Я хотел бы жить, как все...

- Сириус, где ты есть? - крикнул я, проходя камином на Гриммо, 12, и не найдя крёстного в каминном зале. Он не ответил, из чего я заключил, что, вероятно, Сириуса дома нет. С другой стороны, он предусмотрел подобную ситуацию, и дал мне свободный доступ к дому, поэтому я чувствовал себя тут достаточно спокойно. Домовик Блэков, старый, в грязной наволочке, бормочущий странные слова и ругающий Сириуса через слово, к моему удивлению, сразу же стал называть меня "молодой господин", и беспрекословно подчиняться. Но дом всё равно меня немного пугал, поскольку выглядел старым и запущенным. - Кто там кричит? - раздался женский голос из прихожей. - Простите, я хотел бы увидеть Сириуса... - сказал я, проходя в прихожую, в которой... никого не было. - А где Вы? - Ты не туда смотришь, мальчик, - отозвался голос. - Отдёрни занавесь справа от себя, и увидишь меня. - Вы... портрет? - не удержался я от удивлённого вскрика, когда отдёрнул занавесь. - Теперь - да, - с достоинством ответила леди пожилого вида с большого портрета, висевшего в нише на стене прихожей. - Но так было не всегда, знаешь ли. Я - Вальбурга Блэк, а Сириус - мой старший, непутёвый сын. А вот ты, мальчик, кто такой? Я... вижу в тебе что-то знакомое. - Меня зовут Гарри. - ответил я. - Гарри Поттер, мэм. - Ну конечно! Поттер! - заволновалась дама. - Ты похож на сына Карлуса, Джеймса. Только глаза у тебя не синие, а зелёные. И что же ты делаешь у нас дома? - Сириус приглашал меня заходить, когда я буду в Лондоне, мэм, - ответил я. - По пути в Слизерин-мэнор я решил заскочить к нему по делу, но вот, не застал. - В Слизерин-мэнор? - удивилась Вальбурга. - А какое отношение ты, дорогой мой, имеешь к Слизеринам, если ты - Поттер? - Прошу прощения, леди, - повинился я. - Я забыл представиться. Лорд Гарольд Джеймс Поттер, граф Певерелл, маркиз Гриффиндор, граф Слизерин к Вашим услугам. - Врёшь, мальчишка, - раздался сзади меня хриплый женский голос. - Не можешь ты быть Лордом Слизерином. Я обернулся. Нацелив на меня палочку, на ступеньках стояла высокая черноволосая женщина на вид чуть старше Сириуса. Белые пряди в её волосах что-то напоминали мне, но я никак не мог вспомнить, что именно. - Простите, но всё именно так, как я и говорю, - твёрдо ответил я, проявляя на пальцах перстни родов. - По воле Магии я и есть Лорд Слизерин. Клянусь магией в моей крови. Люмос! Нокс... Когда незнакомка проморгалась, она обнаружила перед носом посох, направленный ей в лицо, и услышала ехидный смешок леди с портрета. - Что, Белла, обставил тебя мальчик, верно? - сказала она. - Гарольд, дорогой, опусти свой посох. - В этом доме нет никого, кто мог бы напасть на Певерелла, поскольку Блэки и Певереллы - союзные роды с пятнадцатого века. Именно на этом союзе и стоит дружба Блэков и Поттеров, малыш. Кричер! Принеси сюда столик и стулья, и подай кофе и печенье. Я хотела бы услышать твою историю, Гарольд. - Прошу прощения, леди Вальбурга, - сказал я. - Можете называть меня Гарри? Мне так будет привычнее. - Вот оно! - опомнилась Белла. - Ты - Гарри Поттер! - Да, мэм, - поклонился я. - Ты убил Лорда, - сжала кулачки Белла, наступая на меня. - Мне было полтора года, мэм! - вскрикнул я. - И не забудьте, что перед этим он убил моих родителей. Даже по кодексу чести я прав в том , что убил Воландеморта! - Сядь, Белла! - голос леди Вальбурги по прочности мог поспорить с булатом. Белла рухнула на подставленный Кричером стул, тяжело дыша и с ненавистью глядя на меня. - Расскажи нам свою историю, Гарри, - мягко попросила мать Сириуса. - Нужно понять, как получилось так, что даже члены нашей семьи оказались по разные стороны баррикад. Для этого нужно выслушать всех, и вычислить, кто стоит за всем этим. И я начал рассказывать. Весь мой рассказ длился пару часов, и за это время Белла не проронила ни слова, и только выражение её лица, меняющееся по ходу моего рассказа, свидетельствовало о работе мысли в её черноволосой голове. Где-то внутри я понимал, что этим двум дамам нужно рассказать всё, и потому говорил и говорил, вываливая на них ворох подробностей о своей жизни. Наконец я выдохся. Сказав напоследок, что Хогвартс охраняют дементоры, присланные Министром для того, чтобы остановить Беллатрикс Лестрейндж, поведал также о том, как я, пользуясь полученной эмансипацией и своим положением хозяина Хогвартса, совершенно официально, несмотря на упорное сопротивление Дамблдора, выбрался в Лондон, чтобы побывать дома, у Сириуса и в Гринготтсе. - И теперь времени у меня осталось только на то, чтобы посетить своего наставника Урхота, который даёт мне различные задания, - посетовал я. - Но всё равно, я рад, что смог хотя бы кому-то рассказать всю свою жизнь. - Ну что же, милая Белла, - заговорила леди Блэк. - Ты всё поняла? - Я... я так и не могу поверить... - хрипло сказала Белла. - Но зачем Лорд мне... лгал? - А... откуда Вы знаете Воландеморта ? - задал я наивный вопрос, и вдруг меня осенила догадка. - Вы - Беллатрикс Лестрейндж! ***** Небо хмурилось и грозило затяжными осенними дождями. Холодный ветер продувал Риджентс-Сквер насквозь, потому что деревья, обрамлявшие его, давно уже уронили свою листву, приготовившись к близкой зиме. Ветер проносился сквозь сквер, не теряя своей силы и обрушивался на пешеходов, заставляя их кутаться в тёплую одежду. Иногда он приносил с собой редкие пока капли, и люди невольно прибавляли шаг, стараясь укрыться от будущего дождя. Но дождь всё не приходил, просто неверная лондонская погода играла свою, неведомую никому, кроме Создателя Всего, композицию... Сириус шёл сквозь Риджентс-Сквер широкими шагами человека, дела которого требуют спешить, но в меру. С утра день странным образом не задался. Вначале, утром, старый Кричер подал чуть тёплый кофе, потом оказалось, что стряпчие в магловском банке не подготовили некие документы, необходимые для продажи дома, принадлежавшего ранее дядюшке Альфарду, который позже перешёл по завещанию Сириусу. Дом Сириусу нравился, но очень нужны были деньги, а за него давали ни много ни мало, а три миллиона галлеонов. Район, в котором было здание, считался элитным, в основном потому, что там жили многочисленные аристократы, не столько, впрочем, из магических родов, сколько из магловских, но и это было неплохо - пришлых, скороспелых, тут не было. И вот, продажа дома сорвалась, или почти сорвалась. Кроме того, стыло в груди какое-то предчувствие, ожидание неприятности, которая должна была произойти, и оттого настроение, которое итак было не очень, уходило в глубокий минус. А ещё была Белла... Беллатрикс всегда относилась к нему неплохо, хотя, для вида, постоянно цеплялась. Будучи старше Сириуса на шесть лет, двоюродная сестра поддерживала с ним приятельские отношения, что было само по себе хорошо. Быстрая на слово, мгновенно вскипающая, но быстро отходчивая Белла несколько покровительственно учила его тому, что он в силу своего возраста не мог бы узнать более нигде. Отец, занятый политическими баталиями, уделял ему очень мало времени, мать больше любила младшего, болезненного, с раннего детства, Регулуса, естественно, уделяя основное внимание ему. Так что покровительство старшей из сестёр Блэк было для него полезным. Когда он попал на Гриффиндор, отношение к нему в семье странным образом изменилось. Во взглядах отца явственно проглядывала жалость, глаза матери излучали недовольство. И только Белла, однажды подойдя к нему в Хогвартсе, на перемене, сказала : "Ну и что, Сири, что ты на Гриффиндоре? Ты - Блэк, я - Блэк, что нам делить?" Поэтому их отношения не изменились, несмотря на вражду, захлёстывающую факультеты. Потом кузина закончила Хогвартс, и её как-то быстро выдали замуж. Выдали поспешно, со скандалом, поскольку Белла замуж выходить не хотела, но её родители впервые упёрлись, не желая потакать желаниям любимой старшей дочери, подключив отца Сириуса - Ориона Блэка, который был главой рода Блэк. Никто не знает, о чём он говорил с кузиной, но только та смирилась с судьбой, уготовавшей ей раннее замужество. И до окончания Хогвартса Сириус мало, и в основном, обрывочно, получал некоторые сведения о Белле... В семье об этом говорить не любили. Только однажды дядя Альфард, вспылив во время тяжёлого разговора, обругав Ориона крепко и крайне непристойно, сказал ему в лицо что-то вроде "... откупился ты племянницей, урод старый!", и наверное, впервые в жизни, Сириус увидел беспомощное выражение на лице своего обычно властного и сурового отца. Так что он мог только догадываться, как живётся свободолюбивой Белле замужем. Неприятное удивление посетило его, когда он узнал, что кузина идёт в первых рядах армии Волдеморта, и сражается с невиданной яростью, превосходя многих других Пожирателей упорством и смелостью в бою. Он и сам несколько раз встречался с ней лицом к лицу и палочкой к палочке, но встречи эти не выявили лучшего - они оба были из семейства Блэков, и бились похоже, и опыт имели похожий... Когда он очутился в Азкабане, первые часы он никого не замечал, скованный виной, которую сам же на себя и повесил. Начал что-либо замечать только тогда, когда, на третий день его заключения, в соседнюю камеру вбросили окровавленную, избитую Беллу. ...Стены Азкабана в принципе не давали возможности магичить. Расписанные длинными рунными цепочками, уже давно позабытыми нынешними строителями, каменные мешки почти полностью блокировали магию, не давая узникам воспользоваться силой, которая сопровождала их всю сознательную жизнь, и оттого их заключение было ещё горше, ещё пронзительнее и тяжелее. Совершенно запредельными усилиями Сириус откачивал двоюродную сестру, и его магическое ядро испытывало невероятное напряжение. Но он её вытащил, и последующие десять лет не давал рухнуть в пучину безумия. На людях они были непримиримыми врагами, ругаясь и проклиная друг друга до хрипоты, так что даже охранники приходили послушать их импровизированные концерты, но, когда никто не мог их подслушать, тихо-тихо общались на разные темы, обсуждая, резюмируя, обдумывая вслух, делясь крупицами знаний о магии, жизни и тюрьме. Вот тогда-то Белла и узнала про анимагию, и именно Сириус давал ей первые уроки, и контролировал её первое превращение. Может быть, потому, что их клетушки находились в самом конце ряда камер, прямо рядом с дырой, откуда приходили дементоры, превращение никто не обнаружил, и Белла пробыла в новом для себя облике пару часов. Даже облик сестры был необычным. Узрев в соседней клетке черного феникса, Сириус сел и воззрился на чудо, забыв о дементорах, которые, к слову сказать, хотя и подходили к камере, но совершенно не реагировали на птицу, сидящую на нарах. Так и пошло : когда приходили дементоры, в двух клетках их неизменно встречали чёрный пёс и чёрный же феникс. Дементоры уходили, и кузены возвращали себе прежний облик. В принципе, Белла давно уже могла бы сбежать - пространственные перемещения фениксов можно ограничить, но для этого нужно знать, как. Она могла бы вытащить с собой и Сириуса, но недалеко, поскольку сил для перемещения у неё было всё-таки маловато. А потом Блэка выпустили, доказав, что он не убивал Питера Питтегрю и не предавал Поттеров, и Белла осталась одна. Но она не унывала, громко пела похабные песни, ругалась с другими узниками, кричала, иногда выла, короче, изображала из себя подвинувшуюся рассудком, пока не пришло время, как они и договаривались о подобной ситуации с Сириусом. Однажды утром, при обходе, осматривая камеры заключённых, страж обнаружил её камеру пустой и поднял шум. Но Белла исчезла совершенно незаметно, и никто не мог сказать, как именно она пропала из закрытого помещения. Появившись на свободе, она переместилась на Гриммо, где и нашла Сириуса, который вовсе не собирался сдавать её в ДМП, ведь она была Блэк, так же, как и он... Занятый мыслями о будущем, Сириус Орион Блэк спешил домой, угнетаемый странным тревожным предчувствием, каким-то образом связанным с Гарри, и, как ни странно, с Беллой. ***** - ... Так что я никогда не была свободной, - услышал он голос кузины, отворив дверь в прихожую. - Меня всегда ограничивали дома, а потом ограничивал муж, которого я ненавидела, поэтому именно Лорд дал мне возможность быть кем-то большим, нежели просто домохозяйкой или инкубатором для рождения наследников дома Лестрейндж. Потому я служила ему не за страх, а за совесть. Его приказы были для меня всегда в приоритете, были знаком высшего доверия, я и думать не могла, что меня где-то обманывают. Я была уверена, что он-то и есть Лорд Слизерин. Но ты... - Я учусь с младшим Лонгботомом, - сказал странно знакомый Сириусу голос, и он, к своему ужасу, понял : его крестник обнаружил Беллу в его отсутствие! - Так вот, я слышал от него, что именно ты запытала его родителей, спрашивая, где Воландеморт, хотя он был мёртв ещё за полсуток до того. - Я? Пытала? - взвилась Белла. - Чем пытала? - Я слышал, что "круциатусом", - ответил совершенно не напуганный вспышкой собеседницы Гарри. - Мой "круцио" получался по мощности почти, как у Лорда, - мрачно ответила Беллатрикс. - Представь себе, что я пытала бы кого-нибудь таким образом. Да что Френк, что Алиса, умерли бы через полчаса такой пытки. А может быть, и раньше. Нет, Гарри, я не пытала. Меня просто подставили. К тому времени, когда Лорд был убит, я уже пару месяцев как не вступала в бой. Я... я была беременна. Видишь ли, мой муж, Родольфус - патологический трус и садист. Ещё до замужества он потребовал, чтобы в брачный контракт был вписан пункт о моём безоговорочном подчинении ему, как жены. Любой его приказ должен был быть обязателен к исполнению. И, памятуя о моём буйном нраве, ему пошли навстречу. Сам глава рода Блэк наложил на меня заклятие подчинения, отдав моё тело в рабство этому гаду. Будь ты проклят, дядя Орион! Ты не смог бы даже представить, через что я прошла! С другой стороны, согласно контракту, Родольфус не мог наносить моему телу серьёзные повреждения, да, но разве обязательно пытать тело, чтобы болела душа? Однажды он привёл меня к Лорду, наверное, чтобы похвастаться женой из древнего рода. Но Лорд, отстранив его, стал разговаривать со мной уважительно, и постепенно понял суть моей проблемы. Тогда он подозвал Родольфуса и заставил его дать ему клятву о том, что, кроме супружеских обязанностей, Руди не будет заставлять меня делать что-либо, что противоречит моим пониманиям брачных уз. Совсем отменить условия брачного контракта Лорд не мог, но и в этом прочтении была свобода, которой мне так долго не хватало. Каждый раз, когда Родольфус отдавал неподобающие приказы, он испытывал сильную боль, и конечно же, понял, что потерял любимую игрушку... Так что он всегда особо зверствовал в рейдах, в которых участвовал. А я стала Пожирательницей Смерти. Тогда, помнится, с какой-то безумной радостью я согласилась с предложением Лорда. Конечно же, ведь он стал тем, кто вернул мне свободу! Я и не могла ответить ему чем-то меньшим. А Руди... он стал часто требовать исполнения супружеского долга, под предлогом желательного рождения наследника рода Лестрейндж, поскольку его старший брат Рабастан был к тому времени уже бесплоден. И вот, так случилось, что за два месяца до смерти Лорда я узнала, что забеременела. После этого Лорд запретил мне ввязываться в бои. Его приказ звучал так : "Сидишь дома. Беременные воевать не должны." Руди был счастлив, ещё бы, теперь он может рассказывать мне, что он свободен, а я - нет. Эта четвёрка - Руди, Рабастан, Барти Крауч и Уолден Макнейр, носилась по всей Британии, пытая и убивая тех, на кого указывал Лорд. Они буквально упивались насилием. Думаю, что вместо меня к Лонгботтомам пришёл Макнейр под обороткой. Во всяком случае, авроры арестовали меня, когда я выходила из дома, где и просидела до этого, никуда не выходя, неделю. Они приволокли меня в аврорат, предъявили обвинение, и, когда я "не созналась в содеянном", стали жестоко избивать. От побоев у меня произошёл выкидыш, но мне никто не оказал медицинской помощи, так что теперь я не могу иметь детей... И, Гарри, я не стала бы пытать Лонгботтомов. Они наши дальние родственники, и, кроме того, Алиса, жена Френка, происходит из рода Мёрдок, союзного Блэкам. И я, и Меда, и, в особенности, Нарцисса, хорошо знали её. Нарси, вообще-то, училась вместе с ней на одном курсе, и они дружили, хотя Алиса училась на Хаффлпаффе. Третьей их подругой была Лили - твоя мама, Гарри. Но, к сожалению, я не могу доказать, что не участвовала в пытках, применённых к Лонгботтомам... а потому я просто сбежала из Азкабана. Надо сказать, мне очень помог Сириус, без которого я, скорее всего, просто сломалась бы и сошла с ума. Вот, теперь ты знаешь всё... Что будешь делать, братик? - Почему "братик"? - спросил удивлённо Гарри. - Дорея Юфимия Поттер, жена Карлуса, в девичестве Блэк, была сестрой Арктуруса Блэка, отца моего дяди - Ориона, - пояснила Белла. - Поэтому Джейми, твой отец, хоть и был моложе меня, всегда демострировал мне своё родственное превосходство. За это я его терпеть не могла, но что было делать? Так вот : Сириусу, и нам троим, он приходился дядей. Ну, а ты, соответственно - наш (мой и Сири) троюродный брат... - Верно, - вступил в разговор, не в силах более скрываться, Сириус. - В основном поэтому, а не в силу нашей дружбы, Джеймс и просил меня стать твоим крёстным, и я согласился. Лили тоже была не против. - Сири! И давно ты тут стоишь? - удивилась Беллатрикс. - С того момента, когда ты начала рассказывать Гарри про свою жизнь, - усмехнулся тот. - Ну, я ничего не потерял, знаешь ли. Наоборот, несколько деталей встали на свои места, так что сегодня я больше понимаю, что именно тогда произошло. Кому-то, я думаю, необходимо было заполучить наше родовое гнездо, так сказать... и он (или они) решил устроить так, чтобы никто из старшего, дееспособного поколения не остался на свободе, либо был бы поражён в правах. Смотри : отец к моменту нашего с тобой заключения уже умер, так? Осталась мама, которая не могла наследовать за отцом место главы, поскольку оно переходит лишь к потомкам мужского пола. Я - поражён в правах, сижу в Азкабане. Нарцисса стала леди Малфой, и не имеет отношения к Блэкам в силу своего замужества, поскольку перешла в род Малфой. Меда выжжена с гобелена, поэтому она уже просто Тонкс, не так ли? Её дочь не может наследовать. Ты - вместе со мной в Азкабане, детей мужского пола у тебя нет. Рег к тому времени уже пропал, как ты помнишь. Кто остаётся? Сын Нарциссы наследовать не может, пока жив наследующий мне... кто? ***** И, после этих слов, они оба повернулись ко мне. Со стены молча, но с некоторым одобрением, на происходящее взирала Леди Вальбурга. Кузены переглянулись, и Белла задала вопрос. - Гарри, кто был твоим опекуном, пока законный опекун, Сириус, сидел в тюрьме? - Директор Дамблдор, - ответил я. - Опять Дамблдор, - сказала Белла. - Видишь, Сири? А вы ему доверяли свои жизни и судьбы. Что ж, размах действа в его стиле. И куда не кинь взгляд, везде торчит его седая борода. - Ну, твой лорд тоже постарался, - буркнул Сириус. - Да никакой он не лорд, - сказал я. - И к тому же не чистокровный, а вовсе даже полукровка. Сын магла и волшебницы из рода Гонт. - Не верю! Врёшь! - взорвалась Белла, размахивая руками и подступая ко мне. - Постой, сестрёнка, - заговорил Сириус и обратился ко мне. - Гарри, такие слова требуют доказательств. - Лорд Воландеморт - просто анаграмма его истинного имени, - начал я. - Которое звучит так : "Том Марволо Реддл". - Откуда ты это знаешь? - тут же спросил Сириус. - Не похоже, что это всем вокруг известно... - Он сам мне сказал, - развёл руками я. - Не далее, чем весной этого года. У тебя есть Омут памяти? - Кричер! - рявкнула Белла. - Неси сюда Омут! Будем выводить на чистую воду одного маленького завравшегося мальчика... - Я бы не спешил с подобными обвинениями, - сказал я. - Ты уже один раз ошиблась, когда предположила, что я не могу быть лордом Слизерином. - В этот раз не ошибусь, - гордо вздёрнула нос кузина. - Откуда ты знаешь про Омут памяти? - заинтересовался крёстный. - Гоблины рассказали и показали в действии, - пожал плечами я. Кричер принёс думосбор, я вытянул нужные воспоминания, в том числе, и о бое с василиском, и опустил их в артефакт. - Предупреждаю, - я повернулся к Блэкам. - Некоторые моменты довольно страшные, так что заранее прошу меня извинить. - Ничего, малыш, - фыркнула кузина. - Я видела много страшных вещей, и ещё одной меня особо не напугаешь! Однако через полчаса просмотра оба Блэка вынырнули из думосбора несколько пристыженными. Поглядели друг на друга, и вновь нырнули в артефакт. По возвращении они вовсе старались не смотреть мне в глаза. - Ну что? - прервал я затянувшееся молчание. - Пару раз я чуть было не обделался, - честно ответил Сириус. - А я... - Белла чуть покраснела, но всё же сказала правду. - Я, кажется, всё же немного обмочилась. Пойду, приведу себя в порядок. - М-да, - не зная, что ещё сказать, высказался Сириус. - Жуть, какая большая змеюка... Кстати, ты был прав насчёт Воландеморта, Гарри. Он действительно назвал тебе своё настоящее имя, так что Белла в дальнейшем будет слушать тебя более внимательно. Ну, сам понимаешь, до следующего раза, когда ей зайдёт шлея под хвост. - Ну, и что мне теперь делать? - спросила через полчаса грустная Белла. - Я ведь присягнула ему, приняла метку и стала Пожирательницей. Помню, как улыбался Яксли, когда это произошло. Наверное, знал что-то о... ну, о Во... а, чёрт! Короче, вы поняли. - Может, Воландеморт специально отнёсся к тебе хорошо, чтобы заполучить возможность влиять на дом Блэк? - спросил я. - Как? - пронзительно посмотрела на меня Белла. - Я вышла замуж, ушла в другой род, приняла фамилию мужа, всё - я отрезанный ломоть. Я уже не могу унаследовать что-либо, относящееся к Блэкам. Таков закон рода... - А если ты вернёшься в род? - не отставал я. - Твой муж не должен был допускать, чтобы твоё тело получало какие-либо повреждения, так? Поскольку он допустил, чтобы ты стала Пожирательницей, а после попала в тюрьму, где тебе нанесли повреждения, и он не помог их избежать, то виновен (согласно брачному контракту), и ты можешь с ним развестись. Может быть, и в род вернуться сможешь. Надо проконтролировать всё это у гоблинов, они будут рады потоптаться по Лестрейнджам. - Да ты тот ещё крючкотвор! - выпучился на меня Сириус. - А что, это мысль! Давай попробуем, сестрёнка, что мы теряем? - Но прежде я заберу из своего сейфа всё, что там есть! - ощерилась Беллатрикс. - Как компенсацию за прожитые с бывшим мужем годы. Кроме того, там находится чаша, которую мне дал на сохранение лично Лорд... и что-то подсказывает мне, что это не просто ценная вещь. Если это то, о чём я думаю, то твои слова, Гарри, получают дополнительный вес в моих глазах. Итак, в Гринготтс? ***** - Сожалею, мистер Блэк, - говорил часом позднее Грипхрук ошеломлённому Сириусу. - Признавая несомненное право на развод для миссис Лестрейндж, не могу не сказать вам обоим о том, что в род Блэк вернуться она не может, поскольку в роду нет главы. То есть, её просто некому принять в род. - А я? - удивлённо сказал Сириус. - А Вы, мистер Блэк, - качнул головой Грипхрук. - Не являетесь главой рода, поскольку не приняли кольцо главы, и не дали клятву роду. Если Вы выполните эти условия, то сможете принять миссис Лестрейндж обратно в род Блэк, поскольку станете главой рода. Но знаете ли, это не решит её проблем перед законом. - Как так? - удивился я. - Допрос под веритасерумом, и всё... - Не всё так просто, - покачал головой гоблин. - Скажи мне, Гарри, как много авроров, услышав о Беллатрикс Блэк, захотят довести её до суда, не убив на месте? Ведь она виновна в гибели многих из них. - Но, - я опустил голову. - Что же делать? - Тут только ты, Гарри, можешь ей помочь, - пожал плечами мой поверенный. - Прими её в один из своих родов, и, перед законом, Белла... скажем, Певерелл... будет чиста, поскольку Белла Певерелл - не Беллатрикс Блэк, и, тем более, не Лестрейндж. Оба Блэка повернулись ко мне. - Ты действительно мог бы это сделать, - проговорил Сириус. - Не в род Певерелл, - сказал я, чувствуя, что это будет неправильно. - Не в род Поттер... и не в род Слизерин. Грипхрук, пусть нам принесут кольцо рода Мракс. Этот род, - пояснил я Блэку, который удивлённо поглядел на меня. - Младший по отношению к Слизеринам, у него нет главы, поэтому принять в него может глава Старшего рода. Я могу попросить Магию изменить жизнь Беллы, позволив принять её в этот род. В свою очередь, род Мракс является Старшим по отношению к роду Гонт, поэтому Воландеморт не сможет отдавать Вам, Белла, никаких приказов, иначе сама Магия накажет его. - Ты... - аж задохнулась Белла. - Маленький хитрый... - Чудесно! - сказал Грипхрук, не желая выслушивать её дальше. - Сейчас нам принесут кольцо Мраксов, и Вы, Беллатрикс, после процедуры развода, наденете его на палец, переходя в вассальное подчинение главе рода Слизерин. Таким образом, вассалитет, принятый Вами ранее, аннулируется, и Вы становитесь свободной от него. Вы... согласны? - Да, - хрипло проговорила Беллатрикс. Через полчаса, после процедуры развода с Родольфусом Лестрейнджем, проведённой и заверенной в Гринготтсе, получив в качестве отступного, имущество, находящееся в её хранилище, Белла стала свободна, и держа на ладони кольцо Мраксов, напряжённо слушала, как я взываю к Магии. - Вот, мы призываем тебя, Магия, чтобы возродить угасший было младший род, - говорил я, стоя в рунном круге. Кровь из разрезанной ладони медленно стекала в начерченную в его центре фигуру. - Призываем, желая, чтобы ничто из наследия, доверенного нам, не пропало, но было усилено, обогащено стараниями нашими. Вот, есть та, что жаждет трудиться для возвышения рода, славы его и силы его в этом мире. Прими же её, чтобы угасающее не угасло, чтобы слабое стало сильным, одинокое умножилось. Да будет так! И так будет, если ты соблаговолишь. Грипхрук молча показал Белле на место рядом со мной, и она, слегка побледнев, тем не менее, решительно зашагала туда, куда он указал. Дошла, и, глядя мне в глаза, решительно взяла кольцо... и не менее решительно его надела на указательный палец левой руки. Яркая вспышка осветила Церемониальный зал Гринготтса, и, когда свечение спустя пару минут угасло, мы все увидели... Высокая, красивая, изящно сложенная девушка лет двадцати - двадцати трёх смущённо наматывала иссиня-чёрный локон вьющихся длинных волос на палец. Глядя на меня глазами тёмно-изумрудного цвета, она молчала, ожидая, что же мы, наконец, скажем. - Белла? - спросил Сириус. - Сири, - откликнулась чуть хрипловатым, очень красивым контральто, девушка. - Так-так, - Грипхрук, казалось, был единственным, кто не потерял нить происходящего. - Уважаемая Беллатрикс Друэлла Мракс, с этих пор Вы - единственная чистокровная представительница рода, и временно, до рождения и совершеннолетия Наследника, являетесь его главой. Место в Визенгамоте... как и в случае с Гарри, родовой мэнор, хранилище рода Мракс - всё это теперь Ваше, по воле Магии. Конечно, мы можем... временно представлять Вас в Визенгамоте, как Ваши юридические консультанты, если вы этого желаете. - М-да, - ответила Белла. - Желаю. Естественно, временно. Скажем, на пару лет. - О, конечно, - оскалился гоблин. Значит, за эти пару лет они сумеют добыть ещё немало золота, представляя меня, пока я учусь, и Беллу, пока она привыкает к миру вокруг неё. Но... это не моё дело. В конечном итоге, гоблины, зная, КТО стоит за моей спиной, не сделают ничего, что могло бы повредить мне и тем родам, которые я, по воле Судьбы и Магии, возглавляю. - Да, кстати, - продолжил Грипхрук. - Я бы посоветовал Вам, Беллатрикс, найти работу, хотя Вы, безусловно, богаты. О Вашем состоянии расскажет Вам поверенный Вашего рода, который ожидает в соседнем помещении, а я, с Вашего позволения, займусь мистером Блэком. Гарри, тебя уже ожидает твой наставник. - Да-да, - отмер, наконец, я. - Белла, насчёт работы, если ты надумаешь... - ? - подняла на меня взляд девушка. - У нас в школе, в Хогвартсе, - заторопился я, зная, что Урхот не любит, когда я опаздываю, - Есть такой предмет - ЗОТИ. Сейчас его ведёт оборотень. - Что? - удивлённо вскрикнули все, в том числе и Грипхрук. - Оборотень среди детей? - Ну да, - сказал я. - Ремус Люпин. Ты его знаешь, Сириус. - Знаю, - медленно отходя от шока, сказал крёстный. - Так вот, - продолжил я. - Он - человек Дамблдора... Но, если ты, Белла, сможешь его заменить на этом посту, то это будет здорово. - Я подумаю, - улыбнувшись, сказала Белла, прекрасно понимая всё недосказанное. - А теперь... Вам, вроде бы, пора, не так ли, глава? "Нет, её характер не изменился точно." - подумал я, уходя.