smoke my feelings

чонгук любил безрассудства. сбегать по ночам из дома, чтобы на утро родители в панике носились по комнатам и неуемно трезвонили в трубку. прогуливать пары, получая очередные выговоры с угрозой отчисления. пробираться с парнями в супермаркет, чтобы унести по банке светлого на каждого. но самым безрассудным поступком было влюбиться. он знал как поступать с разъяренными родителями, деканом, который плевался слюной после каждого слова и даже полицейскими, запирающими его на ночь в обезьяннике, пока не заберут предки, потому что его напуганные друзья в страхе умчались, а чонгук ведь ничего совсем не боится. он умел себя контролировать и даже знал, как управиться со страхом. но что делать со своими чувствами — он не знал. и тем более не знал, как поступать в ситуациях, когда твои чувства отвергают. — выбрось уже эти сигареты, хен. вечерело. чонгук прятал промерзшие пальцы в карманах толстовки. уже давно не лето и осень прошла половину пути, но он по привычке не доставал ветровку из шкафа, довольствуясь мягкой тканью, совершенно не спасавшей от наступающих холодов. ему не нравилось заворачиваться в кучу слоев одежды, превращаясь буквально в кочан капусты, за это не любил зиму. устало выдыхает, следуя взглядом за растворившимся в воздухе холодным паром. косится в сторону юнги, который по прежнему покачивается и, кажется, вовсе не думает отвечать, словно не услышал. чонгук так считает, потому пытается вновь привлечь внимание хена. — какая тебе разница? — не оборачивается даже, теребит в губах не зажженную никотиновую палку. это первые слова, что слышит чон за пару часов, которые они провели вместе на неиспользуемой детской площадке. она обветшала изрядно: качели скрипят невыносимо, перекладины накренились, горка пришла в полную негодность. но чонгук всякий раз застает здесь юнги, будто хен находит в этом месте свое упокоение. может, даже отражение самого себя. чонгуку кажется эта мысль до абсурдности правильной и он улыбается под нос. — ты все равно не куришь. зачем носишь их всюду с собой? — я здесь не для того, чтобы выслушивать нотации ребенка. — мин встал на ноги, но глаз не поднял. теперь мерзкий скрип резал слух, хотелось заткнуть уши, но чон лишь кривил лицо и внимательно смотрел. — мое мнение ничего не значит? — с какой-то надеждой в голосе. — оно никогда не значило. — чонгук ком в горле глотает, прячет красный нос в воротник. он все еще не знает, что ему делать со своими чувствами, но кое-что он знал точно — добиться расположения мин юнги станет его основной целью.