Черный и белый

***

      Джон шел по темным коридорам замка, пытаясь найти будто бы провалившегося под землю Неда. Казалось бы, он вышел не на многим позже него, но сейчас не мог его обнаружить, что вселяло нехорошее предчувствие в душу. Дело было нешуточным и любая ошибка могла очень дорого обойтись Эйгону, и, несмотря ни на что, он просто не мог стоять в сторонке, видя то, что творится вокруг короля. Как он предполагал, Дейн, скорее всего, воспользовался тайным ходом, в которых Сноу так и не научился разбираться, но зато он знал, куда тот направится и, если поторопиться, то можно успеть застать гвардейца у Великого Мейстера.       К внутреннему облегчению Джона, он как раз подошел ко входу в башню, когда оттуда выходили просто одетый рыцарь и молодой мейстер. При виде него, Эдрик явно удивился, но какой-либо недоброжелательности не проявил, последовав за ним в сторонку. — Что-то не так, милорд? Вас послали его величество? — Нет, — гвардеец приподнял одну бровь, слегка напрягшись, а дозорный продолжил. — Вы и сами видели его состояние. Я пришел по своей воле, чтобы попросить об услуге. — Я вас слушаю. — Приказ Эйгона мог быть поспешен и не обдуман. Я понимаю, что не имею права приказывать вам, но прошу, прислушайтесь ко мне. — Что вы предлагаете? — серьезно спросил Эдрик. — Пошлите мейстера, как он и сказал, но одного, — тихо начал Сноу. — Ваше присутствие может насторожить ее. И еще, прикажите подать чай незаметно, через слугу или еще кого-то. — Я собирался проделать нечто такое, — подумав с минуту, рыцарь кивнул. — Но насчет слуги не уверен. Элия под надежной защитой принцессы Арианны, а она точно знает о ее беременности, так что точно усилила охрану. — Я поговорю с ней от лица Эйгона. Скажу, что тот примет ребенка, но пока хочет держать все в секрете. Только, не факт, что она поверит мне. — Поверит, — заверил его Дейн. — У нее нет влиятельных союзников, готовых пойти против леди Арьи, а вы — темная лошадка и единственный, кому король верит достаточно, чтобы послать решить подобную проблему. — Могу ли я узнать, зачем принцессе королевский бастард? — хоть он и примерно понимал суть данной игры, ему не хватало деталей, которыми обладал белогвардеец. — Принцесса Арианна теряет влияние на короля. Несмотря на то, что половина двора — представители дорнийских фамилий, они больше придерживаются принца Тристана, который не входит почти ни в какие конфликты, поддерживая тесные связи с лордом Коннингтоном и леди Сансой. Тот факт, что у короля все еще нет наследника мужского пола, делает данную затею для принцессы весьма заманчивой. Может, этот ребенок и не будет узаконен, но у нее появится рычаг давления на Эйгона. Думаю, она даже не предполагает, что он мог отрицательно отреагировать на эту весть. — Что же, — задумчиво кивнув, Джон вздохнул. — Ясно. Тогда вы идите к королю и расскажите обо всем, когда он придет в себя, — рыцарь поклонился и собирался уйти, но Сноу остановил его. — И да, не дайте моей сестре узнать об этом. Ни в коем случае.       Их взгляды пересеклись на долю секунды, и парень в напряжении ждал реакции гвардейца, но тот лишь вежливо склонил голову. — Конечно, милорд.       Проводив удаляющуюся спину Неда Дейна долгим взглядом, Джон направился в сторону Кухонного Замка, где проживала большая часть дорнийских придворных. Стража встретила его настороженно, но ситуацию выправила одна из Песчаных Змеек, предложившая сопроводить его до покоев принцессы. Эту женщину в наряде септы, кажется, звали Тиена, и она специально медленно шла, ведя неспешную беседу, за которой умело скрывала тщательный допрос. Будь ему лет семнадцать он бы раскололся еще в начале, но Джону было двадцать пять, и он имел богатый опыт общения с подобными людьми, так что продержаться было несложно.       Дорнийская принцесса прохлаждалась на террасе, окруженная слугами, фрейлинами и музыкантами. Тут же играла пара детишек, создавая шум, почти перебивающий мелодию флейты, на которой умело играла женщина с длинной черной косой. Это место отличалось от всего Красного Замка своей особой атмосферой, и Джон сразу почувствовал себя лишним под солнечным теплом, кажущимся, на первый взгляд, обманчиво ласковым, но, на деле, прожигающим душу и тело насквозь.       Застыв черной фигурой у входа, Сноу терпеливо подождал, пока леди Тиена доложит о его прибытии, послужив неплохим пугалом для детишек, изредка несмело поглядывающих в его сторону. Наконец, принцесса соизволила встать со своей кушетки и царственно пройти в помещение. Последовавший за ней бастард остановился в середине хорошо освещенной комнаты, смотря в спину Мартелл, обернувшейся к нему после того, как слуги прикрыли двери, сразу отсекнув все лишние звуки.       Формально поприветствовав его, она села в кресло у затопленного камина, и дозорный последовал ее примеру. Довольно долго она шла вокруг да около, затянув его в ничего не значившую беседу, и усиленно путала Сноу в своей сети, а Джон поддавался ей, выстраивая именно тот образ, в котором она нуждалась. Конечно, вряд ли она верила ему на все сто, но ему удалось снизить уровень ее бдительности и убедить в благих намерениях, а в большем он и не нуждался. — Милорд, скажите, вы ведь пришли сюда не по своей воле?       Ее глаза сощурились, оглядывая его с внимательностью хищника к своей жертве, она лениво покрутила чашу в руках и слегка наклонилась вперед, сокращая расстояние между ними. — Воля моего брата — и моя, — она довольно улыбнулась, услышав его слова и пронаблюдала за тем, как он отпивает из своей чаши. — Я так полагаю, кузен получил интересную весточку от Элии, — прошелестела принцесса, как ни в чем не бывало откинувшись на подушки. — Хотела бы я увидеть его лицо в тот момент! — Поверьте, это было стоящее зрелище, — заверил ее Сноу. — Он очень обрадовался, но его радость почти сразу омрачилась. — И чем же? — небрежно кинула Мартелл. — Эйгон разозлился из-за того, что вы скрывали это столько времени, — произнес он спокойно. — И сейчас требует, чтобы за ними велся особый уход со стороны его людей. — Слишком топорно. Королева или Десница сразу почуют неладное. — Это случится в любом случае, а так они будут под надежной защитой.       С минуту задумчиво поглядев на него, она кивнула, натянув на палец смоляную прядь, выпавшую из убранных за спину волос. Молча наполнив их чаши, дорнийка поднесла свою к его губам и замерла, смотря прямо ему в глаза. — За будущего дракона.       Сдержав дрожь от холодного прикосновения металла к губам, Сноу встретил ее прямой взгляд и тонко улыбнулся на ее слова, в ответ поднеся свою чашу к ее лицу. — За будущего дракона…       Выдохнув, он медленно осушил весь сосуд, чувствуя на себе довольный взгляд принцессы, уже празднующей легкую победу.       Уходя оттуда он думал о ней: она не была глупа, но ее честолюбие сыграло с ней злую шутку. Хотя, делать выводы было еще слишком рано, так что оставалось лишь надеяться, что та не предпримет неожиданный ход, расстроив ему всю игру. Джон ходил по тонкому льду, и сейчас любой мнимый выигрыш мог обернуться провалом, но отступать он не мог — слишком многое стояло на кону. Он привык сражаться с мечом в руках и не был хорошим игроком, но и принцесса не считала его таковым, так что Сноу вполне мог выиграть, обманув ее ожидания.       Идя по галерее в сторону Крепости Мейгора он размышлял над тем, как им скрыть факт беременности Песчаной Змейки от Арьи. Сделать это было сложно, ибо ограничить ее встречи с дорнийцами стало бы слишком явным ходом, а принцесса, в свою очередь, и после потери ребенка могла рассказать ей обо всем, так что ситуация складывалась отнюдь не в их пользу. У него была парочка мыслей по этому поводу, но здесь Сноу уже не мог обойтись без помощи, а в таких делах лучше всего разбиралась Санса, к которой он и направился.       Сестра незамедлительно его приняла, и он не стал тянуть, все подробно и ясно изложив ей. Не сказать, что она выглядела удивленной: наоборот, в ее взгляде читалась толика иронии, и Джон понял, что чего-то подобного она ожидала довольно давно. Когда он выразил свои опасения насчет Арьи, она посерьезнела и долго думала, прежде чем предложить идею временного переезда на Драконий Камень. — Как мы объясним это, прежде всего, ей самой?       Санса нахмурилась и вновь призадумалась, смотря в одну точку на стене. — У нее ведь может случиться выкидыш, — проговорила она. — Скажу, что там его легче будет скрыть, — Джон кивнул, соглашаясь, а она продолжила. — Отправишься с ней. Попытайся задержать ее там как можно дольше, а я прослежу за тем, чтобы все прошло гладко. — В запасе два месяца до свадьбы Рикона, — произнес Сноу хмуро. — Ты ведь хочешь, чтобы мы пробыли там до нее? — Да, — кивнула сестра.       Уставший от всей этой напряженной беготни, занявшей больше половины дня, парень пошел к себе, где, наконец, смог расслабленно выдохнуть. У него было около двух часов свободного времени до ужина, и Джон хотел нормально отдохнуть, прекрасно зная, что после его будет ожидать не самый приятный разговор с братом. А сейчас он мог просто спокойно полежать и подумать обо всем.       По идее, все должно было получиться, но на деле любая случайность могла стоить им всего. Еще и остаться практически наедине на два месяца с Арьей… Джон совершенно не представлял, как выдержит это, а на сердце тлело смутное беспокойство, которое он упорно отгонял. Ей необходима была поддержка, и он был единственным, кто подходил на эту роль.       Приведя мысли в относительный порядок, Сноу неохотно поплелся на ужин, решив от греха подальше держать на лице привычное скорбное выражение, чтобы ненароком не проколоться. К счастью, брат явно пришел в себя и вел себя как обычно, сидя за столом, а вот место рядом с ним пустовало. Санса сказала ему, что Арья согласилась на их предложение, а прийти не смогла из-за плохого самочувствия.       Всю трапезу Джон чувствовал на себе жалящие взгляды принцессы Арианны и Тиены Сенд, от которых кусок в горло не лез, но он упрямо запихал в рот содержимое тарелки, съев даже больше, чем обычно. Хотя бы за ним просто следили, а Эйгону еще приходилось вести беседу с кузинами и, к его чести, держался он вполне достойно, не походя на человека, у которого несколько часов назад случился нервный срыв.       Наконец, за ними троими закрылись двери королевского солярия, и они уселись вокруг большого стола. Понятливый гвардеец сразу наполнил три кубка, и Таргариен схватил и опустошил один из них, не дожидаясь пока Эдрик подаст его. Громко выдохнув, он откинулся на высокую спинку стула, сверля их мрачным взглядом, несовместимым с тем, как он вел себя десять минут назад в зале.       Молча выслушав их рассказ, он долго не говорил, размышляя над их словами, а выражение на его лице все больше ужесточалось. — Этого всего не случилось бы, не будь я полнейшим кретином… — выдохнул он, конкретно ни к кому не обращаясь. — И днем я повел себя, как тряпка, а вам пришлось разгребать все за меня. — Это не важно, брат, — встав, Сноу похлопал его по плечу. — Все мы совершали ошибки, не так ли, Нед? — Да, — кивнув, Дейн быстро отпил из своей чаши и со стуком поставил ее обратно. — Я в долгу перед вами, — серьезно произнес Эйгон. — Спасибо вам.       Весь вечер они пили, говорили о чем-то, в основном, правда, слушали жалобы Таргариена на жизнь, но и Эдрика разок прорвало, но из его бессвязных страданий Джон понял лишь то, что он безответно влюблен в замужнюю даму, что для двора не было редкостью. Сам он тоже напился, но не настолько, чтобы начать рассказывать историю своей печальной жизни, так что всю ночь ему пришлось и утешать этих двоих.       Небо начинало светать, когда он вернулся в свои покои и, не раздеваясь, рухнул на кровать, почти сразу заснув.       А уже утром следующего дня, он мрачный, как туча, и Нед Дейн, который каким-то чудом стоял на ногах, вместе с как никогда до этого тихой Арьей сели на «Луноликую» и отчалили из порта Королевской Гавани. Путь обещал быть недолгим, но вот они с Недом были совершенно иного мнения по этому поводу…