Почти сразу после этого они вышли из подвала и пошли к воротам замка, у которых все ждали Сноу.       Прощание выдалось непривычно сухим: реальные эмоции себе позволили только Рикон и леди Эшара, постаравшаяся скрыть слезы от лорда Коннингтона. Пожав руку серьезному Эйгону, Джон мимолетно коснулся губами ко лбу Арьи и пошел к уже запряженному вороному коню. Кивнув всем, он ударил коня по бокам и выехал в открывшиеся ворота, так и не обернувшись назад.       Арья все с какой-то глупой надеждой смотрела в его отдалявшуюся спину, в глубине души ожидая еще раз увидеть лицо Джона. Ворота закрылись, скрыв от виду группу дозорных, и Старк вздрогнула, ощутив руку Грифа на своей талии. — Вернемся в замок? — тихо спросил он, внимательно смотря на нее сощуренным взглядом ярко-индиговых на свету глаз. — Да…       Кинув последний взгляд на ворота, она кивнула и пошла вместе с ним, только сейчас заметив ссадину на челюсти Таргариена.       «Неужели это Джон? Но почему?» — Все в порядке, Арья? — Д-да, — быстро кивнув, она опустила взгляд, не находя в себе сил, чтобы встретиться взглядом с мужем.       Вечером, сидя у растопленного камина и ожидая прихода Эйгона, она думала о случившемся, чувствуя растущее беспокойство и грусть. Арья никогда не считала себя сентиментальной, но почему-то ей вспомнились строки из песни, которую когда-то давно, должно быть, в прошлой ее жизни, пел Том из Семи Ручьев.

«Ты будешь спать, моя любовь, В постели пуховой, Ходить в шелках и кружевах, В короне золотой. Клянусь тебя всю жизнь мою Лелеять и беречь, И защитит от всех врагов Тебя мой верный меч…»

      Судорожно выдохнув, она смахнула капельки слез и прикрыла глаза. Нельзя было быть слабой. Она сама согласилась на все это, а теперь было слишком поздно жалеть о былой свободе. Больше ей не быть ни Арьей-лошадкой, ни Чашницей Нэн, ни Кошкой-Кэт.       Отныне она королева, жена Таргариена, как бы то смешно ни звучало.