Сжигая ненависть

За окном холодно и снежно, а в уютной квартире тепло и пахнет горячим какао. Антон нарезает колбасу на бутерброды, ожидая Арсения из спальни. После того спонтанного секса, прошлого два месяца и ровно два месяца как они начали встречаться. Шастун переехал к Арсению, потому что от него в университет ездить ближе. Из спальни вышел Попов, натягивая на себя свитер. Он поцеловал Антона в щеку и сел за стол, отпивая какао. — Арс, когда мы всем расскажем о нас? На кухне повисла тишина, прерываемая лишь тиканьем часов. — Тош, мы не знаем как на это отреагируют. Я не хочу неприятностей, — он встал из-за стола, ополоснул чашку и вышел в коридор. — Я устал притворяться твоим врагом. Я хочу чтобы все знали что мы вместе, — Антон старался сохранять спокойствие, смотря на завязывающего шнурки Арсения. Его бесила эта ситуация. Они вместе уже два месяца, а все до сих пор скрывают отношения. Все думают что они друг другу носы ломают, а на самом деле они трахаются до громких стонов и ругающихся на них соседей. — Прекрати. Я сказал что мы ничего, никому не расскажем и точка, — Попов застегнул куртку и подошёл к Антону. — Не забудь прийти позже меня. Я тебя люблю, — он поцеловал его в сладкие губы, на которых ещё остался вкус какао и вышел из квартиры. Антон приехал в университет на десять минут позже Арсения и сейчас курил, пытаясь успокоить нервы. Зайдя в здание, он сдал куртку в раздевалку и поднялся в кабинет. За четвертой партой, второго ряда сидел Арсений, что-то чиркая в тетради. Шастун решил все взять в свои руки, наплевав на все что ему сказал Арсений утром. Под шум в кабинете, он прошел к четвертой парте и сел рядом с Поповым, привлекая тем самым все внимание своих одногруппников, в том числе и своего парня. Арсений сразу понял, что Антон что-то задумал, поэтому уже открыл рот чтобы послать его, как вдруг его поцеловали. Шастун прикрыв глаза, целовал Арсения, покусывая его нижнюю губу. В кабинете стало слишком тихо. Все смотрели на целующихся парней, фотографируя их. Когда Антон оторвался от губ Арсения, он как в ни чем небывало вытащил из рюкзака тетрадь с ручкой и уставился в телефон, продолжая не замечать обращённых на него взглядов. — Так вы чё, педики? — из толпы послышался чей-то голос, прервав тем самым тишину. Ответ Шастуна пропал в звонке на урок и все сели на свои места, ожидая задания от учителя. Арсений продолжал прожигать дыру в Антоне, давая тому понять что вечер сегодня будет жарким. Все оставшиеся пары, Попов пересаживался и избегал Антона, не желая с ним контактировать. Фотография и новость о том, что два парня некогда ненавидящих друг друга поцеловались, разлетелась по всему университету за считанные часы. Все перешептывались и косо смотрели на них, показывая пальцем. Арсений бесился и злился на Антона ещё больше, ловя на себе презрительные взгляды со стороны студентов. Антон же наплевав на все, спокойно ходил по коридорам не обращая внимания на все обидные слова в его сторону. На последнюю пару он не пошел, так как не желал видеть вечно придирающегося к нему препода. Арсений отсидел все пары и направился домой, обдумывая предстоящий разговор. Зайдя в квартиру, он снял с себя верхнюю одежду, разулся и пошел по квартире в поисках Антона. Он прошел на кухню, замечая на плите свежесваренные сосиски, но не замечая там Шастуна. Пройдя дальше по коридору, он услышал шум воды, понимая что его парень сейчас принимает душ. Вернувшись на кухню он сел за стол и стал дожидаться Антона, хрустя пальцами от злости. Спустя десять минут, на кухне появился виновник сегодняшнего беспредела в одном полотенце на бедрах. — О, Арс, ты уже дома. Будем тогда кушать. — Какой блять кушать? Ты что устроил сегодня? — начал орать Арсений, вставая со своего места. — Ничего такого. Я устал прикидываться и скрываться. Я хочу нормальных отношений, — преодолев расстояние между ними, Антон встал на против своего парня, заглядывая в его голубые, наполненные злобой глаза. — Над нами теперь будут издеваться. Нашу фотографию разослали всем и даже в нашу беседу группы скинули, — Арсений не прекращал орать, сжимая руки в кулаки. — Из-за тебя теперь у нас проблемы, а все потому что ты тупой еблан, который нихрена меня не слушает. Он замолчал, обдумывая только что сказанные собой слова. Антон кажется не дышал, чувствуя обиду. Он не думал, что Арсений так отреагирует на его поцелуй при всех. Он хотел лишь показать, что теперь они не враги, а любящие друг друга одногруппники, но кажется проебался по всем фронтам. — Ах, еблан? Я во всем виноват? А не пойти ли бы тебе Попов на три весёлых буквы, — Антон схватил Арсения за свитер, чувствуя его дыхание на своих губах. — Мог хотя бы меня спросить. Я целый день проходил под смешки и обзывательства других. — Ну простите, что хотел сделать как лучше, а тебе как всегда не нравится. Они смотрели друг другу в глаза, часто и громко дыша. Они были злы друг на друга, чувствуя нарастающее напряжение и возбуждение. Антон потянулся вперёд, резко притягивая к себе Арсения, остервенело целуя его в губы. Он кусал их, оттягивал и углублял поцелуй. Попов не отставал, сталкиваясь с горячим языком парня, обнимая его за талию. Когда ссора переросла в страсть никого не волновало. Сейчас были более важные дела, от которых внизу живота все скручивало в узел и сладко тянуло. Антон стал направлять Арсения к подоконнику, не прерывая поцелуя. Когда подоконник был достигнут, а губы уже горели от болезненного, но такого возбуждающего поцелуя, они оторвались друг от друга. В глазах читалась страсть и желание, а одежда давила на их возбуждение, принося боль. Антон сорвал свитер с горячего и такого желанного тела, отбрасывая ненужную вещь на пол. Он покрывал поцелуями шею, расправляясь с ширинкой джинс Арсения. Полотенце и оставшаяся одежда испарилась, обнажая тела двух пылающих в страсти парней. Попов упирался руками в подоконник, тихо постанывая от нежных прикосновений к своему телу, покрываясь мурашками. Антон игрался с сосками своего парня, облизывая и посасывая их, при этом гладя его бедра и приближаясь к паху. На кухне было до одури жарко. Если бы не подоконник позади и Антон, держащий его, то Арсений давно бы уже упал от нахлынувшего возбуждения. Шастун стоял уже на коленях, ведя кончиком языка по низу живота Арсения, который сжал волосы парня в кулаке, направляя и намекая тому что пора бы уже поработать своим ротиком. Антон провел языком по всей длине члена, слыша сверху сдавленное мычание. Он взял в рот головку, начиная посасывать ее, играя языком с уретрой. Арсений стонал и подавался бедрами вперёд, вгоняя член глубже. Шастун вылизывал каждую венку, слизывая горьковатую смазку с темно-розовой головки. Он выпустил член изо рта, следя за тем как от него потянулась ниточка слюны соединяемая с его губами. Он встал на ноги, разворачивая Арсения лицом к окну. Усыпанная родинками спина выгнулась, выпячивая пятую точку. — Ты знаешь как я сильно люблю твою попку? — Антон провел руками по двум половинкам, снова вставая на колени. Раздвинув ягодицы, он провел языком по маленькой дырочке, слыша громкий стон удовольствия. Он удовлетворённо улыбнулся и продолжил вылизывать своего парня, который выгибался и вилял бедрами навстречу языку. Смочив дырочку, Антон облизнул свои пальцы и подставил их к мокрому колечку мышц. От Арсения послышалось шипение, но Шастун продолжил проталкивать дальше палец, пытаясь найти точку блаженства. Когда цель была достигнута, Попов простонал, прикрывая глаза от наслаждения. Добавив ещё два пальца и растянув Арсения, Антон вытащил их и провел рукой по своему колом стоящему члену, направляя его в растянутую дырочку. Он вошёл одним движением, придерживая Арсения за бедра. Антон прорычал от накатывающего возбуждения, когда почувствовал как внутри узко и мокро. Попов дрожал, жмурил глаза и шипел от резкого проникновения, стараясь привыкнуть к наполненности. Спустя несколько минут, Антон начал двигаться, начиная сразу с быстрых толчков. Он целовал лопатки и водил кончиками пальцев по спине, заставляя Арсения каждый раз вздрагивать и сильнее выгибаться в спине. Лёгкими движениями рук он провел по ребрам, вызывая у Попова щекотку, от которой тот сильно сжал его в себе. Стоны становились громче, а от частого дыхания запотело окно, за которым хлопьями падал снег. Арсений выпрямился на руках, прижимаясь спиной к потной груди Антона. Он чувствовал нежные поцелуи на своей шее и нежные покусывания за ухом. Шастун переместил свои руки с бедер Арсения на подоконник, тем самым тесно прижимая к нему парня. Попов обнял Антона за шею, подставляя губы для жарких поцелуев. — Да...б-быстрее, — прерывисто стонал Арсений, подаваясь бедрами назад, тем самым сильнее насаживаясь на член Антона. Движения стали более рваными, а горло уже саднило от частых стонов и вскриков, когда Антон резко входил на всю длину, зажимая простату. — Давай сладкий, кончи для меня без рук, — прошептал Антон, держа руки Арсения, когда тот уже тянулся прикоснуться к своему члену. Кончили они одновременно, тесно прижимаясь друг к другу. Антон навалился на Арсения, обнимая его за талию и удовлетворенно улыбаясь, в то время, как сам Арсений с прикрытыми глазами прижимался лбом к стеклу, загнанно дыша. Ноги дрожали, а тело было настолько расслабленным, что хотелось прям сейчас просто лечь в объятьях Антона. — Хорошо, твоя взяла, — Арсений выпутался из объятий Антона и надел боксеры, садясь за стол. — Все равно уже все знают, так что скрывать больше не будем. Антон завязал на бедрах свое полотенце и встал позади Арсения, обнимая его за шею и целуя его в макушку. На все смешки и оскорбления со стороны студентов, они не обращали внимания. Ходили по коридорам за руки, постоянно обнимались и смотрели друг на друга влюблёнными глазами, ведь они больше не враги.