Холод и Страсть

10.04.2019

      Нацу редко серьезно переживал из-за чего-либо. Если не считать ссор с Люси, он вообще, кажется, воспринимал все проблемы довольно-таки легко. Ведь, как говорится, из любой ситуации есть выход. Вот только сейчас, сидя перед подъездом на ступеньках и нервно кусая губы, из-за чего те даже припухли немного, Драгнил просто-таки чувствовал, как сводит скулы от неприятного тягучего ожидания и как внутри все просто бурлит от гнева. Тут было два варианта: либо Грей сейчас приедет и получит по своему смазливому личику кулаком с размаха, либо как следует извинится и больше никогда не покажется Нацу на глаза.       В этом Драгнил был уверен на все сто процентов.       Вот только когда во двор наконец-то заехала черная иномарка, остановившись прямо около парня, весь гнев почему-то куда-то улетучился. Теперь скулы сводило уже от волнения, а в горле встал ком. Шумно сглотнув, Нацу неуверенно поднялся со своего места и подошел ближе к машине. Как только затемненное стекло со стороны пассажирского сидения опустилось, перед взором Драгнила предстал тот самый темноволосый парень, будто бы с экрана телевизора.       Грей расслабленно сидел за водительским сидением и сквозь солнцезащитные очки оценивающе смотрел на парня перед собой — словом, тогда Нацу точно убедился, что вовсе брюнет не извиняться приехал. В прошлый раз что Фуллбастеру, что Драгнилу так и не удалось сквозь пелену алкоголя хорошенько разглядеть друг друга, а сейчас же... а сейчас же оба нехотя, но все же отметили про себя, что даже в пьяном состоянии у них чертовски, блять, хороший вкус. Потому что как Грей со своей типичной надменной ухмылкой, аккуратными чертами лица и безразличным взглядом, так и Нацу с возмущением в глазах и искусанными губами смотрелся чертовски горячо.             — Залезай, — наконец-то хмыкнул брюнет, осознав, что вот уже пару секунд они просто откровенно пялятся друг на друга.       Признаться честно, Фуллбастер совершенно не понимал, как должен вести себя с этим парнем. С одной стороны, Эрза ясно дала понять, что между ними абсолютно точно ни черта не может быть, потому что неизвестно откуда появившийся любовник уж точно не вписывается в актерский образ Грея. С другой же — когда это он вообще слушал Скарлет? Тем более будет большой глупостью отрицать тот факт, что брюнет испытывает симпатию к малознакомому розоволосому парню. Если бы так, ни за что не потащил бы его к себе домой.        — Я думал, ты хочешь перекинуться парой слов, а не... кхм...       А вот у Драгнила первое трезвое впечатление о Фуллбастере сложилось не самое приятное. Все же на экране (Нацу все-таки не смог сдержаться и потратил все утро на просмотр старых интервью с актером) Грей смотрелся как-то более приветливо и дружелюбно: всегда улыбался, с охотой рассказывал что-то личное... короче, такой себе парень-которому-нечего-скрывать. Вот только, кажется, не все так просто. Потому что вместо того актера, которого знала вся страна, перед Нацу сейчас сидел темноволосый мудак, который мало того, что затащил его в постель от нехуй делать, еще и сейчас смотрит на него, будто мысленно оценивает от одного до десяти и едва заметно ухмыляется.       — Да расслабься ты, — посмеялся Фуллбастер, — просто хочу выпить где-то кофе. Составишь мне компанию?       Драгнил промолчал по поводу того, что для кофе уже немного позднее время. Как и по поводу того, что лицо он ему хочет сломать, а не компанию составить. Кофе — всего лишь повод, и это было слишком очевидно. Но в итоге Нацу все же согласился. Все еще с недоверием кивнул и открыл дверцу, после чего занял место за пассажирским сидением.       Грей не медлил. Тут же развернул машину и выехал снова на дорогу.       Какую-то минуту в воздухе висела глухая тишина. Драгнил, скрестив руки на груди, не отрывал взгляд от лобового стекла, а Грей изредка кидал на него косые взгляды. Все пытался понять, в чем подвох: ему почему-то казалось, что любой на месте Нацу или попытается охомутать звезду шоу-бизнеса или хотя бы потребовать деньги за молчание. А этот... сидит себе и всем своим видом показывает, что Фуллабстер виноват во всех грехах насущных. Хотя насколько помнил брюнет, Нацу вовсе не был против того поцелуя.       — Мог хотя бы разбудить, а не уходить по-английски, — посмеялся брюнет. — Где тут можно выпить более-менее сносный кофе?       — На следующем повороте налево, — цыкнул Драгнил, а затем уже более возмущенно добавил: — Мог хотя бы предупредить, что мне придется созерцать твою физиономию на каждом гребаном канале.       — Ты, правда, что ли, не понял, с кем ушел с вечеринки?       Нацу смутился немного: все же не хотелось признавать, что он действительно напился до того состояния, когда было плевать где, с кем и как. И это просто не могло ускользнуть от взгляда Фуллбастера, который едва заметно улыбнулся перед тем, как последовать указаниям своего спутника и свернуть к небольшому кафе у дороги.       — То, что ты снимаешься в этом крутом сериале... как там его? «Холод и Страсть»?.. Еще не значит, что тебя каждый по имени должен знать, — уже выходя из машины, фыркнул Нацу. И дверью, кстати, хлопнуть тоже не забыл.       Про себя Грей отметил, что характер у этого парня есть. И, с одной стороны, это, разумеется, хреново: попробуй такого уговори подписать контракт о неразглашении. С другой же — чертовски заводило. Фуллбастер даже невольно прикусил нижнюю губу, кривя губы в улыбке. Глаза заблестели азартом, но уже через секунду брюнет опомнился и взял себя в руки. Все же сперва дела, а потом уже развлечения.       Но от одной только мысли об этом парне, который смотрит на него так, словно готов в любую секунду разорвать на клочки, внутри все кипеть начинало.       Грею наскучило видеть натянутые улыбки в студии, наскучило притворяться кем-то другим перед зрителями, наскучило выстилаться перед Леоном на камеру... а тут же. Была во всей этой ситуации своя изюминка. Какая-то искорка, которая разогревала интерес. Был Нацу, который вместо наигранного дружелюбия демонстрировал только неподдельную неприязнь к Фуллбастеру.       И это чертовски раззадоривало.       Но не будь Фуллбастер актером, если бы не мог сдержать себя в руках в нужный момент. Так ничего и не ответив, он вышел из машины и последовал вслед за розоволосым ко входу в здание. Не выказывая ни единой эмоции, которые на самом деле вихрем бушевали внутри.       Официантка подошла сразу же. Грей заказал латте, а Нацу... а Нацу просто хмыкнул и отвернулся к окну. Тогда Грей заказал два латте.       — Так чего хотел-то? — уже более спокойно произнес Драгнил.       После этой фразы брюнет наконец-то соизволил снять солнцезащитные очки и отложить их в сторону. В ту же секунду посмотрел собеседнику прямо в глаза, отчего Нацу даже поежился немного. Показалось, что Фуллбастер словно насквозь его видит. А когда тот же Грей еще и в который раз за вечер едва ли заметно ухмыльнулся, студент вообще дар речи потерял. Тут же отвернулся и невольно поджал губы. А в голове только и крутились прилагательные, которые все, как один, точно описывали этот блядский образ звезды: самоуверенный, бессовестный, дерзкий, нахальный... сексуальный.       — Дело в том, — начал Фуллбастер, — что мне нужно, чтобы ты подписал кое-какие бумаги.       Нацу удивленно вскинул бровь, когда брюнет достал из сумки несколько распечаток и положил на стол. Тут же начал вчитываться в них, и уже через несколько секунд не смог сдержать смешков.       — Контракт о неразглашении? Издеваешься?       — Да, это вполне ожидаемо, если имеешь дело с кем-то из шоу-бизнеса. Ты не должен рассказывать никому о том, что между нами было, да и вообще обо мне в целом. В ином случае понесешь административную ответственность. Обычно это все заканчивается судом и денежным штрафом. В общем, куча потраченных нервов и времени.       С каждым словом Нацу все больше и больше ахуевал от того, каким же мудаком может быть славноизвестный актер Грей, блять, Фуллбастер. В смысле... что он вообще думает? Сначала трахнул, тем самым, кажется, изменив своему дорогому Леону — или как там его? — а теперь просто кладет эту херню (другими словами контракт Нацу охарактеризовать не мог) на стол и говорит, мол, подписывай.       Драгнил даже растерялся немного, не зная, что на это ответить. А стоит ли отвечать вообще? Какой смысл ему соглашаться? Просто чтобы блеснуть добротой? Но Грей опередил все вопросы.       — Разумеется, все это не за просто так.       — Думаешь подкупить бабками? — хмуро кинул Нацу.       Фуллбастер тяжело выдохнул и пожал плечами, мол, а почему бы и нет?       — А ты разве хочешь чего-то другого?       Официантка подошла как раз в тот момент, когда Нацу хотел было ответить. Поставила на столик два стаканчика с кофе и, пожелав приятного вечера, направилась обратно к кассе. Грей проводил ее взглядом, после чего снова посмотрел на парня, сидящего напротив. И то, что он увидел, все же заставило дать брешь в его идеальной игре в беспристрастие. Брови невольно сползли к переносице, а взгляд абсолютно точно выражал непонимание и смятение.       Фуллбастер разбирался в людских эмоциях. Ведь чтобы сыграть, нужно знать, как выглядит то или иное чувство. И то, как на него смотрел Нацу... именно так брюнет изобразил бы сочувствие. Но это просто в голове не укладывалось. Грей жил в элитном районе города, ездил на дорогущей иномарке, мог позволить себе все, что душе угодно, люди на улице его узнавали — что же еще для счастья-то надо? И как тогда этот парень, который видел актера второй раз в жизни (и то, первый не считается), смог так быстро понять, что не все так радостно, как кажется?       — Давай сюда, — выдохнул Драгнил.       Широким размашистым почерком он подписался в нижнем правом углу одной из бумажек. Грей наблюдал за всем этим, не переставая хмуриться. Осознание того, что только что его пожалел какой-то пацан, не давало покоя, чувствовалось во рту горьким привкусом поражения. Но что более важно — дело сделано. Фуллбастер получил договор, а значит, может продолжить жить, как ни в чем не бывало. Да и Эрза вздохнет с облегчением.       Но как только Грей потянулся рукой к чековой книжке, чтобы выписать еще не придуманную сумму на имя Нацу Драгнила, тот тихо цыкнул.       — Себе оставь. Скажем там: платой за это будет то, что мы обо всем забудем и ты больше никогда в жизни не попадешься мне на глаза. А если и встретимся, то сделай-ка лучше вид, что не знаешь меня.       Покрутив в руках стаканчик с еще горячим латте, Нацу сделал пару глотков.       Требовать с Грея деньги за молчание и правда было чем-то... неприятным. А такой вариант, кажется, устраивал обоих. Правда, теперь почему-то становилось даже несколько жаль этого Фуллбастера. «А разве тебе нужно что-то другое?». Нацу мысленно хмыкнул. Успел же кто-то нагадить в душу этого парня. Хотя, может, в мире шоу-бизнеса все так и должно быть? Где водятся знаменитости, там крутятся деньги. А там, где денег слишком много, людям сносит крышу.       — В общем, удачи. Надеюсь, больше не увидимся.       Грей даже ответить ничего не мог. Просто наблюдал со стороны за тем, как Драгнил встает из-за столика и собирается уходить. Первый человек, который за долгие два года увидел в нем не кинозвезду, а обычного парня, сейчас развернется и просто уйдет. А Фуллбастер завтра как обычно поедет на съемки, где его встретит придурок Леон, а затем — к Стингу, чтобы нажраться до потери пульса и едва ли доползти до дома. В общем-то, это повторится и послезавтра, и на следующий день, и на следующий... И тогда-то такой очевидный вопрос назревает сам собой: у Грея, конечно же, есть все, но счастлив ли он?       — Нет.       Нацу ошарашенно перевел взгляд на брюнета, который выхватил только что лежавший на столе телефон чуть ли не у него из рук.       Больше Фуллбастер не притворялся. Не было того актера, который старался не выражать никаких эмоций перед Нацу. Был только Грей, задорно улыбающийся и вбивающий в контакты чужого телефона свой номер, параллельно отбивающийся от попыток Драгнила вернуть смартфон.       — Что значит «нет»? — не сдержавшись, рыкнул розоволосый, когда Фуллбастер наконец-то закончил и все же соизволил кинуть телефон обратно в руки его владельца.       — То и значит. Я не согласен, — засмеялся Грей. — Обязательно увидимся.       Нацу ошарашенно наблюдал за тем, как брюнет встает из-за столика, кладет на край пару денежных купюр и направляется к выходу.       На все возмущенные возгласы Драгнила о том, что он подписал контракт, а значит, Грей должен отцепиться, Фуллбастер лишь качал головой и едва заметно улыбался. А затем остановился уже у входа и перевел взгляд на розоволосого парня, который даже покраснел немного от злости.       — Не поторопишься — домой пешком добираться будешь.       К кофе Грей так и не притронулся.       А Нацу очень пожалел о том, что не додумался поставить блокировку экрана с паролем раньше, из-за чего в списке контактов появилось новое, столь раздражающее имя.