Брак по договору

— Валтор, зачем они так с нами поступили? — тихо спросила Блум, стоя у закрытых дверей в их комнате. Валтор стоял у окна и наблюдал за тем, как внизу, под высокой башней, ходят их отцы, которые ждут главного этой ночью: подтверждения брака. Он вздохнул, развернулся к Блум лицом и посмотрел на неё. Она все ещё не подняла фату. — Они заключили договор ещё за много столетий до твоего рождения. Я помню твоего отца ещё ребенком и то, как сам стал виновником сегодняшнего дня. — Я не хотела этого. — Ты думаешь, я хотел? Но наши желания не учитываются. Блум тихо выдохнула, глотая подступившие слезы. Она знала Валтора с самого детства: слышала разговоры, слухи, сплетни о могущественном короле столицы, а теперь они впервые встретились. — Блум, к сожалению, как бы сильно мы не хотели изменить сегодняшний день, мы не в силах, — он подошёл к ней и аккуратно взял за низ фаты, намереваясь открыть лицо теперь уже жены. — Даже не прикасайся ко мне! — она отпрянула от него, уперевшись в закрытую дверь. Валтор остался стоять на месте. — Мы заперты здесь, Блум. Оба. И пока наши отцы не получат того, чего хотят, нас не выпустят, но однажды это все равно произойдёт, так как ты не сможешь контролировать свою жажду. Блум вжалась в дверь, улавливая нотки раздражения в голосе Валтора. Она не знала к чему именно он раздражался, но её пугало все: начиная от полумрака в комнате, огромной кровати с белоснежными простынями и балдахином, заканчивая своими мыслями по отношению к сложившейся ситуации. В один момент она, казалось, поумнела, но не смогла устоять перед детским бунтарством. — Ты же знаешь, что если ты это сделаешь, то я буду ненавидеть тебя, — это была лишь защита. Блум не так давно пришла к моральному согласию в качестве секса, но все ещё боялась, хотя страх перед кровью стоял куда сильнее. — Я знаю, — тихо ответил Валтор, — но что ты предлагаешь делать? Мы не в силах что-то изменить. Думаешь, если бы мы могли, мы бы стояли здесь? Девушка знала, что Валтор прав, но страх был сильнее. Сильнее её самой. Он сжимал ей горло спазмами, когда она говорила, и через слово ей приходилось добирать воздуха. — Я боюсь, — призналась она, — Мне страшно, понимаешь? Хотя я морально и готова, но я боюсь... Валтор покачал головой и снова вернулся к окну. Она боится — и это естественно, ведь девочка не знает, что её ждёт. Может быть, она и в курсе на счёт питания друг другом, но самим процессом — вряд-ли, а тем, как закончится первый раз — тем более. Это настолько мощный афродизиак, который напрочь срывает крышу даже самым взрослым и опытным вампирам, не говоря уже о Блум... Страх за то, что Блум не выдержит процесса, внезапно распространился по всему телу Валтора, заставляя сердце биться чаще. Больше всего того, что уже происходит, он не хотел, чтобы девочка пострадала. Но снова приходило осознание того, что выбора нет у них обоих. — Орител, видимо уверен в своей дочери,— тихо произнёс он себе под нос. Но Блум, с её замечательным слухом вампира, уловила каждое слово. — Может, у нас есть выбор? — Дверь закрыта. Остается окно, — не поворачиваясь, начал говорить он, — высота башни примерно 30 метров, даже если ты и быстро регенерируешь, то убежать не получиться: внизу она хорошо охраняется. Наверх, естественно, вообще бесполезно выбираться. Да и потом, репутация твоя будет хорошо подпорчена. Мне на свою все равно. Так что, Блум, — он обернулся к ней, — у нас есть выбор? Она должна согласиться. Если нет— её тело будет висеть до конца дней в темнице Домино и подвергаться нескончаемым пыткам. О Скае она уже и не думала, прекрасно понимая, что нет её согласия — нет ничего, что она любит и чем дорожит. Выдохнув, она кинула взгляд на кровать, закрыла глаза и сделала маленький шаг вперёд, который давался ей с огромными усилиями. Так же, огромных усилий стоило сдержать слезы. Валтор понял её маневры и подошёл к ней. Они остановились, и мужчина все-таки снял с неё фату, открывая руки и лицо жены. Блум не выдержала и из её глаз потекли слезы. Сняв ненужный предмет и кинув его на кресло, Валтор не упустил момента успокоить Блум, притянув её к себе и крепко обняв. Блум замерла. Она пыталась сдерживать все свои страхи за огромной стеной, и как сильно ей удавалось не закричать сейчас и не броситься в окно, чтобы не ощущать руки мужчины у себя на теле. Зажившие раны начали ныть, причиняя дискомфорт, и Блум была на грани истерики. Отпустив её с объятий, Валтор вытер слезы Блум с её лица, но лишь на секунду, ведь новый поток заполнял старые дорожки. — Перестань плакать, Блум. Я ненавижу, когда женщина плачет, особенно из-за меня, потому что тогда хочется наказать себя самыми жёстким пытками. Блум усмехнулась через слезы. Она знала, что мужчина не шутит, но её это развеселило. Немного успокоившись и взглянув в лицо Валтора, она прерывисто выдохнула, забыв о том, почему она плакала и что сейчас происходит. Нет, она не влюбилась или оказалась очарованной его красотой,это было обычное внушение. Валтор внушил Блум успокоиться и отдаться будущим эмоциям, забыть о страхах и неприязнях. И он знал, что после этого поступка, жена возненавидит его до глубины души. Резко поцеловав Блум, он прижал её к себе, на что девушка лишь ответила не менее страстно. Возможно, не все ещё потеряно, подумалось ему. Блум целовалась неуверенно, но довольно страстно, что очень сильно удивило мужчину. Поцелуй получился солёным от слез, но он все-таки получился, что не могло не радовать. Растегнув платье, он сорвал его с жены и отбросил в сторону. Подняв Блум на руки, не разрывая поцелуя, Валтор перенес её на кровать. Они прерывались лишь на те мгновения, чтобы снять оставшуюся одежду друг с друга. Валтор прервал очередной поцелуй и взглянул на Блум, которая открыла глаза, чтобы узнать причину остановки. Пара секунд молчания, и Валтор обнажил свои клыки резко впиваясь в шею Блум и одновременно входя в неё. Она вскрикнула от пронзившей её боли и вцепилась в спину Валтора ногтями, оставляя красный полосы, на что мужчина зашипел. Она знала, что нужно сделать, но медлила, а он больше не мог ждать: эйфория заполнила его сознание, убирая последние остатки разума и единственное, что сохранилось — её кровь и плоть. Блум наконец последовала своим инстинктам и впилась в шею Валтора. Он начал двигаться, создавая определённый ритм, который уловила и Блум, оказавшись полностью во владениях желаний. Падшие под влиянием своих инстинктов, они будто бы были уже давно женаты, как им показалось. Сексуальное желание росло. Эйфория заполнила все сознание, не позволяя остановиться или хотя бы оторваться на секунду. Хотелось чего-то большего, но чего? И даже в такой ситуации Валтор заметил одну вещь: кровь Блум была не похожа ни на какую другую! Она имела свой особенный вкус: сладковатый, с примесью горечи,— и ему просто не хотелось останавливаться. Все, что он пробовал раньше, за свои пятьсот семьдесят пять лет, становилось отвратительным и имело чересчур примитивный вкус. Для него, в этот момент, полный великолепных ощущений, жена стала центром вселенной. Блум внезапно почувствовала некую боль, которая зародилась в груди и сковала дыхание, спазмом распространившись по всему телу. Она замерла, отрываясь от шеи Валтора и пытаясь ухватить хоть немного воздуха. Услышав задыхающуюся жену, Валтор вернулся в реальность, отрываясь от тонкой шеи девушки. — Блум? — произнёс он. Девушка задыхалась не в силах вдохнуть воздух, смотрела в потолок, а по щеке текла струйка крови,— Чёрт! Блум, — он поднял её голову, взял жену на руки и понес в ванную комнату. Валтор лёг в ванную, взял душ и включил воду. Он прекрасно знал, что с ней, но не был к этому готов. Девушка, после первой ночи, испробовав кровь мужчины, должна принять её, поэтому тело скрутится судорогой, не давая возможности вдохнуть. Именно этот момент многие девушки-вампирши не переносят и умирают. Этого боялся и Валтор. — Тише, милая, тише... Все хорошо, — он дрожащей рукой гладил её волосы, продолжая поливать её тело водой,— Блум, прошу, прости меня и вернись сюда, иначе я просто не выдержу... Блум его не слышала, хотя он и знал об этом. Продолжая задыхаться, она прощалась с жизнью, но вот, боль стала отступать, унося с собой и спазмы. Блум прерывисто вздохнула и стала успокаиваться. Дыхание становилось более глубоким и ровным, что позволяло ей вернуться в реальный мир. Валтор выдохнул, нервно усмехнувшись, желая расцеловать весь мир вокруг, ведь Блум пережила. Маленькая Блум, которая с трудом сдерживает жажду, перенесла такой сложный процесс. Она сумела.