Наказание

— Полковник? — Эдвард ворвался в кабинет Мустанга, резким движением отворяя дверь. — Сейчас уже вечер, все уходят домой, так что не тяни и говори начистоту, чего хочешь! Я хочу хорошенько поесть и лечь спать, а не выслушивать твоё нытьё!       Но кабинет был странно и подозрительно пуст. Эд удивлённо хмыкнул: зачем посылать старшего лейтенанта Хоукая с приказом зайти, если самого полковника нет на месте. Элрик не собирается ждать его как какая-то собачонка, обойдётся! — Эй, полковник, ты где? — спросил алхимик, оглядывая кабинет. Но в комнате никого не было, даже под письменным столом следов мужчины не оказалось.       Пожав плечами и обозвав полковника всеми доступными словами, Эдвард поспешил к выходу, но вдруг дверь тихо отворилась и в комнату вошёл Мустанг. Выглядел он каким-то хмурым. — Ты где ходишь? Я уходить уже собрался, что у тебя там, выкладывай, только быстро! — затараторил Элрик, скрестив руки на груди. Но полковник посмотрел на него строгим и слегка затуманенным взглядом, что пыл паренька слегка стих. — Чего так раскис? Работал сегодня на пол часа больше? — прыснул Эд, но Мустанг не оценил шутки, продолжая молчать. И такой вид привёл Элрика к сомнению о том, что ближайшие пару дней полковник хотя бы отдыхал, ведь чрезмерный труд не по его натуре. — Ты не оставляешь мне выбора, Цельнометаллический. — наконец произнёс Мустанг, пряча что-то в зажатой руке. Но Эдвард понял уже после, что такого держал полковник: ключ от двери. — Чего? Ты вообще о чем, полковник? — нервозность и непонимание разгорелись с новой силой, когда он услышал, как ключ повернули в замке, тем самым закрывая дверь и не оставляя ему пути для отступления. — Это не моя прихоть, я лишь соблюдаю устав. — сухо продекламировал полковник, поворачиваясь к Элрику снова: в его глазах горел недобрый огонь и слабое, совсем незаметное сомнение.       Мустанг прошагал в своему столу и, достав из стола странного вида предмет, блеснувший в свете ярких ламп. Эдварду это уже не нравилось. Предмет полковник спрятал за спиной, но парень понимал, что это точно не безобидный цветок. Поэтому он был готов к худшему.       Тем временем мужчина подошёл к пригвоздившемуся Эдварду и взглянул на обеспокоенное лицо, слегка прищурившись. — Ты понимаешь всю суть своего пребывания здесь? — словно требуя рапорта, отчеканил Мустанг. Эд бросил на него хмурый и недовольный взгляд. — Честно говоря, нет, полковник. — Тогда это усложняет дело. Я не то что должен, я вынужден поступить с тобой по всем законам чести… — Что за бред вы несёте? — перебил Элрик рассерженным голосом. — Какие ещё законы чести? А ну выпускай меня быстро отсюда, иначе… — Иначе что, Цельнометаллический? Я твой начальник, а подчиненный должен следовать… — Да к черту ваши приказы! Выпускай быстро, а то будешь чинить свою разрушенную стену, ты понял? — Эдвард хотел продолжить свой гневный монолог, но рядом с ним вдруг просвистел какой-то предмет, и шею отдало дикой болью.       Большими глазами Элрик посмотрел на полковника, хватаясь за шею, на которой четко выделялась тонкая красная полоска, что тянулась почти от мочки уха до ключицы. И этот предмет, что оставил это пятно на теле паренька, в этот момент держал полковник в своей руке. — Что? — Эдвард задохнулся, не находя ни единого слова. Ему могло показаться, что и мужчина выглядел немного удивленным, но, возможно, это шоковое состояние сыграло с ним такую шутку. — Я приказываю тебе замолкнуть и слушать меня. — тихим голосом, что прорезал воздух словно мечом, произнёс Мустанг, наклоняясь к лицу Элрика, чтобы тот смог расслышать каждое слово. — Ты находишься на государственной службе и должен соблюдать устав и правила, как солдат, которым ты являешься. И ты знаешь, что делают на службе, если подчиненный не выполняет приказы? Знаешь?       Низкий голос полковника наводил больший ужас, чем если бы он кричал на Эда. Поэтому он с растерянным видом ребёнка смотрел на возвышающегося над ним телом своего начальника, и молча слушал, понимая, что ещё одна колкость или слово принесёт за собой новую порцию обжигающей боли. — Я делал тебе поблажки в связи с твоим возрастом и положением, но ты пользовался моими услугами слишком долго, и поэтому дальнейшее твоё поведение больше не приемлемо. Ты уяснил, Цельнометаллический?       Эд не смог сдержать злобного вздоха, когда полковник называл его позывным именем, словно давно позабыл настоящее. Поэтому Элрик всеми силами пытался сдержаться, но ему это не удалось. — А я думал, у нас с тобой дружеская атмосфера и все такое… — Во-первых, я твой начальник, поэтому со мной следует обращаться на «Вы», — воздух прорезал ещё один взмах, и болью отдалось уже плечо здоровой руки. Эдвард поморщился, с ненавистью смотря на своего полковника, который всеми силами пытался сохранять спокойствие, хотя его темные глаза выдавали того с головой. — Во-вторых, ты должен отвечать только тогда, когда тебе прикажут. — Какие правила, это просто скучно! — следующий удар кожаным прутом резанул по тому же месту, что и в первый раз, отчего тоненькая струйка алой крови бежала вниз по шее паренька, но тот не хотел показать полковнику, что ему больно. Тогда он точно победит, а Эдвард никогда не любил проигрывать. — Если ты не хотел соблюдать правила, то по какой причине ты до сих пор находишься под контролем армии? Потому что тебе это необходимо. А если хочешь продолжить службу, так следуй приказам. — Я подумаю, — тихо ответил Элрик, готовясь к новой порции боли, что пришлась по предплечью, прорезая одежду. Эд не смог сдержать тихий стон, и тут же пожалел о том, что дал полковнику шанс показать свою слабость. Ну, ничего, он ещё заставит полковника зашивать ему рубашку. — Ты думаешь, я с тобой шутки шучу? Ты думаешь, это смешно? Твой юношеский возраст ставит невозможным дальнейшее продолжение работы государственным алхимиком… — Нет! Ты этого не сделаешь! — воскликнул Элрик, не обращая внимания на очередной удар. — Дальнейшее рассмотрение дела — уже моя работа. Если ты будешь соблюдать устав, я оставлю тебя под своим покровительством. — голос Мустанга уже не звучал так строго, и в один момент в нем пробежала маленькая искорка мягкости. Он крепче сжал хлыст у себя в руке, готовый в любой момент продолжить. — Я понял. — после нескольких минут тишины произнёс Эдвард, которому горько приходилось соглашаться с условиями полковника. Мустанг убрал руки за спину и одобрительно кивнул головой. — Хороший мальчик. Теперь ты станешь настоящим армейским псом. — ответил мужчина, но в комнате вдруг пробежал резкий звук, похожий на хриплый хохот. Мустанг удивленно уставился на улыбающегося Элрика и нахмурился: что? Что он сделал не так? — Очень интересно, — закончив хохотать, сказал Эд, потирая здоровую руку в местах ударов. — Что тебе интересно, Цельнометаллический? — спросил жёстким голосом Мустанг, теряясь в догадках, что такое в поведении и в самом полковнике рассмешило его. Ответом послужили насмешливые золотые глаза, обращённые на него. — Интересно… как долго вы держите у себя в столе кожаный хлыст?..