Сломанные

      Лёд и пламя. Холод и тепло. Кровь и тириум. Насос и сердце.       Слишком противоречиво. Слишком эгоистично.       Неправильно. Раздражающе.       И… Интригующие.       Тимур негодует, когда ему в напарники дают долбанную куклу. «Это новая модель, из линейки презентованной нам Россией в качестве примирения с завоеваниями в Антарктиде. Их курирует Киберлайф, по всем вопросам — к ним». Тиму похер на Антарктиду, у него дома собака не кормлена и рулетка русская дожидается, и очень хочется послать начальника депортамента полиции, но ему говорят "ты же эмигрант, тебе же легче с соотечественником".       Соотечественником, блять.       Бабьяк на сто процентов уверен — андроид… FV800? Что за тупое сочетание? Так вот, он уверен, что новый напарник даже не слышал никогда шелест русских берез, не видел просторов голубых полей, не вдыхал — чёрт бы побрал механиков за ненужную роботам функцию, призванную сымитировать человека! — осенний запах трав и леса, и ночную прохладу никогда не засыпающего города. В него заложена программа, он может знать историю России наизусть, петь голосом Аллы Пугачевой «Миллион роз», рассказывать народные анекдоты и шутки.       Но он ни-ког-да не был его соотечественником, ибо он даже не человек. Живой, тёплый.       Настоящий.       Просто Тим как-то незаметно, незатейливо разрешает назойливому напарнику залезть в свой же дом, подружиться со своей собакой, вытаскивать из полупьяного бреда, гладить по голове, как маленького, когда тот пускает пьяную слезу. На утро Бабьяку всегда стыдно, но андроид молчит и ничего не говорит, и Тим расслабляется, не забыв, правда, перед этим тихо и проникновенно сказать.       — Хоть одна живая душа узнает — урою.       Бывший балагур, сломавшийся из-за вины, что по собственной дурости обрек своего друга — напарника, такого же русского эмигранта — на смерть. Разучившийся шутить, утонувший в алкоголе и осознании — смерть не спасет.       Фил — теперь Фил — похож на Михаила. Такой же аккуратный костюм, такие же бесящие, но смешные усы, карие глаза и волосы, низкий рост.       Даже голос — и тот похож.       Тимур с ума сходит от этой схожести, и по ночам только сильнее пьёт, закладывая в барабан револьвера больше пуль — но каждая " удачная" проходит мимо, едва-едва опаляя висок.       И всё же — есть то, что отличает Фила от Мишки. И это видно даже постороннему человеку, не знакомому с ними так близко, как Тим. Взять хотя бы…       Хотя, это неважно. Не нужно. Это так глупо — сравнивать двух мёртвых Или одного живого и мертвого?..       Просто… Фил — это Фил.       Безукоризненный, безэмоциональный. Идеальная машина, кукла, которую можно ломать, но Тим знает, насколько тверд стержень металлического напарника. Он знает, как тот задыхался в странных всхлипах после первого — случайного  — убийства убегающего девианта. Филлип стрелял в воздух рядом с головой, надеясь (или просто сработала психологическая программа) напугать, но рука, которая просто не-мог-ла сбиться, все равно — дрогнула, а преступник слишком сильно дернулся.       Пуля прошила висок с диодом.       Насквозь.       Тим помнит, каким прохладным на ощупь оказался напарник, когда человек обнимал его — впервые сломавшегося, впервые сломавшего. Мягкие, не пластиковые — из чего их там делают андроидам? — волосы, дрожащие руки, отчаянный, молящий взгляд…       Андроид ломался, сломанный с рождения, ломался больше и больше, и человек просто не знал, как это остановить. Андроид сам отстранился, сам встал, сам подал руку сидящему на коленях человеку, сам поправил пиджак, сам ушёл, твёрдо чеканя шаг.       Оставляя напарника растепянно смотреть вслед.       Он не был машиной с самого начала — просто Тимур сначала не заметил, поглощенный своим горем. Это сейчас, изучив его, зная каждую черточку, выражение эмоции, характер, ду-шу — сейчас он знает.       И должен сообщить об этом в Киберлайф.       Но идут месяцы, облетает листва с деревьев и бледнеет небо — а Тимур так и не решается взять трубку и набрать холодный номер техподдержки. Тиму просто некогда это делать, а вот потом…       (Он думает так каждый раз, когда видит еле заметную улыбку Фила).        Он кажется всегда спокойным, застывшим каменной статуей. Но у него улыбка жи-ва-я, внутри него яростно клубится огонь, отражаясь в карих глазах.       Андроид FV800 был очень скрытным девиантом, и потому этого никто не замечал.       Никто, кроме его напарника Бабьяка.