Люцифер

Ужасный зной постепенной сменился легкой вечерней прохладой. Ветер неспешно гонял в кронах деревьев приятный холодный воздух, давая насладиться им всем жителям лесной чащи. Солнце лениво клонилось к закату, не желая уступать своё место сестре луне, но на небе уже виднелись первые звезды. Земля отдыхала, и каждое живое существо, не желавшее в разгар дня стать жертвой жары, сейчас искало себе что-нибудь на ужин. Наруто почувствовал, как нечто холодное зигзагами ползет по его коже. Сначала парень не придал этому никакого значения, желая списать всё на дремоту и причудливый сон про неизвестного человека, но мерзкое чувство холода не проходило. Приподняв голову и медленно ощупав себя, блондин понял, что под майкой у него кто-то надежно спрятался от солнца, и даже не думал покидать своего нового убежища. Молниеносно подскочив, Узумаки стянул верхний элемент одежды и откинул в сторону, прыгая и отряхивая всего себя руками. Небольшой уж недовольно зашипел, выползая из-под ткани, но всё-таки направился прочь, в поисках воды. - Солнечный удар, что ли? – джинчурики упал на пятую точку и запустил пальцы в пышные, но короткие волосы. Голова жутко болела, как и предплечья, лицо и шея, кожа на которых покрылась маленькими белым волдырями. – Черт!.. Ругаясь сквозь зубы, мальчик поднялся на ноги, взглядом нашел куртку и поплелся в сторону Конохи, желая быстрее попасть в душ и постель. Царапина на плече пылала огнем, но эта боль терялась на фоне общего ожога. - Что же ты такое? – рычащий голос раздался из темноты, желая привлечь внимание незваного гостя. Но ответом была лишь пугающая тишина и звук падающих на пол капель из бесконечных коридоров. Он знал, что там, во мраке, притаилось что-то ужасное, несущее страх и смерть всему живому. Нечто такое, что многие просто бояться думать о его существовании. И это нечто было опаснее него самого, потому что с самого своего рождения не ведало ничего, кроме ненависти и жажды крови. - Ха, - тембр его голоса был очень низкий, - ха-ха-ха… - Не думай, что ты сможешь испугать мен… - зверь округлил глаза, когда услышал легкие шаги у себя за спиной. Тьма, в который он сам привык прятаться, сейчас приютила ещё одного узника. Красные глаза встретились с бордовыми, которые намного лучше олицетворяли человеческую кровь, а в следующую секунду подземелье поглотила абсолютная тишина. Скрытый Лист утонул в тенях, давая людям возможность насладиться свежим воздух перед сном. Многие магазины были уже закрыты, и лишь некоторые бары всё ещё манили посетителей своими яркими вывесками. Коноху никогда нельзя было назвать ночным городом, во время сумерек всё умирало в ожидании рассвета, и лишь самые мерзкие дела совершались под покровом ночи. Многие знали об этом, столько же старалось не верить слухам. Селение имело совершенную дисциплину и порядок, являясь надежной опорой всей страны Огня. Такие фразы скармливал Хокаге своим подчиненным и простым жителям, и все были довольной такой «правдой». Наруто плелся по безлюдному кварталу, иногда пиная камни под ногами. Всё тело болело, но больше всего он злился на охрану в пропускном пункте, которые не сразу впустили его в деревню, аргументировав это тем, что: «Ты, наверно, заблудился, мальчик. Такие чернокожие есть только в Облаке, а это Коноха». Конечно, блондин хорошо знал Изумо и Котецу, и понимал их шутки, но сейчас каждая задержка по направлению к дому раздражала его. - Мальчишка… - кожа Узумаки покрылась мурашками от этого голоса. Он резко развернулся и внимательно осмотрел улицу, но она так же пустовала, как и пять минут назад. – Ха-ха-ха… Джинчурики начал крутить головой в поисках источника звука, но всё было тщетно. Холодок в затылке не проходил, поэтому парень со всех ног бросился прочь, желая встретить хоть каких-то людей или спрятаться у себя в квартирке. - От меня не убежать… - блондин остановился, осмотрелся, и побежал налево, где увидел несколько молодых парочек возле небольшого фонтана. – Мне нравиться вкус твоего страха… Наруто кинул куртку на лавочку и подошел к воде, обмывая пораженные солнцем участки кожи. Жидкость принесла успокоение, но от глаз мальчика так же не скрылось то, что раны за пару часов заметно затянулись. «Нечему удивляться, на мне всю жизнь всё заживало как на собаке», - генин набрал в ладони воды, закрыл глаза и плеснул себе в лицо, а когда вновь посмотрел в отражение, то начал задыхаться от страха. Позади него, абсолютно черное, стояло существо с бордовыми глазами. Рот искривила злобная ухмылка, обнажая ряды острых зубов с желтым налетом. Парень ударил кулаком по водной глади и встряхнул головой, а секундой позже наваждение пропало. Он бросил взгляд в разные стороны, - парни и девушка вокруг всё-также мило общались, иногда посматривая на него с тоской в глазах. Сердце Узумаки отдало тупой болью, и он присел рядом со своей курткой. Мальчик знал, что это было за чувство. Сидя у себя дома или тренируясь за стеной Конохи, он никогда не чувствовал себя одиноким, но как только джинчурики возвращался на улицы селения, к людям, то одиночество накатывало огромной волной. Быть самим в толпе, вот чего всегда боялся Наруто. И если то чудище сейчас забрало бы его с собой, неизвестно куда и зачем, то все только обрадуются. - Месть… - голос растянул это слово, наслаждаясь каждой буквой, будто обгладывал сочную кость. - Месть… - повторил генин, спрятав лицо в ладонях, но мгновением позже процедил сквозь зубы, - это не выход! - Ха… ха-ха-ха, - смех неизвестного был подобен раскатам грома, но Узумаки уже смирился с этой галлюцинацией. Или паранойей? Слишком сильная головная боль, чтобы сейчас думать об этом. Схватив свои вещи в охапку, парень направился прочь с небольшой площади, сливаясь с тенями и пропадая из виду людей. Ночь была невыносимо жаркой. Наруто крутился из стороны в сторону, пытаясь найти то самое положение, в котором сможет уснуть хотя бы на пару часов. Но как только усталость пыталась взять вверх над разумом, в сон мальчишки врывались ужасные картины. Огромные твари с грубым оружием и люди, закованные в тяжелые доспехи, что без сомнения бросались в пучину сражения, проливая чужую и свою кровь. Крики умирающих и идущих в бой, сотни стервятников, кружащих над полем брани в ожидании пира, а секундой позже мрачные небеса были разрезаны плотным лучом чистейшего света. Из него появились создания, которым было только одно описание – ангел. И вновь кровь, страх и бесконечная агония. Узумаки стоял посреди гор тел, пытаясь понять происходящее. Он развернулся и медленно начал ступать в сторону, откуда доносился зов. Кто-то звал его по имени, и разгоревшийся интерес пересилил испуг. Время замерло вокруг генина, когда недалеко от себя он увидел Его. С ростом высокого человека, демон вгрызался в горло пробитого насквозь в районе сердца ангела. Два коротких и узких клинка пульсировали алым светом, будто упиваясь уходящей жизнью вместе со своим хозяином. Со всех сторон начал доноситься шепот, и джинчурики закрыл уши руками, пытаясь скрыться от этого. Он упал на колени и закричал, не в силах терпеть пульсирующую в голове боль, но голоса лишь усилились. - Имя мне, - шепот тысяч заблудших душ слился в один ужасающий баритон. Наруто начал ползти назад, чувствуя, как кровь в висках стучит подобно молоту о наковальню. Теперь кроме клинков и глаз, он смог разглядеть длинные, изогнутые полумесяцем рога. Серебряные доспехи, скрывающие плечи, торс и бедра, покрытые кровью и лицами людей, что перекосило от боли. Узумаки зажмурился и хотел вновь закричать, но страх сковал его сильнее любых цепей. Зажмурив глаза и готовясь понести ужасную участь, парень почувствовал лишь легкое прикосновение острых когтей к своей груди, - Люцифер! Кровать была неприятно мокрая. В комнате, не смотря на холодные ночи в Конохе, стояла ужасная духота. Пот градом лился с Наруто, но мальчик не спешил покидать постель. Тело не слушалось его, а четыре ровные царапины на груди сильно болели. - Что же… что же это такое было?! – тихий смех, переполненный злостью и ликованием, эхом разлетелся по подсознанию. * * * Солнце неохотно показалось над макушками вековых деревьев, озаряя Коноху теплым светом. Первые лучи отразились в единственном видимом глазе Хатаке Какаши, и он болезненно зажмурился, переведя взгляд с окна на морщинистое лицо Третьего Хокаге. - Что ты хочешь этим сказать? – прокряхтел старик, ёрзая в кресле, желая принять более удобное положение. День только начинался, а дела уже не желали обходить его кабинет стороной, и Сарутоби в очередной раз проклинал эту сторону своей должности. - Только то, что Вы услышали, - джонин почесал пальцем висок, пытаясь скрыть улыбку за маской растерянности. - Я не сомневаюсь в тебе и твоих способностях, Какаши, но то, что ты рассказал, если и возможно, то точно не в исполнении генина, - Хирузен, наконец-то удобно усевшись, достал из ящика в столе свою трубку и мешочек с табаком. - Мы точно ощутили всплеск чакры Кьюби. Может, его влияние? - У Девятихвостого много загадок, но не думаю, что это как-то связано с ним. Концентрировать чакру до физической плотности и придавать ей форму копья – это слишком высокий уровень манипуляций. И в мире очень мало людей, которые на такое способны, - Хокаге черканул зажигалкой, втягивая огонь и раскуривая табак. На пару минут повисло молчание, которое прерывалось лишь пыхтение Сарутоби, смотрящего на портреты бывших Хокаге. - Он чуть не убил одного из АНБУ, которые первыми прибыли на место, - Хатаке неприятно поморщился, когда ему в глаз попал едкий белый дым. – С Наруто что-то происходит, и чем раньше мы поймем, что… - Тем скорее получим ответ, что же случилось сегодня ночью.