Home and away

      Дея упала, больно стукнувшись плечом. Холод мокрой земли пробирал до костей сквозь тонкую ткань кофты, валежник, за которым ей удалось укрыться, собирал под собой эхо от ее тяжелого дыхания.       Заслышав позади шелест листьев, Дея зажмурилась. Перед отправкой на Землю отец велел ей не знать страха, но что тогда, что сейчас Дея никак не могла отыскать в себе храбрости. А теперь по душу скруллов явился демон, и месть его была страшна. Шум за спиной стал ближе. Раз она не может сменить форму или атаковать, значит, нужно бежать. Да. Она досчитает до трех и побежит.       Раз…       Шум усилился настолько, что Дея различила тихие шаги. Демон наступал на опавшие листья, не заботясь, что может привлечь чье-то внимание.       Он думает, что все уже мертвы.       Два…       Дея проглотила всхлип. Все мертвы, кроме нее.       Не сдержавшись, Дея повернула голову на звук и вся разом обмякла.       Демон тащил за руки… Тело ее отца. По его кафтану расплылись красные пятна, голова неестественно откинулась вбок.       — Нет, Тор, если там написано «не трогать», значит, не надо ничего трогать, — шипел демон в тонкую коробочку, которую он зажимал плечом. — Ты понятия не имеешь, как обращаться с мидгардским электричеством. Ты не… Щелчок означает, что ты уже что-то сломал и надо вызывать мастера!       Глаза Деи затянула пелена слез. Она зажала себе рот ладошкой, чтобы демон не услышал ее всхлипов, но локоть другой руки заскользил по мокрым листьям. Дея упала — снова. Нижнее ребро пронзила боль.       Демон замер.       — Я потом с тобой свяжусь.       Дея услышала глухой удар — тела о землю — догадалась она, — и скрежет стали о ножны. Сердце Деи подпрыгнуло и гулко забилось о ребра. Она задержала дыхание и… Обратилась в насекомое.       Демон оказался рядом через секунду — удивительно, насколько тихой стала его поступь после того, как он почуял опасность.       — Не самая плохая иллюзия, — раздалось сверху. Голос демона был тихим и тягучим, как патока. — Правда, не к месту — муховертки обитают только в ваших краях. Не в Мидгарде.       Дея почувствовала, как ледяные пальцы обхватили ее за тонкие крылышки. Она вся съежилась и непременно закричала бы, если бы была способна на это в теле насекомого.       — Яви свое лицо, или раздавлю тебя, как муху.       Дея поежилась, но подчинилась. Возвращать родную форму после стольких дней пряток было странно, собственная кожа казалась чересчур толстой и неуютной. Демон продолжил удерживать ее — теперь за воротник. В темноте его глаза казались неестественно яркими, словно что-то освещало их изнутри, острые тени на бледном лице цветом напоминали гальку.       Демон приподнял брови:       — Совсем еще дитя.       Дея замерла, вздернув дрожащий подбородок. В правой — свободной — руке демон сжимал окровавленный нож. Окропленный кровью ее родителей. Дея постаралась скорчить ненавистную рожу, но сама почувствовала, что вышло жалко. Щеки задергались, ей снова захотелось плакать.       Демон окинул ее взглядом с ног до головы, будто прикидывая в уме числа.       — Я собирался отправить твоему народу послание. Думал, с полдюжины мертвецов послужат доходчивым предупреждением. Что ж. Ты послужишь его гарантией.       Ледяные пальцы больно спились ей в загривок, демон поволок Дею обратно к базе. Задыхаясь от боли и страха, поскальзываясь на мокрой траве, Дея ощущала, как ее сердце проваливается все ниже к пяткам. Тела ее отца и людей, работавших с ним плечом к плечу ради спасения их народа, бледные и бездыханные, были свалены в кучу, как буханки хлеба.       Демон резко развернул ее к себе лицом — его глаза горели зеленым огнем:       — Не суйтесь сюда. Или вся ваша раса окажется под сапогом!       Он взмахнул рукой, и в полушаге от Деи возникло круглое облако дыма. Оно росло все больше, и все больше чернело, пока в диаметре не превысило рост самой Деи. Демон грубо подхватил ее под мышки. Осознав, что он намеревается сделать, Дея заизвивалась пуще прежнего, понимая, что это бессмысленно.       Черный дым поглотил ее, забился в глотку и осел пылью под ресницами. На миг пространство вокруг сузилось до того, что ей стало трудно дышать, но потом все вернулось на круги своя.       Дея открыла глаза. Она была на корабле. Дома. Опомнившись, Дея вскочила на шатающиеся ноги и бросилась на поиски матери. А на холодный пол, туда, где она только что сидела, посыпались из червоточины мертвецы.

***

      Убийство Тора       Кто: королева Зеленого ордена       Где: ?       Когда: ?       Локи постучал наконечником пера по столу, стараясь припомнить, какие еще детали, которых он не знает, он не выписал.       — Абонент находится вне зоны действия сети. Пожалуйста… — Локи сбросил звонок, набрал номер повторно и положил трубку на стол.       …И да вознесет королева клинок, и проткнет его острием грудь достойнейшего из асов, короля, чья слава бежит вперед его шагов… — кажется, так было написано в книге Судеб?       — Абонент вне зоны…       Оружие: меч (?)       Локи перекатил перо между безымянным и средним пальцами. Избавиться от оружия не получится: даже если он каким-то чудом смог бы заставить смертных уничтожить все колюще-режущие предметы в городе (острие которых длиннее пяти дюймов, конечно. Он ведь не сумасшедший — объявлять вилки вне закона), оружие может появиться извне. Скорее всего, так оно и будет. Клинок объявится ко времени вместе с хозяйкой. Локи сломал перо пополам. Значит, остается только…       — Я слушаю.       Локи вздрогнул и посмотрел на телефон с таким удивлением, с каким смотрят разве что на разоблаченных шпионов.       …Уничтожить исполнителя.       — Добрый день.       Слово «сэр» застряло у Локи в горле. Он знал, что именно так земляне приветствуют своих начальников, и, пожалуй, этот человек был единственным, чье курирование Локи смог бы признать, но… Нет. По крайней мере, не сейчас.       — Локи, никто не звонит мне на телефон. Это я всех разыскиваю, понимаешь? — усмехнулся голос по ту сторону провода. Низкий, механический — человек прибегал к помощи технологий, чтобы замаскировать его.       Локи ни разу не видел этого человека и ничего не знал о нем, но поверил ему. А человек в ответ озолотил его. Локи знал, что просит слишком многого, и все же надеялся на чудо.       — Прошу прощения. Я только хотел сообщить, что закончил с предыдущим заданием. И попросить вас дать мне больше работы.       — Закончил? — насмешливые нотки пропали из замутненного искусственным тембром голоса.       Локи откинулся на спинку своего нового кресла — на его губах играла легкая улыбка.       — Да.       — Я попросил тебя приглядеть за целой базой инопланетных агентов. Ты уверен, что…       — Боюсь, они все мертвы. Только есть одно «но». — На той стороне царила глухая тишина, поэтому Локи продолжил: — Я объявил им войну.       — Ты… Что?!       — Я это сделал.       — О чем ты думал? — в голосе человека зазвучал металл. Локи понял, что именно эта интонация, должно быть, до одури пугает его подчиненных. — Они смогут развязать настоящую бойню на нашей территории! Здесь, на Земле!       — Нет, если мы как можно быстрее ударим по их опорным пунктам. — Локи сделал паузу, но пересилил себя: — Сэр. За ближайшую неделю я намерен не просто прогнать Зеленый орден из Мидгарда. Я собираюсь выкорчевать этот сорняк с концами. Но для этого мне нужны данные.       Глухая тишина по ту сторону трубки заставила Локи выпрямиться в кресле. Он прижал телефон к уху так сильно, что услышал биение своего сердца. Если человек откажется, все пропало. Он не сможет сам найти королеву. Даже если и удастся найти кого-то из ее подчиненных, пройдут годы, прежде чем он выйдет на след кого-то из ее близкого круга.       — Ты понимаешь, что Мстители не находятся в секции моего ведения? — осторожно спросил человек. — Как, в общем, и полиция. Я могу отправить с тобой с десяток крепких ребят, но это максимум, на что…       — Не стоит, — Локи закусил язык: он чуть не выболтал незнакомому смертному о том, что не хочет, чтобы Тор знал о его миссии. Как и о том, что на Мидгард надвигается второе инопланетное вторжение. Стараясь придать голосу нейтральный тон, Локи поспешил исправиться: — Я… предпочитаю работать в одиночку.       — Ишь ты. Хорошо, я тебя услышал.       — Мне нужна информация. Все, что сможете найти.       — Я вышлю тебе адрес через полчаса. Жди.       Локи сбросил звонок и напоследок оглядел свой короткий список. Пускай содержание не радовало, зато шифр был превосходен: потребовалось около часа времени, чтобы придумать, что можно записывать финские слова китайскими иероглифами. Конечно, Локи спрячет пробковую доску за иллюзиями. Пронырливый брат живет совсем рядом, так что придется тщательно следить, чтобы правда не просочилась к нему в глаза и уши раньше положенного.       Локи спустился на кухню — там его дожидалась аккуратная стопка коробок со свежеприготовленным завтраком. Вообще-то, в Асгарде, как и в Мидгарде, было положено начинать трапезу с мяса, а десертом (если угодно) заканчивать, но кто теперь что-то мог ему запретить?       Локи вскрыл верхнюю коробку — по кухне разлился аромат варенья и сахарной пудры. В этот момент снова зазвонил телефон. Локи вскинул брови.       Уже?       — Я слушаю?       — Чудная погода на улице, правда?       Локи замолчал и машинально посмотрел за окно. Голос в трубке определенно не принадлежал его координатору — скорее это была кукла из магазина «Все для дома» неподалеку — Локи как то довелось слышать, как дети жали на кнопку на ее руке через продырявленную коробку. Малиновые волосы этой куклы были стянуты в два хвоста, голубые глазищи занимали треть лица. «Я люблю играть с тобой» — произносил из динамиков тонкий голосок дубовой интонацией, совершенно непохожий на детский.       Локи тогда подумал, что эта кукла наверняка будет преследовать его в кошмарах и оказался прав.       — Прошу прощения. Мне кажется, вы ошиблись номером.       Локи поднес к губам напомаженный пончик.       — Не советую. Варенье из "Кэнди-стор" не славится своим качеством. Оно же абрикосовое. Не самый ходовой продукт.       Пончик замер у его открытого рта. Локи медленно вернул его на стол.       — Вот так-то.       — Кто ты? — его глаза уже выискивали кругляши линз под потолком.       — Ты думаешь, что можешь безнаказанно убивать Моих людей?       Локи дернулся — будто кто-то уколол иголкой его сердце.       — Слушай внимательно, сын Одина. Если ты еще хоть раз вмешаешься в наши дела, я уничтожу то, что осталось от Асгарда, по щепке, а начну с тех, кто тебе дорог! Локи услышал короткие гудки — связь оборвалась. Он опустил взгляд на свои дрожащие руки. Сердце металось в груди, как заведенное.       Кажется, ему больше не нужно было волноваться о поисках убийцы своего брата. Она сама нашла его.