the Sunset Of The BRIGHTest Sun

Распоряжение пало в руки Мэй и Конгфоба, поэтому Эм и Артит с детьми молча следовали им. В итоге они выбрали уютную лапшичную неподалеку от того парка где они находились. Место было довольно людным, в соответствии с сезоном, но компания всё-таки смогла найти столик в самой глубине помещения. Играет приятная музыка, то тут то там раздается смех, работники бегают от одного столика к другому. Кругом царят ажиотаж и веселье. Они расселись парами на мягкие оранжевые диванчики (дети всё еще оставались на руках у своих "временных отцов") и Артит, оторвав листок с блокнота на столе, спросил: — И так, что каждый из вас будет? Записав все заказы и добавив свой, он отдал лист подошедшей официантке. — Ну так что, как поживаете? Чем занимаетесь? Мы очень давно не виделись, я уже успела соскучиться по вам, если честно, — призналась Мэй. — Ничего особенного, на самом деле. Живем как и обычно. Работа, а потом домой. Вот уже начали подготавливать звездочку к школе, — обыденно ответил Конгфоб, на чью реплику Дао с другого конца стола начала радостно хлопать. — Ей не терпится туда пойти. — Это правда! Мне так хочется пойти в школу! Уроки, наверное, очень интересные будут. И я смогу завести много новых друзей. Будет весело! — Дао искрилась от предвкушения. — А мне еще рано в школу… — грустно вставил Таксин. Артит, увидев внезапно упавшее настроение ребенка, несильно потрепал его волосы и, мягко повернув его лицо к себе, сказал ему: — Нонг’Таксин, в этом нет ничего страшного. Скоро и ты дорастешь, пойдешь в школу, а дядя Артит поможет, если что-нибудь вдруг понадобится. Таксин понемногу расслабился и неуверенно обнял Артита: — Спасибо, Пи’Артит. — Нет, Пи’Артит, вот сейчас ты правда должен объяснить мне как ты это делаешь, — заявил Эм после короткой паузы. — Думаю, Пи’ просто хорошо ладит с детьми, Эм. — Конгфоб любяще посмотрел на своего мужа. — Я всем сердцем люблю Нонг’Дао, как и она меня, но у нее с Пи’ всегда была особая связь. За ними всегда волшебно наблюдать, они будто нашли частички своих душ друг в друге. — Вот вечно ты со своими речами заставляешь людей прослезиться, — усмехнулся Артит, но всё равно выглядел немного смущенным. — И всё же, согласен с Конгфобом, я просто, наверное, хорошо лажу с детьми. — Без обид, Пи’Артит, но я бы никогда не подумала о тебе так во времена твоего наставничества у нас, — робко проговорила Мэй. — Но как только заявился наш великий и очаровательный Конгфоб, ты кардинально поменялся, — добавил Эм, подмигнув Конгу. Конг кратко посмотрел на Артита и сказал: — Пи’Артит всегда был наидобрейшим человеком, просто сам себе не позволял показывать другим эту сторону своей личности, предпочитая холодную строгость. — Та-ак, это разговор слишком уже затянулся, — второпях промолвил Артит, всё больше покрываясь румянцем. — Где вообще наши заказы? Они сильно задерживаются. Как кстати, к ним подошел официант с их заказами, разложив их на столе. Вся компания начала трапезу. Артит и Эм кормили Дао и Таксина, сидящих у них коленках, а Мэй и Конгфоб тихо о чем-то переговаривались. Через некоторое время, Мэй негромко кашлянула с целью привлечь к себе внимание и, когда на нее устремились четыре пары заинтересованных глаз, предложила: — Слушайте, мы тут с Конгом обсудили кое-что. Как думаете насчет вечеринки? Мы хотим пригласить туда наших близких друзей и бывших наставников. Вспомним былые времена в университете, пообщаемся, соберемся наконец-то полным составом. — А что, неплохая идея, — немного поразмыслив, ответил Артит. Эм, Дао и Таксин согласно закивали. — Ладно, — сказал Конгфоб, — а теперь надо составить список гостей и назначить время и место. — Думаю, с гостями все довольно легко. Приглашаем Прэма с Вадом, Тью с Дэ, Брайта, Оака, Маплан, Пайпиллин с ее девушкой и Нотта с Тоб, — перечислял Артит. — Я никого не забыл? — Вроде нет, — отозвался Эм. — Кстати, я мог бы присмотреть нам место для вечеринки. — О, это было бы классно. Спасибо, Эм. И так, — начал подводить итоги Конгфоб, — собрание "Бывших выпускников и наставников" почти что полностью организовано, теперь обратимся к мелочам. Компания еще час обсуждала детали вечеринки, часа полтора вспоминала университетские истории и просто в основном душевно смеялись. Дао и Таксин не давали о себе забывать, и то подпрыгивали на месте, то спускались на пол и бегали друг за другом или даже кидались игрушками (плюшевая панда, к счастью, не попала под раздачу). Они заказали еще напитков, ибо, несмотря на кондиционеры, в помещении было жарковато. Вдруг, во время одного из очередных рассказов, Артит сильно поперхнулся. — Пи’Артит, вот, выпей воды. — Конгфоб осторожно поднеc стакан к Артиту, и тот медленно, маленькими глотками, выпил его. — Спасибо, Кон-, — Артит еще раз поперхнулся пуще прежнего. Пальцы немеют. Пытается схватиться за что-то-они скользят. — Простите, мне надо выйти. — Артит поспешил встать и уже развернулся в сторону туалета, но тут его за руку мягко, но крепко схватил Конгфоб: — Пи’, может мне пойти с тобой? — Нет, Конгфоб, всё хорошо. Скоро вернусь, — быстро отпарировал Артит и ушел, пошатываясь. Зайдя в кабинку, он защелкнул замок и упал на колени. Его тошнит. Рвёт. Кровью?.. Ему не удается рассмотреть хоть что-нибудь. Перед глазами лишь размазанные цветовые пятна. Уши закладывает будто в них запихали пачками вату. В голове будто сотни маленьких ползущих змей, пытающихся выйти наружу из его скальпа. Молотки, быстро-быстро бьющие по его черепу и хотящие выбить все мозги из него. Кислота, разъедающая всё и расплывающаяся по всей поверхности головы и, как оказалось, носа, ушей и глаз. Последние бесконтрольно слезятся, рот наполняется солеными слезами, появляются всё новые и новые разжигающие кожу дорожки на лице. Руки слабеют, не в силах больше держаться за унитаз. Артит опирается спиной о холодную стену, пытаясь отдышаться, но вздохи резкие, сбивчивые и выбивающие весь воздух из легких. Органы выворачивает наружу, и Артит не удивился бы, если б сейчас выплюнул свое зверски быстро бьющееся сердце или другие жизненно-важные органы, которые на данный момент категорически отказываются нормально работать. Вспышки боли по всему телу, в особенности в голове, просверливают чуть ли не буквальные дыры, заставляя дергаться как от удара электрошокера. Раз, два, три-кап. Слезы полились сильнее. Виски, лоб, затылок-змеи собираются в гнездышки. Правый глаз, левый глаз, веки-всё налилось не то свинцом, не то ртутью. Во рту с какого-то черта вкус металла. Всё происходит будто в толще воды, которая своими мокрыми щупальцами затягивает всё глубже. Сколько времени он тут пробыл (а точнее, проблевал)? Нет смысла спрашивать, понятие времени и действительности уже давно утонуло где-то между приступами тошноты и жаром в глазах. Стук. В дверь. Еще раз. Вот третий. Кто-то требовательно долбит в дверь. Слабо слышен голос. Только вот чей? — Пи! Пи’Артит! Ты тут? Всё хорошо? Конгфоб?.. — Пи! Отзовись, пожалуйста. Тебя нет вот уже больше двадцати минут. Что случилось? Артиту хочется ответить, но рот тут же захлопывается и он лишь сухо кашляет. Конечности не подчиняются. Его накрывает паника. Нарастающий страх, охватывающий каждую частичку кожи. И мыслей. Он не хочет, чтобы его видели таким. И чтобы это всё вообще происходило. Он умирает, что ли? Негативные и превращающиейся в абсурдные мысли сбивались в кучу, не желая давать ясности возможность прорвать плотину. Он тратит последние оставшиеся силы на то, что открывает замок. И падает прямо на руки Конгфоба, вмиг поймавшего его. —Пи’Артит, что с тобой? Господи, всё в порядке? Что вообще, черт возьми, происходит? — надрывным голосом повторял Конгфоб в то время как пытался привести Артита в чувства. Одной рукой крепко придерживая упавшего в обморок Артита, Конг вынул из кармана телефон и позвонил Эму: — Эм, срочно иди сюда и помоги мне поднять Пи’Артита. — Конг, что случилось с Пи’? Почему у тебя дрожит голос? — послышался обеспокоенный голос Эма из трубки. — Да как-будто я, блять, знаю. Я зашел и увидел его ужасно ослабевшим. Приходи быстрей, мы в кабинке слева от коридора. — Хорошо. И первым повесил трубку. Через минуту Эм уже помогал Конгфобу нести Артита, перекинув его безвольную руку себе на плечо. Они подошли к столу, где Мэй уже собрала все вещи и ждала парней. Увидев их, она взволнованно спросила: — Конг, что случилось с ним? — Не знаю, — со слезами на глазах, грозящимися вылезти наружу, ответил Конг. — А где дети? — Я отвела их в машину, рассчитывая на то что мы тут же уедем. — Хорошо. Слушай, можно тебя попросить чтобы ты отвезла ее к вам домой? Звездочка будет не против, а все нужные ей вещи в том цветочном рюкзаке, — сбивчиво протараторил Конгфоб. — Да, конечно, всё что угодно, — заверила друга Мэй. — Спасибо огромное. А мы с Эмом как можно быстрее отвезем Артита в нашу квартиру, — сердечно поблагодарил Конг женщину и направился с Эмом и Артитом в сторону выхода. Мэй попридержала дверь для них и ушла в своей машине, отъезжая. Эм же сел за руль машины Конга, который вместе с Артитом находился на заднем сиденье. Артит как тряпичная кукла, согнувшись, устало откинул голову на колени мужа. Конг мягко проводит ладонями по его плечам, успокаивая его. И себя. Хотя, последнее получается не очень успешно. — Пи’Артит? Ты меня слышишь? Тебе дать воды или чего-нибудь в этом роде? — прошептал Конгфоб. В ответ лишь заглушенное мычание. — Как ты себя чувствуешь? — переспросил он. Артит повернул голову ровно настолько, чтобы смог говорить. — Ужасно. Ничего, если я останусь в таком положении на твоих коленях? Пожалуйста. — Всё хорошо, Пи, не беспокойся, — через силу ответил Конгфоб, сдерживая слезы. Артит лишь слабо кивнул и устроился поудобнее. Его дыхание всё еще немного прерывистое, но уже не разрывающее воздух на жалкие клочья. Конгфоб повернулся к окну, пытаясь абстрагироваться с помощью рассматривания ночного города, и так и не заметил грустного взгляда Эма через переднее зеркало. Слезы всё таки одержали верх. Жгучие дорожки теперь появились и на лице Конгфоба.