Can you see us.

      Антон соглашается на странное предложение нового знакомого только потому, что ему безумно интересно откуда он знает брата, ведь они настолько близки были с Лёшей, что тот никогда не утаивал от него своих друзей. В кафе Миранчук приходит фактически первым, лишь парочка клиентов сидит за барной стойкой, Феди нигде пока не видно, к нему подходит миловидная официантка, предлагает выбрать блюдо из меню. Он привычно заказывает американо и пирожное "картошку" — странное сочетание, но они с братом всегда любили так делать: один заказывал что-нибудь сладкое, например, латте и "Наполеон", другой заказывал "картошку" и кофе и обязательно потом в ходе они менялись едой.       Наверное, как любой человек убитый горем, Антон сейчас мало напоминал прежнюю версию себя: сейчас он не был весёлым, беззаботным пареньком, каким его знали раньше все. Он более походил на угрюмого закрытого парня, который резко повзрослел. Фёдор в кафе появляется в тот момент, когда Антон уже собирается уходить, потому что ему наскучило ждать, но увидев нового знакомого он приветливо машет рукой, и остается сидеть за своим столиком. Мужчина, поздоровавшись с несколькими своими коллегами, игнорируя полностью работу, сразу же подсаживается к нему с кружкой ароматного латте. Выбор напитка также влияет на расположение к мужчине, потому что примерно тоже самое заказал бы Лёша. Ведь Антону невдомек, что в данный момент рядом с Федей находится дух его брата, который подсказывает, что и как правильно делать Смолову. Еще на входе они договорились, что как только Федя и Антон начнут разговаривать, Лёша удалится, чтобы не подслушивать лишний раз не нужные для его ушей вещи. — Доброе утро, извини что заставил себя ждать, были непредвиденные обстоятельства. — На это Антон лишь вежливо кивает, а Федя облегчённо вздыхает, радуясь, что ему не приходится пускаться в объяснения и придумывать липовые отмазки, ведь сегодня утром Лёша снова захотел почудить и запустил по комнате танцевать его любимый сервиз. — Извини за тот случай, я перепутал тебя с Лешей хотя знал о трагедии, это, наверное, просто дело в памяти — нелегко принять, что знакомого тебе человека больше нет в живых, не представляю каково тебе приходится, — Федя учтиво поджимает губы, искренне сожалея, о том нелепом случае. — Да ничего, нас часто путают, а я уже привык, это не сколько доставляет неудобства, сколько расстраивает, потому что каждый раз напоминает, что брата со мной больше нет, — вздыхает парень.       Федя сочувствующе кивает, но не успевает задать новый вопрос, как Антон переходит в наступление, спрашивая Смолова о том, откуда он вообще знал его брата. — Скажем так, случай познакомиться с ним мне представился уже после его смерти, — Фёдор нервно теребит салфетку, понимая, что стал на скользкий путь объяснений. — Не понимаю, на что ты намекаешь?! — Антон по-детски хмурится, явно недовольный ответом. — Я говорю, как есть, недавно я проснулся от ощущения, что на меня смотрит дух, это был твой брат. Он просил у меня помощи, а потом ты появился у меня в кафе, тогда я понял, что это судьба, что я не должен отказывать ему. — Если это какая-то злая шутка, то тебе лучше прекратить. Сейчас я не хочу слушать байки о брате которого давно уже нету, я не настолько наивен.       Когда Федя предпринимает ещё одну попытку рассказать Антону правду о брате, в ответ он получает хук справа. Юноша напрочь отказывается верить в ахинею про духов, хотя и замечал странности рядом с собой. Ему проще так, абстрагироваться и жить в мире, где не существует ничего иррационального. — Ты зачем его ударил? — Рядом опасно замигало электричество, Леша совсем не был рад такому исходу разговора. — Вообще-то, он первый полез в драку, — огрызается Смол, прикладывая лёд к подбитому глазу. — Он у меня немного нервный, — пожимает плечами старший Миранчук. — Пиздец, а я теперь немного побитый. Сделал доброе дело, называется. Надо закрывать эту шарашкину контору помощи всяким беспредельщикам, и брать расписки с призраков, что их родственники не буйные. — Он не буйный, просто так получилось. Федь, пожалуйста, ну, попробуй еще раз. Вдруг у тебя получится. Он больше не будет тебя бить, мне кажется, — сменяет гнев на мольбы Алексей. — Ах, ну, раз тебе кажется, что это действительно повод попробовать ещё раз. Знаешь, пока я не намерен обзаводиться вторым синяком под глазом, — ни в какую не соглашается Смолов, не желая рисковать здоровьем и внешностью, которая и без того теперь подпорчена.       На какое-то время Смолов действительно отложил попытки что-то рассказать Антону, пока тот сам снова не появился у дверей кафе. Он не зашёл, просто проскочил мимо, выразительно взглянув на Федю, сквозь панорамные окна. Смолов воспринял это, как призыв к действию, и попытал судьбу ещё раз, но пока он выбирался из кафе парня и след простыл. Таких попыток у него было несколько, и каждый раз Лёша донимал его всё больше, он буквально наглел на глазах, заставляя Федю выполнять его просьбу, отложив все свои личные дела.       Дома Смолов только что и делал, что ночевал и ел, потому что всё остальное от работы время он караулил Миранчука в парке, где тот появлялся чаще всего. Антон завидев его надевал наушники и делал вид, что совсем его не знает, а на все попытки заговорить реагировал лишь горящим взглядом, явно мечтая испепелить Федю на месте.       Казалось, что гонка Феди за Миранчуком будет бесконечной, пока, в какой-то момент, он сам не появился на пороге кафе, попросив Федю о разговоре. Мужчина догадывался, что здесь не обошлось без его старшего братца, который болтался неподалёку.       Всё просто на самом деле: парень проявил свое присутствие полетом вещей по комнате, он заставил летать их любимый футбольный мяч. Игнорировать такие знаки судьбы Антону показалось совсем глупым, поэтому он пошёл к единственному человеку, который мог ему помочь разобраться во всей этой ситуации — к Феде.       Лёша выглядел довольным собой, а вот Федя наоборот: ему казалось глупым такое поведение. Призрак не должен так явно проявлять себя и вмешиваться в личную жизнь своих близких. Обычно, это было присуще злым духам, которые пытались как-то навредить, но Лёша же наоборот из благих намерений проявлял себя всяким неподобающим образом, — Нам нужно поговорить, — начал было Антон. — Да, я считаю было было неплохо начать с извинений, — хмыкнул Федя, не отвлекаясь от натирания бокалов за стойкой. — За что? — Сначала возмутился парень, а потом взглянув на ярко выраженный фингал под глазом, виновато опустил глаза. — Ладно прости я переборщил. Так что ты там сказал? Мой брат жив? —Я не  сказал, что он жив, я сказал, что его дух здесь. Сейчас он говорит мне, что в пятом классе вы оба были влюблены в одну девочку, только никто ей так и не признался. А в 16 вас чуть не посадили за подделку документов в аэропорту, хотя это было случайно... — Не может быть... Просто не может быть. Лёшка здесь. Почему он тут? — Парень грузно опустился на барный стул, вглядываясь в лицо Феди. — Из-за тебя. Он не может перейти на сторону света, пока не убедится, что его брат будет счастлив. И я в этом должен как-то помочь. — Скажи ему, что я скучаю, — на этих словах голос мальчика ломается, а глаза такие стеклянные, что вот вот опадут россыпью слез. — Он слышит, и тоже скучает.       В этот раз в Феде тяжелее, чем обычно, потому что до этого он не так близко к сердцу воспринимал истории своих клиентов, эти мальчишки трогают его душу. Один хоть и мертвый, но такой бесконечно живой, а второй хоть и находится в этом мире - убит горем настолько, что больше похож на духа.       Какое-то время он ещё позволяет братьям поговорить, через себя: они обмениваются новостями. Хотя какие могут быть новости у  призрака? У Антона тоже поделиться особо нечем, потому что вся его жизнь за последние два года превратилась в сплошную рутину. Он бросил учёбу, нигде не работает, слоняется без дела целыми днями в парке, надеясь, что родители не знают о его проблемах.       После этой встречи, Фёдора начинают осаждать в прямом смысле этого слова: дома неизменно поджидает дух Миранчука, а в кафе его брат воплоти.       Кажется, что братья хотят общаться каждую минуту, чтобы наверстать упущенное, даже тогда, когда это не совсем удобно Смолову. Однажды Антон предпринимает совсем отчаянную попытку, которая чуть не оборачивается огромным скандалом.       Мальчишка притаскивает родителей в кафе с криками, что Смолов видит духов и Лешу, в том числе. Он просит об очередном сеансе с братом, но как назло, во-первых, Лёши нет рядом, а, во-вторых, это совсем неудобно. Сейчас кафе полно людей которые пристально на них смотрят, обращая свое внимание на странную ситуацию, чтобы не распугать клиентов и не вляпаться в проблемы Смолов решает разрулить проблему тихо. — - Прошу прощения, ваш сын неправильно меня понял. Могу загладить свою вину и предложить вам чего-нибудь вкусненького за счет заведения, а ты, — строгий взгляд Федора упал на притихшего Миранчука, — пойдем за мной, поможешь немного на кухне и постараешься для любимых родителей. — Какого хрена ты здесь устроил? Ты ведь понимаешь, что нельзя об этом говорить родителям? Они, во-первых, не поверят, а, во-вторых, ничем не смогут помочь Лёше. Посмотри на свою маму — она и так убита горем, а ты сейчас добавляешь ей ещё больше переживаний. Не стоит их втягивать в это, давай разберёмся сами. Сейчас просто приготовим какао, ты отнеси родителям, а я подойду позже и мы всё проясним.       Действительно уладив некоторые дела на кухне, Смолов подходит к родителям Антона, в первую очередь он извиняется, а потом принимается объяснять, что недавно они смотрели кино и произошло что-то странное со светом, на что Федя неудачно пошутил, что это мог быть Лёша и Антон всё слишком близко воспринял. — Ничего страшного, мы понимаем, наш сын слишком впечатлительный после смерти брата, и он в каждом странном случае видит знак, который посылает ему его брат, — после этих слов матери Антона, Федя укоризненго посмотрел на парня. Ибо ему он почему-то сразу не поверил. — Но, всё равно, мы хотим поблагодарить вас, потому что с того момента, как Антон начал ходить к вам в кафе он стал выглядеть гораздо лучше, сразу видно, что вы хорошо на него влияете. Было бы неплохо, если бы взяли его к себе на полставки, он бы мог варить кофе или убирать со столиков, что-нибудь такое, — предлагает вдруг отец.       Сказать, что оба парня выглядят обескураженными — это не сказать ничего. Но Антон не может возразить родителям, а Федя, пролив на себя горячий кофе, случайно, конечно, совсем без помощи духа Миранчука, который в это время злобно смотрел на Федю, не понимая, почему тот вообще может раздумывать отказать. Поэтому с показной радостью он принимает предложения родителей миранчука принять того на работу.