Rise or fall?

— Так вы поцеловались? — вскинула бровями Амалия, переводя взгляд на Деймона, который потягивал молодую кровь из стакана, не отводя взгляда от горящего камина, пока русоволосая лежала у него на коленях. — Я умирал, — грустно выдохнул Сальваторе, перебирая золотистые пряди подруги. — Скорее, это был прощальный поцелуй. Что-то вроде одолжения. — Всё же она любит тебя, — пожала плечами Ами, рассматривая сосредоточенное лицо вампира. — Но Стефан её парень, она не может бросить его, ведь… — Она любит его тоже, — хмыкнул Деймон. — Но это уже неважно, ведь он разгуливает с древним гибридом по штатам, убивая и круша всё на своём пути. — Он сделал это ради тебя, Дей, — пролепетала Гилберт. — Не стоит винить его в этом. Я бы сделала то же самое. — Напомни, почему я влюбился в твою сестру, а не в тебя? — выговорил Сальваторе, на что Амалия рассмеялась, щекоча слух вампира. — Потому что… она Петрова? — неуверенно ответила она. — Кстати, где она? — Готовится к завтрашней вечеринке в честь её дня рождения. — Ненавижу шумные вечеринки, — с полным отвращением в голосе выговорила Леа. — Но у меня нет выбора, и меня насильно потянет Кэролайн и Тайлер. — А у меня не будет выбора, ведь она будет проходить у меня дома.

***

— Джереми опять накуренный, — расстроено вымолвила подошедшая Елена к Ами, Аларику и Деймону, отбирая у сестры стакан с виски.       Амалия лишь пожала плечами, наливая новый, поправляя своё короткое чёрное платье. Музыка с особняка Сальваторе больно била по ушам, а единственным желанием было уехать домой. Но на какую-то часть это и её дом, ведь Амалия проводила здесь большинство своего времени и ночевала здесь чаще, чем у себя дома. Изысканная комната, которую ей любезно предоставил Деймон, нравилась ей куда больше, чем маленькая серая комнатка дома.       Елена, как именинница, тут же испарилась в толпе шумящих подростков, оставляя сестру в компании мужчин. — Энди просит забрать её, — устало выдохнул Деймон. Кажется, ему изрядно поднадоела эта журналистка. — Твоя девочка хочет тебя приручить? — вскинула бровями Амалия, кидая недовольный взгляд на Рика, который отобрал у неё из рук стакан с виски, показывая, что ещё маленькая для такого пойла. — Верни. — Я должен быть ответственным и не давать тебе пить в твоем возрасте, — серьёзно проговорил Зальцман. — Дженна оставила вас на меня. — Нет, — хохотнула русоволосая. — Дженна уехала, потому что ей внушили убираться с этого города от греха подальше. А также ей внушили, чтобы она сказала тебе, чтобы ты приглядывал за нами, а не строил из себя строгого папочку, Рик. — Сути не меняет. — Вы пока решите здесь свои семейные проблемы, — хмыкнул Деймон, подымаясь на ноги и передавая бутылку с виски в руки историка, — а я поеду за своей журналисткой. — Почему ты просто не внушишь ей проваливать? — А кем я тогда питаться буду? — нахмурился вампир, в упор смотря на подругу. — Тобой? — он сделал рывок в её сторону, шуточно зарываясь ей в волосы, издавая звуки зверя. — Поезжай уже, — хохотала она, отталкивая друга от себя, на что он, поддавшись, ушёл. — Не могу понять, как вам всё же удалось подружиться, — наблюдая за девушкой, проговорил Аларик, делая глоток крепкого напитка, чуть морщась. — Само вышло, — пожала она оголёнными плечами. — Он совсем не такой кретин, каким старается казаться. Идиот — бывает, но хоть не злой. — Елена делает его лучше. Даже не осознавая этого. — Елена даёт ему напрасные надежды, и это разбивает ему сердце и мне заодно. Она прекрасно понимает, что любит Стефана, дожидаясь, когда у того появятся мозги, и он вновь вернется к ней. Но не будем об этом? — Натянула она фальшивую улыбку, подымаясь на ноги и протягивая руку опекуну. — Пойдём танцевать.       Амалия упустила тот момент, что Деймон стал первым и последним, на данный момент, парнем в сексуальном плане. Она сама удивляется, как после этого может спокойно дружить с ним. — Чего? — Танцевать, — повторила она. — Пойдём, хватит киснуть.       Аларик недоверчиво прищурился, но вложил огромную руку в ладошку девушки, пока она весело попрыгала в сторону воображаемого танцпола. Задорно покачивая бёдрами, она улыбалась учителю истории, пытаясь развлечь его. Уж больно он грустный в последнее время, особенно с тех пор, как уехала тётя Дженна. — Перестань быть таким унылым, Рик, — протянула девушка, — повеселись. — Я же должен подавать вам пример, — выдохнул он, но видимо, алкоголь неплохо ударил ему в голову, и теперь он веселился с почти что дочерью.       Амалии жутко грустно наблюдать за Риком, который вёл себя так потерянно. Раньше ему помогала справляться Дженна, но сейчас рядом её нет, так что ему одиноко. Рик заменил ей отца за такой короткий период. Он всегда помогал ей, всегда был рядом. Каждое утро у них весело проходили тренировки, где Аларик учил её самообороне и прочим моментам, какими она теперь может уложить вампира, хоть и ненадолго, ведь те сильнее. Поэтому Ами решила, что историку не помешает слегка развлечься. Стоит вносить в его дни новые краски. Пусть это и будут танцы среди подростков. Рик заслужил отвлечься.

***

      Ночь приколов.       Мэтт всё испортил, когда вошёл в аудиторию и запустил случайно все тридцать штук мышеловок, которые так старательно ставили Тайлер, Амалия, Елена, Бонни и Кэролайн. — Я же даже не выпускница, Кэр, — хныкала русоволосая девушка, понимая, что сейчас нужно перезапускать по-новому мышеловки, — что я здесь делаю? — Ты должна нам помочь! — воскликнула блондинка. — Это же весело! — Я могла бы поспать, — закатила глаза младшая Гилберт, вставая рядом с сестрой у выхода, чтобы в удобный момент уйти. — Вы куда? — нахмурился Тайлер. — Пойдём намажем клеем стол Аларика, — блеснула креативностью Елена, широко улыбаясь.       А Амалия поддержала затею сестры кивком головы и двумя большими пальцами вверх. Не могла она уже видеть эти мышеловки. Теперь они ей будут сниться по ночам. — Ну ладно, — улыбнулась Форбс, продолжая нудное занятие с теми самыми «ловушками».       Обрадовавшись свободе, Ами поспешила за сестрой, которая уже успела скрыться за дверями в коридоре. — Ты можешь идти ещё быстрее и не ждать меня? — раздражённо спросила Амалия, открывая эти самые двери и буквально замирая. Испуганный взгляд сестры буквально выражал: «Беги!», а злой взгляд первородного гибрида заставлял сердце ускорить свой темп.       Он узнал о том, что Елена жива. Животный страх распространился по телу за секунду. Глаза Ами округлились, и она загнанно смотрела на руку Клауса, которой он сжимал в своих тисках её сестру. Елена боялась, и это можно было увидеть невооруженным глазом. Её грудь вздымалась настолько быстро, будто она пробежала целый марафон. Но в глазах можно было увидеть ещё кое-что: Елена слишком сильно переживала за свою младшую сестру. Она любила её настолько, что без раздумий могла бы отдать за неё свою жизнь. Но сейчас из-за неё же Ами находится в смертельной опасности.       Гилберт точно знала, что Клаус не станет жалеть ровным счётом никого, кто перешёл ему дорогу и кто помешал его планам. Клаус убьёт любого, кто встанет у него на пути. В нём нет ни капли сожаления или человечности. — Привет, — ухмыльнулся Никлаус, показывая те самые ямочки, а затем посмотрел вновь на дрожащую Елену. — Ты должна быть мертва. И что нам с этим делать? — фальшиво заинтересованно спросил он.       Он грубо схватил Елену за предплечье, тряхнув её как тряпичную куклу. Его глаза выражали такую ярость, что Амалия готова была поклясться, что ничего страшнее ещё не видела в своей жизни. Его тон был ласков, но Гилберт знали, что это фальшь. Клаус играл с ними, как хищник перед тем, как убить свою жертву. В его глазах они были лишь маленькими оленятами, с которыми расправиться не составляло никакой проблемы, дело в секунде.       Амалия дёрнулась в сторону сестры, когда увидела, что та поморщилась от боли в руке. Она прекрасно понимала, что ничем ей не поможет. Клаус даже не моргнёт, когда убьёт Ами, если та вмешается. Но он заметил волнение светловолосой о своей сестре, и на мужских губах вырисовалась хищная ухмылка.       Он слышал её сердцебиение и слышал, насколько она боится его. Но он не может признаться даже сам себе, что её страх не вызвал в нём никакой радости, как прежде. И это только злило его больше.       В глазах сверкнул безумный огонёк, когда он встретился взглядом с Леей. Он наблюдал, как она крепко сжимает кулаки, впиваясь ногтями в ладонь, но не отступает ни на шаг, как бы показывая, что совсем его не боится. Гордо вздёргивает вверх подбородком и тяжело сглатывает. Она прекрасно осознаёт, что сейчас это могут быть последние секунды её жизни, но при этом остаётся рядом с сестрой. Заслуживает уважения.       Майклсон обвивает пальцами тонкое запястье девушки и осознаёт, насколько же она хрупкое создание. Он не применил даже никакой силы, но почувствовал, как она морщится от неприятных ощущений. Он потянул их куда-то по коридору, совсем не нежно обращаясь с Еленой, и аккуратнее с Амалией. — Ауч, — бросила Ами, и на её удивление гибрид чуть ослабил хватку, но не отпустил. — Больно вообще-то.       Её голос был максимально спокойный. Такой, будто сейчас её тянет неизвестно куда лучший друг. Она притворяется. Старается казаться бесстрашной, но Клаус словно считывает её эмоции. — Молчи, или я убью тебя, — злобно прошипел он, пока русоволосая кидала на него обиженные взгляды. — Я должен был начать создавать гибридов, но у меня ничего не вышло! — громко говорил Майклсон, ведя девушек по коридору. — Думаю, это связано с тем, что ты всё ещё дышишь! — Если хочешь убить — убей, — смело лепетала двойник, пока Ами закатила глаза. Ей реально так хочется умереть? Елена любила геройствовать. Но не ради этого умер Джон, чтобы двойник при любой возможности просила её убить. — Сначала надо убедиться, — вымолвил он, открывая двери в спортзал, — а потом я заставлю тебя страдать, — они вошли в спортзал, набитый учениками, которые готовили ловушки для учителей. — Внимание, выпускники! Вас поймали, вечеринка окончена! Все по домам! — мужчина продолжил держать Гилбертов за предплечья, грубо, но терпимо. Он остановил какую-то девушку и парня. — Вы двое. Я вас помню. — Простите, а вы кто? — подала голос та самая брюнетка, переглядываясь со своим парнем. — Когда мы познакомились, я был не в себе, — двусмысленно сказал Клаус, продолжая дальше внушать девушке. — Подними ногу, Дана.       Брюнетка послушно подняла правую ногу. — Если она опустит ногу, — внушил он парню, — ты должен убить её. — Не надо, Клаус, — пролепетала Леа, — не вмешивай хоть их в ваши разборки.       Амалия знать не знала этих двоих. Но меньше всего на свете ей сейчас хотелось увидеть чью-то смерть. Эти подростки было совершенно невинны, но кто мог подумать, что эта ночь приколов станет последней в их жизни? — Ну что ты, любовь моя, я должен, — серьёзно сказал гибрид.       В каждом его слове звучала усмешка. Он будто издевался над ними, смеялся, убивал медленно. Так, чтобы ещё чуть-чуть, и они сами начали молить о смерти.       А затем двери в спортзал открылись, и внутрь вбежали Бонни и Мэтт. Сердце пропустило ещё один удар. Кажется, что вечер не обойдётся без жертв. — Бонни, уходи отсюда! — крикнула Елена, а затем Клаус за секунду оказался за спиной Беннет. — Вот тебя-то я и ждал! — весело вымолвил первородный. — Можно начинать! — а затем он посмотрел на Дану и её парня. — Дана, можешь расслабиться, вы с Чедом отдохните! — его взгляд наткнулся на быстро дышащую ведьму. — Я полагаю, Елена жива благодаря тебе?       Всё происходило настолько быстро, что у Амалии начинала кружиться голова. Сейчас ей хотелось оказаться дома и осознать, что это был всего лишь ужасный сон. — Да, — кивнула Бонни. — Ищешь виновного — вини меня. — Я не хочу никого винить, — отрезал гибрид. — Просто твоё вмешательство стало виной нежелательных последствий. И раз уж ты создала проблему — ты её и исправишь. — Брось, Клаус, можно же всё решить мирным путем, — пыталась разрешить ситуацию Амалия, ловя ухмылку первородного. — Если сейчас начнутся убийства — Бонни тебе точно ничем не поможет. — Прости, Леа, — выделил он её имя, — но с тобой мы поговорим позже.        Амалия ещё раз взглянула на него умоляющим взглядом, надеясь достучаться до чего-то. Знала, что бессмысленно, но может в нём осталось хоть что-то. Что-то, что поможет им. Что-то, что сможет заставить Клауса успокоиться.       Зрительный контакт прервался, когда в двери ввалилось двое человек. Одной из них была эффектная блондинка. Длинные ухоженные волосы, хорошая фигура и кукольное лицо, которое никак не совпадало с её выходками. Она буквально силой тащила за собой Тайлера, который упирался. Но сколько силы хранилось в столь хрупком теле? Она обращалась с ним как с мешком, а из груди Леи едва не вырвался отчаянный вздох. Неужели всем её друзьям захочется сегодня побывать мишенью для первородных? — Пусти меня, — сопротивлялся Локвуд, пытаясь вырваться, но всё безуспешно. — Заткнись, — прошипела блондинка и брезгливо посмотрела на него. — Тайлер? — негромко произнесла Амалия и сделала шаг в сторону друга, но на месте её удержала рука Елены. Кинуться сейчас к Локвуду равно самоубийству. — Попытаюсь всё объяснить, — ораторствовал Никлаус, взяв уже под локоть Тайлера. — Каждый раз, когда я превращал оборотня в гибрида, они умирали в процессе. Неприятное зрелище, — Майклсон надкусил своё запястье, отчего с него покапала алая кровь, и заставил Локвуда выпить её. — Найди способ спасти моих гибридов, Бонни, — протянул Клаус, — и ради Тайлера, тебе нужно поторопиться! — на этих словах он свернул шею Локвуду, отчего тот безжизненно упал на холодный школьный пол.       Хруст, словно эхом отозвался в стенах школьного спортзала. Гилберт вздрогнула и непроизвольно сделала шаг назад, пытаясь поверить в то, что только что увидела. Она не заметила взгляда, каким её окинул Клаус. Она сейчас вообще ничего не замечала кроме распластавшегося на полу тела друга. Амалия кинулась к нему, присаживаясь возле него на колени, убеждаясь, что он мертвее мёртвого.       Никлаус наблюдал за этим с лёгкой ухмылкой, наблюдая, как девушка судорожно пытается придумать, как помочь другу, понимая, что тому уже никак не помочь. Он вглядывался в её обеспокоенное лицо и старался подавить внутри себя неприятное чувство. Он не знал, что с ним происходит и ответы никто не спешил ему давать. — Чёрт… — прошептала Ами, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза.       Тайлер всегда был её другом. Всю её жизнь. И теперь, если Беннет не найдёт способ превращения его в гибрида, он умрёт. — Не стоит печалиться, любовь моя, — проговорил знакомый голос с британским акцентом, а Леа почувствовала, как на плечо ложится рука древнего гибрида. — С ним всё будет хорошо, если твоя подружка-ведьмочка поторопится.       Амалия брезгливо скинула руку Никлауса, буквально ощущая, как он улыбается, смотря на неё. Она решилась поднять на него глаза и посмотрела снизу вверх.       А он едва ли не вздрогнул, когда девушка посмотрела на него этим взглядом. С ноткой отчаяния сверкали покрытые пеленой слёз карие глаза. Внутри болезненно кольнуло. И он поспешил как можно быстрее разорвать зрительный контакт. — Иди, Беннет, — грубо бросил Клаус. — Я останусь с Еленой. Ами, ты тоже можешь быть свободна. — Я никуда не уйду, — фыркнула она, вглядываясь в спокойное лицо Тайлера.       Дверь хлопнула. Видимо, Бонни и Мэтт ушли. — Я давал тебе шанс уйти, — Клаус обратился к Амалии, но говорил это спокойно. Не повышал на неё голос и не применял физическую силу. — Оставь её, Ник, сейчас не она твоя проблема, — прозвучал стальной голос той самой блондинки. Видимо утомилась ждать. — Она нужна мне, — ухмыльнулся Никлаус, пока Леа недоумённо свела брови на переносице.       Нужна ему? Как ей это понимать? — Оставь её, — попросила двойник, чувствуя, как солёные слёзы катятся по щекам. — Я нужна тебе, а не она. Она невиновна.       В данный момент Ами хотела прикончить родную сестру. Клаус не тот, с кем стоит так разговаривать, ведь он действительно в любой момент может прикончить тебя. А тут ты практически сама просишь об этом. — Кто сказал, что я хочу, чтобы ей было больно? — неожиданно для всех спросил Майклсон. А Ами и то едва ли не поперхнулась воздухом. — Просто у меня появилось несколько вопросов к ней, но как я вижу, даже если я ей их задам, ответов она знать не будет. Поэтому несколько дней я искал подходящую ведьму, которая бы прояснила мне ситуацию. Но пока ни одна не смогла помочь мне.       С каждым его словом Гилберт хмурилась всё больше и больше. О чём вообще он говорит? Какие ведьмы? И как это касается Амалию? — О чём ты вообще говоришь? — нетерпеливо спросила младшая Гилберт, чувствуя, что её терпение кончается.       Страх уступил место любопытству. Она поднялась на ноги и уже смотрела на Клауса во все глаза, надеясь услышать ответы на свои вопросы. — Ещё не время, дорогуша, — улыбнулся первородный, проводя рукой по молочной коже лица Амалии. Он едва коснулся кончиками пальцев её скулы, но это смогло вызвать у неё табун мурашек. Она не могла шевельнуться, думая, что это страх сковал её. — Но обещаю, я обязательно тебе всё расскажу, — Никлаус повернулся к сестре. — Ребекка, утащи куда-нибудь волчонка. И Ами прихвати.       Девушка находилась в ступоре. Она всё ещё не могла отойти от произошедшего и не могла переварить, что только что произошло. Гибрид вёл себя не как обычно. И эти его слова, что он не собирается причинять вред Амалии, выбили её из колеи. А затем это слегка заметное касание. Ами была уверена, что всё это лишь представление и в следующую секунду он просто свернет ей шею. Но она всё ещё жива. — Для тебя — Амалия, — буркнула девушка. — Я останусь с Еленой. — Прости, милая, — фальшиво сожалеющим голосом проговорил древний гибрид, — но я не хочу, чтобы ты пострадала. — Пойдём, — сказала Ребекка более чем дружелюбно, что ещё сильнее удивило девушку, таща Локвуда по полу за руку.       Ами перевела взгляд на сестру, которая лишь кивнула, давая разрешение идти. — Если с ней хоть что-нибудь случится, — прошипела Гилберт в лицо Майклсону, — я убью тебя.       Смелость появилась из ниоткуда. Оставляя сестру наедине с первородным, она сильно рискует. И страх за сестру был выше всего остального. Выше страха за собственную жизнь. — Как страшно, — издевательски вскинул бровями пшеничноволосый. — Он не убьет её, — сказала Бекка, шагая по коридору рядом с нервной русоволосой. — Пока она нужна ему. — Как-то звучит обнадеживающе, — хмыкнула Гилберт, когда Ребекка бросила тело Тайлера на пол, а сама уселась рядом с бессознательной Кэролайн. — Что имел в виду Клаус, когда говорил обо мне? — Можешь не надеяться, что я что-то расскажу тебе. Ник убьёт меня. Хотя ты нравишься мне больше этих идиотов. — Э… Спасибо? — более вопросительно произнесла Леа, не зная, как ей на это реагировать.       Амалия и Ребекка отвлеклись на звук пришедшей в себя Кэролайн, которая потирала шею. — В моё время не было мобильников, — неожиданно сказала Майклсон, клацая что-то в телефоне, — наверное, они сильно облегчают жизнь. — Где Тайлер? — проговорила кое-как Форбс, замечая стоявшие слёзы в глазах подруги. — Он мёртв, — ухмыляясь, сказала Ребекка. — Почти, — стервозно добавила она. — Он превращается, — шмыгнула носом Ами, не отходя от бессознательного друга. — Проснётся и будет гибридом.       Затем Ребекка резко поднялась на ноги и вампирским шагом убежала, промолвила лишь то, что у Елены её ожерелье.       Амалия продолжила сидеть возле мёртвого друга и рыдавшей Кэролайн, которая, зная, что у Клауса плохо выходят гибриды, уже успела похоронить своего парня. Дальше Кэролайн перенесла Тайлера в какой-то кабинет, положив его на учебный стол. Это всё же лучше, чем школьный коридор. Ребекка вернулась и уже тихо тыкала в телефон, Ами молча прожигала взглядом бледное лицо Локвуда. — Что за дерьмо происходит в моей жизни? — нервно теребила край юбки Амалия. — Серьёзно, знала бы, к чему приведут какого-либо рода отношения с Сальваторе, в жизни бы не знакомилась с ними. — Верь мне, это вовсе не из-за Сальваторе, — хмыкнула Ребекка, — скорее, потому что твоя сестра — двойник. — Да, но был шанс того, что про неё никто не узнал бы, даже если бы они не навели шумиху в городе, сзывая в него весь сверхъестественный мир.       В эту секунду послышался глубокий и громкий вдох Тайлера, который уже очнулся. Парень судорожно хватал воздух, пока Форбс успокаивающе поглаживала его по тёмным волосам. — Где я? — откашлявшись спросил…гибрид? — Что случилось?       Амалия переглянулась с Кэролайн, опуская сожалеющий взгляд в пол. Новостей от Бонни пока не было. А это значило лишь то, что… — Тайлер… — Не стесняйся, Ами, — сказала Ребекка. — Что происходит? — Клаус превращает тебя в вампира… — начала говорить Кэролайн, ведь Амалия не могла из-за сильно дрожащего голоса. — Гибрида. Ты превращаешься. — Расскажи всё, дорогая, — цокнула языком Бекка, а затем обратилась к Тайлеру. — Ты выживешь, если вашей ведьме повезёт. А если нет — ты умрёшь. — Тай, всё будет хорошо, — залепетала Амалия, дотрагиваясь ладонью до холодного лица друга. — Бонни найдёт способ… — Вердикт вынесен, — в кабинет вошёл ухмыляющийся Клаус, заставая картину, как Ами пытается утешить Тайлера. — Ведьма сказала, что двойник должен умереть. — Значит, ты убьешь её? — дрогнувшим голосом спросила Амалия, резко выравниваясь и в упор смотря на гибрида, поборов желание пойти найти сестру. — Нет, я почти уверен, что всё наоборот, — ухмыльнулся Никлаус. — Что? — Считай это интуицией… — протянул он колбочку Тайлеру с красной жидкостью. Не сложно догадаться, что именно это. — Кровь Елены. Выпей. — Нет, нет, нет, Тайлер, не надо! — залепетала Кэролайн, пока Ами пыталась её оттянуть от друга. — Он умрёт без неё, Кэролайн! — пыталась вправить подруге мозги Амалия. — Уж лучше так, чем мёртвый Тайлер! — Леа права, — ухмыльнулся Майклсон. — Пей, Тайлер.       Локвуд взял в руки колбочку, притягивая её к сухим губам. Его руки дрожали, но он смог выпить содержимое. — Вот так, — улыбался по-дьявольски древний гибрид. — Хороший мальчик.       Амалия лишь молча наблюдала за Тайлером, сдерживая Форбс от порыва броситься к своему парню. Локвуд хотел выплюнуть кровь, давясь ею, не стоя на ногах. Передавая рыдающую блондинку в руки Ребекки, Амалия села на колени рядом с ним, помогая не упасть полностью на пол. Испуганный взгляд девушки блуждал по согнувшемуся парню. Его тело забилось в судорогах. Кровь лилась через рот, крики вырывались из груди. Зрелище было настолько ужасающим, что Амалия невольно прикрыла глаза всего на секунду. — Что с ним?! — воскликнула она, видя, как лицо друга покрылось испариной. — Почему не сработало?!       Парень кричал, ему было дико больно. Никлаус лишь оттянул Амалию, ведь знал, что что-то может пойти не так.       Он обхватил плечи девушки и сдерживал её, хоть и не мог сказать, что сейчас она сильно бросалась к Локвуду. Она испугалась. Прежде всего за друга, который не пережил обращение. Обмякла в руках гибрида, уставшая за весь день, и уже даже не плакала. Лишь смотрела на мучения друга, пытаясь совладать с собственными эмоциями. Она ярко чувствовала на себе прикосновения Клауса, которые пылали, будто там ожог. Но не смогла не отметить, что сейчас он держал её вовсе не грубо и не так, что кости начинали трескаться. Он просто не пускал её к Тайлеру, ведь понимал, что тот может быть опасен для неё в данный момент.       Брюнет схватился за голову, издавая мученические вопли. Кэролайн начала плакать ещё сильнее, издавая жалобный писк. Её парень умирает у неё на глазах. А она даже подойти к нему не может.       Тайлер Локвуд в секунду остановился и сверкнул золотистыми глазами, выпуская клыки и издавая животный рык.       Сработало.

***

— Так значит, она станет твоим личным мешком крови, — тихо сказала Амалия, стоя с Клаусом возле больницы, где у Елены брали кровь.       Ситуация выглядела настолько абсурдной, что Лее становилось смешно. Но сил не осталось даже на то, чтобы выдавить из себя смешок. Никлаус будет использовать Елену как личного донора для гибридов. Ведь только её кровь сможет помочь им. — Это лучше, чем смерть, — сказал в своё оправдание гибрид, — и благодаря этому твой дружок жив. — Да ты издеваешься, наверное, — прошипела она, не понимая, что вообще делает рядом с ним. Видимо, инстинкт самосохранения у неё отсутствует напрочь. — Не забывай, с кем разговариваешь, милочка, — вздёрнул подбородком Клаус. — Я всё ещё могу убить тебя. — Наши диалоги всегда будут сводиться к угрозам? — Мы можем поговорить о чём-то более приятном, если ты этого хочешь, — в его голосе опять звучала едва заметная усмешка.       Амалия не могла понять, зачем он это делает. И действительно ли он вечно насмехается над ней?       Клаус стоял в нескольких шагах от неё, и Ами даже пришлось проверить, на месте ли её кольцо с вербеной, ведь она не могла объяснить спокойствие, которое сейчас чувствовала. Он угрожает ей. С её сестры выкачивают кровь. Тайлер стал первым успешным гибридом. Амалия, как минимум, должна бежать отсюда и не оборачиваться, но она продолжает разговор с первородным. — Не хочу показаться навязчивой, но… — Гилберт сделала короткую паузу, она не была уверена, что начинать эту тему было правильным решением. — Зачем тебе гибриды? Хочешь собственную сверхъестественную армию? Но ты самый древний вампир в мире, тебя невозможно убить, тогда для чего тебе защита?       Его взгляд стал более серьёзным, а на лице пропала усмешка. Он не разозлился, как могло показаться сразу. Он отнесся к её вопросу с серьёзностью. Сделал несколько шагов к ней, и сейчас их разделяло совсем маленькое расстояние. Он слышал, как её сердце забилось быстрее, но внешне она никак не показала, что её это напугало. Продолжала сохранять на лице спокойствие и лишь разглядывала его с нескрываемым любопытством. — Можешь верить, а можешь нет, — начал говорить Никлаус тихо, почти что завораживающе, — но я не самое большое чудовище в этом мире. Всегда найдётся рыба покрупнее, Амалия. — Разве такое возможно? — Нахмурилась она. — Я не… — Ами, что здесь происходит? — спросил Деймон, переводя взгляд с девушки на Клауса, заводя её себе за спину. — Где Елена? — Всё в порядке, Деймон, — успокоила его девушка. — Клаус не тронет её, — посмотрела Амалия в глаза Никлауса, который откровенно усмехался. — Она нужна ему невредимой. — Почему ты здесь с ним? — недоверчиво покосился на неё Сальваторе, захотев подойти ближе к Клаусу, но она обогнала его, становясь спиной к Майклсону и лицом к Деймону, положив ладошку ему на грудь, останавливая от необдуманных поступков. — Деймон, мы просто разговаривали, — успокоила его русоволосая, буквально ощущая, как Ник прожигает её взглядом. — Не хочешь узнать о своём друге Майкле? — спросил Деймон, а уже через секунду был прижат за горло к машине. Амалия даже среагировать не успела. — Что ты знаешь о Майкле? — грубо спросил Клаус, продолжая прижимать Сальваторе за горло. — Только то, что он уже знает, где ты. — Кто такой, чёрт побери, Майкл? — недоумённо спросила она. — Пусти его, Никлаус, — видя, как больно другу, проговорила она, подбегая ближе. — Ты блефуешь, — полностью проигнорировав слова девушки, сказал гибрид. — Мы с Кэтрин нашли его, — прошипел Деймон. — Считай это нашим преимуществом.       Лицо Клауса дрогнуло. Кажется, он боялся этого Майкла. Или ненавидел. Незнакомец вызывал у него только негативные эмоции. Отпустив Деймона, Никлаус испарился.