Broke me.

Яркие лучи солнца настойчиво светили прямо сквозь закрытые веки. Сладко потянувшись, я пытаюсь повернуться, но натыкаюсь на тёплое тело рядом. — Давай ещё полежим, — сонно бормочет Луис, притягивая меня на свою грудь. — У меня пол парика отлетело, надо поправить, — таким же хриплым голосом отвечаю я, все же открывая глаза. — Не приду же я к твоим родителям с волосами, болтающимися в ногах. — Да плевать на них, — темноволосый мягко целует меня в нос и мило щурится. — И на парик и на родителей. — Нет, так не пойдёт, — я пытаюсь привстать, но крепкие руки не дают мне пошевелиться. — Лу, мне нужно собираться. — Мне и так очень нравится. Я расслабляюсь и счастливо улыбаюсь. Прошедшая ночь румянцем отпечаталась на моих щеках, отдаваясь лёгкой болью внизу живота. Но я не жалею об этом. Эти ощущения не сравнить ни с чем. Я даже не представляю, как то же, что делал Луис вчера, творил кто-то другой. — Как ты? — парень ласково проводит рукой по моей щеке, заставляя поднять голову и посмотреть прямо в его сонные глаза. — В полном порядке и даже лучше, — я неторопливо приближаюсь к его губам, но тут же громко чихаю, вызывая весёлый смех соседа. — Решила по-другому слюнями поделиться? — хохочет он, сжимая меня в объятьях словно плюшевого мишку. — Ты меня заплевала. — Радуйся хоть этому, — я слегка провожу ногтем по оголенной груди и с улыбкой наблюдаю мурашки в тех местах, где его касались мои пальцы. — Во сколько пикник? — Не раньше двух, они у меня занятые, — неожиданно Лу ухмыляется и одним движением подминает меня под себя, опираясь лишь на локти. — Эмма и Рейчел приедут примерно через час. — Опять? — недовольно протянула я, смотря снизу-вверх на невероятно довольное лицо парня. — Да они меня прикончат. — Я прослежу, чтобы все было хорошо, — дреды касаются моей шеи и я мягко убираю их за ухо Лу. Склонившись ещё ниже, теплые губы Луиса находят мои и мягко, совсем не как вчера, целуют. Я сжимаю плечи темноволосого и томно выдыхаю, раскрывая рот для ещё более глубокого поцелуя. — Что ты со мной делаешь? — хрипло спросил парень, лаская моё обнажённое бедро. — У меня точно такой же вопрос. Тёплые пальцы скользят ниже по животу, заставляя меня выгнуться дугой от предвкушения. Не сдержавшись, я обвиваю ногами талию парня и болезненно шиплю. Мимолетный, но острый укол неприятных ощущений тут же убрал все возбуждение на нет. — Прости, я забыл, — в глазах темноволосого отражается плохо скрытое волнение. — Может никуда не поедем сегодня? — Я просто выпью таблетку, — я выбираюсь из-под тела Луиса и заматываюсь в простынь. После вчерашнего… Кхм, разговора я настолько устала, что у меня даже не хватило сил одеться. — Тем более я обещала Наоми. Кажется я ей понравилась. — Ты всем нравишься, — Луис встаёт вслед за мной и внимательно следит за моими медленными шагами. — Даже в одежде парня. — Вы только что намекнули на свою гомосексуальность, мистер Сулейман? — я тихо хихикаю и слишком резко поворачиваюсь, вызывая новую боль внизу живота. — Слушай, ты же целовал меня, когда ещё не знал о моей личности. Ты латентный гей? — Я тебя сейчас просто отшлепаю, мисс Эверетт или Марш, как тебя там, — парень пытается зайти вместе со мной в ванную, но я, хитро улыбнувшись, закрываю дверь прямо перед его носом. — Ой, да что я там не видел? — Было темно, так что ничего! — смеясь, восклицаю я и забираюсь в душевую кабинку. — На такие случаи буду брать с собой фонарик. Тёплая вода немного притупила неприятные ощущения и я расслаблено выдохнула. Кто бы мог подумать. Я только что шутила, смеялась, целовалась, черт возьми, с парнем, которого терпеть не могла. С парнем, который пытался побить меня, унижал, всячески делал подлости, но… Кажется вся моя ненависть обратилась в другое, светлое чувство. Я даже не могу воспроизвести в голове тот ледяной взгляд глаз, что сейчас смотрят на меня с добротой и… Нежностью? Кто мы теперь друг для друга? Да, мы переспали, да, он стал моим первым мужчиной, но ощущает ли Луис то, что кипит в моей душе? А если для него это лишь очередная игра? Я наслышана о его похождениях в женской школе, даже знаю, что он спал почти с каждой девушкой оттуда, но почему-то моё внутреннее «Я» считает, что это было не просто так, не только для удовлетворения потребностей или для галочки. Слишком много эмоций и чувств было между нами в эту ночь. Или только я так в этом уверена? Я не могу спросить об этом напрямую. Мы же просто играли пару, еще и для корыстных целей. Может я просто так сильно хотела верить в то, что я что-то значу для Лу и напридумывала себе черт знает чего? — Ты там утопилась, что ли? — темноволосый стучит в дверь и настороженно прислушивается. — Клем? — Я просто моюсь, извращенец, — оглушительно чихнув, я открываю дверцы кабинки и уже собираюсь выходить, как нога скользит по мокрой поверхности. — Твою мать! Испуганно цепляясь за все, что только есть, я лечу вниз и с силой ударяюсь об кафельный пол коленями и локтями. Боль смешалась и я тоненько взвизгнула, еле сдерживая слезы. Не успела я даже подумать, как дверь слетела с петель и Луис метнулся ко мне. — Тебя вообще нельзя одну никуда пускать, да?! — парень помогает мне аккуратно сесть и видит на полу два кровавых отпечатка от разбитых коленей. — Очень больно? — А ты как думаешь?! — я замечаю раны и тут же отворачиваюсь. Я могу спокойно смотреть на переломы, огромные гематомы и страшные порезы, но почему-то такие маленькие ссадины доводят меня чуть ли не до шока. Лу, склонившись над моими коленями, сложил губы трубочкой и подул на свежие увечья, приуменьшая неприятные ощущения. Я облегчённо шиплю, но все равно даже не смотрю на собственные колени. — Ты даже в ванной умудряешься пораниться, — темноволосый закутывает меня в полотенце и несёт в комнату. — Я хоть неуклюжая, но живучая, — я прихожу в себя и начинаю чувствовать смущение. Черт, вот теперь он точно все увидел. Никакой интриги. — Меня даже дерево не убило, а тут какой-то душ. — И для чего тебе нужно было лезть на это дерево? — Лу обрабатывает ссадины и вытирает кровь. — Там застрял бейсбольный мяч, а Хави слишком тяжёлый, чтобы карабкаться, — спокойно произношу я и карие глаза Луиса тут же поднимаются на моё лицо. — Правда он меня поймал, но это неважно. Главное, что я себе ничего не сломала. — Хави значит, да? — темноволосый как-то странно хмурится и слишком сильно сжимает пальцы на моей лодыжке. — А как давно он знает о тебе? — Лу, мне больно, — выдавила я, притягивая парня рядом с собой на кровать. — Это было где-то на первой неделе моей учёбы в школе. Марлон начал снова лезть ко мне и я убежала к спортивному комплексу. Тогда мы с Хавьером долго не разговаривали, но он неожиданно появился рядом и мы решили забежать в школу через бассейн. Ну, а там я оступилась, упала в воду, повязка ослабла и когда мы пришли в один из классов, то он… — я замолчала, не решаясь сказать про то, как Гарсия стянул с меня бинт и настойчиво пытался удостовериться в том, что у меня есть грудь. — Он? — губы Лу сжались в тонкую линию. — Что он сделал, Клем? — Просто увидел, что у меня есть грудь и все, — ага, а потом я не могла надеть повязку, сняла с себя кофту, Хавьер начал пытаться меня совратить и из-за Марлона и его дружков мне пришлось прижиматься явно не мужской частью тела к тогда ещё моему соседу. — Ты в который раз мне не доверяешь, — голос парня стал немного обиженным. — Просто ты можешь пойти и побить его, а мне так надоели ваши потасовки, — выпалила я и тут же закрыла рот ладонями. — Значит было то, за что я могу начистить ему рожу? Наш странный разговор прервал звонок в дверь. Не дождавшись, пока им откроют, девушки вломились в квартиру и застали странную сцену. Я, сидящая в мокром полотенце, и Луис, что колдовал над моими разбитыми коленями. — Мы не вовремя? — вышла вперед Эмма, ставя рядом большой железный чемодан. — Хотя плевать, убирай свои шаловливые ручки от Клем, она нам нужна. — Мы ещё договорим, — красноречиво бросил Лу, когда меня взяли под руки и вновь отвели в ванную, где я чуть не расшиблась несколько минут назад. — Ну, сегодня работы поменьше будет, — подруга моего соседа придирчиво осмотрела меня со всех сторон и задержала взгляд на коленях. — Черт, придётся как-то закрывать раны, а то смотрятся они совсем не эстетично. — Делайте, что хотите, — уже безразлично ответила я и прикрыла глаза. Эмма вновь запорхала вокруг меня, что-то причитая себе под нос и иногда переговариваясь с Рейчел. Меня опять запихнули под душ, даже не слушая аргументы, что я была там совсем недавно, обмазали противно пахнущими гелями и бальзамами и, так же слушая моё шипение, стянули с головы парик. — Между вами что-то изменилось, — негромко сказала Эмма, когда её знакомая вышла из ванной. — Я права? — Я не знаю, — честно ответила я, даже не открывая глаза. — Всё как обычно странно. — Да нет, в Лу все осталось так же, как и вчера, только глаза светятся, как фары, а вот в твоём взгляде что-то переменилось, — неожиданно девушка склонилась ближе к моему уху и прошептала максимально тихо: — Признавайся, трахались? — Откуда ты?! — воскликнула я, невольно краснея. У меня на лбу что ли написано? — Просто предположила, — шатенка почти безразлично пожала плечами и вынудила меня сесть на дно душевой кабинки. — И как? — Да я… Стой, я не буду обсуждать с тобой свой первый секс, — я выставила вперёд палец и девушка тут же схватила его, осматриваю вроде бы целый маникюр. — Первый?! Ну ты даёшь, — Эмма ухмыльнулась и задержала взгляд на покрытом какой-то слизи телом. — Хотя, да, Луису ты дала. С такими формами и первый раз. Тебе же семнадцать? — я коротко кивнула и покраснела. — Молодец, я продержалась до пятнадцати. — О чем болтаете? — в ванную заглянул Лу, словно чувствуя, что мы обсуждаем его персону. — О погоде, — спокойно ответила Эм и бросила на него лукавый взгляд. — Солнце светит, птички поют, даже не сказать, что вчера был такой ливень. Я вспомнила, как горячие губы парня слизывали с моих плеч капли влаги и смущённо кашлянула. Мда, у кого-то дождь ассоциируется с романтикой, а у меня с обнажённым Луисом, которого я почти детально рассмотрела в бледном свете луны. — Я вообще-то голая, — подала я голос, когда темноволосый начал подходить все ближе. Он уже собирался открыть рот, но я кинула в него какую-то баночку. — И давай без «Что я там не видел», ясно? — Молчу, молчу, — пухлые губы разъехались в улыбке, от которой моё сердце забилось в несколько раз сильнее, — белка. Белка — суицидник. В этот раз наши сборы заняли полтора часа. Теперь на моих волосах вновь был парик, в этот раз с идеально прямыми волосами, а на лице красовался естественный макияж, который был почти не заметен, разве что глаза стали немного выразительнее, а скулы острее. — Так как ты у нас космонавт, — взгляд Рейчел упал на мои колени, — то выбора немного. Либо это, — она подняла в одной руке вешалку с чёрной легкой юбкой почти в пол в комплекте с белым топом, открывающим ключицы и плечи*. — Или лучше такой? — теперь она выдвинула вперёд какие-то широкие, сделанные под классику, чёрные штаны и серую майку на толстых лямках. — Предлагаю мешок, — Луис, видимо не оценив предложенное, подпер голову кулаком и с видом ценителя начал разглагольствовать. — На тебя же пялиться будут. — Зачем на пикник так выряжаться? — я оглядела оба наряда и пожала плечами. — Там же природа, все дела. Неожиданно все трое посмотрели на меня, как на умалишенную, и засмеялись. — «Пикник» — это другое название слова прием, когда чёртова туча бомонда соберётся возле живописного озера и будет хвастаться деньгами, — пояснила мне Эмма и взяла в руки первый комплект. — Это не ужин, где вы поели и поболтали, там придётся строить из себя светскую львицу и разговаривать о таких скучных вещах, как политика, всякие проблемы, компании. — А-а-а, — недовольно протянула я, косясь почти на свистящего Лу. — Ещё можно отказаться? — Да ладно тебе, — парень приобнимает меня за плечи и звонко целует в щеку. — Я же буду рядом. Можешь просто строить из себя немую, а я буду говорить. — Да пошёл ты… Я выбрала длинную юбку и топ, как самый удачный вариант. Облачившись, я посмотрела в зеркало и довольно улыбнулась. Вот сейчас я больше похожа на Клем, чем вчера. Меньше макияжа, никакой замудренной причёски, просто красивый наряд и довольная я. — Но каблуки обязательны, — Рейчел запихнула мои ноги в чёрные босоножки и улыбнулась. — Ну все, ты готова покорять сердца, и не только мужские. — А вот и нет, — внезапно Лу, высунув язык, притягивает меня к себе и будто скрывает от чужих глаз. — Вообще-то это моё. И не скажешь, что мы просто играем пару. Засмеявшись, я выбираюсь из объятий и смотрю на часы. Ну все, пора. Попрощавшись с девушками, что сделали из меня примерную красавицу, я села в машину и грустно улыбнулась. Хоть мне и спокойнее в школе, в мужской одежде, но я, признаться, соскучилась по своей женской стороне. Мне хочется говорить в роде, данном мне природой, не бояться, что сейчас повязка развяжется и на всеобщее обозрение покажется грудь. Просто хочу быть собой, не притворяться. — Просто будь рядом со мной и мило улыбайся, — оставлял последние напутствия Луис, когда мы остановились возле красивого ресторана на берегу озера. — И… Не разговаривай с парнями, ладно? — А что, ревновать будешь? — усмехнулась я, мысленно содрогаясь от странного взгляда. — Да ладно, я пошутила. Хорошо, буду строить из себя примерную девушку, не переживай. — Из тебя примерная девушка, как из меня швабра. — Тогда ты невероятно хорошая швабра. С твоими то, — я касаюсь убранных в хвост дред и выхожу из автомобиля. Мда, вот это пикник. На берегу расположено невероятное количество столов, ломящихся от еды, а по идеальному газону снуют незнакомые мне люди в слишком вычурных нарядах. На их фоне я кажусь обыкновенной простушкой, что ни разу не была в таком обществе. Хотя, почему кажусь, так и есть. — Просто Клем! — добродушно машет мне Наоми и я улыбаюсь. Эта женщина не похожа на местный бомонд, даже сейчас, среди хмурых людей в дорогих костюмах, она выделяется в обычном серо-голубом платье, хоть оно явно не в обычном магазине куплено. — Я рада, что ты все-таки пришла. — Здравствуйте, — я слегка пожимаю её ладонь, но женщина, недолго думая, обнимает меня. — Как ваши дела? — Вот давай только без «высоких» разговоров, — миссис Сулейман мягко перехватывает мой локоть и в упор смотрит на сына. — Ну, что уставился? Брысь-брысь, мы болтать будем. — Ма-ам, прекрати, — Луис вяло сопротивляется почти танковому напору. — Я обещал Клем не дать ей опозориться. — А если я расскажу ей, что было, когда тебе исполнилось десять? — Наоми хитро ухмыльнулась, до боли напомнив стоящего рядом парня. — Клементина, а ты знаешь, что наш Лу в свой день рождения дро… — Мама! — Ладно-ладно, мастурбировал, — темноволосая невинно хлопает глазами, но я вижу, как в них буквально пляшут чертики. — Решил себе подарок сделать, себе и организму. Мы одновременно заливаемся смехом, да так, что на глазах выступают слезы. Сейчас было плевать, что рядом ходят нафуфыренные незнакомцы, мы просто веселились. — Всё, я ушёл! — парень отпускает мою ладонь и спешно отходит в сторону, пытаясь спрятать слегка покрасневшие уши. — Развлекайтесь, фурии. — Будем, сына, будем, — миссис Сулейман тут же отводит меня к одному из столов и берет в руки бокал чего-то красного. Кажется, это вино. — Итак, Клем, ты вчера не особо рассказывала о себе. — Да мне и нечего, — я выбираю из ряда алкоголя хрустальный стакан сока. О, не прогадала, мой любимый — апельсиновый. — Я обычная девушка и этим все, в принципе, сказано. Живу, учусь, пытаюсь не разбить лицо рукой. — Ты же из обычной семьи, да? — похоже женщина заметила, что я не особо хорошо ощущаю себя в излишне богатом обществе. И правда, эти люди давят на меня своим пафосом. Выставляя напоказ все свои брюлики и ключи от дорогих машин, они кажутся слишком… Искусственными, что ли? — Расскажи о своих родителях. Прикусив губу, я отвела взгляд в сторону и остановила его на отблесках на воде. Эта тема была для меня запретной, до недавнего времени. Я не особо распространялась, что воспитывалась в приюте, об этом знали лишь близкие друзья, как Вай, или такие же, как я, брошенные. Не то, чтобы я считала это чем-то постыдным, но слушать чужие сочувствующие слова было выше моих сил. — Ну… Мой папа преподаватель истории, а мама… — я замолчала, с силой сжав стакан в руке. Я удивлена, что он не раскрошился в моих пальцах. — Я её даже не знаю. — Оу… Прости, — Наоми ободряюще улыбнулась и я не могла на приподнять уголки губ в ответ. — Учитель, да? Интересная профессия. Я тоже была учителем, пока не встретила Мэттью, — а она ловко перевела тему, увидев, что я не особо настроена говорить. — Правда преподавала я всего несколько месяцев, но мне понравилось. Я, кстати, по образованию преподаватель психологии. — Вам можно плакаться в жилетку? — я усмехнулась, медленно обретая душевное равновесие. — Буду иметь на примете. — Для своих даже сеансы бесплатные, — её карие глаза сузились от веселья. — Ну, почти. Отплатишь мне внуками. — Что? — я заалела, вновь погрузившись в воспоминания о вчерашнем. В моих жизненных планах нет детей. Есть окончание школы, поступление в институт, работа, но детей — нет. Я насмотрелась на тех побитых судьбой ребят, что не принимали собственные родители и твёрдо решила, что не хочу. Я хочу жить, не оставляя после себя ничего. Просто быть, не думать о будущем, заботиться лишь о себе. Да, эгоистично, но мысли о счастливой семье вызывают у меня тошноту. — Ещё рано… — Да ладно тебе, — мама Лу совсем по-дружески пихнула меня в плечо, — я не тороплю. Хотя… Продолжить смущающую тему ей не даёт высокий парень в официальном чёрном костюме и… Красной вязаной шапкой на голове? Он серьёзно? Когда-то я знала человека, который вечно ходил в такой же шапочке, но это было давно, да и я тогда была ещё в приюте. — Миссис Сулейман, вы как всегда похожи на цветущую майскую розу, — произносит незнакомец и тут я понимаю, что не такой он и незнакомец. — А что это за прекрасная леди рядом с вами, неужто… Клемстер? — Не называй меня так, Гей, ой, то есть Гейб, — я насмешливо фыркаю и уже после понимаю, что парень заковывает меня в медвежьи объятья. — Какими судьбами? — Да я с родителями приехал, — Габриэль улыбается и слегка скашивает глаза на ничего не понимающую Наоми. — А ты-то как оказалась в этом клопов… Прекрасном месте? — Мы вообще-то разговаривали, — слегка надувает губы женщина, но было видно, что она еле сдерживает смех. — А Клем моя невестка, вот. — Да ну! — Гейб, совершенно по-мальчишески, а не как полагается статному человеку, цокает и хлопает в ладони. — Удивляешь все больше и больше, Клемстер. И кто такой самоубийца? — У меня как бы только один сын, — неожиданно на лице миссис Сулейман появляется коварная улыбка и она медленно пятится в толпу. — Кажется, молодой человек, вам лучше бежать. Мы непонимающе уставились на женщину и тут я поняла. Талию обвили тёплые руки, а шею буквально обожгло от злого шепота. — И что это мы тут делаем? — с плохо скрытой яростью спросил Луис, все сильнее сжимая мои бока. — Я общаюсь, а вот ты пытаешься меня сломать, — шиплю я и хватка ослабевает. — Луис, — спокойно произносит Гейб, чуть ли не закатывая глаза. — Давно не виделись. Как жизнь? — Габриэль, — таким же тоном отвечает ему мой парень на эти несколько дней. — Да вот, представляю всем мою девушку. А вы, я так понимаю, уже знакомы. — Было дело, — расплывчато говорю я, припоминая, как я, Гейб и ещё несколько человек гуляли ночью по городу, осматривая самые интересные заброшки и рисуя не совсем цензурные граффити. — Уже наобщался? — Я от этих людей уже устал, — шепчет Лу так тихо, чтобы услышала только я. — Может ну их, поедем обратно? — Ну-ну, Сулейман, попридержи своих коней, мы только встретились, — Габриэль, совершенно игнорируя стоящего рядом Луиса, начал рассказывать о том, что происходило в его жизни после того, как наши пути разошлись. Из всего рассказа я запомнила только то, что его дядю, который был почти одного возраста с ним, ещё год назад отправили в закрытую школу, а самого парня припахали на благо компании. Как я поняла, бабушка Гейба родила Дэвида, его отца, где-то в районе пятнадцати лет, и только через большой период обзавелась ещё одним сыном, который сейчас и был далеко отсюда. Мда, наверное интересно иметь дядю, который не старше тебя на десять или больше лет. — А сама-то как? Прости, но ты же вроде в приюте была? А тут место… — Только для богатых, я в курсе, — я слегка усмехаюсь, вдыхая приятный парфюм Луиса. — Так получилось. Гейб, не распространяйся о моем прошлом, ладно? — Как скажешь, — старый друг натянуто улыбнулся и тут у него зазвонил телефон. — Я на минуту. Да, дядюшка Хави? Я замерла. Переведя взгляд на Лу, я заметила, что он упорно смотрит куда угодно, но не на меня. — Луис, — я настойчиво хватаю его за пиджак. — Какая фамилия у Габриэля? — Гарсия, какая же ещё, — парень напряжённо выдохнул. — Вечно эти Гарсии появляются, как черти из табакерки. Куда не плюнь, обязательно попадёшь в кого-то из них. — А ты не плюйся, не культурно. — Ну да, а ты у нас много у культуре знаешь. — Да я тебе… Гейб к нам так и не возвращается. Я думаю это к лучшему. Я боюсь, что Хавьер мог что-то сказать ему, а язык у младшего Гарсии, мягко сказать… Подвешенный. Если уж Габриэль начнёт о чем-то говорить, то его даже черт не остановит, а я не хочу, чтобы родители Лу узнали о том, что его «девушка» учится в школе-интернате для трудных парней, ещё им и не являясь. Солнце невероятно пекло, добавив к лёгкой боли, которую я как могла глушила таблетками, ещё и головную боль. Кажется у меня гребаный солнечный удар, но я решила никого не тревожить. Слегка разморенные теплом и алкоголем гости уже стали немного активнее, чего не скажешь о мне. Сославшись на усталость, я зашла на веранду ресторана, который доставлял нескончаемую еду на шведский стол, и устало следила за затейливыми отблесками на воде. Может это из-за самочувствия, а может мне просто пора подумать. У меня частенько бывает такой момент, когда мысли настолько мешают дышать, что мне необходимо побыть несколько часов в одиночестве и все хорошенько обдумать. Как это называется? А, рефлексия. Кажется пришло твоё время. Но подумать мне конечно же не дали. — Клементина, — грозный голос мужчины разрушил тишину. — Я хотел поговорить с тобой. — Что случилось, мистер Сулейман? — я повернулась к отцу Лу и поморщилась от увеличивающейся головной боли. Теперь я смогла рассмотреть его лучше, чем при свете ламп вчера. Уложенные в идеальную причёску чёрные волосы, контрастирующие с ними льдисто — голубые глаза и лёгкие морщинки от вечно хмурого выражения лица. Мужчина не торопился садиться рядом, держа руку под пиджаком. — Что ты хочешь за моего сына? — в лоб спросил он и я подняла брови. — Вы о чем? — растерянно проговорила я, чувствуя что-то нехорошее. — Я спросил сколько денег тебе нужно, чтобы прямо сейчас уехать отсюда и больше никогда не появляться? — отец Луиса был совершенно спокоен. И это невероятно пугало. — Сто тысяч? Двести? — Я не понимаю вас, — от растерянности я вскочила на ноги, тут же пожалев об этом. В череп будто залили расплавленный свинец, параллельно втыкая в мой живот иголки. — Да вы, однако, умеете набивать цену, — я увидела на лице мистера Сулеймана новую эмоцию. Он высокомерно ухмылялся, глядя на меня с высоты своего роста. — Четыреста тысяч долларов моя последняя цена, — мужчина достал из пиджака пачку купюр и протянул её мне. Там же намного больше, чем десять тысяч. Да я смогу свалить отсюда так далеко, что меня не найдёт ни дилер, ни его кровожадная дочь, ни один из людей, что есть здесь, но… — Как вы смеете? — прошипела я, отталкивая ладонь с такими нужными для меня деньгами. — Предлагать мне такое? Вы совсем из ума выжили. — Слушай сюда, деточка, — протянул он с такой пугающей интонацией, что у меня затряслись колени. — Я не намерен впускать в свою семью безродную девицу без перспектив на будущее. Так что решай, или ты берёшь деньги и просто уходишь или я выгоняю тебя с таким позором, что за всю жизнь не отмоешься. — Вы… Вы ужасен! — почти кричу я, выбегая с веранды. Быстро находя глазами Лу, я подбегая к нему и тяну за рукав пиджака. Слезы скапливаются в уголках глаз, мешая хорошо видеть и я случайно задеваю женщину в бордовом платье и её спутника. — Что, милая? — парень смотрит на меня и его глаза расширяются. — Клем, что-то случилось? — Поехали… — еле выдавила я из себя. — Поехали домой. Пожалуйста. — Но я… — Лу перевёл взгляд на следивших за нами с интересом людей. — Клем, я немного… Но как только по щекам покатились слезы, он тут же обнял меня за плечи и, кивая матери, быстро повёл меня к машине. На душе было невероятно гадко. Меня хотели подкупить. Хотели, чтобы я променяла Лу, того самого парня, что вызывает во мне толпу бабочек, на толстую пачку денег. Зачем? Зачем так делать? — Кто тебя обидел? — кулаки парня сжались до побеления костяшек. — Говори или я сам найду! — Никто, — я тихо всхлипнула и уткнулась в свои же ладони. — Просто устала. Поехали в школу, прошу. Прямо сейчас. Я не хочу вставать между ним и отцом. Может у мистера Сулеймана своеобразные понятия о чувствах и так проявляется его забота, но поступать так было невероятно низким. В душе поселилось зерно страха. А если Мэттью убедит Луиса в том, что я недостойна его? Это звучит смешно, особенно зная, что мы даже не встречаемся. Может это я, девочка, не знавшая родительской любви, неправильно все поняла? Хотя, что в словах «безродная девица» было непонятным? — Может все-таки расскажешь? — Луис затормозил у съёмной квартиры и я молча вышла из автомобиля. — Клем, вот только не молчи, ладно? Но я продолжала упорно держать рот закрытым. Заперевшись в ванной, я судорожно сняла парик, смыла макияж и маникюр. Словно под прицелом, я надела на себя повязку и, бросив последний взгляд в зеркало, вышла в гостиную. Всё, теперь я не красивая девушка с шикарной копной волос, а Клем, обычная Клем, которая прячется под маской парня и скрывает грудь эластичным бинтом. Теперь на меня не будут смотреть с неким обожаем, а скорее всего лишь с ненавистью, гневно шипя «Педик». — А вот теперь поговорим, — Луис хватает меня за руки, когда я уже собиралась выходить. — Что случилось у озера? — Ничего, — тихо ответила я, мысленно коря себя на глупость. Наивная, поверила, что могу стать парой Лу вот просто так, не имея ничего материального за душой. Кажется его отец был прав. Парень повзрослеет, найдёт себе нормальную девушку из приличной семьи и они заживут счастливо, без проблем и неожиданностей. — Просто отвези меня в школу и я больше к тебе не подойду. — Так не подходи, я и сам могу, — темноволосый сжимает меня в объятьях и наклоняется к приоткрытым губам. — Нет! — я пихнула его в грудь, но это, ровным счётом, ничего не дало. — Не надо. — Что не надо? Я уже говорил, что хочу целовать тебя. Ты дала разрешение, что теперь не так? — длинные пальцы сомкнулись на подбородке и заставили поднять голову вверх. — Я… Я не та, что нужна тебе, — выпаливаю я, закрывая глаза. Но вместо любой из предполагаемых мне реакций сосед просто рассмеялся. — У меня ничего нет, я слишком простая, ещё и странная. — А кто тебе сказал, что ты мне не нужна? — карие глаза перемещаются на мои губы. — Мне плевать, есть у тебя что-то или нет. Хотя подожди, отсутствию у тебя члена я рад. А так, будь ты хоть прислугой, я бы все равно не смог пройти мимо. Так что выбрасывай такие мысли из головы и возвращай мне ту Клем, что не испугалась, когда я готов был разбить ей лицо. — Я не подхожу этому обществу, из меня выйдет ужасная девушка, — уже сдаваясь шепчу я, ощущая тяжёлое дыхание на своей щеке. — А если я скажу, что из-за этого ты мне ещё больше нравишься? — неожиданно губы Луиса касаются моей шеи и я рвано выдыхаю. — Что меня привлекает, что ты ведёшь себя именно так, как тебе самой захочется? — влажные поцелуи перемещаются все выше, а зубы прикусываю мочку уха. — Да и вообще, ты уже моя. — Кто тебе такое сказал? — моя грудь тяжело вздымается от странных пульсаций по всему телу. — Я согласия не давала. — Ты сделала это ещё вчера. Теперь мне глубоко начхать, что ты думаешь про наши отношения. Хоть ты плохая, хоть хорошая, ответ один — моя. Кажется в школу мы сейчас не поедем.