Мягкий,прям как хлебушек.
27 апреля 2019 г., 17:14
— Эй, скумбрия, это правда, что ты сделал копии фотографий для моего портфолио? — влетая в агентство, радостно спрашивал Накахара.
— Нет — совсем тихо, отведя взгляд в угол отнекивался Осаму.
— Как это нет?
— Так.Понятия не имею, что ты имеешь в виду сейчас. — немного засмущавшись, продолжил Дазай.
— Странно… — начал провоцировать Осаму Чуя, садясь на рабочий стол, что стоял в самом углу комнаты и был до ужаса завален всевозможными бумажками. — Мне вот иначе сказали.
— Не понимаю, о чем ты? — более уверенно стоит на своём кареглазый, хотя вот-вот зальется краской.
— Быть того не может — театрально закатывает глаза коротышка, складывая ногу на ногу. Это заставляет Осаму обратить внимание на рыжего. Тогда Осаму подходит поближе, Накахара встаёт на стол. Теперь они с Дазаем одного роста, хотя нет, теперь голубоглазый довольно возвышается над этой милой мордашкой, что покорила сердце его месяц назад, в день первой ссоры. А из этого следует лишь то, что Накахара старательно строит наполеоновские планы по покорению фотографа. Он немного груб, точнее просто груб, но это его привычное состояние и если нужно он станет мягче. Хорошо он попробует быть более мягким, прям как хлебушек:
— тогда, может, ты сделаешь для меня эти фото? — притягивая к себе застенчивого фотографа и хитро улыбаясь, говорит Чуя. Шатен же медленно кивает головой в знак согласия, пристально глядя в завораживающие голубые глаза.
Стоп, Осаму, тебе двадцать семь, вернись на грешную землю, не делай из головы вазу для цветов. Соберись, в конце концов! Ты мужчина или нет? Нет, он конечно может крутить романы налево и направо, как с мужчинами, так и с женщинами, но тут все по-другому. Влюблённость с первого взгляда? Да, нет глупости какие-то. Так хорошо, если это ни любовь с первого взгляда, что бывает крайне редко в этом бренном мире, тогда что? И вообще, что это с ним, его как-будто подменили, когда это он последний раз стеснялся? Да он даже не помнит, когда последний раз краснел:
— Вот и прекрасно. — заключает Накахара.
Рыжий аккуратно тянется к шатену, но он жмурится и ещё сильнее краснеет.
Дверь открывается и в кабинет заглядывает девушка:
— Чуя, тебя Ли зовет.
— А, это ты Токо, да скажи, что я уже иду. — спускаясь со стола самым элегантным образом, говорил Рыжий. Выходя коротышка обернулся подмигнув, все ещё красному фотографу.
Так Осаму нет, нет и ещё раз нет, не теряй голову…
***
За этот месяц они встречались трижды. И все три раза Чуя сдерживал себя, чтобы не поцеловать эту скумбрию. Как вообще его угораздило влюбиться в фотографа, тем более в этого? Но да ладно, скоро у них одна интересная съемка для рекламы винного магазина.***
Осаму садится за рабочий стол, на котором черт ногу сломит, но это не столь важно. Откидывается на спинку кресла, хорошо так откидывается, что аж вместе с креслом падает на пол. До этого вся фирма, как всегда, галдела, а в момент падения Дазая — мертвая тишина. Для разведки в кабинет шатена отправили Элиз: — Дазай, ты умираешь? — тихо проходя вглубь комнаты, задавалась вопросом длинноволосая блондинка. — Ну… Думаю, нет. — поднимаясь отвечал Осаму. — Это хорошо, ты нам ещё живым нужен. — Ты не переживай, волноваться когда любишь — это нормально. — тут же выдаёт девчонка. Прямо-таки режет без ножа. — Да, и кого это я так люблю, что не могу совладать с собой? — заметно повеселевшим голосом спрашивает кареглазый. — Ой, да ладно тебе Осаму, все и так знают, что ты по уши втрескался в Накахару Чую. В это момент по классике жанра в кабинет «проник» виновник торжества.
