Second Chances

Солнце. Садящееся за горизонт солнце, обняло своими лучами прекрасный вечерний Сеул и поцеловало ласково в стремящиеся к нему высотки. Заполненные мягким оранжевым светом улицы, были почти пустые и только редко проходящие парочки людей и быстрые автомобили заполняли их. На одной из центральных улиц темноволосый парень завернул в подворотню. Дальше он прошёл по типовой небольшой улочке, и, вывернув налево, попал в знакомый переулок. Узкий переулок, образованный двумя старыми кирпичными домами, был завален хламом, а на стенах висели порванные бумажные объявления. Парня привлекло одно. Оно было голубого цвета и на нем был нарисован герб Кореи: «Победим преступность вместе! Давайте создадим достойное общество для наших...» - тут объявление прерывалось, потому что кто-то, видимо, был против «достойного общества» и выразил это таким образом. Сан усмехнулся. Это его позабавило. Как иронично, что в месте, где его чуть было не убили, висит объявление о «победе преступности». Где была эта доблестная полиция, когда его избивали семеро здоровых мужчин? Парень скомкал бумажку и кинул в кучку других таких же разноцветных бумажек. Он прошёл чуть дальше в переулок, сам не зная зачем он туда идёт. Под ногой что-то зазвенело. Он пошарудел ногой. Что-то металлическое - понял он по звуку. Пришлось нагнуться, чтобы поднять предмет. «Моя сережка!» - воскликнул про себя он. Сережка была в форме звезды, украшенной камнями. Между камней была засохшая кровь. Его кровь. Сан поморщился. Злость и ненависть захватили его. Он закинул сережку в карман - что-что, а эту сережку он любил - и пошёл в ту сторону, в которую он завернул в ту ночь. Он мало помнил куда он тогда шёл: память то и дело отключалась. Сан попытался выстроить в голове хоть какой-то приблизительный маршрут,но у него плохо получалось, потому что пробелы постоянно появлялись и он не знал, как их заполнить. Но он четко решил, что он должен найти того парня. У него нет выбора, ведь он пообещал себе. Поэтому, сколько бы времени не понадобилось и сколько бы улиц и переулков ему бы не пришлось пройти, он обязательно его найдёт. Единственное, что он помнил точно, или, по крайней мере, ему казалось так, была вывеска того магазина, под которым его нашли. В затуманенном разуме было очертание бардовой розы на фиолетовом фоне. «Тот парень... Должно быть он работает в том магазине. Только каким чертовым образом я должен найти магазин с розой на вывеске? Их миллионы.» Сегодня он решил пройти по улицам x и q и, если не устанет, проверит ещё и улицу z. Они находились не далеко от того места, где его избили. Это была почти половина района, но Сана это не останавливало. Желание найти этого парня становилось только сильнее от сложности. Солнце уже скрылось за многоэтажками и на улицах стемнело. Зажглись фонари, которые заменили солнечный свет. Фиолетовые сумерки заполонили город. Сан продолжал идти по улице. Этот квартал был не популярный для пеших прогулок. Это был спальный район. Здесь были маленькие и уютные магазинчики, детские площадки и много деревьев. Сан вырос в похожем квартале: старые дома построены в форме квадрата, образуя большой зелёный двор. Дети, в таких дворах, чувствуют себя комфортно для своих игр. Да и родителям спокойно, ведь они всегда знают, где их чадо. Сан прошёл мимо такого двора. Перед ним пробежала группка детей, они что-то кричали и смеялись. Один мальчик чуть не врезался в парня, но Сан остановил его и предотвратил столкновение. Мальчик извинился, а Сан великодушно улыбнулся. Он вспомнил, как он так же бегал с друзьями в детстве. Тогда все казалось проще, пока мальчишка не возвращался домой... Откинув горькие мысли о прошлом, Сан продолжил идти. Он обошёл ещё пару таких улочек и решил заглянуть в один из дворов. На уже совсем темных улицах не было людей: все разбежались по домам. Сан глянул на свои наручные часы, которые он носил иногда и в этот день они как раз были на нем: «21:25... для меня ночь только начинается» Он проходил мимо аккуратно выкрашенных подъездов со цветными клумбами и небольшой детской площадки, как услышал скрип. Сан обернулся на звук. Скрип издала старая и, видимо, уже заржавевшая, качель. На ней сидела детская фигурка. Качелька медленно и уныло покачивалась из стороны в сторону. Парень оглянулся: вокруг никого. Ребёнок был совсем один, без друзей и родителей. Погруженный в свои раздумья, ребёнок немного испугался, когда увидел подходящую к нему мужскую тень. - Не бойся, не обижу. - тень бухнулась на соседнюю качелю. - Кто вы? - ребёнок, точнее мальчик, испугался. - Меня зовут Сан, - улыбнулся он, - а ты кто? - Я Том, - Сан пригляделся и узнал того самого мальчика, что встретил на улице. - Том, значит. Приятно познакомится! - парень протянул руку, чем ещё больше смутил мальчонку. Мальчик неуверенно протянул руку в ответ, потом быстро вернул ее обратно. Он держал в руках разноцветную кепочку и теребил ее. - Не боишься гулять в такое позднее время? - Нет, - мальчик опустил голову вниз. - Почему ты один? - Друзья ушли домой, а я остался. - Почему ты тоже не пошёл? Мальчик понуро посмотрел Сану прямо в глаза и сжался ещё сильнее. Сан увидел в этих глазах страх. Он узнал этот страх. - У тебя с родителями не лады? Мальчик всхлипнул. - Нет, ты чего? - парень подскочил к Тому и присел на корточки. - Не плачь. Ты ведь сильный и умный парень. Ну? - Они меня... не любят, - сквозь слезы ответил мальчонка. - Они не хотят, чтобы я возвращался. Они... Сан обнял мальчика и тот заплакал ещё сильнее. Ему понадобилось минут пять, чтобы успокоить ребёнка. - Послушай, - начал непривычно серьезно Сан, - я не знаю твоих родителей и не могу судить, но я могу сказать тебе, что ты очень смелый и храбрый. Ты должен никогда и ничего не бояться и идти вперёд несмотря ни на что. Понял? - Д...да, - Том вытирал лицо рукавом. - Вот и славненько, - настроение Сана сменилось на его обычное. - Скажи, ты знаешь, если где-то поблизости магазин с цветами на вывеске? Роза, кажется, не разбираюсь в цветах. Фон фиолетовый такой... - Знаю, это через квартал,если выйти обратно из двора и повернуть направо... - Спасибо, парень. Выручил, - Сан хлопнул мальчика по плечу и протянул пару конфет: - Вот, держи. Мальчик сразу улыбнулся. - Тебя провести домой? - Нет, спасибо. Я сам могу, - Том улыбнулся. - Ну вот, ты улыбаешься! Продолжай в том же духе. И мальчик забавно побежал к одному из подъездов. Сан вышел обратно на широкий проспект. По объяснению мальчика, это место находилось не далеко от того переулка. Ему пришлось возвращаться. «Кто знал, что это было так близко? Я совсем ничего не помню...» Из-за угла перекрёстка неожиданно вылетел чёрный автомобиль с ужасной музыкой на всю громкость, когда Сан чуть было не ступил на зебру. Две пары подростковых рук махали из окна и что-то кричали, из люка на крыше машины выглядывала фигура какой-то девушки с бутылкой в руках. - Смотрите куда прете!!! Малолетние ублюдки. - но автомобиль скрылся где-то так же резко, как и появился. - Полиция в этом городе вообще ничего не делает?! С огромной злостью парень ударил пластиковую бутылку, которая валялась на обочине: «Придурки». От воодушевленного настроения не осталось ничего. Сан глубоко задумался и очнулся только когда узнал злосчастный переулок. «Черт, прошёл этот магазин с цветком! Что мне так не везёт?» - его размышление о невезучести прервал телефонный звонок. «Минги» - показывал экран смартфона. - Черт, - произнёс в который раз Сан и приложил трубку к уху: - Алло! - Сан, ты мне нужен в офисе. Это срочно. Пулей выметайся и дуй сюда. - Понял, выезжаю. *** Сан быстро добрался до пункта назначения. Главная база «Красного лотоса» была известна своей неприступностью и нулевой возможностью выйти оттуда живым, если ты не являешься «братом» каждому человеку, находящемуся в клане. Минги создал, поистине знаменитый своими крепкими узами, клан. Каждый член «Красного лотоса» готов был умереть за брата, но важнее узов была только сохранность самого клана, его секреты, важная информация. «Красный лотос» стал для многих вторым домом. Для тех, кто потерял дом, семью, смысл. Минги давал людям возможность обрести что-то подобное снова. Не заменить, нет, к сожалению, это было невозможно, но почувствовать что-то эфемерно-подобное снова, да. Сан был одним из таких, потерявших что-то, но нашедших своё какое-то новое место в жизни, благодаря протянутой руке Минги, в одну из забытых бессмысленных ночей. Как бы избито это не звучало, но в клане придерживались фразы «Один за всех и все за одного», что и было, наверное, визитной карточкой успеха этого клана. Отсалютовав охранникам на входе, Сан, с лёгкостью вошёл в здание. Оставалось пройти ещё несколько таких конвоев, потом поворот налево, два направо, на лифте на пятый этаж и зайти во вторую красную дверь слева — это и будет кабинет Минги. По телефонному разговору было мало что понятно, поэтому Сан не знал к чему ему сейчас готовится. Он дошел до лифта и нажал на кнопку. Лифт спустился, издал звук микроволновки и из него вышли два высоких амбала. — Э-э-э, братишка Сан, — издал хриплым и просевшим голосом амбал в красной косынке и с серьгой в левом ухе. — Давно тебя здесь не было! Слышал, ты в передрягу попал? — Трэй, дружище, — и они обменялись рукопожатиями «по-мужски», — да, было дело. Какие-то фраерки напали, обозвались так странно ещё — «Серый червь». Откуда вылезли — не понятно. — Ну ты выкарабкался, как всегда, вот это я понимаю — наш малый! — Трэй похлопал дышащего ему в грудь Сана по голове. — Ну, бывай, у нас сейчас стрелка наметилась, пора валить. — Да, понимаю. Свидимся! — крикнул он в спину уходящему Трэю и его, такому же большому, но молчаливому другу. Сан зашёл в лифт, который оказался зеркальным и не смог удержаться. Он повернулся в зеркало и состроил хмурую гримасу, а потом вдруг улыбнулся, отсалютировал себе в зеркале и со словами: «Какой же я классный», вышел на нужный этаж. — Здаров, бро, — самоуверенно поприветствовал Сан, входя в просторный кабинет. Кабинет был в темных тонах и выглядел как типичный кабинет босса мафии, по типу Аль Капоне. Тяжёлый дубовый стол, большой шкаф с книгами у стены, два мягких кресла зеленого цвета у стола и одно в правом углу комнаты, около двери. Все это было обрамлено плохим освещением, которое давали два торшера и одна небольшая люстра на потолке, и клубы сигаретного дыма, который ненавидел Минги, поэтому окна были открыты настежь и из-за этого тяжелые занавески, в тон кресел, развивались на легком ночном ветре. Высокая и плечистая темная фигура стояла около одного из окон, заложив руки за спину. Минги был брюнет с волнящимися волосами, концы которых были окрашены в бирюзовый. Одет он был в чёрную рубашку, не застегнутую на две верхние пуговицы, и лаконичные чёрные штаны. В довершение всего этого были классические чёрные лаковые туфли. Он любил одеваться со вкусом, но делал это просто и без вычурности. Минги обернулся: — Я смотрю, тактичности в тебе больше не стало. — Уж прости, я постараюсь быть повежливее, — Сан виновато поднял руки вверх и ладонями вперёд. — Постарайся, — Минги подошёл к столу. — Присаживайся, чего в дверях стоишь? Я позвал тебя не для того, чтобы отчитывать. — Правда? Спасибо! А я уже гроб себе заказал, пока в лифте ехал. Кстати, новые лифты? — Да, к нам на днях мелкая шайка забежала, думала, что сможет тягаться с нами. Шпана уличная. Забежала, погромила, но дальше холла не дошла — ног не хватило, — насмехался Минги. — А ты держишь форму. — А как иначе? Только так можно держаться на плаву. Но я не хочу просто держаться на плаву. Я хочу, чтобы мы стали самой влиятельной семьей в Сеуле. Для этого я тебя и позвал. Минги потянулся к стоящей на столе бутылки виски. Дорогого и элитного виски. Он сделал жест, мол, будешь? И Сан кивнул. Перед Саном появились два хрустальных стакана, которые наполнились янтарной жидкостью и по комнате разошёлся запах крепкого алкоголя. — Так что ты хочешь конкретно от меня? — спросил Сан, закидывая ногу на ногу и комфортно располагаясь в кресле. — Я хочу, чтобы ты устранил их, — Минги сел на своё большое кожаное кресло во главе стола. — Ты самый лучший мой стратег и, в принципе, самый лучший из моих. Я доверяю тебе и полагаюсь на тебя. — И как ты предлагаешь мне это сделать? — Сан покрутил стакан в руках, наблюдая, как янтарная жидкость переливается на свету. — Я уже повстречался с ними и все, что мог сделать я — это лежать на земле и терпеть их пинки мне в живот. — Я знаю, что они так с тобой обошлись. Это одна из причин, по которой мы должны убрать этих ублюдков раз и навсегда. — И все-таки, что ты предлагаешь? — Возьми сколько тебе понадобится парней, денег и оружия. Я дам тебе лучших бойцов и хакеров, только сделай из этого отродья «Серого червя» известный французский десерт. — Какой? — удивленно поднял брови Сан. — Кровавое месиво. — А-а, ты про этот десерт, — мысли парня улетели вовсе не к этому десерту. — Ты понял меня? И нам нужно сделать это как можно быстрее. Это и в твоих интересах тоже. — Конечно-конечно, сделаю твой любимый французский десерт в лучшем виде, поверь. Сан улыбался во все тридцать два. Минги всегда доверял ему, но такое было впервые. Обычно он разносил самый дорогой товар самым влиятельным людям, либо же устраивал небольшие побойки в переулках, чтобы устранить выскочек из других кланов и запугать остальных. Но настолько серьезного дела у него ещё не было. Он почувствовал, что их отношения с этим высоким и суровым брюнетом, стали ещё ближе. Минги стал ему настоящим братом, который поднял его, мальчишку без будущего, с колен и дал все, что было нужно и даже больше. Теперь, пришло время показать, что мальчишка вырос и отплатить по счетам. Он не подведёт. Сан был, наверное, единственным человеком, настолько приближённым к Минги. Они не много общались, но учитывая, что Минги априори мало кому доверял, то с Саном он просто вёл длинные светские беседы. Каким бы жестоким он не был на работе и как бы он не убивал в себе человеческие чувства, Минги внутри был человеком, способным любить и дарить любовь. Но жизнь его научила прятать все, что могло бы помешать в достижении своих целей. Он закрылся и не подпускал никого. Хоть Сан и знал, какие прекрасные чувства прячутся в этом парне, но их проявления он видел всего лишь два раза. Первый был когда Минги нашёл пятнадцатилетнего Сана пьяным около того чертового клуба, а второй был, когда Минги спас котёнка, которого жестоко переехала машина какого-то мальца. Позже, того подростка нашли мертвого в этой же машине. Официально, он врезался в дерево и напоролся лицом на торчащий железный ободок от лобового стекла. Неофициально, Минги собственноручно его на него насадил. А котёнка Минги забрал домой, выходил и он стал, наверное, единственным, кого любил этот парень. — Хорошо, Минги, я берусь. Мне нужна вся информация об этих выродках, — Сан быстро опрокинул виски в рот, пока Минки довольно улыбался. *** После вчерашнего разговора с Минги у Сана остался странный осадок неуверенности. Эта банда свалилась как снег на голову, из-за чего и начали происходить какие-то разногласия в клане. Направляясь в университет Сан пытался хоть немного очистить голову от мыслей об этой злополучной банде, которая испортила им некоторые планы, что создаёт больше проблем. Брюнет надеялся, что хоть разговоры с другом хоть как-то отвлекут его от новой головной боли, в лице «Серого Червя». — Ёсанни! — прокричал брюнет, завидев возле входа в университет своего друга. Получив в ответ яркую улыбку, Сан решил прибавить шаг. Их отношения, как лучших друзей, развивались достаточно быстро. После того, как каждый выговорился о своей ноше, у них обоюдно спал тот собственный неподъемный груз, что они несли. Сейчас они чувствовали себя как будто в своей тарелке и могли разговаривать на любые темы зная, что тебя поймут. На паре по черчению у Сана всё продолжал вибрировать телефон. Конечно он знал, кто это может звонить, но этому «кому-то» точно плевать, что мистер Юн, старикашка, ненавидит лишние звуки, мешающие беспроблемному прохождению новой темы. Не известно, как этот мистер Юн вообще слышит в свои-то годы, но, как назло, слышит очень хорошо. — Чхве Сан! Выключите своё устройство сейчас же или выйдите из аудитории и не возвращайтесь! — тихую аудиторию, прерываемую лишь вибрацией телефона, пронзил старческий крик, — совсем от рук отбились со своими гаджетами! А вот было время… Сан, переглянувшись с Ёсаном взглядами и сдержав смешок, встал с насиженного места и направился к выходу из аудитории. Выйдя в коридор университета, Сан решил направится в, так называемую, «курилку», где сейчас должно было быть пусто. Ну он надеялся. Курилка была обычным большым балконом, как частью пристройки, скрытой в деревьях, благодаря которым с улицы и других окон было не видно, чем именно здесь занимаются некоторые студенты. По дороге туда Сан всё пытался перезвонить Минги, но в ответ слышал лишь гудки. Именно из-за этих гудков Сан не услышал, что на балконе кто-то есть и, завернув туда, напоролся на несколько пар глаз. — Приветики? — от неожиданности сказал Сан. — И тебе не хворать, — парень, что был ближе ко в входу затянулся, — чего здесь забыл, малой? — Да вот тоже приспичило, прикурить найдётся? — Сан достал из заднего кармана джинс пачку сигарет, закинув одну в рот. Парень, что был рядом кивнул и чиркнул зажигалкой, поджигая сигарету Сана. Он уже успел пробежаться взглядом по всем пятерым, что находились на балконе. Четверо были с пятого курса и один с четвёртого. Сан сразу приметил, что парень, что сидел на перилах прямо напротив него, в наглую смотрел на него с ухмылкой, что напрягло. Докурив сигарету, он потушил её о стену и уже собрался уходить, как услышал брошенную в воздух фразу от того самого парня: — Ну как твоя голова, курьеришка? Я по-моему хорошо приложил свой ботинок о твоё лицо некоторое время назад, — после этого, всё стало на свои места. Этот парень был в том переулке тогда, вместе с той бандой. — Хидже, ты знаешь этого парня? — спросил один из пятикурсников. — Этот чувак из «Красного лотоса» и дружбан главаря, как мне известно. Так что мы имеем полное право хорошенько врезать ему сейчас, — затушив сигарету, Хидже спрыгнул с перил. — Ну наконец-то хоть какое-то веселье, — поддакивая друг другу остальные тоже начали вставать, а Сан в то время пытался придумать дальнейший план действий. Самый разумный из них — бежать. Не потому что он трус, а потому что он еще полностью не восстановился с прошлого раза и дать хоть какой-то отпор сейчас физически не сможет. Даже вариант «бежать» выглядит сомнительным из-за его нынешней физической формы, но другого выхода просто нет. Парни начали наступать, а Сан сорвался на бег. Погоня продолжалась не больше нескольких поворотов, потому что старые раны дали о себе знать, а ещё потому что один из догоняющих состоит в клубе лёгкой атлетики. Догнав Сана, его сразу же прибили за шею спиной об стену. Брюнет же ухватившись за руки, сжимающие его дыхательные пути, пытался выбраться из захвата. Воздуха уже катастрофически не хватало, а морда схватившего медленно, но верно начала расплываться перед глазами. В один момент руки с горла пропали и Сан повалился на пол, пытаясь откашляться. — Что вы творите, придурки? С каких пор честно впятером на одного раненого? — Сан видел перед собой лишь ноги человека, ставшего перед ним, в попытке защитить. — Сонхва, у тебя своих дел нет? С каких пор ты в бэтмэны записался? — с усмешкой, спросил Хидже. Сан поднял взгляд наверх. «И вправду выскочка Сонхва. Что он здесь забыл?» — Сан, опираясь на стену, поднялся. Его «спаситель» ещё о чем-то говорил с теми, но Сан не слушал, потому что пытался привести кружащийся мир перед глазами в порядок. — Ну, раз ты в спасатели записался, значит будем впятером на двух, — уже не сдерживаясь прокричал один из парней, начиная приближаться к Сонхва. За что и получил хук справа. Парень повалился на пол, держась за нос, что обещал в скором времени начать кровоточить от такого удара. — Да ты! — его дружок собирался уже отомстить за друга, как был прерван громким возгласом со стороны коридора. — Я не понял что здесь происходит?! — это был преподаватель по истории, — Пак Сонхва и Чхве Сан ко мне в кабинет, а остальные пятеро в деканат! *** Ритмичное тиканье часов, прорезающее тишину класса, с каждым новым тиком раздражало всё больше. В помещении находилось лишь два человека, которые прожигали взглядом девственно-белые листы, материализовавшиеся перед ними, благодаря преподавателю. — Так, ребята, я понимаю, вы парни не плохие, но долг обязывает меня провести с вами воспитательную беседу, чего не хочется ни мне, ни вам в этот хороший день, — потирая болящую переносицу от постоянного ношения очков, сказал мужчина, — поэтому давайте так: вы пишите объяснительную, я её оцениваю. Если она более-менее приемлемая для показа декану, то вы свободны. Всё понятно? Получив в ответ два синхронных кивка головой, преподаватель поспешил выйти из аудитории, чтобы продолжить незаконченные дела. Сан же, сидев ближе к окну, предпочёл первые минут 5 позалипать именно в него и, по ходу дела, придумать как «оправдаться» перед деканом. Спустя какое-то время раздумий Сан уловил звук пишущей ручки, почему и повернул голову к своему другу по несчастью, причиной которой стал сам Сан. Сонхва, блондин, что помог ему в передряге, старательно выводил иероглифы, не обращая внимания на ощутимый взгляд соседа. — Зачем ты пишешь? — голос Сана разрезал до этого властвующую тишину. Блондин, оторвавшись от листа бумаги, с непониманием посмотрел на брюнета. — В каком смысле «зачем»? Препод же только что сказал или ты не расслышал? — хмыкнув, Сан ответил: — Не в том смысле. Сонхва, не строй из себя дурака, я знаю, что ты далеко не такой. Что тебе стоит сейчас встать и уйти? Твои родители всё равно порешают эту незначительную ситуацию. — в глазах напротив на секунду проскользнула злость, но сразу же перешла в понимающую ухмылку. Сан проследил за этой сменой эмоций и сразу понял, что что-то не так. — Знаешь, Сан, ты сам далеко не глупый. Но говорят, ты вчера развлекался с Сохи, первокурсницей, а потом жестоко кинул её одну утром. Все первокурсницы только об этом и говорят, не слышал? — ухмыляясь, произнёс Сонхва, но увидев в ответ глаза, полные непонимания, продолжил, — Видишь? Не всем слухам стоит верить. Те, что кажутся самыми правдоподобными — всегда самые лживые. Слышал про моих богатых родителей? Я был бы даже рад, но у меня их вообще нет, погибли давно. — выдохнул он и продолжил писать объяснительную. Сан уставился на блондина теперь прекрасно понимая его чувства. Про него тоже ходит много разных слухов, но ни один человек даже не задумывался через что пришлось пройти этому человеку на самом деле. Как много боли и какое бремя может нести человек на своих плечах, выслушивая нескрываемые перешептывания за спиной, что поливают грязью человека, что отчаянно пытается от этой грязи сбежать, но снова и снова терпит одно и то же. Хотя, на самом деле, у Сана есть такой человек. Может это воля случая, что Ёсан оказался необщительным с другими и поэтому не узнал о том Сане, про которого слагают легенды в этом университете. Вот у Сана есть такой человек, а у Сонхва, видимо, нет. — Спасибо, — Сан, по-дружески похлопал Сонхва по плечу и заметив краем глаза улыбку, — За то, что помог мне. И вместе продолжили писать объяснительную. *** Через час девственно чистый листок Сана заполнился неаккуратным почерком и кое-каким «объяснением» своего ужасного, по мнению старого препода истории, поведения. Хотя Сан прекрасно знал, что историк только снаружи выдаёт себя за абсолютно чистого, с моральной точки зрения, человека. В душе ему было определенно наплевать. Сонхва, все это время сидевший с сосредоточенным лицом, тоже отложил листок и ручку. - И где же препода носит, - раздраженно спросил Сан. Сонхва пожал плечами, мол, не знаю. Он откинулся на спинку стула, взяв в руки шариковую ручку, покрутил ее длинными, аккуратными пальцами. Сана привлёк этот жест. Он глянул на по-аристократически тонкие руки Сонхвa. На то, как голубые венки испещрили его тонкие запястья. Венки поднимались по слегка загорелой после лета коже вверх, к аккуратно выглаженной белой рубашке в тонкую чёрную полосочку. Блондин шевельнул рукой и на рукаве что-то блеснуло. Сан пригляделся: на рукаве, который был присобран у локтя, блеснула запонка. Золотая. Сан прикинул, если у него в простой повседневной рубашке такие изыски, то он побоялся представить хотя бы его, так сказать, вечерний наряд. Звук отодвигающегося стула оторвал парня от разглядывания рук Сонхвa. - Схожу в учительскую, позову его. - сухо произнёс блондин, вставая со стула и выходя из кабинета. - Его там нет, - сообщил Сонхва, возвращаясь обратно. - Полагаю, можно валить. Он подошёл к своему стулу, на спинке которого висело его стильное пальто и накинул его поверх. «Выглядит так, будто он директор «Форбс».» - мелькнуло в голове у Сана, пока он опять разглядывал блондина. Сонхва уставился на Сана: - И как долго ты будешь меня разглядывать? - Прости, задумался, - виновато ответил тот. - Ну, планы на вечер? - обнажил свою привычную улыбку Сан. - Ты хороший парень, но не навязывайся, - ухмыльнулся Сонхва. - Мы не друзья, чтобы строить совместные планы на вечер. - Ладно-ладно, - сдаваясь, поднял руки брюнет. - Я просто пытаюсь быть вежливым и поддержать разговор. Сонхва оглядел парня начиная с ног и заканчивая головой, повернулся и прошёл опять к выходу в коридор. - Остаёшься тут? - Нет, - опомнился Сан и встал из-за стола, - уже бегу! К тому времени в университете остались только они. Было полседьмого вечера, октябрьский прохладный ветер колыхал желтые листья деревьев в университетском дворе. Парни молча подошли к массивным воротам выхода из территории учебного заведения. - Тебе в какую сторону? - осведомился брюнет. - Мне на парковку, - ответил Сонхва, показывая рукой налево. - Даже не буду спрашивать на счёт не подвезёшь ли, - Сан снова улыбнулся. - И правильно. Бывай. - Тебе тоже не хворать, - развернувшись в свою сторону, Сан пошёл на остановку. Но домой он не собирался. Было ещё одно дело, которое он очень хотел завершить. *** Он снова стоял на том злополучном месте. Переулок был совсем темным, как в тот вечер. — Итак, — Сан повернулся в правую сторону улицы, — мне туда. Он все так же шёл, по все той же улице. Только теперь у него была конкретная, а не абстрактная цель. Он точно знал где. Последнюю неделю мысли не давали покоя. Он думал. Думал о том вечере. О том, как холодные капли дождя падали на его волосы, лицо, скатывались по подбородку и попадали за шиворот. Он думал о том, как ему было холодно сидеть на бордюре под вывеской с розой. О том, какая кислая и горькая на вкус его же кровь. Но больше всего о том, как ему стало тепло, когда вдруг появился человек. Он был весь мокрый и избитый, но ему было тепло. Пахло какими-то цветами. Какими? Не знает. Но он помнит, как чья-то невероятно тёплая и нежная рука коснулась его измученного лица. Как чей-то красивый голос озабоченно спросил что с ним. Как укрыл его от леденящего дождя… Он остановился под фонарем. Желтый свет ласкал его уже восстановившееся от ран лицо. «А-а, что, черт возьми, я делаю? Куда я иду?» Сан обхватил свою голову, потряс ею, будто вытряхивая дурные мысли, и опять поднял лицо вверх. В голове снова возник голос и тёплые руки. Он сделал пару шагов и повернулся в сторону здания. Роза. Вывеска с розой. Оглянувшись, будто остерегаясь чего-то, какого-то подвоха, он с колебанием открыл дверь цветочного магазина. Колокольчик на двери, который оповещает продавца о приходе покупателей, мелодично зазвенел. Сан глянул на него с укором, что тот прервал тишину и его душевные метания. — Сейчас иду! — послышался голос из глубины помещения. Сан бросил быстрый взгляд: не часто ему приходилось бывать в магазинах с цветами, потому, что ему попросту некому их было дарить. Магазин был очень уютный. Простой, но уютный. Весь уют создавали растения и сочетание различных цветов. Растений было много, как и на букеты, так и комнатных в горшочках. Небольшая стойка-прилавок и дверь в подсобку. Оттуда и был голос. Сан в последний раз вздохнул, как тут показался парень из подсобки. Он держал в руках горшок с цветком и, улыбаясь, заботливо поглаживал листочки. — Чем могу ва… — парень начав было на автомате говорить, подняв голову, застыл в проходе в зал. Теперь они смотрели друг на друга. Взгляды двух парней встретились, а осознание так же мелодично, как перезвон колокольчика на двери, пришло в их головы. — Привет, — неловко нарушил тишину Сан.