На грани возможного

За те пятнадцать минут, что они петляли по коридорам управления, Арсений мысленно проклял всё на свете! Муха не замолкал ни на секунду. Он говорил и говорил, щедро сыпля терминами и именами, иногда делая многозначительные паузы. Своё мнение Муха озвучил по поводу и без, почему-то искренне считая, что это интересно кому-то кроме него. Для себя Лавров успел отметить, что на самом деле «своего мнения» у капитана не водилось. Его прочно и, судя по всему, давно заменило мнение Миши. Арсений сначала пытался вставить хотя бы слово в этот монолог, но потом махнул рукой и смирился. Ему быстро поднадоело биться головой о маячивший на горизонте призрак Миши. Любая тема быстро скатывалась к рассказу о том, какая она замечательная. И вообще получше всяких некоторых, задиравших нос не по делу. Догадаться, что под "некоторыми" скрывался вездесущий Вернер, не составило труда. Вот уж два призрака коммунизма. Нигде от них не спрячешься. Самым прискорбным во всей этой комичной ситуации было то, что это трепетное обожание произрастало из глубокого уважения, а не из подхалимажа или человеческой глупости. Арсений пока не понимал, чем же Миша заслужила к себе подобное отношение. В его глазах она ничем не отличалась от других оперативников. - Дорогу-то запомнил? Не таскать же тебя сюда каждый раз. Не дожидаясь ответа, Муха увлечённо принялся расписывать, как познавательно и зрелищно обычно проходят тренировки. Конечно же, если Миша выходила «в зону». Арсений, окончательно притомившийся от потока информации, не стал уточнять терминологию, посчитав, что вполне сможет восполнить пробелы позже. Возможно, удастся найти менее восторженного и более компетентного гида. Теперь он начинал понимать, почему Миша просила не сильно полагаться на Муху в плане тренировок. Честно говоря, Лавров ожидал увидеть что-то более внушительное. И в то же время обыденное и строгое. Что-то вроде огромного спортивного зала в духе старшей школы. Гимнастические маты, пыльный козёл где-то в уголке. Но только на стенах вместо лозунгов обязательно заклинания на латыни и идише. Все присутствующие должны неизменно сохранять торжественную серьёзность и приветствовать друг друга скупыми жестами и кивками, излучая достоинство и ауру таинственности. Арсений мысленно даже придумал, как криво усмехнётся и будет смотреть на всех с усталым пониманием и затаённой мудростью. По его мнению, так и должны выглядеть матёрые боевые маги. Но реальность оказалась куда как более прозаичной. Больше всего тренировочная комната напоминала какое-то анти-кафе, под крышей которого собирались люди, ничем не связанные и даже не знакомые друг с другом. Поразительно дешёвые на вид белые круглые столы и вокруг по четыре кожаных стула – убийственно дорогих и настолько же безвкусных. Шкаф с книгами ютился у единственного окна, жалобно накренившись в левую сторону. Небольшая кухня в углу выглядела по-домашнему обжитой и уютной. На дальней стене огромный монитор. Впритык к нему пульт управления непонятного назначения. - А это кто? - тихо поинтересовался Арсений, когда они протискивались мимо столика, за которым два угрюмых типа, не скрываясь, пили водку. Рядом с ними сидел молодой парень, монотонно бубнивший о том, что "печень рано или поздно откажет" и "вот тогда он не станет выносить за старым пердуном горшки". Но при этом постоянно пытался заставить их закусывать, с беспокойством поглядывая на Мишу. - "Двойка" Иванова и "двойка" Бойцова, - коротко ответил Муха, чуть замявшись, и торопливо обогнул этих троих. - Иванов, между прочим, некромаг. Лавров сдержанно кивнул, но не удержался от того, чтобы обернуться ещё раз. Про Иванова в интернете гуляло примерно столько же баек, как и про Старостина. Когда-то трое амбициозных магов – Иванов, Старостин и Арчуадзе - основали управление, заявившись в правительство с рискованной инициативой. С годами Иванов и Арчуадзе пропали с первых полос газет да и в сети не мелькали. Словно кто-то очень тщательно фильтровал всю информацию. Впору взвыть, что время делает с людьми. Арсений с трудом узнал в худом и потрёпанном мужике статного изящного Иванова. Круги под глазами и слишком много морщин в уголках губ для сорока с хвостиком. Вряд ли от смеха, судя по кислой физиономии. Неторопливые, ленивые движения. И цепкий, колючий взгляд, от которого мороз по коже. С Бойцовым их роднила какая-то неопрятность. И если Иванов явно давно перестал следить за собой, то второй как будто просто пустился в небольшой недельный загул, судя по стильному костюму, который не мешало бы сменить. Спутанные волосы, едва-едва тронутые сединой совсем недавно были тщательно пострижены. Нос с горбинкой и тонкие губы, по которым то и дело змеилась горькая усмешка. Словно вспоминал что-то гадкое. И в завершении всего тот же самый злой, ненавидящий взгляд. - Долго вы. Были проблемы? - Миша отвлеклась от разговора с Гришей, который скользнул по Арсению мутным взглядом и отвернулся. Интересная у них тут служба вырисовывалась. Двое пьют на рабочем месте, ещё один явно «под кайфом» с утра. - Вернера не было уже, когда я пришёл, - сообщил Муха тоном раненого героя. Он остановился возле пульта и заглянул в разбросанные бумаги. - В курсе. Иначе бы не отправляла. А то опять принесли бы тебя в спичечном коробке, - хмыкнула Миша, выуживая несколько страниц из общего хаоса. Пробежавшись глазами по строчкам, она снова фыркнула и всучила стопку Мухе, жестом отправляя их за столик. Как только Гриша услышал, что Вернера сегодня не будет, сразу утратил интерес к их разговору и отошёл. К нему подсел высокий детина в спортивном костюме. Он пил чай из огромной кружки, осматривая зал. Тусклые глаза чуть навыкате придавали мужчине глуповатый вид, словно завершая общий образ сельского дурачка. - Идите уже, - поторопила Миша. – Времени в обрез. А у нас расписание. - Не стой столбом. Пойдём, - тут же поддакнул Муха, разворачивая Лаврова на сто восемьдесят градусов. Огромные лапищи отлично заменяли заклинания телекинеза, позволяя вертеть стажёром как угодно. И снова Арсений почувствовал на себе десятки ощупывающих взглядов. Сдержанное любопытство, но никакого раздражения или неприязни. Сегодня он пришёл в компании Мухи, и это сразу изменило его статус в глазах окружающих. Странно осознавать, что судят не тебя, а твоё окружение. Стало быть, если верно выбрать команду, за которую играешь, то можно сразу вскарабкаться повыше. - Кто сегодня первый? - возбуждённо проговорил Муха, усаживаясь за один из столов. На столешнице оказался номер три. Раньше Арсений не замечал, что все места помечены. Хотя немудрено, учитывая тот факт, что цифры были безыскусно нацарапаны чьей-то недрогнувшей рукой. - Вайцман и Граценко, - отозвалась девушка, сидевшая всего в метре от них за столиком шесть. Кроме неё и Миши в зале женщин не было. Она курила тонкие сигареты, то и дело стряхивая пепел прямо на пол. Арсений сдержанно кивнул ей. Девушка произвела на него странное впечатление. С одной стороны, такой красоте самое место на обложке какого-нибудь гламурного журнальчика. Девочки крутили романы с олигархами и ездили на дорогих иномарках. Коротенькая кружевная кофточка не скрывала высокую грудь и тонкую белоснежную шею. Десятки цепочек, браслетиков и колечек. Но вот карие глаза смотрели насмешливо. С тонких, ярко накрашенных губ готовы были сорваться едкие словечки, для тех, кто пока не понял своё место под её каблуком. Да ещё эта сигарета. - Осуждаешь? – догадливо заметила Лиза, прищурившись. Она откинулась на спинку стула и принялась медленно изучать стажёра, покачивая стройной ножкой. – Бьюсь об заклад, ты и сам скоро закуришь. - С чего бы вдруг? – наигранно удивился Арсений. Он и правда терпеть не мог курящих девушек. - Нервничаем много. Мы тут все на голову ушибленные. Параноики и невротики. Добро пожаловать, стажёр. Тебе у нас не понравится, - сообщила Лиза, раскручивая пачку на столе. - Это мы ещё посмотрим. – Арсений мягко улыбнулся, надеясь, что Муха вмешается в разговор. - У нас тут только Вернер не нервничает. И это чертовски хорошо. Когда нервничают такие как Вернер… - Лиза отбросила окурок и медленно вытащила новую сигарету, но не закурила, задумчиво вертя её в пальцах. – Везучий ты, стажёр. - Спарринг или "башенка"? - спросил мужчина со столика два, который секунду назад казался спящим. Он резко сел и рассеянно огляделся с таким видом, будто не совсем понимал, где оказался. На его правой щеке проступали красные следы от подушки. Через несколько секунд рядом с ним из воздуха появился молодой парень лет двадцати. Растрёпанный. Отчаянно зевающий. В пижаме. - Отстань от него, - грозно насупился Муха, не отрываясь от бумаг. – Привет, Толя. Как у вас там? - Ты уже всех тут задолбала, Лиза. Не даст тебе Вернер, - мило улыбнулся Анатолий. Он повернулся к пульту и ответил, чуть задумавшись. – Да скукота, Валя. Пойди туда. Найди что-нибудь. Вернись огородами. Перед стажёром стыдно. За Родину стыдно. - Врёте вы всё, Анатолий Сергеевич, - спокойно отозвался парень, всё это время сидевший молча. – Почему вы постоянно врёте? Анатолий проигнорировал это замечание, но закатил глаза и тяжко вздохнул. - Первыми «в поле» сегодня пойдут Вайцман и Граценко. У них «башенка». Нужно уничтожить атакующую башню, защитив при этом свою башню. Я тебе показывал в прошлый раз «поле», - объяснил Толя, обращаясь к своему стажёру. Тот с интересом пододвинулся поближе и кивал после каждого предложения. - Это как же так? – удивился стажёр. – Они же оба не «элементники»? Арсений с трудом подавил в себе желание подсесть поближе, чтобы лучше слышать разговор. Он абсолютно не понял замечания этого парня. Какая собственно разница, какая магическая школа? - Уймись, Муха. Эти ваши тупые тренировки нужны только стажёрам, - хмыкнула Лиза. – Я сегодня пощупала осторожно Вайцмана. Из него выросла зубастая тварь. Чуть не описалась от страха. - Ты тут всех пощупала, - между делом согласился Анатолий в мятом плаще, заработав презрительный взгляд. - Но я думаю, что Граценко всё ещё на коне. Тем более, что это его. Родное. А тебе, глупая женщина, вообще не понять, что такое своя стихия. Вам бабам лишь бы хапнуть. «Паразитки», одно слово. - Будешь выпендриваться я и тебя пощупаю, Толя. Или вон Сашеньку. Он у тебя такой милый. Розовые щёчки, - пригрозила Лиза, пошевелив пальцами. Она оценивающе посмотрела на собеседника и демонстративно скосила взгляд на парнишку, который флегматично качался на стуле. - Так нет нас тут. Спим, - добродушно улыбнулся Анатолий. - Два дня как по приказу Старостина мониторим Францию. И первым делом, я его научил, как таких гадин урезонивать. Сунься, милая. Но за последствия я не ручаюсь. - Начинают, - ответила Миша на все вопросы, прерывая начинавшийся скандал. Складывалось впечатление, что местная публика не относилась к той, с которой можно было приятно провести время. Арсений посмотрел за стекло. И не увидел ровным счётом ничего. Мутное варево клубилось перед глазами. Потом замелькали какие-то чёрные тени. - Я же говорила! – победно вскинув руку, воскликнула Лиза. Она снова прикурила и подмигнула Мухе. – Страшные они, аж жуть. Завидую я вам. Эй, красавчик, ты хоть разглядел что-то? - Неа, - признался Арсений, не сразу поняв, что обращаются к нему. Он с готовностью улыбнулся в ответ. - Простой как веник, - закатила глаза Лиза. – А чего тогда припёрся? Тем более без Киры. Кто тебя вообще пустил без сопровождения? - Я с Мухой. Посмотреть, - ощущая себя идиотом, отозвался Арсений. Он ведь и правда не смог рассмотреть ничего из того, что творилось за стеклом. Если все бои проходили с таким количеством магических помех, тогда ему тут делать нечего. - Петров окончательно двинулся. Набрал идиотов, - вздохнула Лиза, задумчиво поглаживая шею. Её длинные, тонкие пальчики двигались медленно и осторожно. Лавров заворожено следил, даже забыв как дышать. Она наклонилась поближе и нежно дотронулась до его руки. – Малыш, рано тебе с взрослыми играть. Арсений не успел даже пискнуть. Его рвануло куда-то наверх. Крик изумления вырвался из горла, да так и застрял где-то внутри. С ужасом взирая на собственное тело, сидящее на стуле, Лавров заметался, пытаясь вырваться. Он не понимал, как можно сотворить что-то подобное, не вызывая ауру. Все заклинания, которые когда-то учил, разом вылетели из головы. Что делать в такой ситуации, когда тебя выдернули из собственного тела и отправили летать? А Лиза с улыбкой следила за его истерикой, продолжая поглаживать по руке. От её пальцев на коже оставались чёрные отметины, медленно расползавшиеся по телу. - Вечно ты тянешь грабли к чужим игрушкам. Лавров крутанулся в воздухе, с отчаянной надеждой высматривая Вернера. Он лавировал между столиками, неторопливо приближаясь к ним. В отличие ото всех остальных, он смотрел поверх голов, туда, где беспомощно болталось астральное тело Арсения. Лавров попытался что-то сказать, но только беззвучно открывал и закрывал рот. Из глаз давно бы уже брызнули самые настоящие слёзы. Его вычеркнули из мира живых простым мановением пальца. Это даже хуже смерти. Что-то тёплое мягко окутало его и осторожно потянуло вниз. Лавров явственно услышал треск и задушенный хрип. И только через мгновение понял, что это он сам судорожно хватает ртом воздух. Вернер стоял за спиной, положив руки на плечи. - Одной больше, одной меньше, - очаровательно пожала плечиками Лиза. – Зря старался, навешивая на него «систему». Он всё равно пользоваться не умеет, баран. - Если бы я не был пидорасом, то стал бы им после знакомства с тобой, - задумчиво протянул Вернер, помахав рукой Иванову и Бойцову. Они ответили вполне дружелюбными кивками, но тут же снова углубились в прерванную беседу. – Не бабы, а самки богомола какие-то. - Малыш хотел учиться. Вот ему первый урок, - улыбка на её губах померкла. Лиза выудила из пачки очередную сигарету и закурила. - Справедливо, - неожиданно согласился Вернер, хлопнув стажёра по макушке. – Поднимай жопку и двигай за мной. - Не трогай меня, - вспыхнул Арсений, ощущая себя так, словно его выволокли из дерьма, а теперь брезгливо тыкали палочкой, пытаясь не запачкаться. Ему казалось, что он готов ко всему. Но чувствовать себя бесполезным идиотом, которого кто-то жалеет, а кто-то вытирает ноги… И давить его будут постоянно, проверяя на вшивость. Сожрут и пожмут плечиками. Если только Вернер не появится, словно рыцарь в сияющих доспехах, и не спасёт. - Он выполняет свои обязанности - учится, - заступилась за него Миша, подходя к их столику. - А тебе бы стоило выполнять свои. А не шляться, чёрт знает где. Он твой стажёр. Ты за него в ответе. - Я возьмусь его учить, только если рак на горе просвистит "Голубую луну", - ответил Вернер, не выпуская локоть Арсения из неожиданно крепкого захвата. - Хотя нет. Если он продержится против меня хотя бы минуту в спарринге. Это же кусок мяса, Миша. И я не понимаю, что ты так в него вцепилась. Может, себе заберёшь? - Кусок мяса здесь ты, Кира. Тебя жизнь ничему не учит, - сухо ответила Миша. – Ничего не напоминает? Вернер отступил на шаг, отдёрнув руки. В комнате повисла тишина. Внезапно оказалось, что все уже давно слушают их импровизированный скандал. - Тише-тише. Может быть, спарринг? Я поучу его наглядно. Но не обещаю быть нежным в первый раз. - Вернер пнул ножку стула. – Вставай, стажёр. Лавров запальчиво кивнул, даже не успев понять, что произошло. Замер. И внутренне содрогнулся, любуясь на ехидную ухмылку Вернера. Ведь он его просто размажет об пол, и даже минуты много будет. - Романтическое свидание, - мурлыкнул Вернер, удаляясь в сторону входа «в поле». - Как будешь готов. - Ну ты слово дал, Кира, - крикнула ему вслед Миша, непонятно чему улыбаясь. Вернер не обернулся, но взмахнул рукой. - Я не могу, - выдавил Арсений, задыхаясь от ужаса. На минуту он окажется во власти Вернера, от которого вряд ли можно ждать снисхождения. - У тебя будет ровно минута, - зашептала Миша, осторожно сжав его плечо. - Большего обещать не могу. Давай. Тебе нужно просто войти туда. Не так часто удаётся поймать его на слове. Но если уж он что-то обещал, то сделает. На деревянных ногах Арсений добрёл до двери, за которой скрылся Вернер, и вошёл внутрь.