Игры с судьбой

      Весь следующий день я упорно пыталась дозвониться до ЧиМина, но абонент по-прежнему был недоступен. Я очень переживала, что снова совершила ошибку. Меня успокаивала только нить, ведь она оставалась со мной и продолжала двигаться вслед, куда бы я ни пошла. А еще нить, как ей и положено, была ярко-красного цвета. Значит, с ЧиМином не могло произойти чего-то плохого, верно?       Вечером мне, наконец, позвонил ЧиМин. Я так обрадовалась, что чуть не выронила телефон. Оказалось, он «немного повздорил с одногруппниками по танцам». Они подрались. В итоге, ЧиМину пришлось идти в больницу. Врачи боялись, что у него может быть сотрясение, поэтому отпустили только сейчас и вернули телефон. Эта информация привела меня в ужас. Я действительно беспокоилась за ЧиМина. Хотя голос его звучал бодро, мне сложно было представить его в хорошем самочувствии после услышанного от него.       Пока я ехала до больницы, успела себя обругать и мысленно ударить несколько раз. Если бы с ЧиМином что-то случилось, я бы никогда себе этого не простила. Я ехала в автобусе и с укором смотрела на нить. Мне следовало обижаться на себя, я знала это. В конце концов, только я одна была виновата во всём происходящем. И ощущать этот груз вины оказалось очень тяжело, поэтому подсознательно я искала того, на кого можно было бы переложить вину, как-то оправдать себя. Но даже это не помогало. Я не хотела, чтобы с ЧиМином что-то случилось.       На улице было холодно, ветрено и пасмурно. В Пусане зимой редко выпадал снег, а со стороны моря вечно дуло. Никогда не понимала, почему говорили, что морской воздух спасает от болезней. Мне бы, наверное, он не помог, если бы я действительно чем-то болела. Я быстро шла с остановки, продолжая ругать то себя, то нить, то глупую судьбу… даже погоду, потому что влажный холодный ветер было сложно игнорировать. Казалось, я была готова накричать на любого прохожего, если бы он мне встретился по пути.       ЧиМин только выходил из больницы, когда я подходила. Заметив парня, ни о чем не думая, я тут же ринулась к нему. Наверно, я тогда была сильно напугана его состоянием и… действительно боялась, что его побили. Но, похоже, с ним и правда всё было хорошо, даже ссадин или порезов я не заметила. Я просто остановилась напротив него. Не знаю, что за выражение лица у меня было, но почему-то, посмотрев на меня, ЧиМин подошел ближе и осторожно обнял, взяв за талию. Я почувствовала ком, подступающий к горлу.       – Со мной всё хорошо, – проговорил он. – Мой талисман теперь со мной, так что всё хорошо. Не бери на себя чужие проблемы. Ты слишком близко к сердцу всё принимаешь… Знаешь, я так рад, что встретил тебя. Прости, пусть это эгоизм с моей стороны… Ты должна понять, что ты не одна. У тебя есть люди, на которых ты можешь положиться. Ты можешь рассказать мне, если тебя что-то беспокоит. Я часто вижу, как ты уходишь куда-то в свои мысли. Не слушаешь или отвечаешь невпопад. Не замечать это становится сложно.       Я слушала его голос и осторожно вдыхала его запах. Чувствовала, как сердце внутри трепещет от того, что он рядом… так близко. Я обняла его в ответ. Не понимая смысла сказанного ЧиМином, я готова была согласиться со всем, забыть обо всём. Кажется, только так… только в его объятиях… всё становилась на свои места. Всё было правильно. И никакой ветер, холод или судьба уже не могли повлиять на меня.       Я старалась не думать о своем решении, старалась не замечать того, что нить ЧиМина ползет по моей ноге, снова оплетая моё тело. На секунду я решила, что именно это и есть судьба, что так и должно быть на самом деле. Ведь зачем-то я влюбилась в этого парня. И теперь я более чем осознавала, что нить ЧиМина тут совсем не причем. Всего на секунду я подумала именно так. Всего на секунду моё одиночество отошло на второй план, а его место заполнил этот парень. Всего на секунду… до тех пор, пока я не открыла глаза, не посмотрела в застекленную дверь больницы. Мое сердце в одно мгновения сжалось от боли и отчаяния. После того, как я увидела внутри здания порванную нить, я уже не знала, как смотреть в глаза ЧиМину.