Home and away

      — Брат, если тебе не хватает денег, чтобы вызвать возницу, я всегда могу заплатить. Зачем так унижаться?       — Ха-ха, — буркнул Тор, не отрываясь от экрана телефона.       Локи переступил с ноги на ногу и огляделся по сторонам: не смотрит ли кто? К полуночи людей стало меньше, но воздух на набережной еще искрил теплом, какое поднимается только вслед за толпой. С приближением ночи вдоль парковых дорожек и на мостовой загорались фонарики. Не те волны света, для появления которых магам в Асгарде приходилось пропустить внутреннюю энергию через кожу. Людской свет происходил из электромагнитных тепловых волн, и Локи это не нравилось. Как и весь парк в целом.       — Готово! — выдохнул Тор с той самой победной интонацией, с которой около года назад закончил заполнять квитанцию на квартплату. Локи моргнул:       — Зачем тебе два самоката?       Тор выпрямился и снял подножку:       — Тебя, вроде, называют умным?       Он взял свой самокат и развернул к Локи так, чтобы руль смотрел в противоположную сторону:       — Тут всего две кнопки. Первая — справа у руля, — видишь? — это газ, слева рычажок — тормоз.       Локи поборол желание попятиться. Вместо этого он скрестил руки на груди и посмотрел на Тора так, будто тот предложил ему встать посреди улицы и закричать петухом. — Небольшая прогулка прогонит все твои печали, верь мне.       — …Я никуда не поеду.       Тор будто ждал этой фразы. Он поставил одну ногу на деку, а другой оттолкнулся от асфальта:       — Не едь. Стой тут и смотри, как другим весело.       Локи открыл рот, но так ничего и не сказал. Тор уже несся вдоль улицы, его фигура наполовину растворилась среди людей.       Локи выдохнул через нос и обвинительно посмотрел на оставшийся стоять самокат, словно это он был источником всех его бед. А потом снова невольно скосил глаза на набережную и попытался выцепить в толпе копну светлых волос.       Возможно, это его последние дни среди живых. И их последние минуты вместе.       А Тор… Тор решил потратить их на самокаты!       Уже не опасаясь, что кто-то может его узнать, Локи всплеснул руками и, смирившись со своей тяжелой судьбой, приблизился к самокату. К ушам и шее подобрался жар. Локи поставил одну ногу на платформу, как это делал Тор, и надавил на желтую кнопку под рулем.       Поначалу ничего не происходило. Когда Локи, уже отчаявшись и решив ехать по старинке, оттолкнулся другой ногой от асфальта, самокат вдруг ожил и рванул вперед. От неожиданности Локи спрыгнул с него через несколько метров. Затем снова поехал и снова спрыгнул — на этот раз потому что чуть не врезался в женщину с ребенком.       Кажется, она не признала в нем инопланетного бога, но сына все-таки решила увести куда подальше.       — Там есть тормоз.       Голос Тора возник из-за спины и вполне мог бы напугать, если бы Локи успел испугаться.       — Я пытаюсь понять, как ехать, — сказал Локи, не оборачиваясь. — Как часто надо жать на кнопку?..       — Нет, не так. Кнопка — это регулятор скорости. Жмешь сильнее — едешь быстрее. Попробуй не отпускать ее.       Локи кивнул и поставил ногу на деку. Тело казалось слишком легким и неуклюжим.       — С той части аллеи людей почти нет. Поехали, я покажу.       В этот раз Тор ехал совсем медленно, так что Локи не успевал потерять его из виду. На дороге, скрытой от посторонних глаз деревцами, и правда оказалось свободно, и Тор поехал зигзагами, склоняя руль поочередно то вправо, то влево. Локи засмеялся. Его самокат ехал рывками, то быстрее, то медленнее, но он больше не останавливался. Едва он подумал, что начинает осваиваться, как Тор прибавил скорость.       Учиться вписываться в повороты пришлось еще быстрее, и в один момент Локи обнаружил, что у него страшно болит кисть правой руки — ей он вцепился в руль, как кошки впиваются когтями в лежаки, когда служанки тащат их мыться. И все же верховой езде обучаться было сложнее, припомнил Локи, когда, по совету Тора, вдавил газ в руль. Наверное, он просто уже забыл, какого это — чему-то учиться.       Проехав спуск, они выехали на набережную. В лицо ударила прохлада, запах ветра и мокрых скал напомнил о доме.       Тор оглянулся через плечо:       — Смотрите, кто, оказывается, умеет улыбаться!       Локи обогнал его, чтобы подрезать на повороте, но Тор вдруг остановился у одной из скамеек.       Со смотровой площадки открывался чудный вид на Гудзон. Здесь, на окраине набережной, людей почти не было. Иногда кто-то заезжал на роликах или тех же самокатах, но, увидев, что лавочка занята, поворачивал обратно.       — Ну, тебе лучше? — Тор развалился на скамейке и посмотрел на него из-под светлых бровей.       — Мне хуже! — рассмеялся Локи.       Он прошел вдоль платформы, вымощенной камнями, к дощатому парапету. В темноте река казалась черной, шум волн напоминал шепот старой ведьмы. Далекая синь противоположного берега казалась картинкой, иллюзией, разрисованной широкими мазками.       — Как ты понял, что со мной что-то не так? — спросил Локи.       Тор пожал плечами:       — Ты мой брат. Я все о тебе знаю.       Локи обернулся к нему и сощурился. Тор улыбнулся, но быстро сник, потупился и начал ковырять ногтями крошащуюся краску на дереве.       — Шоколадный коктейль, — сказал он. — Когда тебе плохо, ты всегда пьешь один и тот же напиток. Пару веков назад это был томатный сок.       Локи вскинул брови — этого он о себе не знал. Ему снова захотелось плакать.       — На-адо же.       Брат приподнял уголок губы — улыбка получилась кривая и откровенно кислая.       — Это еще что, — преувеличенно бодро заявил Тор. — Вот если бы был клубничный коктейль, тут я был бы бессилен.       Локи засмеялся — хотя совсем не был уверен, что брат шутил, — и опустился на другой конец скамьи.       — Не расскажешь все-таки, что с тобой случилось? — спросил Тор совсем другим тоном.       Такому Тору хотелось верить, хотя это бы стало чудовищной ошибкой. Локи знал наверняка: доверять Тору было нельзя.       Не тайну его смерти. Локи знал, что брат примет свою судьбу с достоинством, бросится грудью на острый штык, потому что посчитает, что иного выхода нет. От этой мысли к горлу снова подступила горечь, и все, что смог сделать Локи — это отрицательно помотать головой, не глядя на брата.       Тор шумно выдохнул через нос:       — Ладно, — он пересел ближе, и Локи машинально отшатнулся, испугавшись, что Тор снова начнет угрожать ему. Но тот всего лишь хотел заглянуть ему в глаза: — Но знай, если потребуется помощь — только скажи. Я мигом обижу всех, кто обижает тебя.       Тор ткнул его кулаком в плечо. Болезненно, но Локи впервые в жизни порадовался осязаемости этого тычка.       — Пойдем, вернем их на место.       Локи задумчиво поглядел ему в спину. Когда-то давно провидцы Асгарда предсказали судьбу всех членов королевской семьи. Судьба Тора оказалась даже чересчур скучной — умереть в рассвете сил с оружием в руках. Но если он узнает об этом, то ни за что не согласится пойти предсказанию наперекор. Так что пусть уж лучше останется в неведении.       А Локи… Локи уж постарается его защитить.