i.
14 мая 2019 г., 00:42
Маленькая кружка с кофе согревала руки Луи, прежде чем он сделал глоток и глянул в стеклянную дверь кухни. Теперь два клена стали ярко-красными, выбиваясь из остальных деревьев. На прошлой неделе был только один.
Он вздохнул и поставил, все еще наполовину полную, чашку, на старый, потертый кухонный стол. Сейчас середина сентября, и Луи впервые в жизни на кухне один. Этот дом никогда не был таким пустым с тех пор, как был построен более ста лет назад. У его прапрадедушки и прапрабабушки уже была небольшая семья, когда они переехали в недавно возведенные стены. Потом все остальные так и остались здесь. Поколения десятилетиями мирно жили вместе. Так продолжалось до тех пор, пока братья и сестры Луи не уехали не только из дома, но и из города, оставив только его, Линдси, их детей и его родителей. Потом остались только Луи с семьей, потом только Луи.
Каждый раз во рту появлялся горький привкус, когда он вспоминал последнюю встречу с Линдси.
— Ты уезжаешь? Сейчас? — он практически кричал на нее, когда она складывала вещи в свою маленькую «Мазду». Боже, как он ненавидел эту машину, это была наименее практичная машина, которую она могла выбрать. Зимой он еле-еле добирался по длинной извилистой дороге, часто отвозя ее на работу в клинику холодным снежным утром, когда он должен был ухаживать за коровами.
— Разве не ясно, Луи? — она бросила на него снисходительный взгляд и закинула последнюю сумку на переднее сиденье. Он смотрел на нее, разинув рот.
— Сейчас самое неподходящее время для этого, Линдс… — он провел рукой по своим слишком длинным волосам, собираясь упасть на колени и начать умолять. У него буквально не было времени разбираться с тем, что его бросила жена.
Линдси рассмеялась. Это прозвучало почти зловеще.
— У тебя всегда неподходящее время. Ты правда думаешь сейчас о ферме, а не о жене, которая почти тридцать лет пытается уйти от тебя? Если бы тебе не нужна была помощь с родами, ты бы заметил, что я ушла?
Самое печальное, что он, скорее всего, не заметил бы. Не сразу. У Луи была плохая привычка спать в своем кабинете в сарае почти каждую ночь, а у Линдси было столько вечерних увлечений, что если бы не сезон отела, Луи мог бы целыми днями даже не видеть ее.
Линдси покачала головой, поднялась по шатким ступенькам к входной двери и взяла шатена за руки.
— Я люблю тебя, Луи, но больше не могу. Мы соседи по комнате, даже коллеги. Я не знаю, когда это случилось, но ты замужем за этой фермой, а я нет. Я получила работу в Сент-Джоне. Я буду ближе к Малькольму, пока он в университете, но, пожалуйста, давай не будем притворяться, что это грустно или неожиданно. Мы не можем так жить.
Томлинсон нахмурился, так сильно желая поспорить с ней, но не находя слов. Она поцеловала его в щеку. Это был всего лишь поцелуй, но его поразило то, как давно он не чувствовал ее прикосновений, и он понял, благодаря удару под дых, что не будет скучать по этому.
Он кивнул и отпустил ее руки. Она грустно улыбнулась и пошла к машине, не оглядываясь.
Это было почти полгода назад. С тех пор Луи ничего о ней не слышал. И она была права, он не так уж сильно по ней скучает. Они уже давно жили по-другому. Малкольм, их младший сын, переехав в университет, выставил этот факт напоказ.
Но сейчас сентябрь, и он совершенно один, все их мальчики уехали из города. Луи уверен в своих способностях управлять фермой своей семьи, но он не самоуверен. Он не может сделать это в одиночку. И, цитируя сериал, который так любит его старший сын, Грей, зима близко.
Немногие знали, что в семье Томлинсонов упрямство — это не просто черта характера, это кредо жизни. И Луи чувствовал, как упрямство поднималось в груди, заставляя его скрестить руки на груди и сжать челюсти, когда он так терпеливо выслушивал своего второго и столь же упрямого сына, разговаривая по телефону.
— Просто найми кого-нибудь, пап, — проворчал он с набитым Бог-знает-чем ртом. Мальчик может есть, Луи может многое о нем сказать.
— Пожалуйста, не говори с набитым ртом, — сказал Томлинсон, уже почти автоматически, каждый раз разговаривая с Джесси. — Что ты ешь?
— Макароны с гамбургером, — ответил Джесси, даже не пытаясь скрыть, что все еще набивал рот.
— Твоя мать в городе? — Луи всегда спрашивал о ней мальчиков. Он не хотел, чтобы они думали, что не могут говорить о ней.
— Ага, на несколько дней, — ответил Джесси. Сейчас он в Новой Шотландии, получал докторскую степень по сельскому хозяйству. Это самое близкое, что у Луи было к сыну, который хотя бы немного заинтересован в том, что их семья создавала с тех пор, как они поселились в этом городе. Он гордился им, гордился всеми своими мальчиками, но он уверен, что Джесси не собирался годами учиться в университете, чтобы вернуться домой и заняться семейным бизнесом. — Так ты собираешься кого-нибудь нанять или нет? — добавил он.
— Ты знаешь, что я должен что-то сделать. Но я просто не знаю, кто, или что? Список настолько длинный, что мне, возможно, придется нанять целую команду.
— Это неправда, и ты это знаешь. Мы все будем дома на День благодарения, а это дрова и остальное сено в сарай. Что же остается? — Луи знал, что Джесси так же быстро, как и он сам, перебирал в голове обыденный, но длинный список.
— Нужно обработать корм, починить крышу главного амбара, вспахать нижнюю часть Северного поля, я могу назвать, по крайней мере, семь мест, где забор нуждается в ремонте или укреплении, и, конечно, в конце следующего месяца аукцион, — перечислил Луи все мысленно и вслух.
— И это только то, что ты готов кому-то поручить, — тихо фыркнул Джесси. Луи закатил глаза, но спорить не стал.
— Сомневаюсь, что найду кого-то, кто близко знаком с рН-балансом почвы или циклами спаривания голштинцев на Киджиджи, — ответил Луи, подражая дерзкому тону сына. Как будто Джесси доверил бы кому попало своих любимых коровок.
— Справедливо, — согласился он. — Но не может же быть, чтобы в городе не нашлось по крайней мере дюжины физически крепких мужчин или женщин, которые с удовольствием потратили бы несколько месяцев на то, чтобы подзаработать. Держу пари, я смогу найти кого-нибудь, если постараюсь, или, по крайней мере, Грей сможет. Он в городе больше, чем все мы, — громкое и ясное заявление. Позволь нам помочь. Мальчики умоляли Луи несколько месяцев. Отпускание — не его сильная сторона.
— Ладно, вы с Греем дайте объявление, или позвоните, или чем вы там сейчас занимаетесь, и дайте мне знать. У меня дела по дому, — он потянулся, слыша, как хрустят кости.
— Не забудь поесть, — напомнил ему Джесси уже не в первый раз.
— Люблю тебя, дружок, — он закончил разговор и вздохнул.
Он так соскучился по своим мальчикам, что иногда это причиняло ему боль, но они все счастливы, подумал он, и больше нечего желать. Он засунул телефон в задний карман своих изношенных Ливайсов и снова схватил фланелевое пальто, направляясь к двери.
🐑
Следующим утром Луи проснулся на диване в своем кабинете. Когда Малкольм притащил сюда эту старую штуку, он знал, что это будет ошибкой. После ночи, проведенной за заполнением бухгалтерских книг, бумаг и планов на весну, так легко дойти до мягких подушек и укрыться старым толстым одеялом, которое сшила его бабушка, чтобы скрыть потертую обивку. С тяжелым стоном он снова надел ботинки. Ему не нужно было смотреть на часы, чтобы понять, что сейчас около пяти утра. Его внутренние часы тренировались десятилетиями. Он мысленно пробежался по списку дел на сегодня и включил доильный аппарат, прежде чем пройти по длинному коридору сарая, поглаживая мордашки и шепча приветствия своим девочкам. Он прикинул, что если он выпьет кофе в душе, то к тому времени, как начнет доить коров, успеет сделать и то, и другое. Спотыкаясь, он пошел по дорожке к двери в кухню в задней части дома, стараясь не наступить на мышь, пробегающую перед ним, когда заметил какое-то движение. Он остановился и, прищурившись, посмотрел на крыльцо. На верхней ступеньке крыльца двигалось что-то темное. Его первая мысль — медведь, но это могла быть собака, или даже большой енот. Нет ничего необычного в том, чтобы видеть здесь все эти вещи, особенно в это время дня, когда солнце еще не поднялось над горизонтом. Но когда существо шевельнулось, Луи понял, что это человек. В горле встал ком. Он застигнут врасплох, стоя посреди двора без единого камешка, чтобы отбиться от незваного гостя. Но этот человек не выглядел так, будто пытался войти. Человек похож на одного из его мальчиков, когда их запирали в доме в тех редких случаях, когда Луи действительно запирал свои двери (обычно просто чтобы преподать им урок о том, как приходить домой вовремя). Он сменил свой путь и осторожно обошел дом, чтобы увидеть, что делал этот человек. У него мелькнула мысль, сколько времени потребуется, чтобы кто-нибудь заметил его отсутствие, если этот человек — убийца с топором, и он так же быстро отогнал ее. Луи остановился в нескольких футах от фигуры. Человек, мужчина, встал и пошел к нему, будто он ждал его. Теперь света стало больше, и Томлинсон мог хорошенько рассмотреть его лицо. Он выглядело знакомо. Один из местных ребятишек, ну, уже не ребенок, на несколько лет старше Грея уж точно. Кто он? Чей он? Он не мог вспомнить имени. Генри? Хьюберт? Гарольд? Гарри! — Гарри Стайлс? — спросил Луи. Гарри улыбнулся и протянул руку. — Извините за опоздание, я знал, что вы рано встаете, но не думал, что настолько, — он схватил Луи за руку и радостно потряс ее, пока тот пытался во всем разобраться. — Опоздание? — спросил он. Он не мог вспомнить, кому нужно было быть здесь так рано утром. Он вообще не помнил никого, кто должен был быть здесь. — На работу? — спросил Гарри, закидывая рюкзак на плечо. — Грей сказал мне, что обычно вы приходите в амбар в половине шестого, но, очевидно, вы уже начали. — Грей, — Луи достал из кармана телефон. Смартфон еле дышал с двумя процентами зарядки, но там было по крайней мере одно текстовое уведомление, которое он не видел до того, как отключился прошлой ночью. Грей: нашел кое-кого, кто смог бы работать на тебя. Гарри Стайлс Сказал, что может начать прямо сейчас. Когда он убрал телефон, Гарри все еще смотрел на него, но уже с тревогой, а не с энтузиазмом. — Что-то не так? Грей сказал мне… — Нет! Вовсе нет! — Луи замахал руками, пытаясь не расстроить Гарри окончательно. Еще рано унывать. — Я попросил своих ребят помочь мне найти помощь. Я просто не… — он взял телефон и помахал им перед парнем, — не думал, что они смогут так быстро кого-то найти, — он усмехнулся, надеясь снять напряжение. Гарри слегка улыбнулся, но улыбка не достигла его глаз. — Извините, я не знал, что вы не знаете о моем приезде, — он принялся теребить лямку рюкзака. Луи не знал, что делать. Вот почему он не разговаривает с людьми. — Я думаю, было бы здорово, если бы у нас была возможность сесть и поговорить обо всем, — ему понадобится неделя, чтобы все сделать, подумал он. — Так сказать, наверстать, — Луи начал смотреть по сторонам. У него не было на это времени. — Но сейчас мне нужно вернуться к дойке. — Может, это плохая идея, — ответил Гарри, снова впадая в уныние. Оно должно исчезнуть. Луи не мог заставить кого-то грустить еще до восхода солнца. — Нет! — он практически закричал, выводя Гарри из уныния. — Просто…дай мне добраться до коров, и когда я закончу, мы сможем сесть и поговорить о том, что мне нужно и что ты можешь сделать для меня. — Эм…хорошо, — ответил Стайлс. Он все еще был немного шокирован из-за небольшой вспышки Луи, но, по крайней мере, он не ушел и не грустит. Достижение. — Ладно итак, коровы и…черт, — у Томлинсона не будет времени на душ, а теперь у него нет времени и на кофе. Боже, ему нужен кофе. Он глянул на выжидающее лицо Гарри. Такое чувство, будто они простояли на этом месте несколько дней. Луи почти чувствовал, как в его костях тикали часы. Гарри здесь, чтобы помочь, верно? Вот почему он приехал к Луи в пять утра. Он чувствовал себя дерьмово из-за того, что собирался спросить, но каждый должен с чего-то начать… верно? — Гарри, как ты относишься к тому, чтобы первым делом сделать нам кофе? Парень слегка выгнул брови, но кивнул. — Конечно, кофе. Кухня? — сказал Гарри без малейшего колебания. Плечи Луи слегка опустились от облегчения. — Да, дверь не заперта, просто начинай открывать шкафчики, пока не найдешь то, что тебе нужно. Мне нужно добраться до девочек, иначе они начнут злиться. Встретимся в большом амбаре? — Луи уже начал отступать к сараю, откуда доносились нетерпеливые звуки коровы. Гарри просто бросил сумку на крыльцо и исчез в доме, не сказав больше ни слова. Томлинсон полностью погрузился в привычный и доведенный до автоматизма процесс очистки коров, подсоединения их к доильному аппарату и тестирования молока на любые признаки проблем. Это то, что он делал каждый день своей жизни с тех пор, как ему было, наверное, тринадцать лет, но он никогда не уставал от этого, и он никогда не позволял этому стать рутиной. Его молочная ферма не так велика, как некоторые другие в провинции, но это все еще молоко, которое люди будут пить. Важно поддерживать его качество, не говоря уже о том, чтобы его девочки были здоровы и в безопасности. Он больше привязан к этим большим неуклюжим животным, чем к большинству людей. — Мистер Томлинсон? — его имя отдалось эхом в пустом пространстве. Он почти забыл, что Гарри здесь. Луи обернулся и увидел Стайлса, который осторожно двигался к нему, держа в каждой руке по кружке кофе. — Вы не сказали мне, как вам больше нравится, так что я сделал наугад. — Если там есть кофеин, я выпью, — Луи улыбнулся ему. Гарри улыбнулся в ответ, и это, вероятно, самая искренняя улыбка, которую он подарил Луи с тех пор, как приехал. Гарри протянул ему одну из кружек, и он сделал большой глоток, совершенно не беспокоясь об обожженном языке. Он слаще, чем обычно, но он не жалуется. — Ах, очень вкусно, — он вздохнул и сделал еще один маленький глоток. Гарри поднес кружку к губам и сделал небольшой глоток, но легче не стало. Луи мог физически чувствовать исходящее от него напряжение. Он выглядел так, будто одно неверное слово заставило бы его разбить чашку, лежащую в его бледной руке. Томлинсон посмотрел вниз. Ему осталось подоить тридцать две коровы, а потом убирать, пастеризировать молоко и… у него не было времени даже на помощь. Когда это стало его жизнью? Ему хотелось попросить Гарри зайти попозже, но он боялся, что это могло привести к полному срыву. Он вздохнул и поставил чашку на ближайшую поверхность, которая оказалась тонким выступом вдоль стены. Он мысленно попрощался с ней, потому что прекрасно понимал, что больше никогда не увидит этот горячий кофе. — Так как насчет работы, м? Гарри яростно кивнул и поставил чашку рядом с кружкой Луи. — Отлично, перво-наперво, мне нужно, чтобы ты вымыл руки. Стайлс бросил на него странный взгляд. Луи знал, о чем он подумал. Он буквально чувствовал запах навоза, почему так важно, что у Гарри чистые руки? Но это имело значение, потому что они касаются вещей, которые будут потреблять люди, поэтому Луи просто указал на большую раковину с антибактериальным мылом и вернулся к своей рутине. Луи сказал, он не спорит. Только перевалило за полдень, когда Луи удалось снова присесть. Такое чувство, что он уже несколько дней был на ногах, а у него осталось еще полдня работы. Он сел за кухонный стол и наблюдал за тем, как Гарри рылся в своем рюкзаке. Он вытащил ланч-бокс, в котором, похоже, могло поместиться еды на несколько дней, и начал вытаскивать из него то, что было похоже на «еду на несколько дней». Томлинсон фыркнул, смотря за тем, как Гарри выкладывал различные предметы вокруг себя, прежде чем вгрызться в бутерброд размером с его голову. — Хотел бы я снова так есть, — высказал он вслух свои мысли. Гарри перестал жевать и с любопытством посмотрел на него. С сегодняшнего утра он не произнес ни одного предложения. Это немного сбивало с толку. — Есть как? — спросил Стайлс, перед этим проглотив еду. — Много есть, — рассмеялся Луи. — Прошло много времени с тех пор, как у меня был аппетит, чтобы съесть всю эту еду. Выглядит неплохо. Гарри посмотрел на всю еду вокруг него, как на богатства. — Ты можешь взять что-нибудь, если хочешь, — предложил он; на самом деле не похоже, что он был готов отдать что-либо из этого вообще. — Нет, спасибо. Я бы не забрал у голодного человека его собственный обед, — рассмеялся Томлинсон и встал, чтобы найти чем поживиться. Немного холодной ветчины и сыра ему на сегодня хватит. Он бросил кусок хлеба с маслом в смесь, и это еда королей. Он снова сел, и несколько минут они ели молча. Луи не хотел на него смотреть, но он давно не обедал с кем-нибудь после долгого рабочего дня. Это мило. — Расскажи мне о себе, Гарри, — попросил Луи, желая продлить это мгновение. — Что вы хотите знать? — Ну, я знаю, что ты вырос здесь. Чем ты занимался последние несколько лет? — Луи, по общему признанию, не в курсе местных сплетен, если не считать того, что его старшая сестра, Лотти, звонит ему, чтобы рассказать, кто с кем спит, кто с кем разводится, а у кого дети и внуки. Луи не помнит, чтобы имя Гарри упоминалось в разговорах. — На самом деле все довольно скучно, — Стайлс замолк, нахмурив брови. — Я окончил среднюю школу, и с тех пор пытаюсь что-то сделать со своей жизнью, — Луи ожидал продолжения, но его не последовало. — Очаровательно, — поддразнил его Луи, делая глоток воды, чтобы скрыть ухмылку. Гарри на мгновение замер, прежде чем до него дошло, что Луи издевался. — Извините, — сказал он, кажется, в миллионный раз за сегодняшний день. — Не извиняйся. Приятно, когда есть кого поддразнить время от времени. Я рад, что ты здесь, — Луи весело наклонил к нему стакан. — Неужели? — Гарри ответил таким тихим и неуверенным голосом, что Луи почти было больно это слышать. — Конечно, — Луи кивнул и встал, чтобы убрать бардак. У него длинный список, для того чтобы продолжать держать его в неведении. — Я буду еще счастливее, когда узнаю, с чем тебя оставить, так что, возможно, мы сможем поговорить о твоих навыках. — Ох, верно. Хорошо, — печальное лицо Гарри снова на месте. Что с этим парнем не так? — Гарри, — сказал шатен, снова садясь, на этот раз ближе. Он подождал, пока Гарри посмотрит ему в глаза. Это заняло некоторое время. — Ты здесь. Я хочу тебя. Мне все равно, если ты скажешь, что единственный твой опыт работы — это продажа яблок на обочине дороги, я найду тебе занятие. Стайлс на мгновение замолчал. Луи начал думать, что, может быть, он побежит, или запротестует, или даже засмеется, но он не ожидал, что по щекам парня потекут крупные слезы. Он инстинктивно отстранился. Он не боялся слез, но у него не было абсолютно никакого опыта в утешении людей. — Мне жаль, простите, извините, — Гарри принялся яростно вытирать лицо обеими руками. — Вы на это не подписывались. — Я не совсем понимаю, что происходит, — признался Луи. Это, вероятно, самая бесполезная вещь, которую он когда-либо говорил в своей жизни. — Ох это просто я…устраиваю беспорядок, — Гарри мрачно хихикнул, потом шмыгнул носом и сделал глубокий вдох. Он уже не плакал, но Луи видел, что он все еще грустит. — Я…боролся, — сказал Стайлс. Луи практически видел, как парень вновь возводил стены вокруг себя. — Найти работу, найти место, где я почувствую себя в своей тарелке. Я только что из Альберты. Я мог работать, но работы не было, как несколько лет назад. Я вернулся домой. Мама — замечательная женщина, но я буквально сплю на ее диване, потому что ее сократили лет пять назад. Мне почти тридцать лет. Я уверен, что она не ожидала, что ей придется содержать своего взрослого ребенка на этом этапе жизни. Я чувствую себя неудачником. Гарри замолк, запал, кажется, иссяк. Луи наблюдал, как он боролся с самим собой. Когда парень, наконец, снова посмотрел на него, настороженно, но с надеждой, Луи улыбнулся ему. — Что ж, ты пришел по адресу. Последние полгода я пытался управлять всей молочной фермой в одиночку, и когда кто-то набирался храбрости, чтобы помочь, я доводил его до слез. Жена, с которой я прожил тридцать лет, бросила меня, и я думал только о том, что слишком занят, чтобы развестись. Я так сильно опираюсь на своих детей, что они, наверное, могли бы управлять этой фермой лучше, чем я, даже не находясь здесь. Если ты неудачник в жизни, то я король неудач. Гарри засмеялся. С искренней улыбкой с морщинками в уголках глаз, он просто сиял. — Так как, думаешь, сможешь помочь мне? — спросил Томлинсон. Гарри кивнул, не переставая улыбаться. — Думаю, мы можем что-нибудь придумать. Остальная часть дня прошла более гладко, теперь, когда Гарри и Луи стали чуть более открыты. Оказывается, Гарри не тот тихий нервный мальчик, каким его представлял Томлинсон. Он разговаривал с Луи пока что-то делал и в нескольких перерывах между делами. Оказывается, у Гарри много навыков. Он работал в нескольких разных профессиях, последняя из которых — строительство домов в Альберте. Но как бы много он ни знал и как бы легко он ни воспринимал различные машины, приятно видеть, что Гарри заботится о его животных, похоже, так же, как и Луи, пробыв всего один день. Конечно, Луи мог бы списать это на желание произвести хорошее впечатление, но что бы это ни было, Томлинсон спокойно выдохнул к тому времени, когда весь скот в загонах, и все в порядке и в безопасности. Его почти удивил тот факт, что еще даже не стемнело. — Не могу поверить, что вы делаете это каждый божий день, — Гарри вытер пот со лба, но он улыбнулся, его глаза сияли, что могло быть только после дня тяжелой работы. — Ну, не каждый день, — ответил Луи. Когда его внезапно похвалили, ему захотелось спрятать лицо в ладонях. — Мальчики приходят, когда могут. Но они начали ходить на учебу несколько недель назад, за исключением Грея, конечно. Он вообще не учится, поэтому может не приходить по несколько дней. Но он живет рядом, составляет мне компанию, когда может. — Все равно это невероятно. Это масштабное предприятие, — Гарри оглядел пустые поля, исчезающие в лучах заходящего солнца. — Вы не садились почти весь день. У вас должна быть мускулатура как у атлета. Луи громко рассмеялся. — Я не спортсмен, — сказал он, все еще смеясь. — Я старый, измученный человек, который ничего не может дать и, очевидно, не знает, как правильно просить о помощи. — Вы чертовски хорошо выглядите для измученного старика, — Гарри наклонил голову и замер, широко распахнув глаза. Луи начал подозревать, что он переступил границы дозволенного. — Седина говорит о другом, приятель, но все равно спасибо за комплимент, — он ухмыльнулся, прежде чем направиться в офис. Когда Гарри не последовал за ним, Луи помахал ему, чтобы он догонял. Он назначил парню зарплату прежде, чем понял, сколько он стоит и найти кого-то, кто может заплатить ему больше.🐑
Луи вздрогнул и проснулся. Он снова на старом диване. Он смутно припоминал, как еле заполз на него прошлой ночью. Он не собирался каждую ночь спать в своем старом пыльном кабинете, но ему не раз приходило в голову, что в доме для него все равно ничего нет. Кроме кофе. Поморщившись, он натянул сапоги. Возможно, вчера он перестарался. Не то чтобы он пытался произвести впечатление на более молодого и физически крепкого Гарри. Но он многое сделал. Он вывалился из сарая и почти вслепую пошел к задней двери кухни. — Как рано вы начинаете? — раздался низкий тембр за спиной Томлинсона. Он чуть не выпрыгнул из кожи, прежде чем узнал голос. — Еще не начал. Нужно выпить кофе и принять душ, — пробормотал он, продолжая свое паломничество к бодрящему напитку. Гарри догнал его, легко подстраиваясь под шаги. — На вас та же одежда, что и вчера? — спросил он. Луи опустил взгляд, прекрасно зная ответ. Он потянулся и глубоко вдохнул через нос, пытаясь проснуться от осеннего холода. — Ага. — Оу, — ответил парень. Луи почему-то рассмеялся. Гарри звучал, как смесь недоверия и разочарования. Томлинсон открыл кухонную дверь, пропуская Стайлса. Он пнул свои ботинки в сторону комода с обувью, прежде чем нормально повернуться к Гарри. — Я обещаю, что это не будет постоянной частью твоей работы, но не мог бы ты приготовить кофе, пока я приму душ и переоденусь? — Да, конечно, — Гарри тут же повернулся к чайнику на плите. Жаждущий угодить, как всегда. — У меня такое чувство, что ты не любитель кофе, — сказал Луи, прежде чем подняться по лестнице. — но если здесь есть то, что тебе нравится, не стесняйся, бери. Гарри повернулся к нему и улыбнулся, словно застигнутый врасплох. — Спасибо, — сказал он таким тоном, словно Луи только что предложил ему миллион долларов. Томлинсон пожал плечами и снова вышел из комнаты. Утренние разговоры не входят в его планы. Луи принял душ так быстро, что вода даже не успела прогреться, но, по крайней мере, он смыл слой грязи. Он быстро вытерся и схватил последнюю пару чистых джинсов и футболку. Пару секунд он тоскливо посмотрел на свою кровать, а потом спустился вниз по лестнице. Ему нужно как можно скорее постирать всю одежду. Сегодня ему придется насильно вытащить свою задницу из офиса. Хороший сон и теплая еда должны успокоить это чувство хаоса, которое кружилось вокруг него в последнее время. Когда он спустился, на кухне уже ждал его Гарри с чашкой горячего кофе и поджаренным сэндвичем. — Можете съесть его на ходу, — сказал он Луи, протягивая ему оба блюда. Томлинсон мог бы обнять его. — Быстро учишься, — Луи улыбнулся ему и сделал большой глоток кофе. Кофе всегда лучше, когда его готовит кто-нибудь другой. Гарри усмехнулся и снова надел сапоги, покрытые толстым слоем грязи. — Придется, если я хочу не отставать от вас. Я едва смог встать с постели этим утром. Луи почувствовал, как вспыхнули его щеки. Он тоже не знал, как встал. Он решил, что это его вина. — Сегодня будет полегче, — сказал он, подталкивая Гарри к сараю. — Вы уверены, что справитесь? — хихикнул Стайлс. Луи машинально ударил его, но Гарри увернулся и побежал дальше. Луи не мог сдержать улыбку. Если Гарри снова сможет вдохнуть жизнь в это место, это лучше, чем лишняя пара рук. — Так, что дальше по списку? — спросил Гарри. Он лежал на одном из тюков сена рядом с дверью амбара. Луи начал подозревать, что он только притворяется уставшим. Он не мог не покачать головой, прокручивая в голове список дел. — Я подумал, что мог бы послать тебя за ограду, чтобы ты посмотрел, что нам нужно отремонтировать до зимы, — Луи направился к гаражу, где стоял вездеход. — Оу, — услышал он за спиной голос Гарри, не тем привычным тоном, который он уже привык слышать. — Один? — Ну, да, — Томлинсон остановился и, обернувшись, увидел, что Гарри так и стоял у тюка сена, слегка нахмурившись. — Ты строил дома, я доверяю тебе забор, — он пожал плечами. — Но если ты сделаешь что-то не так, сам потом будешь исправлять это, стоя по пояс в снегу, — поддразнил он. Стайлс слегка улыбнулся, но между бровями все еще пролегала глубокая складка. — Но вы не пойдете со мной? Луи не совсем уверен в том, что происходит. Гарри боится одиночества? Коров? Природы? Он не уверен. — Это проблема? — Нет! — воскликнул Гарри, прыгая вперед и размахивая руками и одновременно качая головой. — Просто…совместная работа…это хорошо. — Оу, ах… — Луи привык все делать в одиночку. Командная работа едва входит в его лексикон. Хотя последние полтора дня были довольно приятными. Кто-то, с кем можно поговорить, кто-то, с кем все идет гладко. Он не настолько стар и упрям, чтобы не попробовать что-то новое. — Да, думаю, это хорошо. Мы сделаем это вместе и быстрее. Иди обедай, а я возьму байки. Мы поедем в поле! Луи практически мог видеть, как Гарри пытался не скакать по пути к дому, прежде чем повернуться, чтобы завести байки. Он подумал, что мальчики бы им гордились за то, что он попробовал что-то новое. Если они с Гарри будут продолжать в том же духе, через несколько недель им вообще не придется помогать. Через несколько часов они сидели на траве на вершине одного из ближайших к дому полей. Солнце стоит высоко в небе, обеспечивая прекрасный теплый сентябрьский день. Гарри методично перебирал содержимое своего ланч-бокса, в то время как Луи ковырялся в холодном салате с макаронами, который Гарри достал для него из холодильника. Он улыбнулся, когда он увидел, как Гарри задрал голову к небу, закрыв глаза и удовлетворенно улыбаясь. — Это место просто прекрасно, — Стайлс оглядел все, что было видно с холма, после смотря в сторону дома. Дом возвышался на фоне красных, оранжевых и золотисто-желтых листьев. В окнах даже не развивались старые кружевные занавески. Внезапная грусть пронзила сердце Луи и также быстро ушла. — Да, — согласился он. — Я просто подумал, что мне следует делать это почаще. Давно не видел дом отсюда. Это мило. — Мне нравится ваш дом. Я всегда хотел исследовать его, — признался Гарри, робко улыбаясь Томлинсону. Луи рассмеялся и покачал головой. — Это всего лишь дом. Много вещей, много хлама. — Много воспоминаний, — добавил Гарри. — Много-много воспоминаний. — Есть что-то эдакое в старом доме. Истории, скрытые в стенах. У него как будто свой характер, да? — Не знаю. Я никогда не задумывался об этом, — Луи покосился на дом, пытаясь понять, есть ли в нем что-то такое, чего он раньше не замечал. — Вы слишком близко к истории, — объяснил Гарри. — Я представляю себе пожилую пару девятнадцатого века, которая берет воду из ближайшего колодца и вешает одежду на веревку. Возле сарая стояла запряженная лошадьми карета. Я представляю, как из трубы идет дым, а отец сидит у огня с ребенком на коленях, — Гарри выглядел совершенно загипнотизированным. Луи снова оглядел пейзаж. Сказка Гарри была не так далека от истины. На заднем дворе одного из старых амбаров до сих пор стояли остатки старой кареты. У Луи есть фотография отца, сидящего на коленях у деда у костра, на полке в одной из спален. Люди были повсюду. — Ты знал, что не так давно в этом доме жили двенадцать человек? — спросил он, стараясь, чтобы это выглядел, как обычный разговор. — Много народу, — сказал Стайлс, жуя бутерброд. — А теперь здесь только вы? — вопрос о том, куда все ушли лежит на поверхности. — Теперь только я, — вздохнул Томлинсон. — Мои дедушка с бабушкой и родители умерли за последние десять лет, мои сестры, Шарлотта и Фелисите, пошли своим путем, нисколько не интересуясь жизнью маленького городка. Мои сестры-близнецы обе замужем за фермерами, так что они работают на фермах своих мужей. А Дорис и Эрни примерно одного возраста с Греем. Дорис любит фермерскую жизнь, но им трудно быть здесь без мамы и папы, поэтому они много путешествуют, — он посмотрел на Гарри, который пребывал в полном восторге от россказней Луи. — И мои мальчики тоже заняты своими делами. Десять лет назад мне пришлось бы работать в поле, чтобы хоть немного побыть одному. Теперь я везде один. Гарри кивнул, как бы для себя. Некоторое время они сидели молча, потом Стайлс снова посмотрел на него. — Так что дальше по списку? Это заставило Луи рассмеяться, момент разрушен. — Зависит от того, как ты можешь водить машину по прямой. Гарри выгнул бровь, но пожал плечами. — Довольно хорошо. — Тогда давай обработаем кукурузные поля, — Луи вскочил на ноги и запрыгнул на байк. Он слышал, как Гарри поднялся за ним. — Давайте сделаем это, — сказал он также взволнованно, как ребенок на Рождество. — Ну, мистер Томлинсон, вам еще предстоит убедить меня, что вы не олимпийский чемпион, — Гарри стоял, положив руку на дверцу своего старого «Шевроле». Грузовик определенно старше Гарри, но Луи заметил накануне вечером, что он звучит более плавно, чем большинство старых автомобилей, которые таскались по городу. — Во-первых, пожалуйста, зови меня Луи, а во-вторых, я собираюсь пойти и замочить свои ноющие ноги в какой-нибудь английской соли для ванны. — Я буду звать тебя Луи, но я слежу за тобой. Я выведу тебя на чистую воду, — Гарри открыл дверь, притворно щурясь. Томлинсон рассмеялся. Он ничего не мог с собой поделать. — Удачи тогда, — ответил он, слегка махнув ему рукой, прежде чем повернуться лицом к входной двери с темными окнами по обе стороны от нее. Опять один. Он никогда прежде не заботился о своем одиночестве. Он не уверен, почему это загружает его голову.🐑
Луи открыл стеклянную дверь магазина и улыбнулся владельцу и менеджеру. — Вовремя, — ухмыльнулся Найл Хоран, облокотившись на ряд тележек у входа в магазин. Луи абсолютно уверен, что в некоторые дни он проводит больше времени, наблюдая за людьми, чем работая, но он знал, что Найл также проводит больше времени в этом магазине, чем дома, поэтому несколько минут, чтобы поболтать, вероятно, ему не повредит. — С нетерпением ждешь моего появления? — поддразнил его Луи, вытаскивая тележку из-под локтя Найла. — Ты думаешь, что хитришь, но я тебя раскусил, — Найл, прищурившись, посмотрел на него и пошел за Луи по проходам, в то время как тот вяло складывал продукты в тележку. — Нечего тут раскусывать, приятель, здесь просто мало людей. Все либо в церкви, либо еще спят. Иначе я пробуду здесь час, — Луи краем глаза заметил Найла, брови у которого поднялись за линию волос. — Отсюда все твоя антисоциальность, — пожурил его Хоран, но Луи только пожал плечами и закатил глаза. — Я занятой человек и получаю достаточно сплетен от своих сестер. — Да, но как насчет пустых сплетен, которые люди — не забудь стиральный порошок — хотят услышать от тебя? — спросил Найл, хватая яблоко из тележки и откусывая большой кусок. — Ты можешь быть источником любопытства в этом старом доме в полном одиночестве. То, как Найл сказал «совсем один», вызывает у Луи плохие чувства. Это звучит незаконно и неряшливо, когда на самом деле все просто тихо. — Ну, ты можешь с радостью сказать городу, что я не связался с коровами, Ни, и единственное, что согревает мою постель, — это кот. Когда он захочет зайти в дом, — Луи остановился у прохода с чипсами, обдумывая все варианты. — Говорят, ты нанял человека, — сказал Найл, выжидающе глядя на Луи. — О, Гарри. Да, парни оказали мне услугу. Не то чтобы мне не нужна была помощь, — отметил Луи почти для себя. — Ну и? — сказал Найл, в глазах плясали дьяволята. — Ну и, что? — Луи направился к кассам, а Найл зашел за кассу, чтобы пробить покупки. — Ну и какой он? Как идут дела? — Он хорош. Хороший работник, быстро учится, — Лу пожал плечами и достал бумажник. Он чувствовал, как его тянет к двери, и хотел поскорее убраться отсюда. Однако, Найл перестал пробивать продукты, драматически ссутулив плечи. — Как всегда красноречив, Томлинсон. — Спасибо! — Луи фальшиво улыбнулся, уклоняясь от намеков Найла. Не дожидаясь чека, он схватил свои сумки и помчался к грузовику.🐑
Дневные часы становились все короче с каждым днем, ровно как и рабочие дни Луи, благодаря Гарри. Он снял очки и сладко потянулся, отрываясь от листания старых журналов за прошлый год. Он не мог поверить, что все шло точно по графику, несмотря на то, что у него самого дела идут не очень. Он собирался дать Гарри хороший рождественский бонус, если он ему понадобится к тому времени. Он ему понадобится? На мгновение он отвлекся и посмотрел в окно, как будто это могло дать ему какие-то ответы. Конечно, ему будет нужен этот бонус. Наверняка ему будет чем заняться. Он снова надел очки и попытался сосредоточиться на своих каракулях, когда раздался стук в дверь. Луи поднял взгляд и увидел Гарри, стоящего в дверях с застенчивой улыбкой на лице. — Что-то случилось? — прошел по меньшей мере час с тех пор, как Гарри ушел домой. За это время он мог бы проехать домой и обратно по меньшей мере пять раз. — Надеюсь, я не помешал, — пробормотал Стайлс. — Вовсе нет, тебе что-нибудь нужно? — Эм, нет, я просто…ну, я просто заметил, что ты приходишь сюда каждый вечер после моего ухода, и почти каждое утро ты выходишь отсюда же, а не из своего дома. Я… — Гарри замолк, запинаясь, — я подумал, может, ты захочешь поужинать со мной…в доме. Луи с минуту тупо смотрел на него, пытаясь осмыслить то, что пытался сказать Гарри. — Я принес еду, — сказал Гарри, вытаскивая из-за спины несколько пакетов. Томлинсон улыбнулся. Он хотел было возразить, хотел сказать Гарри, что с ним все в порядке, не стоит беспокоиться, но он здесь, и у него и так много забот. Поэтому он поднялся и поднял руки. — Сдаюсь, — он ухмыльнулся. — Показывайте дорогу, шеф Стайлс, — это заставило Гарри рассмеяться, и он тут же перестал хмуриться. Луи смотрел за тем, как Гарри порхал по кухне. В нем была какая-то нервная энергия, которую Луи не видел с первого дня. Это любопытная грань характера Гарри, о которой Луи хотел бы спросить. — Так из-за чего весь этот шум? — спросил он. — Оу! — Гарри ответил так, будто его застигли врасплох и будто он был готов произнести небольшую речь одновременно. Томлинсон скрестил руки на груди, пытаясь скрыть улыбку. — Ну, это не мое дело… — Конечно, — Луи подавил смешок. — Но я заметил, что сюда приходят не так много людей, — Гарри совершенно сбит с толку. Луи так весело смотреть, как он корчится. — Я тоже заметил это, — Луи закашлял, чтобы не разразиться лающим смехом. — И я просто подумал, раз уж мы достаточно хорошо знаем друг друга…я мог бы…тусоваться с тобой, — Гарри остановился и пристально посмотрел на шатена, глаза напряжены, лицо задумчиво. Он выглядел таким искренним, что Луи в миг потерял всякое желание пошутить над ним. — Да, конечно. Ты определенно можешь потусоваться со мной. Спасибо, Гарри, — он улыбнулся, распрямил руки и снова наклонился вперед, к старому деревянному столу. — Правда? — Гарри, похоже, не поверил ему, но все равно кивнул и улыбнулся. — Ладно, хорошо. Потому что я подумал, что после ужина мы могли бы сыграть в карты или что-нибудь в этом роде. Это намного лучше, чем смотреть телевизор, потому что можно разговаривать, не отвлекаясь на понимание сюжета. Остаток ужина он без умолку разговаривал, не давая Луи сказать и слова. Хотя он и не возражал. — Рад вернуться в город? — спросил Томлинсон, держа миску мороженного. Было достаточно прохладно, и по хорошему нужно было разжечь огонь, но мороженное — хорошая идея независимо от времени года. — За пять лет город пережил настоящий культурный шок. — Я не думал, что это случится, так как я вырос здесь, но это действительно было так, — Гарри нахмурился. — Большинство моих друзей уехали или вышли замуж и уже имеют детей. Заняты собственной жизнью. — Да, взрослеть тяжело, — согласился Луи, на что Гарри лишь фыркнул. Он покачал головой и принялся убирать со стола. — Ты смеешься надо мной. — Нет, клянусь, — Луи схватил его за запястье и заставил сесть. — Мы с Линдси рано поженились. Я так хорошо помню, как все наши друзья были так взволнованы, когда она забеременела Греем. Они все хотели быть здесь, нянчиться и быть одной большой семьей. Другое дело, когда мы не можем пойти в закусочную в восемь вечера из-за плачущего ребенка или уехать из города при малейшем желании. Еще хуже, когда у них у всех есть дети. Есть люди, которых я считал хорошими друзьями, которых я больше никогда не видел, когда у них появились дети. — Да, так оно и есть, — пробормотал Гарри, но больше ничего не сказал. — Значит, все твои друзья уехали и рожают детей, а ты торчишь здесь со мной изо дня в день, — сказал Луи, пытаясь поднять парню настроение. Гарри улыбнулся ему. — Я не против. — Ну, мне это не очень нравится. Ты закончишь затворником, как я, твои дети найдут людей, которые придут в пять утра и напугают тебя до смерти. — Я тебя не пугал! — громко рассмеялся Стайлс. — На ум пришло слово «убийца с топором», — Луи пожал плечами и хихикнул, глядя на потрясенный взгляд Гарри. — В любом случае, послушайся совета мудрого старика. Не сиди и не жди, пока люди придут к тебе, тебе нужно самому заводить с людьми эти связи. — О, ты имеешь в виду, например, явиться к ним домой и предложить приготовить ужин, чтобы они не провели еще одну ночь в своем офисе? — Гарри вопросительно выгнул бровь, глядя на Луи. — Да, именно так, только попробуй еще раз с кем-нибудь более интересным, — Томлинсон потянулся и встал, чтобы порыться в старой стопке настольных игр, которую он сложил на книжной полке. — Скраббл, шахматы или сумасшедшие восьмерки? — спросил он, обернувшись. — Ты интересный и сумасшедшие восьмерки, пожалуйста, — сказал Гарри и убрал со стола. Луи вытащил колоду карт из-за старой «Монополии» и снова сел. Он быстро глянул в окно. На улице почти совсем темно. Луи задумался, как долго здесь пробудет Гарри. Более неуверенная часть его мозга задалась вопросом, жалеет ли его Гарри. Три игры спустя и удивление намерений Гарри почти исчезло. Гарри задавал Луи вопросы и слушал ответы и сопутствующие истории, как будто это легендарные истории о приключениях и тайнах. Он цеплялся за каждое слово и Луи испугался, что это начнет лезть ему в голову. — Так что же ты делаешь так много времени в офисе по ночам? — спросил Стайлс. — О, довольно заурядная работа, — Луи откинулся назад и вытянул перед собой ноги. Он не хотел признаваться в этом, но из-за слишком долгого сидения на жестких кухонных стульях у него затекало все, что только можно. — Счета, квитанции, бухгалтерия, — он загибал пальцы, пока перечислял. — Я постоянно получаю обновления безопасности и правил. Безопасность пищевых продуктов, животных, сотрудников, — Гарри ухмыльнулся при последнем. — Два раза в год я провожу аукцион, и он состоится в конце следующего месяца. Я еще даже не начал работать над этим, но все остальные, кажется, готовятся, потому что я ежедневно получаю электронные письма, — он начнет переживать, если будет думать об этом слишком долго. Время на исходе. — И, конечно же, я веду книги о растениеводстве и циклах спаривания, и у каждой коровы есть свой собственный файл здоровья и питания. — Правда? У каждой свой? — Гарри наклонился к нему, как будто Луи только что проговорился и открыл ему секрет эликсира молодости. Томлинсон кивнул. — У всех до единой, — он знал, как сложно это может звучать со стороны, но он знал всех своих девочек с рождения. Он присутствовал при родах некоторых. Они как его семья. — У них у всех есть имена. — Ты можешь вспомнить их все? — Конечно, но, как и с собственными детьми, иногда их легко спутать, — он посмеялся. — Малкольм жаловался на то, что я называю коров правильными именами чаще, чем он. Тяжело быть младшим в семье. — Я самый младший в семье, — ответил Гарри. — У тебя есть сестра, да? — Да, Джемма. Она замужем, у нее двое детей. Я странный дядя Гарри. Луи громко рассмеялся. — Надеюсь, дети тебя так не называют. — Только когда Джемма их попросит, — Гарри пытался надуть губы, но ямочки на щеках выдавали улыбку. — Лично я до сих пор считал тебя немного странным, — Луи пожал плечами и положил последнюю карту, завершая игру. Гарри собрал карты и перетасовал. Луи почувствовал облегчение от того, что он снова хотел играть. Он еще не готов к окончанию этого вечера. Так продолжалось до тех пор, пока Гарри не остановился и не окинул колоду тяжелым взглядом. — Кстати, о странностях… — сказал он и сделал глубокий вдох. — Хочешь сказать, что ты и правда убийца с топором? — спросил Луи. Он всегда шутит, когда ему неловко. Гарри все равно хихикнул. — Ты бы назвал склонность убивать людей странной чертой? — Ты прав, может быть, «причудливый» подойдет больше. Это заставило Гарри запрокинуть голову и рассмеяться. Звук, который Луи никогда не слышал от человека. — Ты можешь говорить серьезно? Я пытаюсь излить здесь свою душу! — Прости, прости! Продолжай, — сказал Луи, немного нервничая и не совсем понимая почему. — Я хотел сказать, что, говоря о странностях, я хотел тебе кое-что рассказать, — Гарри поднял взгляд на Луи, но Луи видел, что он нервничал. Этот взгляд он видел множество раз у мальчиков, когда они собирались признаться в проступке. Луи взял себя в руки и сделал каменное лицо. — Я гей. Луи замер. Затем совместил слова с языком тела человека, сидящего перед ним. — Оу, — он сопротивлялся желанию сказать, это все? — Спасибо, что поделился со мной, — эту фразу он слышал по телевизору. — Еще…еще кто-нибудь знает? — это каминг Гарри? он сделал это из-за Луи? — Да, люди знают. Просто…ты был очень откровенен и честен со мной. Мне нравится работать здесь, и я просто чувствовал, что мне тоже нужно быть открытым и честным с тобой. — Конечно, Гарри, ты можешь рассказать мне все, — голос Луи дрогнул от интимности этих слов. Они не настолько близки. — И ты можешь вообще ничего мне не говорить. Как хочешь. — Я бы солгал, если бы сказал, что гомосексуальность не повлияла на мою прежнюю работу. Я очень надеялся, что здесь этого не произойдет, — Гарри вдруг сжался и Луи захотелось утешить его. Как-нибудь приободрить его. — Мне здесь очень нравится. Это первый раз, когда я почувствовал, что я принадлежу конкретному месту. Последние слова Стайлса ударили Луи прямо под дых. Он знал это чувство, как вторую кожу. Он кивнул, взял карты из рук Гарри и рассеянно их перетасовал. — Если ты чувствуешь, что твое место здесь, значит, твое место здесь, — сказал он, прежде чем протянуть другую руку. — И я рад, что это так. Гарри тоже улыбнулся и кивнул, беря карты с блеском в глазах, которым Луи не мог не восхищаться.🐑
Дни становились все короче и короче. Сейчас половина шестого вечера, но солнце уже низко, и Луи инстинктивно устал от долгого рабочего дня. Он шел бок о бок с Гарри через поле к дому. Еще неделю назад именно здесь Гарри собирался ночевать, но с тех пор, как Гарри приехал в первый раз, у них вошло в привычку проводить вместе не только ужин, но и большую часть вечера. Луи заканчивал свои дела за кухонным столом, а не в кабинете, пока Стайлс разговаривал и готовил. По ночам, когда Гарри не готовил, он рылся в старых журналах отца Луи, как будто нашел сокровище. Каждый раз, когда отец по той или иной причине упоминал имя Луи, он визжал от восторга. Луи не мог решить, смущает или забавляет это. Но ему было приятно видеть, что кто-то, кроме него самого, интересуется историей этого старого места. Мысль об ужине напомнила ему кое о чем. — Можешь взять отгул в понедельник, — сказал он Гарри, который почти все время молчал, пока они спускались с холма. Тот в замешательстве посмотрел на него. — Зачем мне выходной в понедельник? — спросил он, почти бормоча себе под нос. — День Благодарения. Это не оплачиваемый отпуск, но если у тебя есть планы, то воспользуйся этим, — когда Джесси узнал, сколько времени Гарри проводит на ферме, он заставил Луи пообещать, что тот будет чуть менее напористым. — Оу, — Гарри нахмурился. — Если не возражаешь, я бы хотел придти. — Да, нет. Меня все устраивает. Я просто хотел дать тебе возможность, — Луи продолжил идти. У него такое чувство, будто он каким-то образом оскорбил его, дав выходной. Он покачал головой и спрятал улыбку, которая каким-то образом появилась на его лице. — У тебя нет выходных, — сказал Гарри, сделав несколько шагов. — Я думаю, это другое, — Луи пожал плечами. — Это не совсем работа, для меня — это жизнь. — Ты никогда не брал отгул от жизни? — спросил Стайлс. Вопрос прозвучал глупо, но выражение лица серьезное. — Думаю, у меня нет причин этого хотеть. — Я заметил, — кивнул Гарри. — До сих пор у меня была всего пара выходных, и я уже поймал себя на том, что хочу прокатиться и посмотреть, как идут дела. Луи засмеялся. — Ты помешался. Подожди до середины января, и ты будешь еле тащиться из теплой постели в холодный сарай. — Увидим, — ухмыльнулся Стайлс. Они добрались до дома и зашли на кухню. — Кстати, о холоде, возможно, сегодня мне придется развести огонь, — Луи снял фланелевое пальто и повесил его на крючок рядом с толстовкой Гарри. — На самом деле это звучит неплохо, — Гарри открыл холодильник и порылся в нем. Накануне вечером он приготовил большую кастрюлю тушеного мяса, так что его можно будет быстро разогреть на плите, прежде чем их головы склонятся над блокнотами на кухонном столе. — «Монополия» или пазлы? — с надеждой, но все-таки немного неуверенно, спросил Луи, хоть Гарри и оставался после ужина каждый вечер на этой неделе. — «Монополия»! — глаза Гарри засияли, когда он выглянул из-за дверцы холодильника. — Так у тебя есть планы на День Благодарения? — спросил Луи в начале игры. С минуту Гарри выглядел смущенным, полностью сосредоточенным на том, что он называет своей стратегией, прежде чем уклончиво пожать плечами. — Вообще-то нет, — ответил он скучающим тоном. — День благодарения никогда не был большим праздником в нашем доме. Мама идет в казино с парой своих незамужних подруг, а Джемма остается в Мирамиши и ужинает с семьей мужа. Я, наверное, найду хороший марафон и буду есть овощи на диване в воскресенье. — Что ж, звучит неплохо, — Луи старался казаться уверенным. По его мнению, это было довольно скучно, но он не будет это говорить. — Но ты можешь поужинать с нами. Полный ужин с индейкой и все такое. — Оу, я не могу злоупотреблять семейным временем, — вполне убедительно сказал Гарри. — Никакого злоупотребления! Только я, мальчики и, конечно, Эби, — возможно, для некоторых семей и это много, но по сравнению с тем, кто может быть за ужином, сколько людей побывало в этом доме на День благодарения, это почти никто. — Приходи на ужин, — сказал Луи с надеждой в голосе. Гарри улыбнулся, бросая кубик. — Приду.🐑
— В субботу в городе, как нагло с твоей стороны, — так встретили Луи холодным октябрьским утром. — И тебе привет, Найл, — ответил шатен, толкая тележку чуть сильнее, чем нужно. Найл почти побежал в первый проход, чтобы не отстать от него. — Разве у тебя сегодня нет других клиентов? — Ты же знаешь, Лу, что ты мой лучший клиент. Почему ты пришел так рано? — Хоран практически встал у него на пути, когда Луи сразу не ответил. — Я не твой лучший клиент. Я бы не стал покупать столько всего в этом магазине, чтобы прокормить тебя, не говоря уже о бизнесе, — Луи закатил глаза и задумался о том, чтобы купить булочки, вместо того чтобы ждать того, кто сможет их сделать. — И я не могу купить целый обед на День Благодарения за пару часов до того, как начнут появляться люди. Я не настолько безнадежен. — О, так в этом году ты празднуешь День Благодарения, — Найл кивнул так, будто сделал секретные записи. — Да, совет старых сплетниц будет доволен? Должен ли я составить меню, чтобы они увидели его первыми? — Томлинсон закатил глаза и продолжил. Люди просто повсюду, и он мог чувствовать, как они набрасывались на него, как лисы на курятник. — Не дерзи, тебе это не идет, — Найл бросил пачку пончиков в тележку. Луи подумывал над тем, не оставить ли их себе, но это значило бы позволить Найлу выиграть, поэтому он положил их обратно. — На днях заходила Эби и сказала, что ты пригласил на ужин Гарри Стайлса, — Найл был похож на кота с канарейкой. Луи не стал закатывать глаза. Он не мог доставить Хорану такого удовольствия. — Извини, что не сделал официального запроса на приглашение гостей, — ответил Томлинсон, пытаясь выбрать между консервированным клюквенным желе и свежим клюквенным соусом. Малкольм может просто отречься от него, если у него не будет клюквенного желе, но он уверен, что Гарри будет впечатлен тем, что он знает, как сделать свой собственный соус. Он взял оба. — Значит он работает? Лучше, чем я ожидал, пригласил его на ужин и все такое, — пропел Найл, выгибая брови. Было бы смешно, если бы его жизнь не рассматривали под микроскопом. — Его мамы и сестры нет в городе, и он собирался провести день на диване перед телевизором. Ты считаешь, что это было бы лучше? — спросил Луи, блаженно поворачиваясь к кассе. — Я ничего не говорю, просто приятно видеть там жизнь, вот и все, — улыбнулся Хоран. Луи не стал спорить. Поэтому он и не стал этого делать, просто кивнул и положил свои продукты на ленту, мило улыбаясь Амелии за кассой. Она улыбнулась в ответ и не открыла и рта. Любимый кассир Луи.🐑
Луи никогда бы в этом не признался, но проснуться утром в воскресенье в День Благодарения для него почти как Рождество. Прошло больше двух месяцев с тех пор, как у него дома были все три сына одновременно. Он любил и скучал по всем ним, но было что-то такое в совместной жизни, что телефонный звонок или FaceTime не могли заменить. — Когда все приедут? — спросил Гарри, лениво помешивая соус в кастрюле на плите. Луи предположил, что под всеми Гарри подразумевал всех остальных, так как сам Стайлс появился на пороге дома Луи в пять часов, как будто пришел на смену. Луи выглянул в кухонную дверь, наблюдая за тем, как опавшие листья кружились на ветру. — Эмм, я сказал им быть в два, так что, надеюсь, они появятся к трем, — ответил он. Гарри рассмеялся, думая, что Луи шутит. Это не так. Он уверен, что никто из них не может точно определить время. — И ты уверен, что это нормально, что я здесь? — спросил Стайлс, наверное, уже в пятидесятый раз. Луи закатил глаза и посмотрел на парня. — Да, Гарри, все в полном порядке. Это обычный ужин, все будут рады тебе. Они иногда устают друга от друга, — Гарри ткнул пальцем в горшочек с мясом, избегая взгляда Луи, но все же улыбнулся. Луи замечал, что его мальчики всегда вели себя очень тихо, когда их кормили. Мало что изменилось. Луи знал, что он просто светился, когда оглядывал три (четыре, если с Гарри) головы, склонившиеся над грудой тарелок, и единственными словами, проскальзывающими в тишине, были просьбы передать булочку или добавить мяса с подливой. Луи, наверное, поддразнил бы их, если бы не был так счастлив. Однако Эби пыталась сохранить хоть каплю вежливости и, к ужасу мужа, продолжила разговор. — Как тебе твоя новая работа, Гарри? — она повернулась к Стайлсу, который на секунду стал похож на оленя, попавшего в свет фар. Он проглотил все, что жевал, и улыбнулся, глядя на Луи. — Все замечательно, даже идеально, правда. Томлинсон улыбнулся в ответ, кивая: — Я бы не смог найти лучшего работника. Я должен поблагодарить тебя за это, Грей, и тебя, Джесси. — Спасибо! — сказал Джесси с набитым ртом. Луи только открыл рот, чтобы отругать его, но Грей сделал это первым, сильно ткнув его в плечо. — Ты тут не при чем, это Эби додумалась позвонить Гарри, — Грей с обожанием посмотрел на жену, которая вся покраснела от пристального внимания. — Она играла в рингетт с Джеммой в школе, и они до сих пор общаются. Джемма сказала Эби, что Гарри недавно переехал домой и ищет работу, и вот мы здесь! Грей так гордился собой и Эби, что никто не заметил неуверенности и смущения на лице Гарри. Луи положил руку Стайлсу на плечо, не зная, что сказать, чтобы повернуть разговор в другое русло. — Ну, что я могу сказать, нам повезло, — он улыбнулся Гарри и попытался сказать то, что не мог сказать вслух, боясь смутить его еще больше. Взгляд Гарри смягчился, когда он похлопал шатена по руке, безмолвно благодаря. Луи повернулся к остальным, удовлетворенный тем, что разговор закончился, и заметил четыре пары глаз, пристально смотрящих на него, никто не ел, ни говорил, все просто смотрели. Он улыбнулся и взял вилку. — Итак, — Малкольм прокашлялся и бросил взгляд на Джесси, который бросил взгляд на Грея, который посмотрел на Эби, выгнув бровь. Луи терпеть не может, когда они так делают. Почему у него не может быть детей, которые никогда не ладят, вместо тех, кто молча разговаривает за обеденным столом? — Гарри, разве твоя мама не переехала несколько лет назад? Где ты сейчас живешь? — О! Да, пять лет назад. Она живет на Главной улице. Дом Дины Хилл? — сказал Гарри, вежливый до кончиков пальцев, но дальше тему развивать не стал. Луи почти пожалел, что заставил его пережить этот ужин. Он не понимал, как ему будет неловко. — Это крошечное местечко? — Джесси на секунду перестал есть, чтобы сказать. — Как там вообще поместились два человека? — Оу, — смущение вернулось. Луи хотел бы, чтобы эти шутники держали рот на замке хотя бы пять минут. — Там немного тесновато, я надеюсь накопить достаточно, чтобы переехать. Не то, чтобы там было из чего выбирать, как вы, возможно, знаете. — Почему бы тебе не переехать сюда? — спросил Малкольм. Гарри с открытым ртом посмотрел на Луи, а потом на мальчиков и на Эби. — Я не могу, — он так быстро замотал головой, что Луи испугался, как бы он не получил сотрясение мозга. — Серьезно, пап, ты знал об этом? — Грей бросил на него неодобрительный взгляд, и Луи совершенно не ожидал, что ужин пройдет именно так. — Знаю о чем? — он выгнул бровь, отчаянно надеясь сохранить хоть каплю власти над этими детьми. — Он может остаться в старой комнате бабушки и дедушки! — воскликнул Малкольм. — Или в комнате Грея. — Если только ты не придешь в себя и не решишь вышвырнуть его вон, — сказал Джесси Эби, а та только рассмеялась и похлопала Грея по колену. — Мальчики! — крикнул Луи, пытаясь сдержать растущее возбуждение от этих троих. — Разве ты не хочешь, чтобы Гарри переехал сюда? — спросил Джесси, медленно моргая с совершенно невинным видом. Черт бы его побрал. — Конечно, — начал Луи, а затем глянул на Гарри, который пребывал в некотором шоке. Луи знал это чувство. Он понизил голос и сказал только ему: — конечно, я не возражаю, если ты переедешь сюда. Места более чем достаточно. Я был бы счастлив принять тебя. Но это твое решение, и я никогда не буду пытаться повлиять на тебя, — он посмотрел на своих детей, у которых, по-видимому, не было с этим проблем. Они все смотрели на Гарри, который, очевидно, должен решить в этот самый момент, хочет ли он переехать в дом своего босса и жить там, где он работает. Стайлс быстро перевел с него на остальных любопытствующих за обеденным столом. — Ну, думаю, было бы неплохо иметь свою собственную комнату, — сказал он очень робко и неуверенно. Луи немного больно за него. Он прекрасно знал, каково это, когда на тебя нападают эти люди. — Да! — Малкольм вскочил из-за стола и потянул Гарри за руку. — Пойдем выберем комнату! Гарри испуганно посмотрел на него, и Луи решил, что на сегодня хватит. — Сядь, Мэл, еще будет время, — у Малькольма хватило здравого смысла выглядеть огорченным. — Так чем вы с папой тут развлекаетесь? — спросил Джесси, потянувшись за еще одной булочкой. Луи вздохнул и продолжил есть, смирившись с тем, что так и будет продолжаться весь день. Луи стоял у кухонной раковины, рассеянно намывая кастрюлю и наблюдая, как мальчики кидали дрова в кучу возле старого дровяного сарая. С его места он мог сказать, что Грей и Джесси объединились против Малкольма из-за чего-то, все понарошку, конечно же. Гарри — единственный, кто складывал дрова, но он засмеялся и тоже присоеденился к парням. Луи заметил, что он гораздо спокойнее, когда чем-то занят. Или, может быть, он чувствует себя как дома, когда работает здесь. — У них добрые намерения, — Эби подошла к нему сзади и схватила полотенце. — Ты пытаешься убедить в этом меня или себя? — спросил Луи, кивая на сцену перед ними. Грей хлестал ветками по ногам Джесси и Малкольма, которые пытались спрятаться за худощавой фигурой Гарри. Она покачала головой и вздохнула. — Как насчет того, чтобы помнить, что мы должны любить их, несмотря ни на что. — Я рад, что вы все здесь, не пойми меня неправильно, — Томлинсон посмотрел на нее и улыбнулся. Она правда настоящий подарок для их семьи, всегда веселая, всегда позитивная. Иногда он спрашивает себя, любят ли ее Джесси и Малкольм так же сильно, как Грей. Надеюсь, что нет. — Но я не могу понять, что на них сегодня нашло. Я думал, они съедят Гарри. Пожав плечами, Эби вдруг нашла миску в своей руке очень интересной. — Я думаю, они просто счастливы, что помогают тебе. — Если это то, что вызывает их счастье в эти дни, тогда им действительно нужно больше выходить из дома. — Вы с Гарри, кажется, очень хорошо ладите, — продолжила она. — Думаю, они были рады, что ты нашел…друга. Луи посмотрел на Гарри. Поленница теперь почти вдвое меньше, в основном благодаря Гарри, уверен он. Он прислонился плечом к стене сарая, скрестив руки на груди, пытаясь защитить себя от пронизывающего ветра. Он от души смеялся над чем-то, что сказал один из его клоунов. Друзья. Он не думал об этом раньше. — Думаю, теперь мы друзья, — сказал он Эби. Она кивнула, расплываясь в улыбке. — А теперь и соседи! Томлинсон гулко сглотнул, внезапно вспомнив, что Гарри согласился переехать к нему. Он даже выбрал комнату. — Да! — ответил он, гадая, как долго продлится дружба после этого.🐑
Гарри бросил сумку на кровать и повернулся к Луи. — Я мог бы сделать это в свободное время, — он слегка улыбнулся и оглядел беспорядок, являющийся его комнатой. — Но спасибо за помощь. Он выбрал самую маленькую свободную комнату в доме. Луи запротестовал, но Гарри возразил, что размер комнаты не так важен, как вид из окна, и шатен не мог отрицать, что вид из этого окна, наверное, лучший в доме. Луи смотрел, как Гарри рылся в маленькой сумке с туалетными принадлежностями у подножья кровати. Из этого маленького окна было видно почти до самой границы участка. Комната была близка к фасаду дома, и из нее можно было увидеть старый амбар, выцветший, но прочный и стойкий, в поле мягкой зеленой травы, их самый большой дуб, который сейчас почти касался окон, не говоря уже о длинной извилистой гравийной дорожке, которая расширялась у крыльца. Луи мог видеть грузовик Гарри, припаркованный там, где он стоял почти каждый день, и, скорее всего, будет каждую ночь. — Не могу поверить, что это твоя жизнь, — сказал Гарри за его спиной. Луи не мог сдержать улыбки, глядя на его отражение в окне. — Это и твоя жизнь тоже, — напомнил ему шатен. — Я просто работаю здесь и живу, наверное… — Гарри замолк, как будто это только что пришло ему в голову. — Ну, это была твоя жизнь дольше, и я все еще завидую, — он притворно надул губы и Луи не смог удержаться от смеха. — Ну, это была одна из тех вещей, о которых, я думаю, мы должны поговорить, прежде чем ты устроишься, — Луи сел на крепкий деревянный стул у двери. Гарри отодвинул сумку в сторону и сел на кровать, наклонившись вперед и упершись локтями в колени выцветших старых джинсов. — Я не хуже других знаю, что, когда живешь там, где работаешь, нужно устанавливать границы, — сказал Луи, стараясь не говорить через силу. — Границы, — повторил Стайлс. Луи видел, как дернулся его кадык. — Какие границы? — Я знаю, это звучит нелепо, но важно разделять работу и дом. Когда мы работаем, я твой босс, но когда мы не работаем… — Луи не хотел говорить вслух, что он домовладелец Гарри. Он не думал, что это заставит его чувствовать себя более комфортно, чем жить со своим работодателем. — Нет, — закончил за него Гарри с легким блеском в глазах. — Совершенно верно. Тебе нужно дать себе время расслабиться, быть собой. Я не хочу, чтобы ты все время нервничал, как будто тебя осуждают, — Луи чувствовал, что слова просто слетали с языка, не замечая, как Гарри мысленно выкапывает себе яму. — Ты понимаешь, о чем я? — спросил он. Ему хотелось помахать рукой перед лицом парня. — Да, прости, да. Работа есть работа, дом есть дом, — он покачал головой и закатил глаза. — Я имел в виду, Гарри, если это твой дом, то в нерабочее время я всего лишь сосед. Друг. Отпусти себя и все такое, — продолжил Луи. — А что, если я сделаю наоборот и стану больше лениться, когда все время нахожусь так близко к кровати? — Гарри решил бросить ему вызов. Томлинсон покачал головой и собрался уходить. — Хороший разговор, я собираюсь потусоваться с коровами. — Я шучу! — Гарри встал и схватил его за руку. Луи повернулся, чтобы закатить глаза, но он даже не успел понять, что произошло, когда его обняли. Это застало его врасплох, но Гарри прижимался к нему, как будто не он на голову выше и в два раза шире, поэтому он похлопал его по спине и отступил. — Спасибо за все. Прости, что я иногда такой странный, — сказал он в воротник Луи. — Все в порядке, — ласково ответил шатен, — не думаю, что ты понимаешь, как много ты для меня сделал. Это я должен благодарить тебя. Гарри отстранился, демонстрируя ямочки. — Ты хороший человек, Луи Томлинсон. Надеюсь, ты это знаешь, — сказал он, прежде чем уйти и с грохотом спуститься по лестнице, прежде чем Луи успел открыть рот, чтобы возразить. Луи щелкнул металлическим замком амбара и плечом открыл ржавую дверь. Несколько мгновений он стоял на пороге, давая глазам привыкнуть к темноте и пыли. За его спиной Гарри что-то пробормотал себе под нос. — Боже мой! — Я знаю, это ужасно, — вздохнул Томлинсон. Уйдет целых три недели до аукциона, чтобы убраться здесь. Он должен был начать около месяца назад. — Это удивительно! — шаркая, Гарри прошел мимо Луи и зашел в амбар. — Посмотри на все это! Неужели все это так старо? — спросил он, осторожно проводя рукой по старому плугу, загнанному в угол. Однако он надолго не задержался, и Луи мог описать это только как «галопом по Европам». — Боже мой! — воскликнул он еще громче. Шатен больше не мог его видеть. Он смеялся над тем, как Гарри разговаривал с самим собой или старым сельскохозяйственным оборудованием, которое он каким-то образом находил в темноте. — Ты хоть что-нибудь видишь? Тебе дать фонарик? — крикнул Луи в темноту. — У меня телефон! — крикнул он в ответ, не делая ни малейшего движения, чтобы вернуться к открытой двери и получить инструкции о том, что он должен делать. — Мы здесь не для того, чтобы все осматривать! — ласково напомнил ему Томлинсон. В ответ на это прилетел жалостливый оооооууууу, что заставило его улыбнуться. Может быть, это не такая уж и трудная работа. — Тогда что мы здесь делаем? — Гарри внезапно выскочил из тени, весь покрытый пылью и паутиной. — Я раз в два года провожу аукцион на ферме, и мне почти нечего предложить. Я надеялся найти несколько вещей для продажи, а также, возможно, немного опустошить это место. Убьем двух зайцев одним выстрелом, — Луи снова осмотрелся, глаза уже привыкли к темноте. Скорее всего в этом здании нет ничего ценного. На аукцион приезжают не просто фермеры, которые любят такие вещи; и даже люди со всего мира приезжают, чтобы посмотреть, смогут ли они найти следующий декоративный кусок для своей лужайки или проект для работы в своих мастерских зимой. Время от времени Луи получал от Фелисите сообщения с изображением старой ржавой или колеса фургона с нелепой ценой. Он просто каждый раз отвечал ей одно и тоже: ты знаешь, где все лежит, приди и возьми, — она никогда не принимала его предложения. Он глянул на Гарри, который почему-то дулся на него. — Что? — Луи упер руки в бока. Он с нежностью вспомнил, как Гарри только что сделал то, что сказал ему Луи. Это случалось все реже и реже. Стайлс оглянулся, поглаживая старое седельное одеяло, накинутое на козлы. — Ты хочешь все выкинуть? — Не все, только то, что мне больше не понадобится, — Луи встряхнул одеяло, на которое уставился Гарри, поднимая облако пыли. — Например, у меня нет лошади. — Но оно такое красивое! — воскликнул Гарри, выхватывая одеяло из рук шатена и прижимая его к себе. Луи задался вопросом, осознавал ли Гарри, как сильно он испачкался. — Его можно повесить на кресло-качалку на кухне! — Или я могу продать его на аукционе и купить новое кресло-качалку для кухни, — Луи попытался его урезонить, но это только больше разозлило парня. — Ты не можешь избавиться от кресла-качалки на кухне! — Гарри всплеснул руками. — Неужели ты не ценишь прошлое? Луи ущипнул себя за переносицу. Ничего не убиралось, и Гарри не хотел ни от чего избавляться, никогда. — Ладно, давай так. Я сам уберу сарай, а ты закончишь ограду. Стайлс скрестил руки на груди открыл рот, но тут же снова закрыл его. Он посмотрел на содержимое амбара и снова на Луи. — Встречное предложение, — ответил он. Луи закатил глаза, но не остановил его. — Мы оба пойдем чинить изгороди, и я смогу убедить тебя не избавляться от всех твоих сокровищ, — Гарри выгнул брови, как будто это сделает предложение более привлекательным. — Нужно убрать в сарае сегодня, так что ты можешь помочь, и действительно быть полезным, или ты можешь пойти куда-нибудь, где тебе не нужно смотреть, — Луи тоже выгнул брови, но это скорее вызов для Гарри. — Могу я говорить тебе, что можно оставить и от чего избавляться? — Гарри хватался за соломинку, а терпение Луи уже на исходе. — Почему тебе не все равно? Это же просто старые вещи, которые я больше не использую, — Томлинсон упер руки в бока. — Это прекрасно, и это история твоей семьи. У всех этих вещей есть история. У меня никогда такого не было. У моей матери в нашем доме до моего рождения едва была рамка с фотографией. Просто выбросить это — пустая трата времени, — Гарри снова с тоской посмотрел на вещи, и Луи тоже, на этот раз немного по-другому. — Мы выкинем не все, — повторил Луи, немного мягче. — Но так или иначе в амбаре нужно убрать, — он обнял парня за плечи. — Мы будем работать над этим вместе, и я обещаю, что все лучшее будет здесь еще долго после того, как я уйду. Щеки Гарри вспыхнули, когда он наклонился к Луи. — Спасибо, что прислушался. Шатен рассмеялся, понимая, что Гарри, по сути, выиграл. — Не волнуйся, ты несешь все тяжелое. — По рукам, — Гарри рассмеялся и снова скрылся в тени. — Гарри, я даже представить себе не могу, что ты собираешься делать со всем этим барахлом. Луи в полном отчаянии сидел в куче ржавчины и пыли. Гарри почти в одиночку вытащил все из старого амбара и аккуратнейшим образом разделил вещи на то, что он считал нужным сохранить и то, что можно продавать. — Придумаю что-нибудь, — Гарри нежно провел пальцами по старому фургону, как будто это бесценная реликвия, а не кусок металлолома. — Было бы лучше, если бы мы продали это кому-нибудь втридорога, — рассуждал Луи. — Это нечестно, ты обещал, — резко остановился Гарри. Луи трудно воспринимать его всерьез с пятнышком грязи на кончике носа. — Я обещал, что останется самое лучшее. У меня трудные времена, чтобы видеть что-то хорошее здесь, — он сказал правду. Это все хлам. Он даже не видел большинство этих вещей. Здесь нет ничего хорошего и сентиментального. Все просто очень старое и изношенное. Стайлс вздохнул и снова оглядел свои сокровища. Его плечи слегка поникли. — Наверное, — согласился он. — Просто все так прекрасно. Это вызывает у меня ностальгию. — Я ценю это, Гарри, но мне бы хотелось использовать амбар для аукциона, не говоря уже о том, чтобы использовать его и после. Все это не может здесь остаться. — Зачем тебе амбар? — спросил Гарри. Это почти несправедливо. Луи прекрасно знал, как его отвлекал фермерский бизнес. — Я тут подумал, может, цыплят завести? Это будет хорошее место для них. Или овец, — Луи должен чувствовать себя виноватым. Он подкупает Гарри, как ребенка. — Овцы? — повторил Стайлс, сверкая глазами. — Маленькие ягнята? — Они у нас уже были, а мне все еще звонят за шерстью. Теперь, когда у меня такая хорошая помощь, это может быть дополнительной работой, — улыбнулся шатен. — Курочки и овечки? — повторил Гарри. — Если у нас будет место, — продолжил настаивать Луи. Гарри еще раз оглядел поле, а потом заглянул в опустевший амбар. — Так что же нам делать со всем этим барахлом теперь, когда ты его продаешь? — спросил Гарри, настойчиво и серьезно. Луи чуть не упал с пенька, на котором сидел, стараясь не рассмеяться. Подловил.
