Игры с судьбой

      Когда что-то успело пойти не так, я не заметила. Да что уж там? Я даже не заметила, когда мы стали встречаться чаще. Прошло несколько месяцев. Наверно, нас можно было уже назвать хорошими друзьями. Поначалу я еще думала, что он зовет меня гулять только потому, что ему нужна помощь. Я ведь почти единственная, с кем он может поговорить. ЧиМин изменился со временем нашего общения. Он будто стал решительнее, стал говорить меньше, но смеяться и улыбаться больше. Даже походка изменилась. Я как-то заметила за собой, что откровенно пялилась на него. Даже в мыслях проскользнуло: «Ему нужно было попробовать себя в качестве модели». Хотя танцует он тоже неплохо. Не знаю, когда стала радоваться любым переменам в его жизни, но, кажется, мне всё больше и больше нравилось проводить с ним время. Хотя долго я даже не обращала внимания: изменилось, ли моё отношение к нему. Я просто ушла в учебу, потому что посчитала это правильным, вместо того, чтобы бесцельно бродить по городу. Негласно я решила сама про себя: если ЧиМин меня нашел сам, значит, и его вторая половинка тоже рано или поздно придет… если она существует.       В общем, за время нашего общения я и думать забыла о нитях. Почему-то так получилось, что не только я отвлекала ЧиМина от его забот и проблем. Он и сам будто промыл мне мозг.       Перед сном в голове иногда всплывали встречи с ЧиМином. То наши походы в кафе, то в парк, то в клуб. И о чем бы я ни подумала, вспоминалась его улыбка, такая забавная. У ЧиМина закрывались глаза, когда он улыбался или смеялся. И от этого я улыбалась и смеялась сильнее. Еще у него была странная привычка убирать волосы с лица. Порой он делал эти движения рукой настолько часто, что я старалась остановить его. Просто... когда он так делал… это завораживало. Завораживала и его доброта. Он всегда был внимателен ко мне. Любое изменение в моем настроении приводило к многочисленным вопросам, после которых между нами происходили шуточные перепалки. Мы смеялись. От ЧиМина исходила уверенность с тех пор, как у него стало многое получаться и многое налаживаться. Даже с родителями. Да и на работе – новые знакомые, доверие начальника, улыбки посетителей. Я не могла не отметить про себя, что во многом перемены в его жизни и поведении – это моя заслуга.       Но не только он изменился. Изменилась и я сама. Странно, но меня потянуло носить платья. Я даже решилась купить одно. Я заметила это платье, когда гуляла с ЧиМином по торговому центру. Родители на меня косо взглянули тогда и многочисленно переглянулись. В платье я почувствовала себя по-новому. Даже сердце затрепетало. Наверно, я, наконец, стала превращаться в девушку…       Я лежала на кровати, уткнувшись лицом в подушку. Слезы собрались на глазах, в горле и в груди. Я не успела отследить, когда что-то пошло не так. Я не успела заметить, когда сама стала меняться. Теперь я даже вспомнить не могла, о чем вообще думала с тех пор, как впервые согласилась погулять с ЧиМином. Кажется, ни о чем серьезном. Кажется, я слишком сосредоточилась на учебе, когда оставалась одна, на мыслях о ЧиМине перед сном, о том, как ему помочь… как исправить свою ошибку. Я просто хотела загладить вину, верно? Но теперь, когда он признался, что я нравлюсь ему, что он хотел бы попробовать встречаться со мной… Кажется, я ответила ему что-то вроде «Я подумаю», или как-то так. Я с трудом весь оставшийся вечер улыбалась, стараясь, чтобы он не заметил моего изменившегося настроения. Но он заметил. Он всегда замечал. Смешно, ведь он делал вид, что всё хорошо. Это же ЧиМин. Он всегда был сильным. И он думал: мне, возможно, нужно время.       Когда я пришла домой, уткнулась в подушку и тихо заплакала.       Дело было вовсе не в его признании. Это естественно для человека, который до встречи со мной испытывал одиночество. Естественно и то, что ЧиМин привязался ко мне, ведь я искренне пыталась помочь ему. Дело было не в его признании. А точнее… не совсем в нем. Я всё продолжала задавать себе один и тот же вопрос: Когда? Когда что-то пошло не так в наших отношениях? Пролистывая мысленно все те моменты, когда мы проводили вместе время, я понимала, что никогда наши прогулки не были дружескими на самом деле. Хотя бы из-за того, что друзьями мы никогда не были. И не будем теперь уже, потому что в один момент я стала ощущать себя девушкой. И то ли это произошло тогда, когда я почувствовала его руки на свей талии (просто чтобы я не упала), то ли во время его танца, или когда наши взгляды встретились впервые, или когда увидела то платье… Я путалась в воспоминаниях. Путалась, а потому не могла найти ответ. А нужен ли он теперь? Теперь, когда моё сердце вздрогнуло и сильно забилось, а руки задрожали от простого «Ты мне нравишься», нужен ли этот ответ?       Я тяжело вздохнула, стараясь успокоиться. Затуманенным от слез взглядом я стала искать нить ЧиМина по полу. За всё это время я лишь изредка вспоминала о ней, когда замечала на лице ЧиМина грустные нотки. Но тогда красная нить обвивала мою ногу. Я решила, что, возможно, так будет даже проще. Сейчас я искала ее взглядом, но изображение расплывалось. Тогда я встала с кровати, вытерла слезы и посмотрела на пол, под свои ноги. Меня тут же охватил ужас: нить судьбы, ярко-красного цвета, обвивала мои ноги, талию и упорно двигалась к моему сердцу. Порабощенная страхом, я резко сорвала с себя нить. Она поддалась легко, доверчиво, хотя и с некоторой обидой упала к моим ногам, развязывая свои путы.       Я тут же отпрянула от нее, как от огня, тяжело дыша, и снова заплакала, забираясь в угол кровати. Нить же оставалась лежать на полу неподвижно. А меня отчего-то трясло и сердце сильно билось, будто на меня, по меньшей мере, напал маньяк, от которого я всё же смогла скрыться. Скорее всего, за долю секунды я испугалась, что нить доберется до моего сердца. Я привыкла видеть эти нити у людей вокруг, привыкла и к тому, что своей нити у меня, скорее всего, не было. Должно быть, в то мгновение нить ЧиМина мне показалась паразитом, чем-то очень чужеродным, а значит неправильным.       Не знаю, сколько времени я так просидела. Не было никаких мыслей. Кажется, я даже почти уснула, как вдруг единственная мысль заставила меня чуть ли не подпрыгнуть с кровати: «ЧиМин».       На звонки долго никто не отвечал. Уж не знаю, сколько раз я позвонила. Страх вернулся ко мне. Но теперь это было осознание очередной ошибки…       Меня ведь можно было понять? Я просто испугалась. Испугалась неизвестности, перемен… и элементарно того, что нить была так близка к моему сердцу. Разве могла нить сама решить, кто будет второй половинкой для потерянного парня? Разве я так просто могла стать судьбой ЧиМина?? Спустя какое-то время, когда я думала об этом, стараясь дозвониться до ЧиМина, я поняла, что у этой нити просто не было другого выхода. Однако я в тот момент подумала о своих чувствах к ЧиМину, как о том, чего просто быть не может. И пусть, подобно всем глупым людям, я начну сопротивляться судьбе, но я решила найти единственный возможный выход из этой запутанной истории: привязать ЧиМина к тому человеку, который изначально должен был быть его судьбой.