say it's okay when it's not

Лука уже так много раз вглядывался в эти фотографии с пятницы, что умудрился запомнить каждую деталь. Они засели в его сознании. На первом снимке была видна лишь небольшая часть Луки, скрытая за парнем, впившимся в него поцелуем. И этого уже было достаточно, хоть особо ничего и не было видно. Словно два каких-то парня целуются, но все кажется размытым. Лука мог бы оправдать себя тем, что это просто кто-то похожий на него. Но, к сожалению, на второй фотографии он был ясно различим, и возможность утверждать, что это не он, отпала. Луку начинало тошнить, когда он думал о выражении чистого блаженства на своем лице, когда парень целовал его шею, рукой вцепившись в его задницу. Лука безошибочно узнавался на фотографии. Любой, кто увидит ее, подтвердит, что это он. Хуже всего было то, что он не представлял, чего ждать дальше. Человек, приславший эти фотографии, держал его в напряжении с самой пятницы. Почти три дня. Лука пытался посылать сообщения и даже звонить, но никто не отвечал. Это все давило на него, и он никак не мог перестать об этом думать. Должно быть, человеку по ту сторону экрана все это время было невероятно весело, пока он шантажировал Луку, понимая, что тот абсолютно беспомощен. Он даже не мог никому об этом рассказать. Он не был готов признаться, и не хотел этого делать. Он задержал дыхание, думая о том, что в этой ситуации у него может не остаться выбора, потому что вряд ли эти фотографии хранятся лишь для развлекательных целей. Лука был в полной заднице. Но внезапно ему пришло уведомление. Сначала он с надеждой подумал, что его мученик решил нарушить свое молчание. Но нет, конечно же, нет. Если все плохо, то обязательно должно стать еще хуже. Потому что, подумать только, Элиотт только что присоединился к групповому чату, который существовал между Лукой и парнями уже черт знает сколько времени. Прошло несколько секунд, прежде чем начали поступать приветственные сообщения. Лука простонал и отключил уведомления у чата. Это ведь то, что ему сейчас нужно. Больше стресса. Он отбросил телефон в сторону и начал вжимать ладони в глаза, пока не ощутил боль. Что ему теперь делать? Завтра утром ему нужно идти в школу, но в отличие от прошлой недели ему придется не только беспокоиться о том, что где-то рядом находится его шантажист, но еще и продолжать переживать из-за того, кто же сделал эти фотографии. Он убрал руки от лица и пару раз моргнул. Если бы он мог, то остался бы в этой комнате навсегда. Тогда ему бы не пришлось сталкиваться ни с одной из этих проблем и беспокоиться о том, что будет. — Лука! Он вышел из оцепенения и повернулся к двери, которая все еще была закрыта. — Что? — Манон звонит, ты хочешь выйти? — поинтересовался Мика приглушенным голосом, но с явным нетерпением. Боже, как же иронично сейчас звучит этот вопрос. — Да, иду, — ответил Лука, выбираясь из постели. Он зашел в гостиную, где Мика с Лизой устроились на диване, держа перед собой телефон. Мика похлопал по месту рядом с собой и Лука присоединился к ним. В тот момент, когда он увидел свое лицо на экране, он понял, насколько беспорядочно выглядит, но предпочел не обращать на это внимания, поприветствовав Манон. — Привет, Лука. Они тебя разбудили? — спросила она, улыбаясь ему. Лука покачал головой. — Нет, все в порядке, — заверил он, надеясь, что Манон не заметит, как он на самом деле расстроен. — Точно? Как школа? — Да, там тоже все хорошо и… — О, наш Лука, — Мика забросил руку на плечи Луке, притягивая его ближе. — Совсем не думает о школе. Лука хмуро посмотрел на него. — Неправда, — он попытался вылезти из-под руки Мики, но сдался после двух неудачных попыток. Этот парень слишком настойчив. — Он вернулся с сотрясением мозга сразу же после того, как вышел после недельной болезни. — Была физкультура, — пробормотал Лука, как будто это все объясняло. — Ну конечно, — подмигнул ему Мика, как будто между ними был какой-то секрет. Лука раздраженно вздохнул. — Как Лондон? — сменил тему Лука, позволяя Манон начать разговор. Его тошнило от того, что происходит вокруг. Ему необходимо было отвлечься, и не было способа лучше, чем слушать чей-то рассказ о британских музеях.

***

Наступил понедельник, а его телефон все так же молчал. Наступил понедельник, и он снова стоял на школьном дворе, ожидая первого звонка. Наступил понедельник и Элиотт вернулся. На этот раз Лука даже не планировал грубить. Он не вслушивался в разговор между своими друзьями и Элиоттом, но, в отличие от прошлого раза, он просто не хотел ни с кем связываться. Он даже не пытался понять, о чем они разговаривают, вместо этого вглядываясь в других людей. Лука держался максимально отстраненно, и каждый раз, когда кто-то смотрел на него, у него в горле вставал ком. Он пытался понять, имело ли это какое-то значение. И мог ли знать человек, только что прошедший мимо него, его самую сокровенную тайну. Его мышцы напрягались каждый раз, когда чей-то взгляд задерживался на нем на секунду дольше, чем нужно, и он начинал переживать, что все знают. Его рациональная часть говорила, что так быть не может. Что он не может позволить своим страхам взять над собой верх, иначе он скоро начнет подозревать и своих друзей. Он был очень близок к тому, чтобы убежать. Но что, если этот человек планирует подойти к нему? Чтобы унизить его в реальной жизни, на глазах у всех? Поэтому ему нужно было быть начеку. Лука снова проверил телефон, но там не было ничего, кроме нескольких стихов из Библии от мамы на почте. Он резко вдохнул, не отрывая глаз от экрана. Так прошла еще минута. А затем еще одна, прежде чем он понял, что кто-то трясет его за плечо. Он вскинул голову, готовый встретиться лицом к лицу с шантажистом. Но это были всего лишь парни, смотрящие на него с тревогой вместе с Элиоттом. Рука Артура нежно похлопывала его по плечу. — Эй, приятель. Все в порядке? Ты словно не в своей тарелке, — осторожно поинтересовался Артур. Замечая, что они все смотрят на него как на испуганное животное, Лука понял, что не так уж хорошо он все скрывал. Он в панике сглотнул и перевел взгляд на Яна. — Проблемы в семье, — выпалил Лука, и Ян понимающе кивнул. — Какие? — спросил Базиль, явно не желая уходить от темы. — Пошли, — сказал Ян, кивая в сторону входа. Все это время он не отрывал взгляда от Луки. Лука был благодарен Яну за заботу, но его не оставляло чувство, что ему не удалось убедить друга. Ну, вряд ли его можно было за это винить. Они пошли, но Лука специально слегка отстал. В итоге они все равно все вместе зашли в здание. Он чувствовал, что друзья смотрят на него, но старался не придавать этому значения. Если он не будет поднимать эту тему, то они вскоре забудут. Ему просто нужно было оставаться спокойным и в следующий раз поработать над своим выражением лица. Он знал, что они не будут давить на него, если он не хочет говорить. Поэтому он должен притворяться, что все нормально. Он сможет с этим справиться. За этими мыслями Лука чуть не упал лицом вниз, но что-то остановило его. Или, скорее, кто-то, мягко схвативший его за бицепсы. Лука поднял голову и, к своему удивлению, увидел Элиотта. Неподалеку от них стояли парни, наблюдая за всей этой сценой. Охваченный страхом Лука тут же смахнул с себя руки Элиотта. Словно он обжегся. Из-за того, что он так быстро среагировал, он чуть вновь не споткнулся. Руки Элиотта по-прежнему были вытянуты перед ним, печально повиснув в воздухе, но он довольно быстро понял, что произошло, и засунул их в карманы, отводя взгляд от Луки. — В следующий раз смотри под ноги, — тихо проговорил он. Сразу же после этого Элиотт ушел. Лука проводил его взглядом, пока он торопливыми шагами не исчез за углом, втянув плечи. — Чувак спас тебе жизнь, а ты все еще мудак, — прокомментировал Базиль возле уха Луки, и он понял, что парни подошли ближе. — Мне снова придется извиняться за твое поведение, — простонал Артур, опираясь локтем на плечо Луки. — Тебе необязательно этого делать, — пробормотал Лука себе под нос, на что услышал фырканье. — Да, но я это сделаю. Потому что я хочу, чтобы он был с нами, — возразил Артур, тормоша волосы Луки. Боже, они уже так глубоко в заднице Элиотта, что скоро увидят свет с другой строны. — Все с вами ясно, — ответил Лука, скидывая руку Артура.

***

Лука не мог уснуть. И это было вполне объяснимо. Он ворочался с боку на бок, но все безрезультатно. Его разум просто не мог успокоиться. Он чувствовал себя слишком бодрым для трех часов ночи. Потянувшись за телефоном и разблокировав его в темноте, он словно принял тот факт, что проведет еще одну бессонную ночь. А что еще ему оставалось делать? Ему нужно было как-то отвлечься. И если все пойдет хорошо, то он сможет заснуть во время просмотра чего-нибудь в интернете. Он нашел расслабляющую подборку на YouTubе и позволил своему мозгу отключиться. Прошло минут пятнадцать, но его все еще что-то беспокоило и мешало спокойно лежать. Он несколько раз менял позу, но его ноги постоянно дергались, а он нервничал. Лука уставился куда-то вдаль вместо того, чтобы следить за происходящим на экране. Его сердце внезапно забилось быстрее, а желудок скрутило в узел. Лука резко вдохнул и вышел из приложения YouTube. Он открыл браузер и набрал в поисковике «нападения гомофобов во Франции 2018». Он пару мгновений колебался, прежде чем открыть первую ссылку. Там были фотографии и описание преступлений. Лука сглотнул, просматривая статью. Его ладони вспотели. Затем он зашел на другой сайт, где говорилось о различных гомофобных происшествиях. Он читал и читал, пока его мозг все больше ужасался каждому новому слову. Количество насилия и ненависти просто поражало. Были статьи о нападении на гей-пару, затем на трансгендерную женщину, которая была убита, и еще много других. И очень много имен наравне с информацией о том, что с ними сделали. — они ударили меня по лицу, затем по всему телу, везде — в какой-то момент моя голова пробила заднее стекло, словно пуля […]я думал, что умру — Буквы начали расплываться, экран продолжал трястись, а дыхание стало прерывистым. Не успел Лука опомниться, как по его щекам потекли слезы. Не останавливаясь. Единственное, что он слышал — это биение собственного сердца. Он начал задыхаться, словно тонул. Лука разжал пальцы и телефон упал на простыни. Он не мог дышать, просто не мог дышать. Он зажал голову между ладонями, пытаясь угомонить этот агрессивный стук, но это было невозможно. Он становился лишь громче. Лука задыхался и дрожал. Он ничего не видел, не мог ничего сказать, лишь всхлипывая. Он потерял контроль над собой. … А потом. Кто-то обнял его и прижался губами к его виску. Кто-то шептал и гладил его напряженные мышцы. Успокаивающие движения и нормализация дыхания. Крепкие объятия и стакан воды. Его мокрые волосы были откинуты со лба, а в глазах Мики застыла тревога. Хоть и с большим усилием, но Лука понял, что происходит вокруг и закашлял. Он моргнул пару раз, пытаясь вдохнуть и выдохнуть без рыданий. Потом он понял, что слишком сильно вцепился в Мику, ослабляя хватку. Его тело продолжало трястись. Он слегка отстранился от Мики, чтобы получше видеть его лицо, но при этом не потерять контакт с телом. — Прости, что разбудил тебя, — прохрипел Лука и слезы снова выступили у него на глазах. Он попытался сдержать их и шмыгнул носом. — Все в порядке, котенок. Я здесь, — сказал Мика, сжимая плечо Луки. — Хочешь поговорить о том, что вызвало такую реакцию? — мягко спросил он. Подбородок Луки затрясся и он прикусил нижнюю губу, не в силах произнести ни слова. Он покачал головой и уткнулся ей в грудь Мики, а его дыхание вновь стало прерывистым. Мика принялся снова успокаивать его, прижимая ближе и начиная раскачивать взад и вперед. Позволяя Луке выплакаться. Его впервые кто-то так утешал и Лука даже мельком успел подумать, что это мило. Страдать не в одиночестве.

***

Вымотанный. Лука был очень вымотанный после прошлой ночи, но старался не думать об этом. У него были сейчас куда более важные дела. По крайней мере, он себя в этом убеждал. Хотя Элиотта не было утром, он появился возле их столика во время обеда. И замечая, каким невозмутимым он кажется, Лука понял, что Артур действительно извинился перед ним. Будто бы ему было, за что извиняться. Ох, как сильно это раздражало Луку. Он сидел рядом с Яном и Базилем, а Артур и Элиотт — по другую сторону стола. Все ели из своих тарелок, и только Базиль пытался завязать разговор. А когда такого не было, если подумать? Лука как всегда особо не был сосредоточен на том, что происходит, бездумно ковыряя вилкой еду, оставленную на тарелке. Парни смеялись, когда Базиль говорил очередную глупость. Лука если и реагировал, то очень вяло, поскольку его мысли сейчас были где-то далеко. У него появилось новое хобби. Продумывать различные сценарии исхода, если фотографии сольют. Он уже подумал о том, как его друзья отвергают его, затем его выгоняют из школы, а люди дразнят различными ужасными способами. Это довольно весело, каждому стоит попробовать. Головная боль, беспокойство и чувство полного поражения гарантированы. Он сглотнул. Боже, у него перехватывает дыхание от одной только мысли о том, что кто-то причинит ему боль за то, кем он является. Он знал, что так бывает. Он не просто так засиживался допоздна и читал все эти статьи. Люди ненавидели таких, как он. Многие хотели бы его смерти. Он был в ужасе. Ему не хотелось, чтобы все узнали правду. Лука даже сам себя не мог принять. Он не мог назвать себя геем, не говоря уже о том, чтобы кто-то другой так его называл. Он не был готов к тому, что мир узнает. Ему хотелось оставаться в шкафу, где безопасно и никто не хочет его убить. Он не мог быть таким храбрым, как Мика. Он не мог представить себя, принимающим это. Боже, да он целовал парней лишь тогда, когда был достаточно пьян, чтобы ничего не помнить на следующий день. Эта ситуация такая безнадежная. Он мог только лишь переживать из-за нее. Лука чувствовал, что сделал бы буквально все, чтобы эти фотографии исчезли навсегда. Он мог изображать натурала до конца жизни, если это означало, что никто не узнает. Он в чертовом отчаянии, без понятия, сколько еще сможет выдержать в темноте. Прошло всего несколько дней, а он уже не мог думать ни о чем, кроме этого. Лука отодвинул тарелку и уткнулся лицом в руки. Он ненавидел себя. Ему следовало просто пойти и поцеловаться с девушкой. Он был настолько под кайфом, что все равно не почувствовал бы разницы, и сейчас не оказался бы в такой запутанной ситуации. Просто ему чертовски повезло. Он хотел отключить свои мысли, чтобы хоть немного поспать. Повернуть время вспять и никогда не покидать этот чертов дом, чтобы поцеловаться с кем-то. Безымянный незнакомец собирался разрушить его жизнь. Что еще смешнее — его партнер останется нетронутым, так как на фотографиях не видно ничего, кроме его спины. Лицо Луки было на экране. Луке придется за это расплачиваться. Кто-то пнул его под столом и Лука вяло поднял голову. Он медленно моргнул, поднима руку к волосам, чтобы убрать их со лба. — Земля вызывает Луку, — Артур махал рукой перед его лицом. — Ты похож на зомби. — Да, парень. Ты в порядке? — уточнил Базиль. Лука откашлялся и сел прямо. — Я просто плохо спал сегодня, — что же, это была правда. Сначала он был слишком сосредоточен на своем несчастье, а потом не мог заснуть в течение нескольких часов из-за того, что его мозг работал со скоростью миллион миль в минуту. Он встретился взглядом с Элиоттом напротив и на мгновение ему показалось, что тот видит его насквозь. Это нервировало, и Лука быстро отвернулся, не в состоянии справится с напряжением. — Кстати, парни, вы ни за что не поверите, что я вчера нашел в интернете, — заявил Артур. Лука зевнул и подпер голову ладонью. Он чувствовал себя опустошенным. — И что же? — спросил Ян в тот самый момент, когда у Луки завибрировал телефон. Его пульс участился, но когда он увидел, что это всего лишь Мика напоминает ему про арендную плату, он простонал себе под нос. Он проверил папку с сообщениями от шантажиста на случай, если он что-то пропустил. И ничуть не удивился, когда увидел лишь свои жалкие ответы. Затем он услышал звук и оживился. Голос Элиотта, но исходящий не от него самого. Лука огляделся и заметил, что Ян с Базилем смотрят что-то на телефоне Артура. Он взглянул на экран как раз вовремя, чтобы увидеть, как Элиотт на видео улыбается чему-то сказанному, прежде чем кадр сменяется анимацией. Лука невольно перевел взгляд на настоящего Элиотта. Он выглядел взволнованным, а его лицо покраснело. И, возможно, он нервничал из-за того, как выглядит на видео. Он поднес руки к лицу и провел пальцами по губам, наблюдая за реакцией парней. У него слегка дрожали ладони. Лука нахмурился. Должно ли это его волновать? Почему он так волнуется о том, что они подумают? Мозг Луки тут же задал ему встречный вопрос: почему ты так сильно заботишься о мнении других людей? Ох, неважно. Элиотт вновь взглянул на Луку и что-то в его выражении изменилось. Оно было не таким напряженным и тревожным, как пару секунд назад. Возможно, он был немного грустным, но это не раздражало Луку, как в любое другое время. На какое-то мгновение Лука проявил к Элиотту больше любопытства, нежели враждебности. И его разум на мгновение освободился от мыслей, которые мучили его в последнее время. Лука сосредоточился на зрительном контакте с Элиоттом. Элиотт тоже не отводил взгляд. А самое лучшее? Никто не замечал. От этого появилось какое-то умиротворение и на несколько секунд мир словно исчез вместе со всеми проблемами. Шум вернулся в тот момент, когда Элиотт повернулся к парням, а Лука заметил, что они его хвалят. Возможно, ему следовало узнать, что именно они посмотрели, раз их слова так смутили Элиотта. Но Лука продолжал смотреть на него, надеясь, что Элиотт опять повернется. Но он этого не сделал, включившись в разговор. — Спасибо, но в этом ничего такого, — пробормотал Элиотт, растягивая губы в улыбке. — Но, должно быть, это важно для тебя, раз ты хочешь снять по этому короткометражный фильм, — ответил Ян. — Вот именно, не прибедняйся, — поддержал Базиль. Элиотт пожал плечами, опустив глаза в тарелку. — Его все равно никогда не профинансируют. — Жаль, я бы с удовольствием посмотрел, — поддержал Артур. Элиотт вновь пожал плечами, потянувшись поиграться картофелем фри, разбросанным по тарелке. В конце концов, они перешли на другую тему, но все оставшееся время Лука продолжал смотреть на Элиотта с надеждой, что тот оглянется на него. Но Элиотт больше ни разу не встретился с ним взглядом. Теперь Лука ненавидел его еще больше. Он ненавидел Элиотта за то, что тот позволил ему на мгновение обрести покой, а потом лишил его этого насовсем.

***

— Какой у тебя ответ в четвертом? — спросил Лука у Иман, глядя на свой тест. Она поднесла свой листочек поближе к нему, и он нахмурился. — Нет, не может быть, — он взглянул на нее, сдвинув брови. На Иман это не произвело никакого впечатления. — Может, — уверенно заявила она. — В этом даже нет никакого смысла, — возразил Лука, вновь глядя на вопрос и пытаясь найти ответ самостоятельно. Он услышал, как Иман раздраженно вздохнула. — Если не веришь мне, то зачем спрашиваешь? — пробормотала она себе под нос, забирая листочек. Лука хмыкнул, вглядываясь в слова перед собой. Ответ просто не может быть тем, который выбрала Иман. Если только… Его телефон завибрировал и весь ход его мыслей остановился. Он выпрямился и потянулся за мобильником. Он разблокировал экран и его взгляд упал на новое уведомление. Оно было от шантажиста. Лука еще никогда так быстро не открывал сообщение, как сейчас. — Нашел ответ? –поинтересовалась Иман, но ее голос звучал где-то вдалеке. Лука перестал замечать что-либо вокруг себя. Я понял, чего хочу от тебя. Присылай мне 50 евро каждую неделю, и я не буду сливать фотографии. Если ты согласен, я дам тебе больше информации. Деньги. От него хотят денег. То, чего ему чертовски не хватает. Но, черт возьми, он же сможет их найти? Если будет экономить на еде, то у него получится оставлять 50 евро каждую неделю. Может быть он найдет работу. Это лучше, чем ничего. Лучше, чем слитые фотографии. Лука смотрел на сообщение до тех пор, пока экран не перестал светиться, а его мысли были где-то далеко. Он пытался придумать, что делать со сложившейся ситуацией. — Лука, можем мы уже закончить? Он повернулся к Иман, сбитый с толку, прежде чем все вспомнить и кивнуть. У Иман было странное выражение лица, но у Луки не было времени думать об этом. Он наконец-то видел, что все не так уж и плохо. Теперь ему просто нужно откуда-то взять деньги. И довольно много, чтобы отдавать каждую неделю, но он справится. — Все в порядке? — спросила Иман, когда Лука так ничего и не предпринял. Он несколько раз кивнул и откашлялся. — Да, да. Давай закончим. Она кивнула, но ее взгляд на минуту задержался на Луке, изучая его. Он улыбнулся ей и начал писать какую-то ерунду на бумаге, надеясь, что ведет себя не слишком подозрительно.

***

У него было время все обдумать. В итоге он согласился на сделку, получил ссылку на PayPal и уже сделал первый перевод. Ему это все не нравилось, особенно, когда он понял, как мало у него осталось денег, но это необходимо было сделать. Он не видел другого решения этой проблемы. Он не собирался позволить человеку сливать фотографии на всеобщее обозрение. Это даже не вариант. И перевод денег, пусть и негативно сказывающийся на его банковском счете, казался, в какой-то степени, приемлемым. В конце концов, его могли попросить сделать что-то унизительное. Возможно, в другой вселенной он бы не возражал против того, чтобы все узнали правду, или даже гордился бы ей, и у шантажиста не было бы над ним никакой власти. Но в этой реальности Лука был напуган и полон решимости остановить это все. Лука даже не думал о том, как долго это все может продолжаться. Это плохо, и если он будет себя этим мучить, то это принесет ему только еще больше страданий. Которыми он и так переполнен. Он лежал на диване в гостиной. Он надел наушники и нажал на кнопку воспроизведения, наконец расслабляясь. Он выдохнул и, кажется, все напряжение, которое нарастало в нем в течение последней недели или около того сразу покинуло его тело. Он закрыл глаза и позволил музыке унести свои мысли куда-нибудь еще. Лука думал о том, что всего пару недель назад все было в порядке. Тогда его заботили только родители и то, как он будет жить один. Да, для шестнадцатилетнего подростка это было не так просто, но все равно решаемо. Кроме того, у него были друзья, которые позволяли ему забыть о повседневной борьбе и быть нормальным подростком. А сейчас ему было нужно беспокоиться еще и том, что какой-то парень украл у него самых близких друзей. Что, как он понимал, звучало довольно по-детски. Никто не мог красть людей, потому что они не являлись собственностью. Лука также понимал, что у них вполне могут быть еще друзья, и они не забыли о нем. Но было что-то в Элиотте, что ему не нравилось. Каждый раз находясь рядом с ним, он чувствовал себя необъяснимо странно. Он не понимал, почему только он один замечает, что что-то не так. Возможно, он слишком много думал и позволял своей неуверенности заполонить разум. Все, что он знал — все пошло наперекосяк с появлением фотографий и Элиотта из ниоткуда. Из-за Элиотта все становилось еще хуже, было больше стресса. Лука чувствовал себя неловко рядом с ним, нервничая и не желая находиться рядом больше времени, чем необходимо. То, что парни так просто приняли Элиотта и вели себя как обычно, пока Лука никак не мог почувствовать себя комфортно, все портило. Он не знал, что делать, но пока ему придется оставить все как есть. Если он не хочет потерять друзей, ему придется проглотить свою гордость и вести себя вежливо по отношению к Элиотту. С этим он может справиться. У него есть и другие, более серьезные причины для беспокойства. Но на всякий случай он продолжит наблюдать за Элиоттом. Лука глубоко вздохнул и открыл глаза. Он взглянул на Лизу, которая сидела в кресле и смотрела что-то на своем ноутбуке, жуя чипсы. Она выглядела невозмутимо, но Лука знал, что это не совсем правда, и что у нее есть свои проблемы, но он бы хотел выглядеть так же, как она и двигаться вперед. Не то, чтобы он преуменьшал значение ее проблем, считая, что его проблемы хуже и серьезнее. Ему пришлось напомнить себе, что не в этом дело. Ему просто хотелось быть сильнее снаружи. Как пела Эльза: прячь, не чувствуй, не позволяй им узнать. Он перевел взгляд на Мику, свернувшегося калачиком на диване и занятого телефоном. Ноги Луки лежали под его бедрами, но он, кажется, не возражал. Они почти не разговаривали с момента панической атаки Луки пару ночей назад, и больше не обсуждали этот инцидент, но Мика все равно приглядывал за ним. Частенько он просто утешительно похлопывал его, не задавая вопросов. И Лука ценил это. В самом начале он переживал, что не впишется в компанию, и Мика с Лизой не захотят с ним жить, поэтому он был счастлив узнать, что ему рады и он может рассчитывать на них. От этого он чувствовал себя не так одиноко в какой-то степени. Его телефон завибрировал и он проверил, что там на этот раз. Артур: чувствую себя дерьмово и хочу ее (короткометражку Элиотта) назад Базиль: Ох, понимаю тебя Артур: Я никогда этого не забуду Элиотт: В ней нет ничего особенного, правда Лука хмуро смотрел на сообщения. Он был единственным, кто не видел этого видео. Он был слишком занят, играя с Элиоттом в гляделки. Но ему также было любопытно. Именно это он говорил себе, ища сайт. Он хотел посмотреть, действительно ли ребята раздували и Элиотт прав, либо же он просто скромничает. В конце концов, он нашел веб-сайт и остановил свою музыку, чтобы воспроизвести видео. Он наблюдал за тем, как Элиотт объясняет концепцию. Было что-то знакомое в том, как он говорил. Они даже особо не проводили время вместе. У этого парня были свои способы залезть людям под кожу. По какой-то причине он улыбнулся, когда улыбнулся сам Элиотт, тут же разозлившись на себя за это. Сюжет казался интересным, и он должен был признать, что следующая за этим анимация была действительно хороша. Но больше всего его привлекало нетерпение в глазах Элиотта, когда он подводил итог. На мгновение Лука проникся и понял парней. Его расстроил тот факт, что Элиотту не удавалось собрать нужную сумму денег для реализации проекта. Он покачал головой и закрыл сайт. Лука не мог позволить себе сочувствовать этому парню, поскольку это противоречило всему, что он чувствовал с тех пор, как встретил его. Это совсем на него не похоже. Луке нужно взять себя в руки.