"Лепесток Сакуры"

На пару мгновений в комнате воцарилось молчание, а потом его нарушил Коки, вздохнув и взяв Кенту за плечо. -Друг, оставь нас, пожалуйста, пройди на кухню и найди слугу по имени Куро, скажи, что я велел как следует тебя накормить и напоить. А я пока соберусь в дорогу и попрощаюсь. - Хорошо Коки, только учти, что нам нельзя терять ни одного лишнего часа. - Я понял, иди скорее, ты ведь наверняка измотан путешествием и голоден? Иди. Кента вышел из комнаты и направился на поиски кухни, а Коки перевел взгляд на Каме, который сидел, понурившись и уткнувшись взглядом в одну точку в полу. Коки присел рядом с ним и аккуратно взял лицо в ладошки, заставив посмотреть на себя. - Прости меня. Я не знал, что это случится сегодня ночью, я думал уплывать только через два дня. Прости Каме..я.. - Перестань, не говори ничего.- Каме убрал его руки и отвернулся, слезы душили его, и он боялся, что если позволит им литься, то остановить этот поток он уже не сможет никогда, а от прикосновений любимого, почему-то, становилось только больнее. - Прошу, не будь таким. Мне так же нелегко, я не хочу оставлять тебя, но пойми, у меня есть долг перед императором. - Долг перед императором?- Внезапно Каме снова повернулся к нему, казалось, что он не на шутку разгневался, раньше Коки его таким не видел,- Долг перед императором говоришь? А как же я? Почему ни у кого никогда нет долга передо мной? Ни у кого, кого я любил! Со мной обращаются как с собачкой, когда я делаю что-то, что хозяину по нраву, он меня ласкает и гладит, а когда мной недовольны, то меня бьют или бросают. Сначала мать отдала меня, потому что я был ей не нужен. Женщина, которая должна была растить меня и заботиться продала меня! Человек, которому меня отдали прислуживать, и которого я в детстве воспринимал как брата, всегда унижал меня и пытался сделать несчастным. Мой первый мужчина, который обещал мне любовь и ласку, бросил меня из-за своих понятий чести, наплевав на мои чувства. А единственный, кого я когда-либо любил, оставляет меня, что бы идти на войну! Почему я никогда никому не нужен? - Это не правда, ты нужен мне. - Я тебе не верю! Если бы я был тебе нужен, ты бы не уезжал от меня! - Но ты ведь знал, что мне надо будет уехать, мне казалось, ты понимаешь.. - Хватит, молчи! Просто уходи, ведь тебя зовет долг..уходи Танака! Тот смотрел на него с немой болью, он протянул руку, словно пытаясь дотронуться до Каме, но потом передумал и отступил на шаг. - Хорошо, сейчас придет Куро и соберет мои вещи. Прощай. И он уже отвернулся и открыл дверь, но тут к нему быстро подошел Каме и обнял сзади за плечи, уткнувшись в спину и, наконец, дав волю слезам. -Нет..не уходи. Прости меня, я просто..Просто я не хочу, что бы ты уезжал от меня. Я люблю тебя больше жизни! Это прозвучало так жалостливо и с таким надрывом, что Коки почувствовал, как и по его лицу скатилась слезинка. Он заключил Каме в объятья и увлек за собой на подушки, устроив его у себя на коленях и поглаживая по волосам как маленького. -Тихо..тихо мой малыш. Не плач. Война скоро закончится, и я вернусь к тебе, обещаю! И мы уже не будем разлучаться. Я заберу тебя отсюда к себе в Эдо, ты будешь жить со мной, и мы будем счастливы, обязательно будем Каме. - А вдруг тебя убьют? Как я смогу жить дальше? - Если меня убьют, то я буду ждать тебя там, где мы сможем уже никогда не расставаться. - Не говори так..не говори!! Поклянись мне, что с тобой все будет хорошо! Что ты вернешься живым и, правда заберешь меня отсюда..и мы, правда, будем счастливы! Если ты поклянешься, клятва будет оберегать тебя во время сражения! - Я клянусь. - Скажи ещё! - Я люблю тебя Каме, и я клянусь! После этих слов он потянулся к его губам, касаясь их потом в нежном, трепетном поцелуе и целовал так долго. Но вскоре оба ощутили, что их время подошло к концу. Тогда они вместе собрали вещи Танаки и спустя час стояли у ворот борделя. Кента отправился в порт первым, что бы загрузить на корабль все необходимое, так что они были вдвоем. С неба, впервые в этом году, падали снежные хлопья, устилая землю белоснежным ковром. Каме и Коки стояли друг напротив друга, и ни один из них был не в силах вымолвить и слова. Тогда Каме достал что-то из складок кимоно и, подойдя к Танаке, вложил ему в ладонь. -Что это? - Это Бисямонтен. Я сам вырезал его из небольшого кусочка дерева. - Бог-воин? - Да, он покровитель солдат и ещё он способствует удаче, счастью и справедливости. Я знаю, что ты встал на сторону императора потому, что считаешь его дело справедливым. Я верю, что Ками поможет тебе и приведет тебя обратно ко мне и к нашему счастью, потому что ты будешь воевать за правое дело. Коки не ответил, только стиснул амулет в пальцах покрепче и прижал к сердцу, а потом он обнял Каме и все так же молча прикрыл глаза, впитывая в себя тепло и запах любимого. Тот обвил его руками за шею и уткнулся в плечо, тоже стараясь запечатлеть эти секунды в памяти навечно. Но затем Каме отстранился первым и поцеловал его, а потом погладил по щекам, пробежался пальчиками по губам и скулам и прошептал тихо: - Езжай..езжай сейчас, пока у меня есть силы тебя отпустить. - Я люблю тебя, Каме. Танака понимал, что тот прав, потому что сердце с каждой секундой все сильнее начинало противиться разлуке. Поэтому он резко притянул к себе возлюбленного, оставив на его губах последний, крепкий поцелуй, а потом без лишних слов вскочил на лошадь и умчался на встречу рассвету. А Каме, словно оглушенный добрался до своей комнаты, сел на пол и просидел так несколько часов, словно не живой глядя в окно. Так его и нашел Куро, он осторожно приблизился и сел напротив. Взгляд Каме сфокусировался, и он словно вернулся в реальность. Куро все понял по его бледному лицу. - Уехал? - Уехал... И как только он произнес это слово, его смысл словно только дошел до сознания Каме и глаза вдруг наполнились слезами. - Уехал..- повторил он дрожащим голосом, а потом уронил голову Куро на коленки и разрыдался горько, пока его сознание не отключилось, не в силах выносить эту боль и нахлынувшее чувство одиночества. Днём у Каме начался жар, он покрылся испариной, и его сознание словно затуманилось, поэтому иногда он начинал метаться в бреду и звать то мать, то Кимуру, то Коки. Куро менял у него на лбу кусочки смоченной в воде ткани и смотрел на него с беспокойством. Каме отличался отменным здоровьем и никогда раньше не болел, а сейчас ему становилось плохо с каждым часом. Иногда он открывал глаза и осознано смотрел на Куро и словно вспоминал, что сегодня ночью любимый покинул его. В эти моменты его глаза наполнялись слезами, и он утыкался в подушку, а потом его сознание снова отключалось, он проваливался в бред, словно реальность была слишком тяжелой, что бы оставаться в ней. Под вечер Куро совсем забеспокоился, у него было назначено тайное свидание с Рико, но оставить Каме одного в таком состоянии он не мог. Он позвал Такки и попросил его присмотреть за юношей недолго, а сам направился к тому чуланчику, где они должны были встретиться с Рико. Она уже ждала его там, и при взгляде на неё у Куро перехватило дыхание, такой она ему показалась красивой. Девушка распустила волосы, тщательно вымыв и расчесав их, так что они падали на плечи тяжелой, иссиня-черной массой, прикрывая полуобнаженные плечи. На её лице не было краски, что делало её ещё прелестней, а кимоно она выбрала совсем простое, белого цвета, что придавало всему её облику очаровательную невинность. - Рико-тян..ты пришла.. - Д..да. Я..мне..мне хотелось прийти к Куро.- девушка очень волновалась и перебирала в пальчиках краешки рукавов, но тем ни менее она смело подняла на него взгляд. А Куро был не в силах устоять перед её красотой и совершенно забыл о том, что пришел сюда извиниться и сказать, что сегодня ночью он нужен Каме. Вместо этого он подошел к ней и обнял за талию, притягивая к себе и целуя в губы. И опять та же невидимая ниточка протянулась между ними и почти мгновенно в обоих вспыхнула страсть, заставляя совсем потерять голову в головокружительном поцелуе, и раствориться друг в друге. Куро ласкал мягкие девичьи губки с упоением, совершенно забывая обо всем на свете впервые в своей жизни и ощущая, что и Рико повинуется могучему инстинкту, который заставляет их пылать от желания. Когда он накрыл ладонью её грудь и слегка сжал, она тихо выдохнула и прижалась к нему покрепче, ухватившись пальчиками за его плечи что бы не упасть от нахлынувших чувств. Куро скользнул губами по её шее, оставляя на ней дорожку из горячих поцелуев и заставляя задышать чаще. -Где этот мальчишка!? Отец хочет поговорить с ним! Где вообще все!? Куро! Оба вздрогнули от неожиданности. Голос, который принадлежал Юе, раздался рядом с чуланом, в котором они спрятались. Куро мгновенно пришел в себя и вспомнил про Каме, о том, что тот мечется сейчас в бреду. Он приложил палец к губам, призывая Рико к молчанию, и нарушил его, только когда шаги Юи затихли в отдалении. - Рико, прости меня. Но я должен вернуться к Каме сейчас. - Почему?- взгляд девушки погрустнел, и она непонимающе посмотрела на Куро, но он взял её руки в свои и поцеловал в открытые ладошки. - Рико-тян, ты прекрасна. Настолько, что я сейчас потерял голову от страсти к тебе, но я пришел сюда извиниться и сказать, что я сейчас нужен Каме. Танака уехал ночью и, наверное, поэтому ему очень плохо, он в бреду и у него жар. Я нужен ему, тем более, что Юе опять что-то надо от него, а Каме сейчас совсем беззащитный и беспомощный. - Каме заболел? Ох..С ним все будет в порядке? - Не знаю, поэтому то я и должен находиться рядом с ним! - Я тоже хочу быть рядом с Каме, пойдем Куро, мы сейчас оба нужны ему. - Но.. Но не успел он ничего сказать, как она взяла его за руку и вывела за собой из чулана, направившись к покоям Каме. А он смотрел на её спину и с грустью думал о том, как глупо было надеяться, что пара поцелуев заставит Рико разлюбить Каме. Юя искал Каме и с предвкушением думал о том, какое удовольствие испытает сегодня, глядя на его страдания. Он не мог больше опустить Каме до положения слуги, не мог свободно издеваться над ним и показывать свою ненависть, потому что отец официально усыновил его. Но все это меркло по сравнению с теми страданиями, которые тот наверняка испытывает оттого, что Коки уехал. И это приносило Юе хоть какое-то утешение. Он зашел к Накаю, сообщить ему новость об отъезде Танаки, а заодно и накормить его новой порцией яда, с удовлетворением отметив, что двойная доза делает свое дело, и отец за пару дней сдал ещё сильнее. - Как ты? - Кажется, мне не долго осталось. - Не говори так, ты поправишься обязательно! - Нет Юя. Не знаю, что со мной и что это за напасть такая, что за болезнь и чем я её заслужил. Но я чувствую, как она поедает меня изнутри с каждым днем все сильнее. Так что будь готов к тому, что скоро я оставлю тебя. -Отец..- Юя всхлипнул и взял Накая за руку, изо всех сил изображая из себя заботливого сына, который расстроен состоянием отца. Но, услышав следующую просьбу, он чуть было не выдал себя с головой. - Раз Танака уехал, не мог бы ты позвать ко мне Каме. Я бы хотел сказать мальчику, что он теперь мой сын. - Он не твой сын! Раз ты усыновил его, это ещё не значит, что он твой сын! - Не сердись, мальчик мой, прошу. Все равно я никогда не буду любить его, так как тебя. Юе понадобилось все свое самообладание, что бы взять себя в руки и успокоиться. - Хорошо, я сейчас позову его, но надеюсь, ты дашь ему понять, что я требую к себе такого же уважения, что и прежде. - Разве он когда-нибудь позволял себе непочтительно к тебе относиться? Юя нахмурился, признав, что отец совершенно прав и Каме никогда не проявлял к нему неуважения, чем ещё сильнее его раздражал. Но отвечать на вопрос отца Юя не стал, только поцеловал того в лоб и отправился за Каме. По пути его перехватила Юкари и поманила за собой в свои покои. - Что тебе? - Вы же просили меня докладывать вам обо всех необычных новостях господин, так вот у меня есть новость. - Какая? - Я заметила, что Рико-тян со вчерашнего дня ведет себя очень странно. А сегодня она так намывалась в банях, словно ей предстоит встреча с важнейшим клиентом. Может быть, у неё завелся любовник? Я всегда вижу, когда у женщины горят глаза от предвкушения и желания. - Значит все-таки они с этим слугой влюблены..- задумчиво протянул Юя. - Слугой? Вы знаете, кто её любовник? Это один из слуг?- взгляд Юкари зажегся любопытством, а Юя только снисходительно улыбнулся. - Я знаю обо всем, что происходит в этом доме. - Но почему же вы до сих пор не выгнали её? Ведь господин Накай всегда говорил нам.. - Помолчи. Тебя это не касается! И держи рот на замке, не дай Рико понять, что знаешь что-либо. У меня на этих двоих свои планы, не смей мне все испортить! - Да господин. - Вот и хорошо. А вообще ты молодец Юкари, тебя, в отличие от многих девочек, ждет блестящее будущее, когда в борделе все изменится. - Изменится? - О да! Грядут большие перемены, вот увидишь! И он удалился, оставив Юкари гадать, что же означали его слова. Поскольку Юю задержала Юкари, Куро и Рико успели в комнату Каме раньше, чем он. Так что когда Юя зашел туда, то застал их обоих, склонившимися над Каме и обтирающих его грудь и плечи тканью. - Что вы тут делаете вдвоем?- его губы невольно расплылись в широкой улыбке, потому что он словно воочию увидел подтверждение слов Юкари. Рико и правда выглядела очень красиво и словно готовилась к ночи с возлюбленным, так что Юя даже подумал про себя, что никогда раньше не замечал того, насколько она прелестна. "Можно было бы даже развлечься с ней!"- промелькнуло у него в мыслях, когда взгляд скользнул по её густым волосам и изящным пальчикам, которые поглаживали Каме по лбу. -Господин Юя, Каме совсем плохо. У него жар, может быть, найдутся в доме какие-нибудь лекарства? - Лекарства? Откуда сейчас могут взяться лекарства? Война идет, у нас и провизии то еле хватает!- Но Юя солгал, он мог помочь Каме, но вид того, как тот покрывается испариной и страдает от температуры, вызывал у него почти физическое удовлетворение. Но потом ему в голову пришла другая мысль. "А почему бы не разделаться с ним прямо сейчас?". Если Накая он хотел отправить в мир иной как можно скорее, то для Каме у него была приготовлена другая судьба. Прежде чем его убить, он сначала хотел уничтожить его, втоптать в грязь как можно сильнее, что бы тот прочувствовал все мучения и агонию одиночества. Но это было до того, как папаша объявил, что усыновил этого щенка. Теперь имел смысл действовать быстрее и разделяться с Каме, тем более что подвернулся такой удобный случай. Он мысленно прикинул, какая доза яда убьет его так, что бы это выглядело естественной смертью, но Каме успел, как следует перед ней помучиться. - Хотя... Я мог бы дать ему кое-что из своих личных запасов. - Господин, я вас умоляю, разве вы не видите, что он может умереть? Рико всхлипнула и бросилась ему в ноги, коснувшись лбом пола и поцеловав полу его кимоно. Юя подумал, что ему даже нравится видеть её такой умоляющей, на коленях…. - Хорошо, я сейчас пришлю к вам Такки с отваром из трав, которые я привез из Эдо, только учтите, что средство не вполне надежное, но это все, что я могу. - Ох, господин, спасибо! Спасибо вам! - В конце концов, этот бордель вскоре станет моим, я должен заботиться о его жителях. А Каме теперь стал мне чем-то вроде брата, мой долг помочь ему! И Юя улыбнулся как можно более благодушно, а потом вышел, оставив их с Куро. - Господин такой щедрый! Он поможет Каме! - Ты не знаешь, о чем говоришь, Рико. Юя всегда ненавидел Каме и я не верю ни единому его слову, он явно задумал что-то нехорошее, поэтому лучше нам быть настороже! - Но ведь..он обещал лекарство! Что, по-твоему…. - А как ты думаешь, почему господин Накай болеет? Тебе вот никогда не казалось странным то, что его болезнь началась сразу после возвращения Юи из Эдо? - Побойся Ками, Куро! Не думаешь ли ты, что он способен убить собственного отца? - Не знаю..Но у нас будет удобная возможность это проверить! Рико непонимающе посмотрела на него, но тут Каме издал тихий стон. - Я чувствую её дыхание..смерти..- потом он снова провалился в беспамятство. А Рико и Куро переглянулись тревожно и кинулись менять ему холодные компрессы и обтирать тело от пота. Вскоре появился Такки, принеся чашу с отваром, от которой исходил приятный травяной аромат. Рико с сомнением посмотрела на неё. - И ты думаешь, что это опасно? Как ты хотел проверить замыслы Юи? - Сейчас узнаешь! После этого он вышел из комнаты, а когда вернулся, у него на плече сидела маленькая обезьянка. Когда-то давно Накай подарил её Юе, но тот не жаловал животных, а обезьянка это чувствовала и совсем не любила своего хозяина, так что со временем она стала любимицей всего борделя и все о ней заботились, особенно Куро и Каме. - Что ты хочешь делать с Аки? - Пусть она попробует этот отвар перед тем, как мы дадим его Каме! - Но если с ней что-то случится? - Рико, а если с Каме что-то случится?! Если отвар отравлен, то Аки спасет ему жизнь! - Да Куро, ты конечно прав! Извини! - и Рико посмотрела на него с новой стороны, невольно очаровавшись его находчивостью и заботой. Может быть, Куро был не так силен физически и ещё совсем молод, но он был способен защитить тех, кого любит. Они смочили в этом отваре несколько кусочков фруктов и скормили их Аки. Когда ничего не произошло в течение часа, Рико засомневалась. - Вот видишь, с ней все хорошо! Значит господин Юя не такой плохой, он не мог бы придумать такой злодей..- Но она не успела договорить. Аки внезапно начала издавать хрипящие звуки и упала на пол, забившись в судорожном припадке. Около десяти минут Куро и Рико наблюдали за мучениями бедного животного, стараясь хоть как-то облегчить их, поглаживая зверушку и крепко прижимая к себе. Но скоро все было кончено. - Мы должны похоронить её..- голос Рико был глухим и каким-то безжизненным, на неё произвела ужасающее впечатление сцена, которая разыгралась у неё перед глазами. - Я её похороню. И Рико..никому не слова о том, что ты тут видела! И ничем не выдай себя перед Юей! Ты поняла? - Да. - И перед другими девочками веди себя, как ни в чем не бывало, слышишь? - Да. Но Куро видел, что она все ещё находится в прострации, тогда он аккуратно подсел ближе и нежно обнял девушку, она вздрогнула, но потом расслабилась и дала волю чувствам, тихонечко расплакавшись и уткнувшись ему в плечо. А Куро гладил её по волосам и нежно шептал на ушко. - Рико смелая и умная девочка, она будет сильной. А Куро рядом, я же поклялся, что буду тебя защищать! И в самый мрачный день, самого неспокойного времени, родилась новая, чистая любовь. Императорский дворец. Киото. Коки сидел напротив сторонников и советников императора и внимательно вглядывался в их лица. В глазах некоторых плескалась жажда наживы, у кого-то жажда войны, у кого славы, но у каждого тут была своя цель. Когда он прибыл ко двору, и началась подготовка к военной компании, только тогда он понял насколько грязное это дело и насколько придворные погрязли в политических интригах, от которых страдал простой народ. Он все ещё верил в идеи и цели Императора, но теперь Танака видел, что управляет двором совсем не он и его идеи. Император служил лишь средством, символом для объединения людей и защиты интересов юго-западных влиятельных кланов. Главы княжеств Сацума и Тёсю руководили подготовкой к военной операции, а главнокомандующим войск Императора попросили стать его, Коки. И вот сейчас он сидел перед огромной картой Киото и только хмурился, слушая планы хана Сацумы. - Мы уже издали указ о ликвидации чинов сёгуната. Объявили, что вся Япония принадлежит Императору. Но Ёсинобу недоступен для нас, пока он отсиживается в Осакском замке! Его силы намного превосходят наши, неразумно было бы наступать первыми, нам ни за что не пробить оборону и не выдержать осаду. - В таком случае стоит переждать. - Но тогда сёгунат привлечет ещё больше французских наемников, увеличит свои силы, и потом уже не сможем выстоять мы! Нам стоит придумать что-нибудь более хитроумное. Надо выманить их в окрестности Киото и заставить первыми начать битву, эту местность мы знаем лучше и преимущество будет на нашей стороне, всегда легче сражаться, когда за плечами дом, а не на незнакомой территории. -Вы хотите сами развязать битву, наплевав на то, что это отнимет жизни множества людей? Не слишком ли большая ответственность ложиться на человека, развязавшего бойню? Ками всегда наказывает тех, кто первый начинает кровопролитие! - Твои понятия о морали не помогут нам выиграть войну, тут гораздо больше пригодится хитрость! А ты рассуждаешь как трус! - При всем уважении хан Тёсю, хитрость в военном деле это ниже чести и достоинства воина. И только уважение перед императором удерживает меня от того, что бы отрубить вам голову за то, что назвали меня трусом! - Ох, Танака, что это у тебя за Самурайские кодексы? Они уже давно изжили себя. - Но их суть во многом верна! - Что же ты предлагаешь Коки?- раздался тихий голосок, принадлежавший императору. Коки повернулся к нему и низко поклонился, коснувшись лбом пола. - Светлейший, я всем сердцем предан вам, вы знаете это. Я готов подчиняться любым приказам, пролить за вас всю кровь до последней капли, но я не смогу продумывать военную компанию, основанную на хитрости и вероломстве. Прошу вас, назначьте другого главнокомандующего, а я буду сражаться как простой солдат, не думая о политических играх. Вы намного выше их, Светлейший, а я верен и предан вам! - Не говори глупости, ты не можешь отказаться от такой должности!- Негодующе начал, было, хан Сацумы, но Император жестом остановил его и тот послушно замолчал. И тогда Муцухито улыбнулся и покачал головой. -За это я так и полюбил тебя Танака, за твои чистые помыслы и настоящую верность мне. Я выполню твое желание и назначу другого главнокомандующего. Но ты по-прежнему остаешься руководителем отрядов своего клана. -Спасибо вам, Светлейший!- и Коки снова низко поклонился. Осакский замок. Резиденция сёгуна. - Это просто неслыханная наглость! Они смеют требовать от нас денег на похороны императора Комэя, который умер два года назад!! Целых два миллиона рё золотом! И это после того как они лишили сёгуна его законного титула! Такая наглость непростительна! - И что вы предлагаете Кувана-хан?- Кимура смотрел на него спокойно и сосредоточено, он уже привык к вспышкам негодования и злости среди своих соратников. Он понимал их, ведь власть императора лишила их всех чинов, которые были у них при правительстве бакуфу. А так же официально лишили земель и объявили "Противниками Императора", но сам Такуя уже устал от злости. Он по-прежнему был верен сёгуну, но все чаще задумывался о том, что лучше бы не было этой войны, и он мог спокойно провести время дома, с семьей и своим новорожденным сыном. А ещё он часто вспоминал о Каме, тот снился ему по ночам и Кимура боялся признаться даже самому себе, что все ещё любит этого мальчика и его тревожит то, что он может умереть, так и не извинившись перед ним за их расставание. Ещё он думал о Коки, который сейчас наверняка тоже готовится к битве, только по другую сторону баррикад. "Разве может быть естественным то, что брат поднимает руку на брата, не важно, что они защищают?". - Сёгун сказал, что мы не должны реагировать на подобное, что надо подождать подкрепления и нового оружия из Франции, но терпеть такое оскорбление просто невозможно! Поэтому, я предлагаю не дожидаться подмоги. Мы и так превосходим их числом в несколько раз, правда и сила Ками на нашей стороне, я уверен. Надо собрать войско и двинуться к Киото немедленно! - Против воли сёгуна? - Мы делаем это во имя Бакуфу! Сёгун не всегда знает, что лучше для правительства, может быть, стоит помочь ему, защитить его честь? - И вы согласны Айдзу-хан? - Согласен! Мы и так слишком долго ждали наступления, а после подобных оскорбительных просьб, я считаю, нужно действовать немедленно. - Но возможно это просто провокация! Нам нельзя действовать не подумав. Может быть, они, таким образом, пытаются заманить нас в ловушку, зная, что мы отреагируем на их просьбу именно так? - В таком случае они вероломные трусы! - Но это не помешает им выиграть битву. - Ты слишком много рассуждаешь для воина, Такуя! А может, просто боишься вступать в бой? - Я не боюсь ничего!- вскричал Кимура, поднимаясь на ноги и выхватывая меч. Но Айдзу-хан встал между ними, примирительно выставив вперед руки. - Не стоит ополчаться друг против друга, помните, мы ведь на одной стороне! И я согласен с Кувана-ханом, нам надо наступать немедленно, пусть даже против воли сёгуна. В последнее время его разум в смятении и он может принять неверное решение. Наши войска в полной боевой готовности, можно через пару дней выступать в поход! - И вы оба считаете, что это необходимо сделать? - Когда если не сейчас!? И хотя Кимуру до последнего момента мучили тяжелые мысли и сомнения, он дал свое согласие на эту военную операцию, отдав приказ своим людям готовиться. Он уговаривал себя, что это для того, что бы защитить честь сёгуна и вернуть его права и власть. Но в глубине души понимал, что он просто хочет, что бы все это поскорее закончилось. Если его судьба умереть в бою, это случится рано или поздно, а если нет, то он сможет поскорее вернуться домой к своей семье... и к Каме. Через два дня пятнадцатитысячная армия сил сёгуната вышла из Осаки и двинулась по направлению к Киото.