Самый лучший

Школьная компания Чонгука распадается сразу после зимних каникул. Поначалу никто не успевает понять, что происходит, а потом становится поздно — Чеён и Лиса в короткий срок оказываются от Югёма с Чонгуком по другую сторону баррикад. Югём поначалу просто молчит и провожает в Чеён долгими пристальными взглядами, Чонгук — выжидающими и вопросительными. Девушка настойчиво игнорирует обоих. Гук впервые видит подругу такой отстранённой — она даже не здоровается. Лиса, посылая виноватые улыбки, говорит, что так будет лучше. Первое время Чонгук расстраивается и немного злится, — потому что, серьёзно, что он такого сделал? — а потом Югём рассказывает о тусовке в честь Нового Года, которую Чон пропустил. Гём говорит о громкой музыке, безудержном веселье, игре в Beer Pong и о чудовищной ревности, которая съедала его по отношению к Чеён на протяжении последних недель перед окончанием семестра. — Я поступил, как полнейший мудозвон, — голос Югёма звучит разбито и тихо. — Рядом с ней всё время ошивался этот парень, Чжунэ, из параллели. Я еле сдерживался, чтобы не набить ему рожу. Набил по итогу, на этой самой вечеринке. Чеён тогда кинулась нас разнимать, и я просто… Югём отворачивается, нервно поджимая губы, и Чонгук чувствует, как сердце съёживается в клубок. Они впервые говорят друг с другом по душам, и внутри всё крутит. — Я толкнул её, — голос Югёма дрожит, — случайно. А потом накричал, обвинив в том, чего не было. Прямо при всех. Она порвала со мной на следующее утро, высказав в лицо всё, что думает. А я, вместо того, чтобы попросить прощения или хотя бы заткнуться, снова сорвался на неё. Идиот. Чонгук не находит, что сказать. Ситуация отвратительная, но, к счастью, слухи о происходящем на вечеринке быстро растворяются. Теперь Чонгук понимает: не удивительно, что Чеён не здоровается. Формально Чон «принял сторону врага», хотя, ежу понятно, что к их с Югёмом расставанию он не имеет никакого отношения. — Ты пытался извиниться снова? — Пытался, много раз. Она заблокировала меня и пригрозила, что натравит свою собаку. — У неё есть собака? — Теперь есть.

***

Вечером того же дня Чонгук, впечатлённый и подавленный, рассказывает о ситуации Тэхёну. Тот внимательно слушает, лёжа на чонгуковой кровати. Подперев голову рукой, он следит за каждым жестом, пока Чонгук убирается в комнате. Внимательный взгляд провожает его от угла к углу, и брови всё больше сдвигаются к переносице. Тэхён редко видит своего парня расстроенным, и это тот самый, редкий случай. В промежутках между пересказыванием всего, что происходит в школьных коридорах, Чонгук переходит на крайне эмоциональный тон и вклинивает свои размышления. Тэхён мысленно соглашается с большинством суждений и чувствует нарастающее беспокойство. Эмпатичность Чонгука приятное открытие, однако порой она играет злую шутку. Как, например, сейчас. Чонгук слишком переживает, невольно перенося происходящее на себя, и Тэхён, чувствуя это, начинает переживать тоже. В особенности, когда чонгуков голос опасно срывается, и разглагольствования подозрительно затихают. — Гук-и, — ласково зовёт Тэхён, когда тот перестаёт копаться в вещах и просто застывает, уставившись в одну точку, — обними меня. Чонгук реагирует на голос и послушно ложится рядом, перекидывая руку через своего парня. Слышится долгий выдох. На какое-то время воцаряется тишина. — Что думаешь? — Югём и Чеён? — Чонгук угукает. — Думаю, Гём действительно повёл себя, как мудак. И что, если он хочет вернуть Чеён, нужно продолжать просить прощения. — Уверен, что она его простит? — Не уверен. Доверие, как разбитая чашка, слышал? Столкнуть с края легко, а, как было, уже не склеишь. — Думаешь, там есть, что клеить? — Не берусь рассуждать о чужих отношениях, но если бы я вдруг оказался на месте Югёма, то не отпустил бы своего человека так просто. Чонгук поднимает на Тэхёна выразительные тёмные глаза. Старший засматривается, считывает в них замешательство и беспокойство и посылает в ответ нежность и ободряющую улыбку. Рука ласково отводит чёлку с чонгукова лба. — С нами такого не произойдёт. Я не хочу, чтобы произошло, — тихо говорит Чонгук и легонько прижимается губами к тэхёнову запястью. Тот немного теряется, застигнутый врасплох интимным жестом. Сладко щемящее в солнечном сплетении заставляет его податься вперёд и мягко поцеловать любимые губы. Чонгук оплетает Тэхёна всеми конечностями и жмётся ближе, на секунду прикрывая глаза. — У нас с тобой всё будет по-другому, — обещает Тэхён, и от его шёпота по коже расползаются мурашки, — мы отодвинем нашу чашку подальше от края.