Home and away

      Лицо Мередит застыло белой маской, страшной и неестественной. В открытых глазах дрожал свет далеких красно-синих огней, подбородок вытянулся в безмолвном крике, на рубашке расцвели капли крови. Правая нога неестественно выгнулась — перед смертью она ее подвернула.       Так не выглядят воины, павшие в битве, и не выглядят асы, почившие в постели в кругу близких. Так может выглядеть только мирный асгардец, попавший под перекрестный огонь. Локи закрыл глаза и вспомнил: вскрик, удар о мусорные баки.       — Ты не мой принц!       Участок оцепили, но тело не трогали: все ждали официального представителя асгардцев. Тор осел на колени и коснулся лбом лба Мередит. До ушей Локи донесся шепот: брат читал молитву.       — Кто бы это ни был, он заплатит, — прошептал в конце Тор.       Он в последний раз коснулся ладонью волос Мередит и направился к мидгардским жандармам.       Локи остался наедине с телом. Ему также полагалось провести ритуал прощания, но он вдруг понял, что совсем не хочет к приближаться Мередит. От ее тела веяло прогнившей тоской, а еще угрозой. Стеклянные глаза смотрели прямо на него. Локи вдохнул глубже — запах жженых объедков из баков, ледяные пальцы, сдавившие шею.       — Асгардцы падут, — заговорило воспоминание голосом Мередит. — И придет зеленый орден.       Локи вернулся к брату.       — …Кто-нибудь видел его? — спросил Тор.       — Пекарь выходил через запасную дверь и видел двух мужчин, — доложил детектив. — Один был в маске и камуфляжной форме, рост предположительно около пяти футов, другой выше, под семь футов, с темными волосами по плечи, на вид лет тридцать.       Старк нахмурился, но ни Тор, ни Локи не повели и бровью.       — Мы работаем над фотопортретом.       — Отлично. Мой народ благодарен вам.       — Есть еще что-то? — спросил Старк и переминулся с ноги на ногу. Весь его вид выражал нетерпение.       — Да, сэр. У нее прострелена грудь, патроны сорок «Эс энд Дабл ю», стреляли предположительно из глока двадцать три. Но Дэйв — повар, видел, как высокий мужчина свернул парню в маске шею до того, как он выстрелил. И еще мы заметили кое-что странное, — он запнулся и прочистил горло — его взгляд мазнул по группе людей позади Тора, — и решили провести экспертизу — исследование, сэр. Мы взяли кусочек ее кожи…       Локи увидел, как помрачнело лицо Тора, и ему передалась частичка его ярости: ожидание короля Асгарда было простой формальностью, вероломные людишки уже всем распорядились!       — Как вы посмели?.. — прорычал Тор, но человек вдруг поднял руку.       — Сначала взгляните. Дэрил! — один из судэкспертов — парень двадцати пяти лет с очень несимметричным лицом — обернулся, захватил что-то с медстола и подошел к ним.       В руках он держал небольшой поднос с круглым стеклышком, напомнившим Локи увеличенную линзу, какие в Асгарде использовали, чтобы считывать результаты на горниле душ. К краю подноса была прицеплена пластмассовая ножка с портативным увеличителем. Дэрил приблизил увеличительную линзу к стеклу и взял в руку пинцет.       — Взгляните, — повторил детектив. Локи и Тор наклонились ближе.       Через увеличитель стал виден белый квадратик — без стекла он был едва различим. Как только его коснулся пинцет, квадратик дернулся, закачался, как отрез ткани на волнах, и покрылся багровым налетом.       — Этот образец кожи взят с шеи жертвы. Мы заметили, что при прикосновении с материальными предметами кожа темнеет, а потом на ней появляется колотая рана. Уму не постижимо!       Локи посмотрел на Тора. Он надеялся, что брат продолжит злиться и настаивать, что смертные не имели права вторгаться в жизнь асов, но он больше не сердился. Тор смотрел на увеличительное стекло, крепко сжав кулаки.       — Значит, смерть Мередит — дело рук мага.       — Локи.       Локи вздрогнул — оклик брата пронзил его, словно молнией, — и поднял голову. Старк смотрел на него, преисполненный мрачным удовольствием.       Глупые, глупые, идиотские люди.       Тор вскинул брови, будто чего-то ждал:       — Есть мысли, кто это мог быть?       — Ты спрашиваешь меня? — от долгого молчания голос осип и прозвучал почти визливо.       — Ты же маг. — Тор начал сердиться. — Я же не знаю, может, ты можешь как-то, — он помахал руками, изобразив по сторонам от себя широкие дуги, — почуять его ауру, или…       — Да, я, — Локи откашлялся, — я попробую. Он склонился над телом Мередит. На этот раз чувство отторжения накатило волной еще более сильной, чем прежде. К горлу подступила тошнота. Казалось, Мередит вот-вот моргнет, а потом вцепится ногтями в его лицо.       Но она продолжала лежать, не       шевелясь, и от этого почему-то становилось еще страшнее.       Локи коснулся края ее шеи в том месте, о котором говорил детектив. По коже мередит пробежала вспышка, и на свет выползла уродливая рана, платье и волосы Мередит окрасила кровь. Маги, которые были способны сделать иллюзию полностью стабильной, да к тому же убрать запах, впитавшийся в одежду, слыли самородками. Локи был почти уверен, что в Асгарде он остался единственным, кто был способен на такое. Но Тору он, конечно, скажет…       — Сложно сказать, — забывшись, Локи чуть не почесал подбородок окровавленной рукой, — заклинание несложное. Думаю, сполсотни асгардцев точно найдется.       Тор нахмурился:       — Значит, будем допрашивать всех.       Он махнул эйнхериям, чтобы подошли, но Локи взял его под руку:       — Позволь мне самому допросить магов. Я знаю толк в тонкостях искусства, а тебя, боюсь, могут обмануть.       Старк позади него заскрежетал зубами, но Тор, поразмыслив, кивнул:       — Я распоряжусь.       Локи коснулась мимолетная грусть, когда он глянул в сторону эйнхериев: с переправкой в Мидгард солдаты вынуждены были расстаться с надежными доспехами и сменить их на демократичные костюмы, под которыми прятались бронежилеты — защита до того смехотворная, что не спасала и от удара слабым энергетическим зарядом.       — Дайте-ка и я скажу пару кучерявых слов, — у Старка, наконец, сдали нервы.       Локи показалось, что Старк отвел Тора в сторонку для успокоения его же совести: словно братец подозревал его, Локи, в измене, но сказать об этом прямо боялся. Мысль абсурдная, но Локи вдруг стало не по себе. С расстояния в дюжину футов до него долетали обрывки фраз: «пока твой обожаемый братец…», «подумай…», «сколько еще людей»… Что, если Старк сумеет настроить Тора против него?       Тор выслушал сей чудный монолог, не проронив ни слова. Лицо его было смурнее грозового неба под их головами. Наконец он медленно кивнул — «Я понял, » — и направился прочь. Локи робко поравнялся с ним, и они устремились вдоль шоссе. Бронзовые солнце пряталось за кромандыми плитами-домами, в метре от пешеходов вихрями проносились механические экипажи, а Локи снова утонул в вони выхлопных выбросов. Молчание ощущалось напряженным, и на миг Локи почудилось, что Тор ведет его в тюрьму, о которой говорил Старк.       Оказалось, что Тор подбирал слова. Но, как обычно, не придумал ничего лучше, чем рубануть правду, всю, как она есть:       — Лучше тебе пока поостеречься. Не выходи из дома один, только со мной или еще кем-то из друзей, — он потер лоб, не заметив, насколько угрожающим стал его тон. — Я постараюсь возвращаться пораньше, чтобы и дома ты мог…       — Постой, что?       Тор вздохнул, и Локи почудилась в его взгляде невыносимая усталость: он скорбел по Мередит наравне со всеми прочими асгардцами.       — Ты все прекрасно понимаешь.       — Конечно, понимаю. Твои дружки-идиоты решили сделать меня козлом отпущения!       — Локи…       Но Локи его перебил:       — Ты тоже так думаешь? Думаешь, я виновен в ее смерти?       — Если бы я так думал, тебя бы здесь сейчас не было.       Тор замолчал и повернулся лицом к дороге. Его взгляд бродил по шоссе, мимо которого они проходили.       — Хорошо, — сказал Локи. — В таком случае, няньки мне не нужны.       Заметив, что Тор собирается возразить, Локи остановился и быстро сменил тактику:       — Я не убивал Мередит, — он произносил слова медленно и вкрадчиво, будто разговаривал с ребенком. — Ты веришь, что я ее не убивал?       Тор ответил не сразу. Он снова это делал — пытался принять правильное решение.       — Верю.       — Чтобы упечь меня в клетку, им нужны доказательства. А их нет и не будет.       Локи услышал словно со стороны, как зловеще прозвучал его голос. Судя по исказившемуся лицу, это услышал и Тор.