История со счастливым концом

— Добрый день, — красивая девушка в зеленом платье с золотистыми волосами до плеч обратила на него внимание как только он вошел в вертящуюся дверь салона, так что бежать было уже поздно. Да и куда бежать, все-таки массажный салон, безобидное на первый взгляд учреждение. Кремовые стены, мягкие диваны, приглушенный свет, плазма на стене, небольшой бар с напитками, извилистые коридоры, уходящие куда-то в святая святых. Несколько девушек у ресепшна, вероятно ждущие своего часа, с интересом обернулись в его сторону, кокетливо улыбаясь: — Мы рады приветствовать Вас в нашем массажном салоне «Седьмое небо», где наши клиенты всегда счастливы, — девушка улыбнулась еще ярче. — Меня зовут Оксана, а Вы по записи? — У меня вот, — высокий светловолосый парень одернул футболку и положил на гладкую поверхность стойки небольшой прямоугольник. — Сертификат на посещение массажа… — губы девушки тронула едва заметная улыбка, и оставшуюся часть слова она деликатно прочла про себя. — У меня просто… э-э-э… друзья записали, приколисты, блин… лучше бы бухал сейчас, — выпалил высокий парень и закусил губу. Внезапная откровенная история от клиента заставила брови девушки за стойкой удивленно взметнуться вверх: — Ну что Вы, друзья плохого не посоветуют, Вы останетесь довольны, - Оксана, сияя своей профессиональной улыбкой, сделала какие-то манипуляции на компьютере, изредка сверяясь с подарочным сертификатом. — Отличный выбор, ничего не бойтесь, Антон, проходите в третий кабинет, держите ключик, там Вы найдете все необходимое. Вас проводить? — Нет, спасибо, — Антон завертел головой, сгребая со стойки небольшой ключ с номером три, спеша поскорее покинуть свет и войти в полумрак коридоров, где его не будет видно. Бежать поздно — впереди кабинет номер три и часовой сеанс массажа. Будет круто, говорили они. Шаст, наслаждайся, говорили они, хихикая вручая ему этот долбанный подарочный сертификат на посещение эротического массажа. Лучше бы сейчас бухал, но пари нужно выполнять, ведь карточный долг - это святое. Антону двадцать семь, кто он, чем занимается, увлекается, чего добился и где живет абсолютно не важно, сейчас он похож на трусливого маленького мальчишку, который стоит в полумраке белоснежной комнаты с массажным столом на ее середине, вертит на запястьях невероятное количество своих браслетов и больше всего на свете хочет отсюда свалить. — Ну что же Вы, раздевайтесь, — вошедшая следом девушка, похожая на медсестру в своем белом халате, положила на широкий подоконник полотенца, расправила складки на бархатной поверхности массажного стола и вновь обернулась. — Раздевайтесь, раздевайтесь, вот стойка для одежды, в шкафчике - одноразовое белье, украшения снимите все, в коробочку положите, душ за этой дверью. — Это вы будете массаж делать? — Антон наконец подал голос, и девушка тепло улыбнулась. — Нет, ваш мастер сейчас придет, раздевайтесь, ложитесь, расслабляйтесь. В комнате не холодно, даже тепло, но обнаженное тело раз за разом покрывается мурашками в тревожном предчувствии неизвестности. Он обнажен, обезоружен словно агнец лежащий на алтаре, которого вот-вот принесут в жертву богам. Сравнение глупое и, если по-серьезному, он чувствовал себя сейчас довольно неуютно. В воздухе запахло чем-то приятным, обволакивающим, захотелось закрыть глаза; под потолком внезапно включилась музыка, легкая, струящаяся, по телу прошелся холодок, а после плеч коснулись чьи-то руки. Мягким массирующим движением они начали свой танец: от ключиц к шее и обратно. В руках чувствовалась мягкость и в то же время сила. Антон выдохнул, распахнул глаза и обернулся, тут же упираясь в синеву чужих мужских глаз. Темноволосый мужчина в серых бриджах и белой майке стоял у массажного стола, с интересом разглядывая лежащего. — Это что за… — Антон попытался вскочить, но руки мужчины легко и беспрекословно вернули его на место. — Тише-тише, меня зовут Арсений, и я… — Да мне плевать, это что шутка такая? — он снова попытался подняться. — Убери руки, слышишь, не прикасайся, я думал, что… — Что я девушка, — легко улыбнулся мужчина и, качнув бедром, обернулся к окну, чтобы взять полотенце. — Многие путают, Окс такие сертификаты выпустила - ни черта не разберешь «эротический массаж с окончанием мастера первой категории А.Попова». Хотя, еще ни разу никто не уходил разочарованным. Ложитесь удобнее, сейчас будем разогреваться, — Арсений потряс тюбиком с каким-то кремом и растер его в ладонях.  — Вы какой запах предпочитаете: корица, яблоко или лаванда?.. — Не буду я разогреваться, и запахи свои убери… — Антон вновь попытался встать, но внезапно теплые ладони мужчины прошлись по его плечам, и куда-то бежать расхотелось совершенно.  — Бля, — выдохнул парень и закусил губу. — А можно там еще раз… просто там что-то… — Ты слишком напряжен, расслабься, уверяю - все будет хорошо, — руки мастера вновь прошлись по плечам, спине, заскользили по рукам, распределяя массажный крем и масло по обнаженной коже, разогревая мышцы. — Ты же не против, если мы перейдем на "ты"? — Да пофиг, — Антон слегка нахмурился, непроизвольно подставляя плечи под горячие ладони мастера. — Только зад мой не трогай, лады? — У тебя сертификат на полный сеанс массажа, — в голосе мужчины скользнула ирония. — Это просто массаж, ничего личного. — Это просто мой зад, который ты лапать не будешь о-а-о-о-о, — выдохнул парень от прикосновения теплых шероховатых пальцев, которые профессионально скользили в районе его копчика. — Ты слишком напряжен, расслабься, без спросу я никуда не полезу, да и сомнительно, что в таком возрасте у тебя есть проблемы по этой части, — Арсений улыбнулся, продолжая разминать кожу на пояснице светловолосого парня. — Молод ты еще для подобного вида массажа, не ходят такие молодые симпатичные парни, как ты, за подобного вида услугами, только если сами не интересуются молодыми симпатичными парнями или на спор, да, — Арсений, кажется, очень мастерски разгадал причину появления своего клиента, неспешно растирая по своим рукам масло с ароматом корицы, приступая к работе. — Да, — Антон слегка вздрогнул от болезненных ощущений, вызванных руками массажиста. — Этот чертов сертификат мне друзья подарили, хотя друзья ли они мне теперь - большой вопрос. Еще так хихикали, придурки, а отказаться не могу, потому что, мать его, проиграл, — Антон закусил губу оттого, что руки мужчины скользнули по его спине, пересчитали позвонки, перебирали кожу, заставляя ее краснеть и покалывать. Он выдохнул полностью, расслабляя тело, отдаваясь умелым рукам мастера массажа. — Ничего себе история, любишь азартные игры? — поинтересовался Арсений, продолжая работать над поясничным отделом высокого парня, но тот лишь буркнул что-то неопределенное и затих. Лиричная музыка, полумрак, запах масла, руки мужчины расслабляли и мысли о том, что некоторое время назад хотелось послать все к чертям и сбежать забывались, на смену им приходила усталость, расслабленность, сонливость. Разговаривать не хотелось, да Арсений с разговорами и не лез, молча выполняя свою работу, разминая мышцы лежащего парня и украдкой его разглядывая, особенно умиляли ямочки на округлых ягодицах, вызывая у мужчины улыбку.  — Ну что, с этим мы закончили, — наконец произнес Попов, не отказывая себе в маленькой шалости - шлепнуть парня по упругой заднице. — Что? — Антон поднял голову, сонно моргая ресницами. — Переходим ко второй части нашего сеанса, — мужчина отошел к окну для того, чтобы вновь выбрать нужные склянки-тюбики и дать возможность парню занять удобное положение. — Хотя если хочешь, мы можем этого не делать, а друзьям скажешь, что было, — глаза в глаза, внимательно и долго; Антон кусает губы, глаз не отводит, а затем медленно качает головой. — Нет, все в порядке, проигрывать нужно достойно. — А ты действительно азартный. Значит, играем до конца, — Арсений удовлетворенно кивает, наблюдая за тем как парень выдыхает, вновь ложась на живот, и замирает, пряча лицо в согнутом локте. —  Стесняться нечего, не переживай, — ему хотелось подбодрить этого довольно симпатичного парня, как-то отвлечь, но, кажется, Антону это не поможет. Он изо всех сил старался расслабиться и получить хоть какой-то отголосок удовольствия. Он знал на что шёл, но в его представлении все было более ужасно и неприятно. Сильные, но довольно нежные руки начали свой путь от тех самых милых ямочек, пальцы массажиста скользили по коже, поглаживали, расслабляли, теплые руки скользили по обнаженным ягодицам, заставляя лежащего парня прерывисто дышать, ожидая главного. Разговаривать не хотелось, да и о чем тут можно говорить, когда незнакомый мужчина трогает его тело, узнавая его со всех постыдных сторон. — Не бойся, больно не будет, если только совсем чуть-чуть неприятно, — слышится ровный спокойный голос массажиста, и Антон лишь шумно выдыхает, готовясь принять свое наказание за проигрыш достойно. Арсений слегка поглаживает парня по ягодицам, кажется, дольше чем это положено, затем надевает перчатки, окунает их в стеклянную колбу с чем-то жидковатым, растирает по пальцам. Все это время Антон не сводит с его манипуляций испуганных глаз, кусает губы и, кажется, перестает дышать.   — Не зажимайся, хорошо? — мужчина смотрит ему прямо в глаза, и он спешно их отводит, пряча лицо в согнутом локте, вздрагивает, когда руки массажиста слегка раздвигают его ягодицы; где-то на подсознании хочется встать в коленно-локтевую, дабы избежать насилия над личностью, но это был бы уже перебор. Холодные пальцы огладили сжатые мышцы, указательный на пробу чуть толкнулся внутрь, и Антон вздрогнул, до боли закусывая губу, а затем прошипел: — Тебе не противно? — Ты о чем? — сосредоточенный на своих действиях Арсений поднял голову на светлую макушку лежащего и медленно скользнул пальцем внутрь, погружаясь на полфаланги вперед. — Я про… этот массаж, — выдохнул парень, стараясь не думать о том, что в его заднице сейчас находится чужой палец. — Блять… — Больно? — участливо поинтересовался Попов, проталкивая палец глубже. — Что противного в этом - это же по сути лечение, а я врач. Антон сглотнул, а затем решился все-таки открыть глаза, упираясь взглядом в глухую стену перед собой. Кажется в кабинете сменилась музыка, и пахнуть стало по-другому, по идее, это должно было успокаивать, но его это только раздражало, расслабиться не получалось ровно как и не думать о том, что внутри все сжимается от прохладных пальцев массажиста. Арсений не торопился, давая привыкнуть, оглаживал стенки мышц, двигался медленно, вторую руку положил на бедро подрагивающего парня, буквально чувствуя внутреннее сопротивление. — Не зажимайся, Антон, иначе я не смогу ничего сделать. Парень что-то зашипел, но покорно расслабил плечи, опуская голову вниз, позволяя мужчине проскользнуть пальцем глубже в поисках нужной точки. Нащупав простату, Арсений отточенными движениями начал ее поглаживать, то надавливая сильнее, то вовсе еле касаясь. — М-м-м, — Антон судорожно выдохнул, задышал часто-часто, и мужчина улыбнулся.  — Что, больно? — Не-ет, — едва слышно выдохнул Антон, судорожно сжимая в пальцах край обивки массажного стола, чувствуя как бешено колотится его собственное сердце. Кажется вот так с ума и сходят от тупого наслаждения, что в один момент горячей волной накрыло с головой, порождая совершенно дикие желания. Хотелось стонать, хотелось ощущать, наконец просто подмахнуть бедрами, насаживаясь на палец массажиста глубже. — Что… что это? — прошептал Антон, едва не поскуливая от наслаждения, от внезапно накатившего кайфа. — Простата, — совершенно буднично, словно речь шла о погоде за окном, ответил Попов, второй рукой скользя по позвонкам, едва-едва надавливая и массируя шею высокого парня. — Расслабься и не зажимайся. — Да, да, хорошо, — Антон едва не застонал в голос, упираясь лбом в стол и подставляясь под руки, ласкающие его шею, а когда внутрь скользнул второй палец, то стало и вовсе нечем дышать. — А-а-а, — Антон все же застонал, кусая губы, чувствуя как стало жарко щекам, низ живота нещадно тянуло сладкой болью, хотелось коснуться своего члена. — Приятно, когда я касаюсь здесь? — охрипшим голосом спросил Арсений, ощущая как плавится под его руками обнаженное тело, как Антон ерзает, прячет голову в локте, скрывая пылающие от стыда или желания щеки. Он продолжал двигать двумя пальцами внутри, лаская бугорок простаты, скользкие от смазки пальцы без сопротивления двигались вперед-назад; в какой-то момент он решился добавить третий и парень под ним выгнулся, бесстыдно оттопыривая зад, раскрываясь. Вторая рука скользнула ниже к мошонке, к горячему вставшему члену, коснулась его, и Антон, тяжело дыша, застонал, толкнулся в чужую руку, пачкая ее природной смазкой. Теперь уже Попов выдохнул носом, на мгновение прикрыл глаза, избавляясь от наваждения и соблазна. Нужно было тормозить, и хотя массаж получился незаконченным, Арсений решил остановиться сейчас, пока еще было не поздно. Он медленно вытащил пальцы и слегка похлопал ладонью по упругим ягодицам парня. — Сеанс окончен, — прозвучало словно в тумане, и Антон обернулся. В его глазах мелькнула неудовлетворенность, сменившаяся беспомощным стыдом, парень вновь отвернулся, вздрогнул оттого, что его спины коснулось сухое полотенце. Массажист ловкими сноровистыми движениями стирал с его спины гель, а затем коснулся ягодиц, и парень с тихим стоном выгнулся. — Готово, — Арсений поспешно отвернулся, стараясь больше не смотреть на обнаженного парня на столе, который своими стонами едва не заставил его переступить черту. Антон поспешил подняться, прикрывая полотенцем более чем очевидный стояк, чувствуя, как все тело подрагивает как после хорошего секса, и сейчас ему больше всего на свете хотелось сбежать отсюда куда глаза глядят. Арсений молча выбросил перчатки, использованные тюбики, вытирал руки, краем глаза замечая, что парень уже натянул джинсы и футболку. — Удачи тебе, не проигрывай больше, — кивнул он, и Антон замер уже у самой двери, а затем молча кивнул, поспешив покинуть кабинет. Дверь захлопнулась, и Арсений устало оперся спиной о подоконник, одной рукой закрывая лицо, а второй сжимая выпирающий член сквозь тонкую ткань штанов, очень сожалея о своей профессиональной выдержке и самообладании.

***

— Молодой человек, я Вам еще раз повторяю - на ближайшее время мест нет, — администратор массажного салона «Седьмое небо» сурово нахмурила бровки и покачала головой, глядя на высокого светловолосого парня, вцепившегося в стойку ресепшна клещом. — Что, совсем нет? — Антон закусил губу, и девушка гневно сверкнула глазами. — Совсем нет, я же Вам говорила… — Я понял, ведущий специалист и прием у него расписан на полгода вперед… но неужели ничего нельзя сделать? — выпалил Антон, и Оксана посмотрела на него как на психа. — Антон Андреевич… — устало произнесла девушка и вновь открыла толстую тетрадь записей и посещений, словно там могло что-то измениться за те полчаса, что настырный молодой человек требует записать его на массаж к Попову Арсению Сергеевичу. — Так, Вы хотите полный массаж, включая массаж проста… — Да и его тоже, — прошипел Шастун, спешно оглядываясь по сторонам так, словно его могли услышать. — Мда-а, — протянула Оксана, перелистывая страницы журнала. — Есть место на двадцатое августа, Вас устроит? Наступила звенящая тишина, во время которой Антон, сцепив зубы, молча смотрел на настенный календарь, демонстрирующий сегодняшнюю дату — двадцатое апреля. — Вы издеваетесь, — прошипел Антон, и девушка хмыкнула.  — А что Вы хотите, я битый час твержу Вам, что мест нет… что все расписано и согласованно, и… — Твою мать, — рыкнул Антон, в сердцах припечатывая ладонью в лакированную поверхность. — Твою мать, — если бы эта девушка только могла знать, каких нервов и принципов ему стоило прийти сюда вновь, чего ему стоило перебороть стыд. Что он испытывал эти дни после долбанного сеанса массажа, после которого он дрочил в душе, представляя на своем теле чужие руки. Если бы она знала, то записала бы его тут же. — Я сейчас охрану вызову, прекратите буянить, — хрупкая нимфа внезапно повысила голос, и Антон вздрогнул. — Что здесь происходит? Антон резко обернулся, едва услышав знакомый бархатистый тембр. К стойке подошел Арсений, его небесно-голубые глаза прищурились, а затем, увидев Антона, он улыбнулся и повернулся к Оксане. — Что случилось, Окс? — Да вот, юноша просит записать его к Вам и понимать не хочет, что мест нет вообще. — Дай-ка я посмотрю, — Арсений бросил взгляд на Антона, и от этого взгляда все внутри сжалось, а после мужчина опустил голову в журнал. — Окс, смотри, эту даму можно подвинуть, она все равно почти всегда опаздывает. Перепиши ее на час позже. — Хорошо, Арсений Сергеевич, — с готовностью кивнула Оксана, и Арсений вновь поднял глаза на Антона. — Проходите в мой кабинет, Вы же помните где он? Ирония в голосе мужчины заставила Антона закусить губу и спешно ретироваться в нужный коридор, чувствуя на себе пристальный взгляд чужих глаз. — Окс, отмени сегодня все записи, — протянул Арсений, провожая взглядом фигуру высокого парня. — Как? — ошарашенно произнесла девушка, и Попов кивнул.  — Да вот так - отмени, скажешь, заболел. Когда Арсений вошел в свой кабинет, то Антон полностью обнаженный стоял у массажного стола, на звук двери даже не обернулся, едва заметно вздрогнул. — Ты снова проиграл и у твоих друзей оказалась очень скудная фантазия? — Арсений откашлялся, приближаясь к одному из своих шкафов со всякими баночками. — Ложись удобнее. Где-то под потолком вновь ожила музыка, и в кабинете запахло чем-то таким, что по коже побежали мурашки. Арсений обернулся, растирая по ладоням гель, замечая, что парень продолжает стоять, вцепившись руками в край массажного стола. Прямая спина, выпирающие лопатки, округлые ягодицы с милыми ямочками. Арсений приблизился к нему так медленно и осторожно, словно пантера перед прыжком, боящаяся спугнуть свою жертву. Антон почувствовал, как шею обдало теплом чужое дыхание, а плеч коснулись сильные руки, разминая застывшие мышцы. — Антон, — выдохнул мужчина и скользнул руками по спине. — Может быть, ты ляжешь и мы начнем? — Что это за запах? — едва слышно прошептал Антон, подставляясь под теплые ладони массажиста. — Сандал, — произнес Арсений, и его руки прошлись по животу, затем по бедрам. Антон выдохнул, не в силах больше сдерживаться, сделал шаг назад, откидывая голову на чужое плечо. Руки мужчины переместились на живот, оглаживая его, скользя к паху, касаясь члена, который в чужих руках стремительно оживал. — Тебе нравится? — шепнул он, и Антон слабо кивнул, выгибаясь в чужих руках. — Я знал, что ты оценишь, — руки массажиста неспешно двигались по стремительно набухающему члену прижимающегося к нему парня. — Знал, — Антон на мгновение распахнул глаза. — Ты знал, что я приду? — Надеялся, — просто ответил Попов, хотя на самом деле не надеялся, а масло с запахом натурального афродизиака держал в шкафу на всякий случай. Кажется, этот случай наступил. То ли от запаха, то ли от внутреннего желания, Антон, кажется, вовсе потерял голову, выгибаясь в руках массажиста, он готов был отдать ему здесь и сейчас всего себя без остатка, и ему было ни капли не стыдно, хотелось чтоб этот Арсений его трахнул, вставил, подмял под себя, овладел полностью. — Что ты… — Антон ахнул, когда рука мужчины заскользила по члену чаще и резче. — Массаж, — хрипло прошипел Арсений, чувствуя как плавится в его руках обнаженное тело. Шастун застонал, выпячивая зад сильнее, стремясь как можно ближе прижаться к паху мужчины. Что же он творит, демон, Попов закусил губу и, сохраняя остатки самообладания, подался вперед. — Я не сплю с клиентами, Антон, — прошептал он ему прямо в ухо, несильно прикусывая мочку. — А я не сплю с мужчинами, — выдохнул Антон, подставляя шею под теплые губы. — Никогда…никогда не спал. — Что же нам делать? — иронично произнес Арсений, сжимая ладонью упругие ягодицы и скользя пальцами между двух половинок. — Забить на принципы,  — Антон со стоном выгнулся, прижимаясь задом еще крепче, ощущая внушительный стояк мужчины позади него. — Что ты со мной делаешь, а?  — Арсений хрипло заурчал, а затем довольно грубо нагнул парня над массажным столом, стягивая майку с себя, дотягиваясь до флакона с гелем, прижимаясь ближе. Скользкие пальцы выверенным движением скользнули между двух половинок. Антон вскрикнул, когда сразу два пальца толкнулись в тугую дырочку, растягивая бархатные стенки, находя заветную точку. — Арс, Арс, — парень со стоном выгнулся, задрожал в чужих руках. Запах сандала и близость кружили голову, путали мысли, жар внутри заставлял страстно хотеть и бесстыдно насаживаться на чужие пальцы. Третий палец толкнулся к двум предыдущим, и Арсений наклонился, впиваясь в чужие губы, глуша протяжный хриплый стон. — Хочу, хочу, — бессвязно шептал Антон, распятый на столе горячим телом. Одной рукой Арсений ему надрачивал, второй - растягивал, раз за разом попадая по нужной точке. Три сложенные вместе пальца с хлюпом скользили туда-обратно, заставляя парня скулить и подмахивать бедрами навстречу. — Сейчас-сейчас, — шептал Арсений, вылизывая шею партнера, а затем отстранился, но лишь для того, чтобы дотянуться до презервативов в ящике ближайшего шкафчика. Антон захныкал, заерзал, лишившись на мгновение жара чужого тела, выдохнул, задрожал, когда, в конце концов, почувствовал, как ему в зад упирается чужой член. — Не бойся, — шепнули теплые губы, а затем Арсений плавно толкнулся вперед, входя лишь наполовину, выдохнул, сжимая ладонью шею парня, прижимая его к столу, не давая возможности пошевелиться. Толкнулся резче, раз-другой, третий и в какой-то момент попал по простате, и больше с намеченного пути не сворачивал, вбиваясь резче, чаще чередуя это с медленными плавными толчками. Антон скулил, выгибался, царапая короткими ногтями обивку стола, протяжно стонал:  — А-арс-с, Ар-арс... На мгновение в комнате исчезли все звуки, кроме ярких звонких шлепков тел друг о друга. Арсений брал сильно, с чувством толкаясь глубже, раз за разом наращивая темп, упираясь ладонями в лопатки, прижимал к столу, вслушиваясь в хриплые стоны и не давая возможности пошевелиться. От разрывающих напополам эмоций и чувств хотелось сдохнуть, но ради салюта перед глазами, который раз за разом набирал свою силу и яркость при каждом толчке на обратной стороне век, стоило жить. Антон не сопротивлялся, когда Арсений перевернул его на спину, вновь одним толчком входя внутрь и припадая теплыми шершавыми губами к его шее, не переставая двигаться, лаская руками его тело, целуя губы, лишая кислорода. Антон выгибался в чувственных умелых руках, обнимая мужчину за шею, путаясь пальцами в его темных волосах, ощущая стремительное приближение салюта. — Можно кончить тебе на живот? — прошептал в приоткрытые губы Арсений. — Что… — Антон встрепенулся, не сразу соображая, что от него хотят, а затем через силу выпалил: — Нет… нет, не смей. Жадные размашистые толчки стали чаще, резче, парень выгнулся вновь, теряясь в пространстве. — А внутрь можно? — зашептал Арсений, прижимаясь ближе, жарко дыша ему в шею, его рука скользнула ниже, начиная быстро двигать вдоль члена партнера сжатой в кольцо ладонью. В этот момент волна экстаза начала накрывать с головой их обоих. Тяжело дыша, Антон обмяк в чужих руках, прикрыл глаза, подластился под теплую ладонь, ласково скользнувшую по его щеке, позволил этим сильным рукам подхватить его под попу и перенести в смежную комнату на диван. Обессиленный, истерзанный, но, кажется, невероятно счастливый Антон вздохнул и прижался к мужчине, который лег рядом. Разговаривать не хотелось, и несколько минут они провели в абсолютной тишине. — Не жалеешь? — Арсений первым нарушил тишину, прикоснулся губами к влажному виску парня, и тот выдохнул:  — Ты о чем? — Я об этой истории, в которую ты нас втянул, — в голосе мужчины слышалась ирония, Антон закусил губу и попытался встать. — А ты, значит, жалеешь, ну да, принцип же… — Да лежи ты смирно, — сильные руки вернули его бурчащего на место, заскользили по шее, легкими массирующими движениями пальцев находя нужные точки, и Антон охнул, едва не мурлыкая от удовольствия, прижался ближе, чувствуя, как постепенно тяжелеют его веки. — Не жалею, Антон, не жалею, — прошептал Арсений с улыбкой, разглядывая подрагивающие ресницы мгновенно вырубившегося парня, а затем натянул на них двоих плед…