Разделенные линии жизни

Ей не нужно было даже говорит ему что-либо. Он опустил голову ей колени и просто лежал, изредка всхлипывая и поправляя непослушные волосы. Коко гладила молодого бога по голове, массировала ее пальцами, он вцепился своими руками ей в колени. Через какое-то время по всей комнате слышались рыдания. Он чувствовал себя одиноким и преданным, преданным себе подобными. Своей семьей. Как бы Техномальчик не кричал о том, какие они помешанные идиоты, устаревшие машины, осложняющие себе работу, он был передан им. Он, мать вашу, любил их. Глупый, нервный ребенок, жаждущий внимания и патологически нуждающийся любви. Это был нож, аккуратно всаженный ему прям в сердце. Зачем она влезла? Почему он не остановил ее, почему!?! Неужели все то, что он им дал, все то, ради чего он старался, было перекрыто линчевание негра? Этим жалким недочеловеком? Он готов был кричать, его втоптали в грязь. Он был готов рассыпаться на сотню пикселей, однако даже этого его не позволили. Лишь презрительный и разочарованный взгляд Мира. Техномальчик заметил сожаление в глазах Медии, но он отчетливо понимал- на самом деле ей плевать, она слишком предана мистеру Миру, слишком хочет быть важной в его глазах, и терять его благосклонность ради молодого бога она не будет. — Мы любим тебя, поверь мне. Я знаю, что ты сейчас чувствуешь, о, я конечно понимаю тебя в эти минуты. Но поверь мне, мы все тебя любим. Я уверена, все будет хорошо, не плачь, не нужно плакать, мальчик мой..- шептала Коко прям как заботливая мать, было странно видеть ее с такой стороны. Ей не было стыдно за это. Она любила Боя, и считала его частью семьи. У них изначально сложились хорошие дружеские отношения . Она видела в нем себя, поэтому прекрасно понимала, откуда растут ноги агрессии и бунтарства против всего. Да, он бог Интернета. Ему преклоняется вся Америка, он высокомерен, груб и непослушен, но лишь с незнакомыми, с теми, кого он не знает. Он тоже орал, оскорблял ее, когда она только появилась. У них есть и были скандалы, в которые нередко вмешивается бог глобализации, дабы никто не пострадал. Раньше ей очень хотелось ударить засранца чем-нибудь тяжелым, дабы он наконец стал воспринимать её. Форт не знала как это объяснить, просто это произошло само собой.Будто бы она нашла тот злосчастный пароль от Wi-Fi. Этим паролем было всего одно слово: внимание. —Какая нахуй любовь? Ты видела, что они со мной сделали? Они сука выбили мне два зуба! Два моих ебаных зуба!!! —Я вижу, Тех. Я запишу тебя в клинику, у тебя будут новые зубы, обещаю. Ч-шшш, не кричи. - она тянется к нему, прижимая губы к его голове. А он закрывает лицо руками. — К хуям эту клинику!!!- в истерике орет мальчик, стуча ногами по полу. - Я сам разберусь с этим говном! Я их забаню, сотру ко всем хуям ублюдков! —Успокойся. Просто души, спокойно.Сейчас не время выяснять отношения.- Она гладит его по голове, движение спокойные, но настойчивые. . -Все хорошо, думаю тебе пора ложиться спать, Тех. Да и мне не мешало бы отдохнуть. Сегодня был тяжелый день... -она подмигивать ему, глядя голову. — Да в пизду. Ладно, иди спать. Мне норм уже. Коко выходит из комнаты Техномальчика на ватных ногах. Головная боль вернулась с новой силой, поэтому ближайшим планом женщины был глубокий и сладкий сон. Постельное белье хрустело, идеально белое, мягкое и затягивающее в сон. Форт легла в огромную кровать, не выпуская телефон из рук. На тумбе уже готовая к работе беспроводная зарядка. Вдох. Коко просматривает сети, пишет комментарий, пишет в беседу сотрудников. Лайкает пару фотографий в инстаграмме. Спустя пятнадцать минут в комнату медленно заходит мистер Мир. Как всегда тихо и медленно, как удав. Его привычный костюм- тройку заменяла темно-синяя, с белыми полосками пижама, состоящая из брюк прямого кроя и такой же рубашки. Она шелковая и очень приятной на ощупь. Армани, последняя коллекция. - Я не буду более выполнять твою работу.- зевая, говорит Коко, поправляйся подушку под головой.- И да, я не намерена вести с тобой спор. Поговорим завтра, я сегодня не в состоянии. - Как скажешь.-шепчет Мир, отбрасывая край одеяла. Это внеочередной раз показывает его раздраженность не свершившейся сделки. Обычно он плавный, не совершающий резких движений. Между ними несколько сантиметров. Но это как стена, разрушать которую никто не собирается. Мир полностью оправдывает свою "фамилию" он и просто мировой человек. Он полон противоречий, иногда переходящих в некую форму шизофрении. Это происходит тогда, когда он начинает противоречить и спорить с самим собой. Когда он становится совершенно неуправляемых, как мир на грани войны. Но тем ни менее он не воинственен, собственно как и мир. Никто не хочет открытой войны, смерти, крови. Они не принесут Новым богам ничего. Ведь им не нужны жертвы. Противоречие. Сейчас он продвигается к Коко, руша невидимую стену между ними, но не прикасается. Вынуждая сделать ее первый шаг, тоже самое он проделывал и с Одином, он дал ему время подумать, время на то, чтобы он первый развязал войну. Форт фыркает себе под нос. И кладет на его грудь голову. От него пахнет шампунем,приятный аромат каких-то трав. Его запах успокаивает и расслабляет. Коко вновь зевает. Обнимая мужчину. Тот довольно ухмыляться и кладет свою руку на спину Форт. Он слышит, как она сопит на нам, изредка шевелясь. Сам же бог глобализации не может выпустить из мысли ту сцену в участке. Зря. Нет, не надо было выбивать мальчишке зубы публично, но как его по-другому научить уважению? Он и так одинок, Мир чувствует это одиночество и озлобленность. Мир понимает, что он в ответе за мальчика, что он должен быть как фигура отца, как защита, но он понимает, что это не так. А как? Может быть он должен дать ему волю делать что вздумается, но тогда что будет? Он не умеет контролировать свой гнев, себя. Мир сжимает кулаки. Они в шаге от войны, от грандиозного сражения, которые определит их место в этом мире. А мистер Мир должен получить весь это мир, так что пусть воспитанием этого избалованного подростка занимается Медиа, или Коко, раз ей взбрело в голову побыть матерью для кого-то. Наконец и он засыпает.