Пятна на Солнце

Драко Малфою снился сон. Нет, не просто сон, а сон восхитительный, и он хотел, чтобы он никогда не заканчивался. Он обнимал Гарри Поттера, и, к его радости, они оба были абсолютно раздеты. Кровать была жёстче, чем та, к которой он привык, но этот дискомфорт можно было легко проигнорировать, если учесть, кого он сейчас сжимает в объятиях. В отличие от большинства его снов о Гарри Поттере, они не трахались, а спали, но всё же Драко наслаждался этими минутами. Драко застонал, услышав пронзительный голос Панси, проникающий сквозь тёплый кокон его сновидений. "Сколько раз я предупреждал её не будить меня?" Он ощутил прикосновение холодной руки Панси к своей обнажённой груди и слегка поёжился. "Вот что мы получаем от жизни в подземельях", — потягиваясь, подумал он, сонно отбиваясь от обиженной девушки. Он вздрогнул, когда почувствовал, как носок её туфли подталкивает его оголённое бедро. " О чём, чёрт возьми, она думает, когда поступает подобным образом? Она что, стоит на моей кровати?" Драко пробормотал какие-то бессмысленные угрозы, и перевернулся на другой бок, пытаясь отвязаться от неё. Он замер, ощутив вдруг тёплую обнажённую плоть — такую же тёплую и обнажённую, как та, что он обнимал в своих снах. Мгновенно проснувшись, Драко широко распахнул глаза. Он моргнул, резкая боль пронзила голову, когда он повернулся, чтобы узнать, кто же лежит с ним в одной постели. Или точнее, кто лежит рядом с ним на полу, поправил он сам себя, заметив, наконец, что твёрдая кровать из его сна на самом деле оказалась холодным камнем, покрытым колючим шерстяным ковром. Он попытался сфокусировать мутный взгляд, чему явно мешала пульсация в голове — сосредоточиться было невозможно. Он увидел смуглую руку, переброшенную через его тело, которая явно крепилась к мускулистому и такому же смуглому плечу. Его взгляд проследовал вверх по руке, и он чуть не впал в шоковое состояние, когда понял, что это совсем не сон. Он и Гарри Поттер были абсолютно голые и обнимали друг друга, как книзл обнимал бы клубок пряжи. — Наконец-то! — произнесла Панси и, раздражённо фыркнув, отступила назад. Она говорила негромко, но Драко вздрогнул, как от пронзительного вскрика. — Что за блядь? — простонал он, и его голос со сна прозвучал грубовато. — Нам бы тоже очень хотелось это узнать, — услышал он новый голос, и снова пережил тот трудный процесс поворачивания головы, чтобы найти источник. "Отлично, — подумал он, моргнув. — Грейнджер". От необходимости отвечать его спас проснувшийся Гарри. Гриффиндорец пришёл в себя гораздо быстрее, чем это удалось самому Драко. Он вырвался из объятий блондина спустя несколько секунд после пробуждения. Гарри быстро сел, пытаясь нащупать одеяло — их единственное одеяло — и завернуться в него, при этом оставив Драко абсолютно беззащитным. — Чёрт побери, Поттер! — рявкнул Драко, подтаскивая тонкое одеяло назад к себе. Борьба длилась несколько секунд и закончилась тем, что Гермиона взмахнула своей волшебной палочкой и произнесла Разъединяющее заклинание, предоставив обоим юношам по половинке одеяла. Гарри натянул кусок ткани прямо до подмышек, уверенно обмотав вокруг себя наподобие тоги, прежде чем, шатаясь, поднялся на ноги. Ему казалось, что в голове носится стадо гипогрифов. — Миона? — спросил он, пытаясь рассмотреть без очков стоящую перед ним темноволосую девушку. — Я здесь, Гарри, — смеясь, произнесла Гермиона. Гарри взял очки, которые кто-то всунул ему в руку, и с удивлением обнаружил, что смотрит на Панси Паркинсон. — Хорошо провели выходные? — невинно поинтересовалась Панси, но её улыбка, очень напоминающая волчий оскал, выдала её. Драко застонал и закрыл лицо руками. Он прижал ладони к закрытым глазам, надеясь, что тупая боль в голове в какой-то степени спасёт ситуацию. — Кто-то забыл своё Антипохмельное зелье? — громко выражая неодобрение, продолжила Панси. — Ты обычно так хорош в этом, Дрейк, — она повернулась к Гермионе и покачала головой. — Он варит его сам, знаешь ли, и обычно добавляет его в спиртное, прежде чем пить, но подозреваю, его, должно быть...сильно отвлекли...прошлой ночью. Гарри съёжился под оценивающим взглядом Панси, его щёки окрасились румянцем, когда она скользнула глазами по его телу. Телу, которое она видела несколько минут назад полностью обнажённым и обвившимся вокруг Драко Малфоя. Он покраснел ещё больше. — Похоже на то, — согласилась Гермиона и прищурилась, оценивая открывшуюся ей сцену. Перед камином валялась пустая бутылка Огневиски, везде как попало была разбросана одежда, очевидно, брошенная ещё позапрошлой ночью. Она вытянула руку, кивнув, когда в воздухе появились два фиала. — Возьмите. Гарри покорно взял один из фиалов, откупорил его и, ни секунды не раздумывая, проглотил содержимое. Драко был более осторожен. Он медленно поднялся, совершенно не заботясь о том, что одеяло соскользнуло с него и упало к ногам. Он знал, что у него восхитительное тело, и раньше они уже имели счастье его видеть. Он взял второй фиал, откупорил его и осторожно понюхал содержимое. Его слегка затошнило от смрадного запаха и, скривившись, он поставил пузырёк на стол подальше от себя. — Просто выпей это, Драко, — резко произнесла Панси. Она прищурилась и посмотрела на него с другого конца комнаты. Он вздохнул, задержал дыхание и одним глотком выпил зелье. Остаточный привкус сорняка льна снова заставил его сжать губы, он автоматически стукнул себя рукой по губам, чтобы не вырвать. — Тьфу, — произнёс он, несколько раз сглотнув в попытке избавиться привкуса зелья на языке. — Итак, прошлая ночь, — сказала Гермиона, бросая Гарри его джинсы. Гарри снова покраснел, быстро надевая под одеялом брюки. Его щёки загорелись ещё жарче, когда взгляд упал на боксёры, лежащие около дивана. Он подцепил их большим пальцем ноги, быстро схватил и засунул в карман. Драко, казалось, никак не трогала собственная нагота, он медленно натянул помятые брюки, протянутые ему Панси. — Питьевая игра, которая вышла из-под контроля, — быстро сказал Гарри, наклонив голову таким образом, чтобы не встретиться ни с кем взглядом. — И всё? — явно разочарованно спросила Панси. Она переводила взгляд с Гарри на Драко, ожидая, что хоть один из них разъяснит это утверждение. Драко открыл было рот, чтобы сказать, что это было немного больше, чем просто игра, но в этот момент увидел помертвевшее лицо Гарри. Было ли чем-то большим? Задаваясь этим вопросом, Драко промолчал. — Да, всё, — произнёс Гарри, а Драко прикусил язык, пытаясь сдержать гнев. — Напрасно потраченные выходные, — сказала Гермиона, внимательно изучая свекольно-красное лицо Гарри. — Мы оказались здесь не по своему желанию, — напомнил ей Гарри, пристально глядя на девушку, и одновременно хватая рубашку со спинки стула и зло натягивая её. — Раз вы обе здесь, я делаю вывод, что дверь больше не заперта, — сказал Драко, его голос был холоден, как лёд. Гарри слегка напрягся, услышав этот надменный тон — он ни разу не слышал подобного во время выходных. — У нас Зелья через двадцать минут, — ответила Панси, наблюдая за тем, как Гарри и Драко направились к выходу, стараясь даже ненароком не коснуться друг друга. — Там и увидимся, — произнёс Драко, положив руку на дверную ручку. Он повернулся к Гермионе и Гарри и сухо поклонился прежде, чем выйти. — Грейнджер. Поттер. — Малфой, — утвердительно сказал Гарри, слегка наклонив голову. Он хмуро взглянул на Панси, которая пронеслась мимо, ледяной взгляд задержался на лице девушки. — Паркинсон.

* * *

— Совсем ничего? — спросила Гермиона, её брови сошлись, когда она хмуро посмотрела на Гарри. Гарри вздохнул и положил перо в чернильницу. Было ясно, что Гермиона не прекратит ворчать и доставать его, пока он не расскажет ей, что произошло за те два выходных дня, которые они провели в качестве заложников в Выручай-комнате. Она приставала к нему весь день, и он понимал, что это продолжится и завтра, если он с ней не поговорит. Он отложил в сторону эссе по Трансфигурации и наклонился к девушке ближе, чтобы их не смогли подслушать. Гостиная Гриффиндора была почти пуста, но Гарри всё равно хотел перестраховаться. — Было ещё кое-что, — произнёс он, нахмурившись при воспоминании о своём пьяном времяпрепровождении с Драко. — Но это не считается. Я был так пьян, что, возможно, пристал бы к любому, даже к Джинни. — Я очень сомневаюсь в этом, Гарри. — Хорошо, возможно, что и нет, — неохотно признал он. Юноша усиленно пытался взять под контроль румянец, который не покидал его щёки большую часть времени — его щёки принимали свекольный оттенок каждый раз, когда он думал о Драко. — Это была минутная слабость с моей стороны. — Всего лишь минутная? — спросила ведьма, её карие глаза пристально изучали его лицо. — Это всё, что могло быть, — печально произнёс он. — Он путался почти с половиной школы, а вторая половина стоит в очереди. Гарри покачал головой, рассеянно теребя пуговицы своей мантии, мысленно вновь переживая свои удивительно приятные выходные со слизеринцем. — То же самое можно сказать и про тебя, Гарри, — сообщила ему Гермиона и, когда зелёные глаза опасно прищурились, быстро продолжила. — Я имею в виду, что каждый в школе хочет тебя. Единственный человек, более популярный, чем ты, это Малфой. А вы оба вместе... — Это невозможно, — резко оборвал подругу Гарри и нахмурился. — Я знаю, почему ты это сделала, Миона, Но это не значит, что я с тобой согласен. Тебе повезло, что я вообще разговариваю с тобой после всего этого, после того, во что ты меня втянула. Мы пережили эти выходные, но на этом всё. — Почему, Гарри? Что останавливает тебя от того, чтобы дать ему шанс? Гарри саркастически засмеялся, качая головой. — Это был просто вызов, Миона, — ответил он, прикусив губу. — Он никогда не демонстрировал даже малейшего ко мне интереса. Просто забудь об этом. Гермиона закрыла рот и откинулась на спинку кресла. Она знала, что Драко испытывает чувства к Гарри, но было ясно, что сам Гарри так не считал. Они с Панси сделали всё, что могли, чтобы эти двое оказались вместе, но, в конечном счёте, юноши сами должны с этим разобраться. — Ну, если ты так говоришь, — произнесла она, но её голос прозвучал неуверенно.

* * *

— ...увидел выражение его лица, Панс. Он не мог так быстро всё забыть, — произнёс Драко, делая ещё глоток из бутылки Огденского, которую держал в руке. — Он просто смущён. Ты же знаешь этих гриффиндорцев, всю эту их бессмысленную скромность и правильность. — Это гораздо больше, чем то, о чём ты говоришь, — сказал Драко, немного нечленораздельно выговаривая слова. Он пил с обеда, пытаясь стереть из памяти уязвлённое выражение на лице Гарри. — Это не он краснеющая девственница, а я. Панси схватила бутылку, прищурившись, осмотрела её, пытаясь определить, сколько Драко уже выпил. У него было невероятное терпение — она была уверена, что, если Драко сделал прошлой ночью шаг в сторону Гарри, то он точно знал, что делает. — И поэтому ты просто собираешься притвориться, что ничего не было? — спросила девушка, выбрасывая полупустую бутылку в мусорное ведро и строго взглянув на блондина, сидящего на полу и облокотившегося на свою кровать. Драко закатил глаза и отклонился назад, чтобы достать свой сундук. Он на мгновение исчез из поля зрения, порылся в вещах, прежде чем появиться снова с полной бутылкой водки. — Да, таков план.

* * *

Панси и Гермиона молча стояли рядом, аккуратно подрезая Китайскую Чавкающую Капусту в теплице номер три. Профессор Спраут прошла мимо них, не сказав ни слова. Она только наклонилась, чтобы понаблюдать, как они осторожно приподнимают внешние листья капусты, чтобы обрезать их. Женщина коротко кивнула обеим девушкам и прошла дальше, наблюдая за соседними столами, её руки были скрещены за спиной. — Итак, что теперь? — прошипела Панси, как только профессор отошла на приличное расстояние. — Поттер просто собирается сидеть и ничего не делать? Гермиона пристально взглянула на своё растение, осторожно разделяя листья пальцами, чтобы можно было обрезать нижние. Как и все растения, специально выращенные для зелий, Китайская Чавкающая Капуста неблагоприятно реагировала на магическую обрезку, поэтому всё приходилось делать вручную. — Да, — сказала Гермиона, наклонив голову, чтобы убедиться, что она правильно сделала последний надрез. — Они, кажется, оба полагают, что это станет катастрофой. Возможно, они правы. Кроме того, Мафлой не кажется таким уж расстроенным. Прошло две недели с тех пор, как Гарри и Драко провели выходные в Выручай-комнате, и белокурый слизеринец постоянно был занят. Поговаривали, что он использует Астрономическую Башню с любым — парнем или девушкой — кто был готов пойти с ним. — Ах, это, — пренебрежительно отозвалась Панси, взмахнув ножницами. — А разве не очевидно, что он делает? Он пытается доказать, что не нуждается в Поттере. — Ему это прекрасно удаётся, — ответила Гермиона, тайком бросив взгляд на стол, за которым работал Гарри. Они с Роном тыкали свою капусту, отпрыгивая и хохоча каждый раз, когда растение хватало их. — Гарри убеждён в этом. Панси пожала плечами и тревожно пискнула, когда капуста попыталась укусить её за палец. — Он слизеринец, Грейнджер, — сказала она, аккуратно ставя своё растение на место. — А что он должен делать? Плакать, сидя перед камином с бутылкой Сливочного пива, как какой-то гриффиндурок? Жизнь продолжается. Кроме того, он просто старается привлечь внимание Поттера. Гермиона положила свои ножницы на стол и настороженно посмотрела на Панси. — И у него неплохо получается. Ты должна была видеть выражение лица Гарри прошлым вечером, когда Лаванда Браун дефилировала, закутанная в рубашку Малфоя, в которой тот был на обеде. Панси усмехнулась, осторожно тыкнув своё растение, чтобы посмотреть, успокоилось ли оно. — Ну, видишь ли, это своеобразная жертва. Драко очень щепетилен во всём, что касается его одежды. Он бы никогда не отдал свою рубашку, если бы не хотел, чтобы Гарри это заметил.