Не знаю, как назвать

      Прошло пять лет. Поначалу было не легко ухаживать за крохой, но Торд быстро осваивался. К тому же, ему помогали беты. Торд иногда подумывал, чтобы вернуться к друзьям или хотя бы ненадолго навестить их, но он боялся реакции Тома. Он боялся, что альфа не примет ребёнка, начнёт отрицать отцовство и тому подобное. Омега полностью сосредоточился на заботе о малыше: кормил, играл, убаюкивал. Сероглазый плакал от счастья, когда Торм сказал своё первое слово, «папа», когда сынок поднялся на ножки и не просто пошёл к родителю, а резво побежал, вытянув ручки вперёд. Пола и Патрика он называл дядями. Беты тоже относились к нему как к племяннику. Со временем у Торма начали завиваться вверх две пряди волос, образуя рожки как у Ларссона. Несмотря на то, что Том был грубым, замкнутым и любил алкоголь, а Торд имел пристрастие к оружию и хентаю, Торм был очень стеснительным и вежливым мальчиком. Ещё омежка был очень любопытным. Однажды он нашёл старую фотографию, на которой были изображены четыре парня, среди которых он узнал своего папу. Также его заинтересовал черноглазый парень, стоявший рядом с сероглазым.       Торм: *подойдя к папе* Папа, а кто это? *указал на черноглазого*       Торд не ожидал этого вопроса от сына, по крайней мере не так скоро, но врать не стал.       Торд: *усадил малыша к себе на колени, взял фото и с грустью посмотрел на неё* Это твой второй папа. Папа-альфа. Его зовут Том.       Торм: У него чёльные глаза. Как у меня.       Торд: *грустно улыбнулся* Знаю.       Торм: А где он?       У Торда больно сжалось сердце. Он не знал, как объяснить сыну, почему он ушёл и не нашёл ничего лучше, чем соврать.       Торд: Он… он… он пропал… Я не знаю куда, но… он пропал.       На душе стало паршиво. Он так не хотел врать сыну. Из серых глаз потекли слёзы. Мальчик, увидев, что его родитель плачет, обеспокоенно повернулся и попытался успокоить папу, не понимая почему тот заплакал.       Когда малышу исполнилось три годика, Торд определил его в детский садик и вернулся на работу.       Но было одно «но»: норвежец стал чувствовать себя не очень хорошо. По началу он плохо спал, потом и вовсе бессонница началась. После этого у него начал пропадать аппетит, еда в горло не лезла, а если и удавалось что-то съесть, то через полчаса всё возвращалось обратно в виде рвоты. После третьего года разлуки с друзьями омега начал чувствовать слабину во всём теле. Казалось, он мог легко упасть от лёгкого дуновения ветра. Ему снова пришлось покинуть армию.       Забыла сказать, что малыш ещё был очень упрямым и умным для своего возраста. Он видел, что происходило с его папой и наотрез отказался идти в садик. Он всюду ходил за омегой, везде помогал, чем мог. Рыжевато-русоволосый сильно исхудал, под глазами появились синяки от бессонницы, кожа стала болезненно бледной и начинала приобретать серовато-синий оттенок. Когда Торм прикасался к Торду, говорил, что папа стал холодным.       К половине четвёртого года Ларссон с трудом мог ходить, часто падал в обморок. Однажды норвежец потерял сознание и упал на пол на глазах Торма, не слабо испугав сына. После этого старший омега больше не мог встать с кровати. Пол и Патрик не отходили от своего лидера, забота о ребёнке свалилась на них, из-за чего рогатый чувствовал себя неловко. Торм дни на пролёт сидел у папы, он боялся, что рыжевато-русоволосый умрёт, если его не будет рядом. Однажды сын задал папе вопрос:       Торм: Папа, а может отец сможет помочь? Ты не знаешь, где он?       Торд промолчал. Ему вспомнился один не очень приятный момент их совместной жизни.

Flashback

      Эдд и Мэтт в очередной раз разнимали дерущихся альфу и омегу, но те вырвались и снова сцепились в драке.       Торд: *ударил альфу по лицу* Алкаш! *забрался к Тому на спину*       Том: *пытаясь скинуть омегу* Коммуняка!       И вот черноглазый изловчился и скинул норвежца и попытался пнуть его в живот, но рыжевато-русоволосый быстро встал на ноги и сам ударил в живот. Но тут британец ударил сероглазого по лицу с такой силой, что тот завертелся вокруг своей оси, споткнулся о свою ногу и ударился лбом о край стола. Эдд и Мэтт замерли от испуга, потом начали останавливать Тома, который начал приближаться к Торду, собираясь ещё раз его избить. Омега же будто потерял связь с реальностью, ни на что не реагировал, не двигался. Только держался за покрасневшую от сильного удара щёку и ушибленный лоб, из которого на ковёр капала кровь. Из глаз текли слёзы. Из транса его вывел крик беты.       Эдд: *крича на Тома* А что, если бы Торд оказался твоим соулмейтом?! Может не ради него, но ради себя перестань его избивать!!!       Темноволосый всегда отличался терпением и старался всё решить мирно, без криков. Но, как говорится, ничто не вечно, и в конечном итоге Гоулд сорвался на крик, чем не слабо удивил альф. Но Том быстро пришёл в себя и ответил.       Том: Если бы Торд был моим соулмейтом, я бы уехал на другой конец планеты. Пусть у меня и осталось бы лишь семь лет жизни, но они были бы самыми лучшими. Я лучше сдохну, чем помогу ему.       Больше не в силах сдерживать слёзы, Торд встал на ноги и, шатаясь из стороны в сторону, быстрым шагом ушёл на второй этаж, в свою комнату.

Конец Flashback

      Торд: Нет… я не знаю… где он… прости…       Торм: *растроенно опустил взгляд в пол*       Торд: Торм… со мной всё будет хорошо… я просто… я просто устал… солнышко… *нежно обнял сына* я всегда буду рядом… всё будет хорошо…       Торм: *зарылся личиком в толстовку Торда, начал всхлипывать* Папа… *шмыг* Я… я боюсь… что ты умрёшь… пожалуйста… *шмыг* не умирай…       Торд: *поглаживая сына по головке* Торми, ты что?.. Я не умру… Это просто… Переутомление… Сильная усталость…       У старшего омеги в этот момент из серых, потухших глаз текли слёзы. Он плакал от душевной боли, вызваной ненавистью его возлюбленного, от растроганности и гордости, что у него растёт такой заботливый сын, от стыда, что он снова соврал сыну, и от страха того, как скажется его смерть на всех и всём: что будет с Тормом, с Томом, с Эддом и Мэттом, с армией?       Торд: Торм, солнышко… не мог бы ты сделать мне чаю… пожалуйста…       Торм: *встрепенулся, вытер слёзы* Да, конечно. Я сейчас. *убежал на кухню*       Торд: *лёг на кровать, повернулся спиной к двери, свернулся калачиком и тихо заплакал* Том…