Rise or fall?

— Ами, ты можешь его отпустить, пусть сам побегает, — со смешком произнёс Деймон, наблюдая, как девушка еле выдерживает напор своего пса, ротвейлера, который вовсе не характерен для такой хрупкой девушки. — Не могу, — также засмеялась она, когда собака в очередной раз сделала резкое движение, чтобы вырваться на свободу от поводка и хозяйки. — Тогда мы его точно не догоним. — Не хочу тебя разочаровывать, но ты помнишь, кто я? — c ноткой гордости вымолвил Сальваторе, смотря на свою лучшую подругу, закатывающую карие глаза.       Смешно, что они двое могут так крепко дружить и выгуливать собаку после всего, что произошло, учитывая, что по городу разгуливает злой древний гибрид. Амалии Гилберт повезло, что она ещё не видела его, и она искренне надеялась, что и не встретит больше. Как-никак, именно из-за него Елена физически была мертва, но, чтобы спасти её, умер Джон.       Амалия единственная, кто из семьи Гилбертов поддерживала с дядей хорошие и тёплые отношения. Было довольно смешно, когда они все узнали, что Джон — биологический отец Елены, а она на самом деле является двоюродной сестрой Амалии и Джереми. Дядя действительно был родным для неё, и его смерть была тяжёлым ударом для Гилберт, но всё же она смогла с этим справиться. Как-никак, Амалия знала, на что шла, когда связалась со всем сверхъестественным. Она была уверена, хоть ей и не хотелось, что ещё потеряет близких и родных ей людей из-за этого дерьма в жизни, а также из-за этого дерьмового городка — Мистик-Фоллс. К смерти родных привыкнуть невозможно, и смерть Джона стала прямым доказательством этого. После того как родители умерли, Амалии казалось, что ничего страшнее в жизни уже не будет, и больнее точно не станет. Что к следующей смерти близкого человека она будет готова, что она уже знает каково это. Но всё оказалось не так легко.       Тётя Дженна смогла вовремя уехать из города. Елена буквально заставила её сделать это. Было тяжело, конечно, ведь Дженна была их опекуном и самым дорогим человеком. Но как только в городе началась череда убийств, а затем начались слухи о древнем вампире Никлаусе было принято решение, что Дженна уедет. Сама женщина была против этой идеи, но тут уже на помощь пришёл Деймон, который внушил ей покинуть Мистик-Фоллс и начать новую жизнь в другом городе.       Амалия младше Елены на год и старше Джереми на год. То есть, ей семнадцать, но чувствует себя явно старше, ведь ответственности на ней больше, чем на ком-либо из её сверстников. Внешностью отдалённо похожа на Елену, вот только светло-русые волосы, пшеничного оттенка дают возможность кардинально отличаться от неё. Те же детские мягкие черты лица и карие глаза.       Лея старалась максимально подальше держаться от сверхъестественного, но так как её лучший друг Деймон являлся вампиром, сестра — двойником, подруга — ведьмой, друг — оборотнем, это было слегка затруднительно.       С Деймоном у неё изначально сложились великолепные отношения, а вот со Стефаном более натянутые, ведь он не упускал возможности поучить девушку уму-разуму, в отличие от Дея, который всегда был только «за», чтобы совершить что-то необдуманное и совершенно безрассудное с семнадцатилетним подростком, который просто обожал вляпываться в проблемы. — Роби, прекрати! — скомандовала своему псу Амалия, пытаясь удержать его от нападения на какого-то незнакомца. — Роби! — дёрнула она его за ошейник, когда тот стал лаять на того самого мужчину.       Она без понятия, что нашло на Роба. Ведь хоть он и считается «плохой и злой» породы, но он был всегда добрым и ласковым псом, и тем более никогда не кидался на прохожих. — Простите… — сожалеющим голосом начала лепетать русоволосая, поднимая взгляд на того самого мужчину.       Незнакомец впился в неё долгим и изучающим взглядом. На секунду Лее он показался смутно знакомым, но она была уверена, что никогда прежде его не видела. Внутри стянулся тугой узел, и она не могла понять от чего.       Сердце же Никлауса пропустило несколько ударов. Как только он встретился взглядом с распахнутыми, цвета тёмного шоколада глазами ему показалось, что земля уходит из-под ног. Он пропустил мимо ушей её реплику, не уловил смысл слов, но слух ласкал тонкий юный голос. Когда секундный ступор сменился удивлением, он смог хоть немного контролировать свои эмоции. Попытался натянуть каменную маску. Но непонятное чувство возле груди не давало ему окончательно привести себя в чувства. Он не знал что с ним только что произошло, но ему это уже явно не нравилось.       Амалия не успела опомниться, как оказалась за спиной Деймона, который угрожающе смотрел своими льдисто-голубыми глазами в глаза незнакомца. Гилберт переводила недоумённый взгляд с одного на другого, уже совершенно не обращая внимания на собаку, которая так и норовила вырваться из крепкой хватки девушки. — Кто это, Деймон? — подала ещё раз голос Амалия, вопросительно смотря на лучшего друга, с опаской кидая взгляды на мужчину. Тот в свою очередь с интересом наблюдал за Гилберт.

«Красивый», — успела заметить Лея, разглядывая таинственного незнакомца.

      Пшеничные, слегка волнистые волосы, серо-зелёные глаза, крепкое телосложение. Но было в нём что-то… волнующее, что ли. Точнее, пугающее. Что-то, что заставляло ладошки потеть, а слова путаться. Что-то, что выбивало её из колеи и из-за чего она не могла связать мысли в одну. — Клаус, — с фальшивой улыбкой злобно произнёс Сальваторе, напрягаясь всем телом, чего не могла не заметить вдруг застывшая девушка, стоящая за его спиной.       Одно имя, которое вызвало в ней бурю эмоций. Самыми явными были страх и злость, и она не понимала какое же из чувств доминирует. Она сглотнула и, сама того не осознавая, вцепилась в руку Сальваторе. Дар речи пропал, и осознание того, что перед ней сейчас стоит самое опасное существо на земле, медленно подкрадывалось, загоняя Амалию в ужас. — Деймон, — также фальшиво ухмыльнулся Майклсон, показывая ямочки, — рад встрече.       С виду и не скажешь, что он злой. А эти ямочки и вообще могли бы умилить Гилберт, если бы она не знала, кто он. — Клаус? — переспросила, будто очнувшись Амалия. — Да, Ами, тот самый Клаус, — запнувшись, ответил Деймон, пытаясь загородить собой девушку максимально. И в данный момент он лишь надеялся на её благоразумие. — Кто это прекрасное создание? — ухмылялся Никлаус, откровенно разглядывая младшую Гилберт, которую он также видел впервые. Удивительно, как он раньше на неё не наткнулся? — Мы незнакомы… — Слава Богу, — не могла не показать характер Лея. — Никлаус — древний гибрид, убивший мою сестру ради выгоды. Я Амалия, приятно познакомиться, — ещё раз фальшиво улыбнулась она.       Сердце билось как бешеное. Чем больше она находилась в обществе этого мужчины, тем сильнее она сжимала ладонь Деймона. — Ами, пойдём, — даже не взглянув на неё, произнёс Сальваторе. Сейчас у них было не самое выигрышное положение, поэтому стоило уйти до того, как Клаусу что-то не понравится, и он убьёт их.       И сейчас Деймона даже волновал не он сам, а лишь Гилберт. Эта несносная девочка засела глубоко в его сердце, и он себе не простит, если с ней что-то случится. И то, что сейчас она со страхом сжимает его ладонь, отрезвляет его. Но гордость берёт за то, что она даже на секунду не показала, что боится. — Надеюсь, ещё увидимся, Амалия, — выделил её имя древний, произнося это таким бархатным и успокаивающим голосом, что она даже засомневалась, что он злодей.       Спустя секунду место, где только что стоял гибрид, было пустым, а Ами лишь посмотрела на Деймона, мысленно спрашивая: «Это что сейчас такое было?!». — Прекрасные новые жители в Мистик-Фоллс, — саркастично проговорила Амалия, пытаясь прийти в себя после столь приятной встречи. — В следующий раз веди себя тихо и не знакомься с первородными гибридами, — не без злости сказал вампир. — Он ведь думает, что Елена мертва, да? — тихо спросила Леа. — И как долго он ещё будет думать так? — Сколько потребуется.

***

      Амалия на входе в Мистик-Гриль сняла с себя свою чёрную косуху, оставаясь лишь в одной майке. Как ни странно, погода была великолепной, и солнце грело даже после четырёх дня. — Мэтт, привет, — улыбнулась русоволосая, подходя к бару, бросая куртку на соседний, свободный стул. — Погода невероятная. — И то правда, — улыбнулся приветливо бармен, вытирая по-барменски стаканы. — Будешь чего-нибудь? — Латте, — улыбнулась она. — Младшая Гилберт, — проговорил рядом уже знакомый голос, и девушка обернулась к Майклсону, натягивая хитрую ухмылку, смотря на него карими блестящими глазами. — Без охраны? — А ты видел меня когда-либо с охраной? — вскинула она бровями, принимая холодный латте из рук Мэтта, который недоверчиво покосился на Никлауса, но Леа лишь кивнула ему, что всё в порядке. — Сальваторе не твоя охрана? — наигранно-удивлённо спросил он. — Плохая, раз не смогли уберечь твою сестру, — ухмыльнулся он. — Плохая шутка, — с серьёзным лицом сказала она, стараясь сделать вид, что Елена правда мертва. — Деймон? — улыбнулась она, делая маленький глоток напитка. — Увы, я не моя сестра, чтобы бояться выгуливать даже собаку без охраны. Деймон просто любит находиться рядом. — А я уж подумал, что это у них падкость на Гилбертов. — Падкость на Петровых, а я не Петрова, — подмигнула она ему, пока он наблюдал за ней с легкой ухмылкой. — Слава богу, я только отдаленно её родственник, и мне не угрожает их судьба неопределённости в любви, — на выдохе выговорила она, ловя его пронзительный, испытывающий взгляд. — Что? Чего так смотришь? — нахмурилась она, чуть ёжась. — Ничего, — спустя несколько секунд молчания выговорил он, продолжая прожигать её взглядом, пока она недоуменно поглядывала на него, не понимая в чём дело. — Не возьмёшь трубку? — спросил он, поглядывая на звонящий мобильник и то, с каким обречённым лицом она смотрит на дисплей. — Папочка-Деймон волнуется, — пожала она плечами, укоризненно глядя на Мэтта, который лишь кинул безобидный взгляд, показывая, что должен был сообщить Сальваторе. — После того, как я в какой-то степени смогла построить нормальные отношения с Элайджей, — посмотрела она на Клауса, приподнимая брови, — которого ты, между прочим, заколол, они контролируют всех, с кем я начинаю общаться, особенно если это первородные вампиры. — Ты общалась с Элайджей? — удивился гибрид, делая глоток бурбона, но Амалия лишь приподняла указательный палец в знаке «заткнись». — Деймон? — взяла она трубку, прикладывая телефон к уху, но затем пришлось его чуть убрать, ведь те крики слушать просто невозможно. — Да, — ответила она. — Мы просто разговаривали, — закатила она глаза под всё ту же ухмылку Никлауса. — Ладно, не буду больше разговаривать со злыми гибридами. Господи, Деймон, ты позоришь меня, — прохныкала она, пряча лицо в ладонях, кое-как придерживая телефон, видя, как ухмыляется Ник тому, что её отчитывают. — Всё, прекращай.       Выключив телефон, она нервно забросила телефон в сумочку. Ненавидела, когда ей указывали, что делать. Тем более — если это Деймон, ведь от него она не привыкла слышать запреты. Если Стефан, она бы не сильно разозлись, ведь просто привыкла к тому, что он выносит ей мозг с моралями. — Мне запретили с тобой говорить и сказали идти домой. — Ты не ответила на мой вопрос. — Об Элайдже? — выдохнула она, помешивая ложкой пенку кофе. — Он был довольно милым, и мы неплохо поддерживали связь, пока он не использовал нас, — бросила она взгляд на заинтересованного гибрида. А вроде так и не скажешь, что его боится весь сверхъестественный мир. — А потом ты убил его.       В данный момент страха она не ощущала. Не знала, с чем это связано. Непринужденная обстановка и большое количество людей в кафе? Но чем бы ей они помогли, если бы Клаус решил убить её? Но пока она видела, что он настроен дружелюбно, то отдавала ему той же монетой. — Прекрати напоминать мне об этом, — с лёгкой ухмылкой на губах молвил Никлаус. — Брат сейчас отдыхает. — Деймон сказал, что ты воскресил свою сестру, — будто бы вспомнила она, — Ребекка, кажется. — Как быстро расходятся слухи. — И не говори, — улыбнулась она, подымаясь на ноги, забирая сумку и куртку с соседнего барного стульчика. — Не могу сказать, что рада была пообщаться с тобой… — вымолвила она. — Надеюсь, больше не увидимся, — подмигнула она ему, оставляя деньги за кофе на барной стойке, быстро покидая компанию гибрида.

***

— Что за собрание и без меня? — совершенно равнодушным тоном спросила Амалия, когда вошла в гостиную в поместье Сальваторе.       На диванах возле камина собралась практически вся компания: Елена, Деймон, Стефан, Кэролайн и Бонни. Все присутствующие тут же обратили внимание на вошедшую девушку. Лицо Елены тут же изменилось, и сейчас она всем видом пыталась показать строгость и злость, Кэр снисходительно улыбнулась и пыталась мысленно поддержать подругу, ну а Деймон не смог удержаться от саркастичной фразы: — Привет, королева самоубийц, как день прошёл?       Амалия знала, что эта ситуация не могла просто так забыться и пройти мимо их компании, но, по крайней мере, надеялась на это. Она тут же закатила глаза и возмущённо посмотрела на Деймона. — Обязательно надо было всем рассказать? — Ты разговариваешь с Клаусом в Мистик-Грилль! — в оправдание себе проговорил Сальваторе. — Конечно обязательно. — Но ведь ничего особенного не произошло, разве нет? — совершенно спокойным голосом спросила она. Она понимала, что с её стороны это было безрассудно и глупо, но не бежать же ей восвояси, как только на горизонте появляется Клаус? — В тебе осталось хоть немножко инстинкта самосохранения? Он мог убить тебя! — Я признаю, что это было странно общаться с ним, но больше шансов, что он бы убил меня, если бы я начала убегать в ту секунду, когда он заговорил со мной.       Леа чувствовала себя ребенком в третьем классе, чьи родители пришли с родительского собрания и начали отчитывать за плохие оценки и поведение. Странное чувство и немного унизительное. — Мы перекинулись всего парой слов, необязательно было созывать всех, чтобы прочитать мне морали. — Мы должны знать, что нам делать дальше, — бархатным голосом выговорил Стефан.       Иногда Лее казалось, что он самый умный и рассудительный из всех, кого она знает. Он редко выходил из себя, всегда говорил спокойно, но больше всего её в нём раздражало то, что он вёл себя с ней как с маленьким ребёнком.       Она всего на год младше Елены, но такое ощущение, что Стефан возомнил себя её отцом. Возможно, так он пытался ей помочь или стать ближе, и Лея ценила это, но иногда это выводило из себя. — Он непобедимый древний наполовину вампир, наполовину оборотень, вы действительно думаете, что мы как-то сможем справиться с ним? Это даже не чокнутая Кэтрин, которую мы знаем, что можно убить палкой, это чёртов первородный гибрид, — медленно произнесла Амалия.       До неё самой будто только начал доходить смысл собственных слов. Надо быть слишком самоуверенными, чтобы думать, что они могут что-то сделать в этой ситуации. Звучит так будто она не верит в себя и своих друзей, но это трезвый взгляд на сложившуюся ситуацию.       Никлаус слишком опасен, и они ничего не могут с этим сделать.