Ты только загадай желание (When You Wish Upon a Star)

Это, должно быть, был худший день в его жизни. Ремус вошел в квартиру и сел на потертый диван, положив голову на спинку, глубоко вздохнул и закрыл глаза, пытаясь расслабиться. Прошло три дня после полнолуния, а он все еще не чувствовал себя хорошо. Вопреки здравому смыслу, он встал утром и отправился на работу. Это было небольшое заведение, и работодатели не возражали, если он просил несколько выходных каждый месяц. Владельцы не знали о его "маленькой мохнатой проблеме", и он надеялся, что они никогда не узнают. Ему все еще было трудно найти приличную работу с позорным клеймом оборотней, все еще ходивших вокруг. После того дня, который он провел в постели, ему хотелось только одного: раздеться, свернуться калачиком и не выходить до следующего полнолуния. Хотя хозяева понимали, что ему нужен отпуск, это не означало, что, когда он вернется, его не будет ждать работа на три-четыре дня. Это был ручной труд, и первые два дня после возвращения из отпуска всегда были самыми тяжелыми. Ремус почувствовал, что засыпает, когда стук в окно вывел его из оцепенения. Сев, Ремус увидел сову, сидящую на подоконнике. Медленно поднявшись, он подошел к окну и впустил сову. Надолго она не задержалась. Достаточно, чтобы Ремус освободил ее от ноши. Птица улетела, не получив ни угощения, ни ответного письма. Закрыв окно, Ремус посмотрел на конверт. Глядя на почерк, Ремус точно знал, от кого он. Вскрыв письмо, он пробежал глазами по строчкам: Ремус, пожалуйста, приезжай в Хогвартс как можно скорее. Мне нужно обсудить с вами кое-что очень важное. Надеюсь, скоро увидимся. Альбус Дамблдор. Немного насторожившись, Ремус перечитал письмо. Интересно, что могло быть настолько важным, что он нуждался во мне? Удивился Ремус. Он решил, что это может подождать до завтра. Он слишком устал, чтобы куда-то идти. Ремус пошел в свою комнату и приготовился ко сну, заснув почти мгновенно. Надеюсь, я смогу получить полноценный ночной сон. Это были его последние мысли перед тем, как он окончательно отправился в мир Морфея. Ба-бах!!! Ремус вздрогнул и проснулся. Он быстро выхватил палочку, которая была готова к любой атаке. В такие времена Ремус радовался своему состоянию. Будучи оборотнем, он мог ясно видеть в темноте. Это были не просто почерневшие фигуры, а предметы с большими деталями, и в его комнате он мог видеть, что там ничего или никого нет. - Аааай. Плач был негромким, но Ремус слышал его и знал, откуда он доносится. Поднявшись, Ремус направился к двери. Тихо открыв дверь спальни, он быстро послал Lumos, чтобы осветить всю гостиную. С проклятием на устах, готовый напасть на того, кто был в его доме, он бросился посмотреть. То, что он увидел, заставило его остановиться.

***

- С Днем Рождения, Гарри, - прошептал Гарри, чтобы не беспокоить родственников. Гарри лежал на полу в чулане. Мальчик рисовал торт со свечами на полке с чистящими средствами. Он использовал сломанный зеленый карандаш, который нашел забытым в дальнем углу второй спальни Дадли. Покончив с тортом, он осмотрел его, чтобы убедиться, что у него есть все, что он помнил, что было у Дадли всего несколько дней назад. Увидев, что все осталось таким же, как он помнил, он собрался было задуть нарисованные свечи, когда вспомнил, что ему нужно загадать желание. Подумав об этом, он закрыл глаза и попытался загадать желание. Должен ли он желать игрушек? Во-первых, у него их никогда не было, так что отсутствие игрушек ему не повредит. Может быть, ему нужна одежда? Нет, у него была одежда. Даже если она была слишком большой. Может, он хочет что-нибудь поесть? Это было возможно, потому что он был голоден, но он был голодным и раньше, и это его не сильно беспокоило. К тому же, когда он убирался, то всегда мог подкрасться на кухню и что-нибудь ухватить. И тут в голове у ребенка мелькнула мысль. Чувство любви. Он хотел бы почувствовать, что кто-то любит его. Легкая улыбка тронула губы ребенка, когда он решил загадать желание. Закрыв глаза и глубоко вздохнув, Гарри загадал желание. После того, как последний глоток воздуха покинул легкие Гарри, он почувствовал, что его засасывает в крошечную трубочку, и он не мог больше дышать. И вдруг ощущение, что тебя зажали до смерти, прекратилось. Он чувствовал под собой землю, и это не помогало от синяков, полученных накануне вечером. Гарри попытался подавить всхлип, который хотел сорваться с его губ, но он не мог оставаться спокойным. Слезы жгли глаза, спина и плечи пульсировали от резкого движения. Свернувшись в клубок, Гарри попытался унять боль. Его прерывистое дыхание замерло, когда он услышал движение в другой части того места, где он находился. Он боялся поднять глаза. Гарри услышал, как быстро распахнулась дверь. По опыту он знал, что ничего хорошего с ним не случается, когда кто-то так быстро приближается к нему. Он попытался свернуться в маленький комочек, чтобы унять дрожь.

***

Ремус ахнул, увидев маленькую фигурку, свернувшуюся калачиком посреди гостиной. - Прости, дядя Вернон! Пожалуйста, не делай мне больно снова! Я не хотел делать ничего странного. Пожалуйста, - сказал кроткий голос с пола. Ремус бессильно опустил руки, слушая тихую мантру бедного ребенка. Слушая, что говорит ребенок, он все больше и больше задавал себе вопросов. Не желая пугать ребенка еще больше, Ремус медленно опустился на колени. - Малыш, - тихо сказал Ремус, стараясь не напугать мальчика еще больше. Ребенок застыл на месте. - Все в порядке, дитя, - успокоил его Ремус. - Здесь тебя никто не тронет. Пожалуйста, позволь мне увидеть тебя. - Пожалуйста, не делайте мне больно, - прошептал ребенок. - Никто не причинит тебе вреда, - ответил Ремус. Очень медленно ребенок оторвался от пола, к которому прижимался всем телом. Если Ремуса удивляла мысль о ребенке, оказавшемся посреди его квартиры, то, когда ребенок выпрямился, он удивился еще больше. Прожив с ним семь лет, а потом патрулируя с ней коридоры, Ремус точно знал, чей это ребенок. Главный вопрос заключался в том, почему Гарри Поттер стоит в гостиной? - Гарри? Тебя зовут Гарри Поттер? - спросил Ремус. Гарри, который теперь стоял на коленях, сидя на корточках, быстро взглянул на человека перед ним, прежде чем отвести глаза. - Да, сэр, - последовал кроткий ответ. - Гарри, - тихо сказал Ремус. - Пожалуйста, посмотри на меня. Очень медленно Гарри сделал то, о чем его попросили. Когда их глаза встретились, Гарри посмотрел на мужчину перед ним. Он слегка склонил голову набок, глядя на мужчину. Он никогда не прикасался к взрослым и не знал, почему делает это сейчас. Словно что-то в нем хотело прикоснуться к шрамам на его лице. Ремус не пошевелился, когда увидел, что Гарри тянется к нему. Он не хотел пугать ребенка. Гарри провел пальцами по шрамам на щеке и подбородке мужчины. Это было легкое прикосновение, в надежде, что он не обидит человека и не разозлит его. Ремус наблюдал за ребенком, изучавшего его шрамы. Выражение лица ребенка многое сказало Ремусу. В его взгляде читалось любопытство, как будто он пытался понять, что их породило. Затем на его лице появилось смиренное выражение, как будто он понял, что за боль скрывается за шрамами. Наконец, Ремус увидел проблеск согласия, когда Гарри опустил руку и посмотрел ему в глаза. - Гарри, - сказал Ремус. - Ты знаешь, как ты сюда попал? Гарри покачал головой. - Что последнее ты помнишь? - Я сидел в своем чулане и загадывал желание. - Ты... твоем чулане? Гарри кивнул. - Шкафу под лестницей. Услышав это, Ремус нахмурился. Волк внутри него хотел выйти, узнать, где он жил, и увидеть самому, что он пережил, если его комната была чуланом под лестницей. Увидев сердитое выражение на лице мужчины, Гарри быстро встал и отошел на другую сторону помещения, чтобы отойти подальше от него и теперь уже сердитого человека. - Мне очень жаль. Извините, - сказал Гарри, вцепившись в подлокотник кресла, рядом с которым стоял. Ремус моргнул, пытаясь удержать волка внутри себя. Последнее, что ему сейчас нужно, - это напугать ребенка больше, чем нужно. - Прости меня, Гарри, - сказал Ремус. - Я обещал, что не причиню тебе вреда, и не шутил. Я просто немного расстроился из-за того, что ты сказал. Но я не сержусь на тебя. - Нет? - Нет, - покачал головой Ремус. - Ты голоден? - спросил он, меняя тему. Гарри посмотрел на Ремуса и покачал головой. - Пожалуйста, не лги мне, Гарри, - мягко упрекнул его Ремус. - Ты голоден? Закусив губу, Гарри кивнул. - Хороший мальчик, - похвалил Ремус, поднимаясь с пола. - Давай посмотрим, сможем ли мы найти тебе что-нибудь поесть. Они вошли в маленькую кухню. - Садись за стол, - приказал Ремус. Гарри повиновался, хотя чувствовал себя неловко, поскольку никогда раньше не сидел за столом. Он не хотел снова видеть этот страшный взгляд. Ремус повернулся к ребенку спиной. Он достал буханку хлеба, подошел к холодильнику и достал немного сыра. - Я дам тебе что-нибудь легкое, - сказал Ремус. - Я хочу, чтобы ты попытался немного отдохнуть, когда закончишь. - Да, сэр, - нараспев произнес Гарри. - Завтра мы увидимся с моим хорошим знакомым. - Да, сэр. Ремус поставил тарелку перед Гарри, и после недолгих уговоров тот начал есть. Ремус вернулся к холодильнику и достал молоко и налил маленький стакан для ребенка. Поначалу Гарри не хотелось есть, но человек был добр и сделал бутерброд для него, и он попросил его съесть, поэтому Гарри поднес ломтик хлеба и сыр ко рту и откусил. Это было первое, что он положил в рот за полтора дня, это было лучшее, что он когда-либо пробовал. У него был хлеб в доме тети и дяди, но на вкус он был совсем другим. Гарри смаковал каждый кусочек, прежде чем проглотить. Он откусил второй кусок, такой же вкусный, как и первый. Затем человек поставил перед ним стакан, и с большой неохотой он оставил хлеб с сыром и взял его. Сделав маленький глоток, он почувствовал, как вкус молока разливается у него по рту. Никогда. Он никогда раньше не пил молока. Он всегда наливал стакан Дадли, но ему никогда не разрешалось пить самому. Теперь он сделал первый глоток молока. Это было чудесно. Как бы ему не хотелось доесть свой замечательный хлеб с сыром и чашку молока, он съел последний кусок и проглотил последний глоток молока. После всего пережитого Гарри захотелось спать. Он зевнул. - Давай найдем тебе какое-нибудь удобное место, - предложил Ремус, протягивая Гарри руку. Гарри поднялся со стула и подошел к мужчине. Секунду он смотрел на руку мужчины, потом поднял руку и вложил свою маленькую ладонь в большую. Почувствовав, как пальцы мужчины обхватили его руку, Гарри не смог сдержать улыбки. Это был первый раз, когда кто-то держал его за руку. Это заставляло его чувствовать себя особенным. Ремус подвел Гарри к дивану и отпустил его руку. Улыбка на лице Гарри быстро исчезла, когда он почувствовал, что рука отодвинулась. - Подожди здесь, - приказал Ремус. Гарри стоял на месте. Ремус вышел из комнаты, но быстро вернулся с подушкой и одеялом. - Ладно, Гарри, залезай на диван, - Гарри забрался на диван и сел. Ремус опустился на колени возле дивана. Он положил подушку на один конец. - Ложись, - Гарри лег на диван, положив голову на подушку. Это было самое нежное, что он когда-либо чувствовал. Он уже закрывал глаза, когда почувствовал, что его накрывают одеялом. - Спасибо, - пробормотал Гарри. - Не за что, дитя, - улыбнулся Ремус. - Поспи немного. Ремус начал подниматься, когда маленькая рука схватила его за руку. - Подождите, - сказал Гарри. - В чем дело? - Как вас зовут? - спросил Гарри, медленно моргая, глядя на доброго человека, который накормил его, укрыл и дал ему мягкое место для сна. - Меня зовут Ремус, - ответил он. - Все в порядке. Спи, дитя. Словно околдованный, Гарри мгновенно уснул. Ремус посмотрел на спящего ребенка, удивляясь, как Гарри удалось добраться до его дома. Он встал и вернулся в свою комнату. Он думал о том, что собирается делать. Затем он увидел письмо Альбуса, лежащее на ночном столике, и понял, что должен сделать. Он сказал ребенку, что они собираются навестить его хорошего знакомого, так что он должен это проверить. Сначала он думал, что пойдет днем. Теперь, когда он уложил Гарри на диван в гостиной, он знал, что утром первым делом отправится туда.